Тёмный переулок, освященный луной

      На часах около семи утра. Почему я так рано проснулась? Мне не нравится привязанность Вики. Она пришла к нам в шесть и хотела лечь к Глебу. Это доходит до абсурда. И сейчас, из-за Вики, я пью чай и смотрю в окно. А она ждёт, когда мама приготовит ей завтрак. — Аня, а давай меняться? — спрашивает у меня младшая, залезая на диван. Я с непониманием смотрю на сестру. — Ну, я тебе Рому с соседнего двора, а ты мне Глеба. Как тебе? Согласна? — Эм… Нет, зачем мне твой Рома? Мне Глеб нужен, — а малышка не пальцем деланная. Отличная идея: выкупить Глеба. — Рома — плохой! Он меня обижает. А Глеб — хороший, — не, ну я не сомневалась. — Вы чего так рано проснулись? — в наш разговор вмешивается блондин. Потягивается, зевает. Такой милый. — Ничего особенного. Тут малая говорит, что её какой-то Рома обижает. Разберёшься? — я же говорю, дело доходит до абсурда. Мы меняем их как товар. — Эм… Да, без проблем. Разберусь, — мы оба понимали, что никто ни с кем разбираться не будет. Ребёнку просто захотелось внимания. Но очень вовремя Вику позвала мама, и парень сел рядом со мной. — Вот видишь? Будешь плохо себя вести — уйду к Вике, а тебя выгоню к Роме, и он будет тебя обижать. — Ой, как страшно. А я возьму и сбегу к Тимуру, — решаю добить его последней фразой — Получше тебя будет. — В смысле получше меня? — он полностью поворачивается ко мне, а на лице возмущение. — Вот так. Он в хороших отношениях с папой, он при деньгах и моложе тебя, — я понимаю, что играю с огнём. Он ведь может обидеться. — Ну и вали к своему Тимуру, — встаёт и уходит на второй этаж. Как и думала, обиделся. Но когда я его догнала уже в комнате, он курил. Предугадав, что я сейчас буду объясняться, выдал: — Отстань. Иди к своему Тимуру. — Глеб, ну я же не договорила. Подождал бы, когда я выдержу театральную паузу. Я хотела сказать, что всё равно тебя люблю больше, — обнимаю его со спины. Сама ранимость. Хотя, я бы тоже обиделась. — Дура… — меня смешат его слова. Ну да, дура. Кто же ещё. Его дура.

***

      Позавтракав и приведя себя в человеческий вид, мы начали собираться домой. Нам всего пару вещей сложить и можно ехать. Но Глеба снова украли дети. Поступало даже предложение забрать их с собой. Но я ещё в своём уме и отказалась. И тем более, у Глеба работа. Это я его лишь на сутки вырвала. И думала, что он будет со мной, но его забрали у меня. Решив, что задерживаться нет желания, силой забираю блондина и веду к машине. Даже и не знаю, кто обиделся больше, дети или Глеб.

***

      Всё что изменилось до первого числа, это то, что Глеб выпустил свой альбом. Как же он доволен собой. Я тоже довольна им. У нас, кажется, вся школа его теперь слушает. Но мне всё ещё не ясно, почему он заявил, что это «Мы» выпустили альбом, а не он. Ведь я к этому руку не прикладывала. Зато всё в классе знают, что если мне звонят и играет трек «Одним целым» это звонит Глеб. У него, кстати, так же.

***

      Решила помочь ему на пути к мужеству, которое ему, по его же мнению, так нужно. И это были не часы разговоров, это были действия. Отложив все свои джинсы, худи и кроссовки, заполнила шкаф юбками, платьями, топами и туфлями. Мне нужна аудитория противоположного пола. Зачем? Конкуренция поражает совершенно. И если я начну привлекать внимание других парней, Глеб тоже начнёт действовать. Хэх… Дорого мне это обойдётся. Не хочу конфликтов из-за своей внешности.

***

— Привет, Нют, как дела? — прийдя домой с тренировки, обнаруживаю у нас дома гостей. Артём собственной персоной. — Привет, мальчики. Дела у меня хорошо. А вы играете? — они играют в мною подаренную приставку. Нашёл всё-таки время, чтобы поиграть. — Да, кстати, сногсшибательно выглядишь, — сказал не Глеб. Сказал Артём. И с такой хитрой улыбкой. Отвечу ему также. — Спасибо, котик, — никогда так бы его не назвала, но отвечаю кокетливо, чтобы немного побесить блондина. Но я сумела быстро скрыться в коридоре и сделать вид, будто зашла в комнату. Но я осталась слушать разговор парней. — Голубин, шею свернёшь, — я то же самое ему говорю, но он всё также продолжает свои наблюдения. Он прямо до самого конца провожает меня взглядом. — Ну, а что я могу сделать? Я живу под одной крышей с Богиней, не могу её не чтить своим вниманием. — Голубин, не сходи с ума. Я согласен, выглядит она хорошо, но не думаю, что она прямо-таки «Богиня», — Пф… Это типа он сказал, что кроме внешности у меня ничего нет? Неправда. — Я бы на твоём месте так не думал. Она мне делает огромное одолжение. Если она уйдёт… Короче, плохо будет. — Почему? Неужели, грозный и одинокий Холодный Сименс, зависит от чьего-то внимания? Кому скажу, не поверят, — в чём-то он прав, за всё это время он очень изменился. От внимания стал буквально зависим. — Знаешь, что она мне заявила недавно? То что уйдёт к Тимуру. Ты думаешь, я перенесу такое? Мне и так не нравится то, что в её компании есть парень лучше меня, — какое-то время в комнате повисла тишина. — Ты сам видишь, что она начала иначе выглядит. А вдруг это не для меня? И я всё чаще об этом думаю.       Решила дальше не слушать разговор, а пойти и переодеться. Ни этого я хотела. Но он же меняется. И я работаю на результат, а не на удовольствие.       Выйдя из комнаты, я застала продолжение разговора парней. И всё ещё про меня. — Тебе не понять. Я в отношениях, в отличие от тебя, — сказал Глеб. — А ты не боишься, что она слишком юная для этого всего. Как-никак девушка главаря банды. И как она это вывозит… — глубоко вздохнув Артём. — Не думаю. Она старше своих лет. Я стараюсь ей как можно меньше рассказывать про притон, мафию и о своих кровавых приключениях. Но она ужасно любопытная, — хм… Это выходит, что я и половины не знаю? Это ещё больше подогревает интерес. — А что насчёт июня? Или ты ей не хочешь рассказывать? — июнь? Он мне ничего не говорил. У нас дальше февраля нет никаких планов. — Тём, ну, а что я ей скажу? Пусть живёт и думает, что в безопасности, — так, всё стало ещё непонятней. Так я всё-таки в опасности? Или он просто так выразился? — Как знаешь. Я, если что, всегда рядом и помогу, — это последние, что сказал Артём. После этих слов я вошла в гостиную — Мальчики, чай будете? — нужно хорошо отыграть, будто ничего не слышала. Но Артём, кажется, в курсе всех событий. Нужно будет у него спросить. Вряд ли Глеб всё добровольно скажет. — Да, если тебе не сложно, сделай, пожалуйста, — парни тоже решили сделать вид, будто никакого разговора и не было.

***

      Заварив чай, я решила окончательно взбесить Глеба. Это моя цель дня. И это будет жёстко. Поставив чай и тарелку с печеньем, усаживаюсь на диван, позади блондина. Они сидят на полу. Обняв его за шею, он откладывает приставку, чтобы перекинуть меня наперёд. Что он собственно и сделал. Усадил меня у себя в ногах и вернулся к приставке. Но всё равно параллельно успевал обнимать и целовать. Так как Артём сидел достаточно близко, я сумела придвинуть его за плечо к себе, на что он без сопротивлений поддался. Глеб с непониманием смотрел на эту картину, но ничего не говорил. Но я продолжала. Я гладила его по волосам, и парень растаял. Он сам придвинулся ко мне требуя продолжения. И тут уже Глеб завёлся. Он достаточно сильно толкнул Артёма в плечо, что тот аж отлетел на метр или даже три. — Не смей, — прошипел блондин прижимая меня ближе к себе. — Братишка, я и не думал. Правда, — наверное, Артём знает, на что способен Глеб, если так боится его. — Простите… — заигралась немного. С кем не бывает… Это же из-за меня этот балаган. — Глеб, успокойся, — стараюсь утихомирить парня, который понемногу становится спокойнее. — Давайте просто сядем и попьём чай. Без разборок. — На Артёма даже не думай засматриваться. Он мой друг и ссориться с ним я не буду, — прошептал парень, высвобождая меня из объятий.       Оставшееся время я сидела рядом с Глебом, подальше от Тёмы. У Артёма каких-то вопросов не возникало. Он, наверное, сам себя винит, что перешел границы. Но все будто бы забыли.       Как оказалось потом, Артём у нас с ночевкой. Если честно, то я не против, но Тёма на приколе. Он старше Глеба на пять лет, но даже Глеб со своим характером кажется серьёзнее. Я понимаю, парни, что в три года, что в пятьдесят — мало чем отличаются, но должны ведь быть какие-то рамки. Почему я так негодую? Потому что я сидела в наушниках, слушала книгу, и тут слышу странные звуки. Где-то творится беспредел. Ну, я же у папы детектив, пошла на расследование. Захожу в комнату и вижу как эти два, извиняюсь за грубость, идиота, кидаются моими мягкими игрушками. Короче, в результате меня тоже ими закидали. Все дошло до того, что я выперла их в подъезд. Вот почему им в приставку не игралось? Но через час они вернулись с пиццей. Ну как их не впустить с такими дарами? Они, как хорошие мальчики, сели, поели и тихонько вернулись к приставке. Так бы сразу.

***

      Новый год мы отметили скромно. Мы купили ёлку, игрушки для неё, нарядили её. Я накрыла на стол и всё было похоже на тот самый первый наш ужин. Так хорошо было. В подарок была я. Он сам так сказал. Он всю неделю до нового года готовил меня к этому. Думаю, можно уже отдаться ему полностью. Даже если мы расстанемся, я не буду сожалеть, что мой первый раз был с ним. И я теперь смело могу заявить, что я не невинная. Но я этим не горжусь. Теперь ещё думать, как его удивить на его день рождение. Но страдать я себя долго не заставила и решила спросить в лоб. Вот такой ответ он мне выдал: — Ну, я тебя отымел, значит на день рождение хочу стриптизёршу, — с самодовольной улыбкой заявил он. Вот ведь знает, что я не люблю такие выражения как: отымел, трахнул… Про сленговые выражения вообще молчу. Но ему хочется меня побесить. Взаимно. — А не много ли ты хочешь? — где-то глубоко в душе я хочу услышать, что это просто шутка. — Согласен, одной будет мало. Давай три? Да, всё, я решил, три, — вот он сейчас серьёзно да? Он сейчас говорит своей девушке, что хочет трёх танцовщиц. Я бы постеснялась даже подумать о таком. Меня начала грызть обида. Это насколько нужно меня не уважать, чтобы такое сказать. — Ну вот и трахайся со своими стриптизёршами, — сама не ожидала, что скажу это. Но пусть катится к ним. Я посмотрю, как он вытерпит месяц. Он сегодня же будет извиняться. А я пока что проплачу это время.       Но извинений не последовало. Он даже предпочёл спать на диване. Вот что с этим человеком не так? Или он считает это нормальным? Если на то пошло, то я тоже имею полное право уйти к Тимуру. Но я решила выжидать. Ну не будет он долго признавать ошибку. Он её и так знает. Только чего ждёт?

***

      На утро меня ждал завтрак. Что, как минимум, странно, ибо Глеб всё ещё спит. Так как мне сегодня в школу, он должен меня отвезти. Надеюсь, у него есть совесть и он проснётся и отвезёт меня. Не буду же я «ползти» по сугробам к метро, а с метро в школу. Но он не просыпался долгое время. Да ну его. Пошла одеваться в школьную форму и собирать рюкзак. И когда я была готова выходить, то в гостиной меня уже ждал проснувшийся, одетый, причесанный и умытый Глеб. Как?! Меня двадцать минут не было. Он как-то странно улыбался мне. Помог надеть пальто, и даже вывел из квартиры, усадил в машину и отвёз в школу. Молча… Он ничего не говорил. Ни слова.

***

      Эта игра в молчанку продолжается уже второй день. Он всё так же выполняет свои поручения и мы всё ещё пара. Никто даже и заподозрить не мог, что я обиделась на него. И я не понимаю, что это значит. У меня в голове даже малейшей идеи нет, что это поведение может значить. — Глеб, всё, хватит, зачем ты это делаешь? — я уже правда не выдерживаю. Он ведь ради чего-то это затеял, верно? — Я просто серьёзно настроен, — холодно ответил он. Настроен на что? — Тебе так нужны эти три стриптизерши? — вот, чёрт возьми, не удивлюсь, если да. — Не только. Но и их тоже хочу, — с непониманием смотрю на него. А что ещё? Он встаёт со стула и подходит ко мне, беря в руки моё лицо. — Когда ты уже поймёшь, что ни одна другая девушка не сможет заменить тебя. Даже если ты будешь меня ненавидеть, я буду рядом. Слышишь? Никто. Даже те три стриптизерши, даже Лера. Никто, — так как он смотрел мне в глаза и говорил всё это глядя прямо в них, я расплакалась и прижалась к нему. Он меня обнял и поцеловал в макушку. — Не плачь. Когда исчезну будешь плакать. А сейчас всё хорошо. — Козёл ты, Голубин, — всхлипывая шепчу я ему в грудь. — Козёл, а что поделаешь, — он поднял меня на руки и отнёс в спальню. Надеюсь, хоть сегодня он будет спать со мной.

***

      И вот заветный день. Тридцатое января. Глеб ушёл из дома в пять часов вечера. А я, как он и просил, сняла этих чёртовых стриптизерш. Вот чем я думала? Решила поэкспериментировать блин… Теперь сижу как дура и плачу. Короче, его к обеду следующего дня можно не ждать. Так что, посплю без него.       Не знаю сколько я проспала, но кто-то ложится рядом со мной. Кто-то большой. Так что, вариант с кошкой отпадает. Разумеется это Глеб пришёл со своего праздника. — Привет, малышка, соскучилась? — а-чу-меть. Он пришел трезвый. И он пришёл в два часа ночи. Не утром, и не в обед, и даже не на следующей неделе. — Ты чего так рано пришёл? — я правда удивлена тому, что он пришёл так рано. Когда глаза привыкли к темноте, я смогла его рассмотреть. На нём каких-то отметин после девочек нет… Я думала, что он как в сериалах показывают. Типа весь в засосах и с поцарапанной спиной придёт. Но нет, каким ушёл, таким и пришёл. — А должен был прийти позже? Мы посидели с парнями, выпили и поговорили о своём. Надолго это бы не растянулось. А что случилось? — я прямо-таки поплыла. Глеб, оказывается, не такой уж и козёл. — Я просто думала, что придешь завтра в обед, обдолбанный, пьяный и залюбленный, — не спорю, от него пахнет алкоголем, но мне даже нравится этот ненавязчивый запах. — Хм… Плохого ты обо мне мнения. Ничего подобного не было. А если тебе так интересно, то девочек забрал Артём. — блондин, кажется, понял мой немой вопрос по поводу девочек. — В смысле Артём забрал? — их там было три… Что же за монстр живёт в Шатохине? — Ну, мы сидели, они танцевали, потом они мне как имениннику… Не важно… А потом их забрал Артём. Как-то так, — не так я представляла его день рождение. — Так, договаривай. Что они тебе так такого неважного сделали? — вот никогда не думала, что буду так открыто ревновать. — Ну… — блондин долгое время думал, как подать информацию, чтобы остаться в живых. — Ну, короче то, что ты мне делаешь в ванной. — И всё? — меня так удивило это. На мой вопрос он отвечает утвердительно. — Ладно. Верю. И, кстати, передай Артёму, что на его следующие пять дней рождений, я буду без подарка. — обнаглел этот Артём… У Глеба это вызвало улыбку. — Ладно, передам. Хм… Раз я такой хороший мальчик, добьёшь этот день? М? — вот сейчас, я была бы очень даже не против, чтобы он пришёл домой в обед. Но почему-то соглашаюсь. Эти три танцовщицы не справились со своей второй работой. Решили плотские утехи оставить мне. Так сказать «самое вкусное»       Сейчас понимаю, какой же я была дурой. Всё время так накручивала себя по поводу этого дня рождения. А девчонки им были нужны для эстетического удовольствия. Но почему их заказать должна была я? Или это специально было сделано? Но этот белобрысый дьявол вернулся, а значит я могу быть спокойна.