- 2 -
9 марта 2019 г., 16:04
- 2 -
– Вы здесь в первый раз? "Нет блин, манекен недоделанный, каждый божий день в ваш чертов притон кубико-маньяков наведываюсь! Я ж, мать его, долбаный качок, не видно что ли?!? Давай реще, мне некогда!" – Эммммм, да нет наверное...да? Девушка недоуменно вздернула бровь. Хэчан порядком нервничал. У него не было времени на заполнение тонны ненужных анкет, учитывая, что он надеялся, что больше сюда не вернётся. Спорт – это не по-донхёковски. Но сегодня просто не было выбора... Вчера дребезжащий на тумбочке телефон не предвещал никакой беды. Однако что-то оборвалось внутри Хёка, когда сестричка, чтоб её, вещала в трубку: "Прикинь, она сказала, что Марк согласился быть её парнем! Я конечно не поверила, поэтому звоню уточнить. Эта пигалица за ним уже три месяца увивалась как ядовитый плющ из фильма ужасов! ..." Так. Стоп. Что, простите? В голове складывалась смутная картинка: > какая-то пигалица > Марк > фитнес-клуб "О'кееей... Ну мы ещё посмотрим!" У Марка сегодня тренировки. Он в последнее время весь ушел в спорт, что совсем Хёка не радовало. Из вчерашнего разговора было ясно, что в этом дурацком клубе, куда ходила и его сестра (не совсем понятно зачем), происходило чёрт знает что такое. И Хёк был намерен прекратить это. "Марк решил встречаться с какой-то пига-как-её-там-назвала-сестра?! Ой, брешет! Ой, фигня! Ой, получит Марк... Где он?! Да отвали ты, курица, мне надо срочно войти в этот чёртов спорт-чтоб-его-зал!!" – Если вам так будет удобнее, то вы можете заполнить необходимые документы после посещения зала. На первом этаже у нас бассейн, в ваши планы входит плавание? "Сейчас прольётся чья-то кровь... В мои планы, походу, входит утопить там одну идиотку..." – Извините конечно. Sorry, o'kей? Но мне надо ТоРоПиТьСя. Меня ждут. Я тут случайно, так сказать, о'кей? Незапланированно. Поэтому немного неуместно было бы что-либо планировать с моей стороны. Я уже пойду, да? Не дожидаясь ответа, Хёк быстро направился с сторону стеклянных дверей, отделявших рецепшн от зала с тренажёрами. Вообще-то он должен был быть здесь пол часа назад, но менеджер задержал его дольше чем предполагалось. Теперь главное было, чтоб Марк не ушёл раньше времени. И чтобы эта "пигалица" была тоже там. Донхёк должен был лично выяснить как обстоят дела в действительности. Его вся эта ситуация и пугала и забавляла одновременно. "Ну, Маркы-я, где же ты, плейбой хренов?" Их отношения были странными. Хёк может и знал, на что шёл, когда в очередной раз нарушал все границы. Но до конца всё же не осознавал, насколько всё плохо для него может обернуться. В итоге Марк стал резким, раздражительным и молчаливым. Хёк прекрасно знал, что дело не в сезонной депрессии и уж точно не в том, что в общаге кончились бананы... Они слишком хорошо друг друга знали. И это стало пугать. Fullsun решил осветить своим вниманием серые будни другого хёна. Это отвлекало от той непонятной боли, которая не давала смотреть на смеющегося в компании ребят Марка. Он старался не замечать её. Но у самой боли естественно были другие планы... Грохот падающего металла привлёк внимание не только макнэ. Несколько женских голосов возбуждённо запричитали: "Осторожно, Марк! Они не закреплены!". В углу, ближе к зеркалам, рядом со штангами возник небольшой хаос из фигур в спортивных костюмах. И одну из них Хёк прекрасно знал. Марк виновато хихикал ("как придурок"– подумал младший), а вокруг него щебетали две сомнительные девицы. "Well, well, well... Что мы видим?! Этот тугодум как всегда не втыкает. Так. Кто из этих двух та самая? Обе страшны..." Марк что-то изобразил, жестикулируя, и девушки принялись хохотать. "Они курятник что ли косплеят?!?" Хорошо было бы понаблюдать и собрать больше информации, поэтому Хёк не стал лезть сразу, а пошёл на беговую дорожку. Для бега на панели было уж слишком много кнопок, будто это не тренажёр, а синтезатор. Но он уже встал на него и уходить было неудобно, да и не по-донхёковски это – бояться кнопок. Марк тем временем что-то увлечённо объяснял одной из девиц. За лесом долбанных железяк было плохо видно подробности, но одно Хёк знал точно: "Эта пигалица слишком близко к нему ст-...". Резкая боль не дала закончить мысль. Мгновение и он уже скорчился на полу. Из носа идёт кровь, коленка сильно ноет. "Чёртовы шнурки!!!" – С вами всё в порядке?!? Подождите, я позову врача, – дежуривший в зале тренер явно немного в шоке. В его практике это первый случай травмы на беговой дорожке в первую минуту как человек вообще зашёл в зал. Хэчана больше беспокоило его лицо, чем наличие или отсутствие доктора. Такая красота не должна пострадать. Спорт – это совсем не по-донхёковски... Чтоб ещё хоть раз!.. – Хэчан-а, ты как? Сильно поранился? – обеспокоенный голос Марка напомнил Хёку, что он собственно забыл в этом аду. – Да, мне очень больно, хён... – Давай руку, я помогу. Пошли отсюда. Да, было больно. Но и приятно тоже. Повод конечно фиговый, но возможность почувствовать на себе заботу Марка сполна окупала все дни, проведённые в компании боли. .... – Нет, ничего страшного. Он уже в порядке. Ему оказали первую помощь. Хорошо, – Марк сунул телефон в карман. – Менеджер сказал подождать, он сейчас закончит и заберёт нас. Ты как? – Холодно... Они стояли на крыльце травмопункта, и поддувало там прилично. Снег шёл хлопьями, красиво оседая на чёрных волосах. – Пойдём внутри подождём. Там посидеть можно. Но Хёк не хотел идти внутрь. Здесь они одни. Впервые после того случая на медосмотре. – Хён, почему ты меня не подождал тогда? – Что? Ах, это... – глаза забегали, брови мило поползли вверх. Донхёк ловит себя на мысли, что очень хочет оттряхнуть волосы Марка, ущипнуть его за щёку, обнять и желательно всё сразу. Так долго он всего этого не позволял себе... Марк нервно хмыкнул. – Кстати, что ты вообще сейчас делал в качалке? На тебя это совсем не похоже. Юта-хён прислал? – Пфф! Ага, сто раз... – Давай колись, решил подкачаться наконец? – Да нафиг сдался ваш грёбаный прЭсс!! Сам, можно подумать, туда типа штангу девкам на ноги кидать ходишь, ага! Я всё знаю, хён! Ты с этой пиг...кхм, короче встречаешься! Омо, омо!! И не делай такое лицо, дорогуша! Марк сначала выглядел как несправедливо обвиненная в ненависти к бананам обезьяна, а потом вдруг засмеялся. И Хёк в очередной раз растаял. Сколько бы он ни старался, а сопротивляться искреннему смеху хёна он никогда не мог. Это была музыка, которую он согласился бы слушать вечность. Ещё чуть-чуть и он уже смеётся сам. Снег попадает им и в рот, и в нос, но они не останавливаются, лишь изредка поглядывая друг на друга. Марк приходит в себя первым: – Ты типа приревновал что ли, Хэчан-а? Может хочешь оказаться на её месте? – его всё ещё потрясывает от смеха. Но одного взгляда на лицо Хёка достаточно, чтобы замереть, перестав дышать. – Может... Донхёк знал наверняка: если эти руки его обнимут, он растает так же, как снежинки на щеке Марка Ли.
