Начнем с истоков 2

В поселках нас ждали и волновались. Никита не ставил дату возвращения. Прикидывали примерно на полгода, но уложились в пять месяцев. Все равно очень много для путешествия в понимании цивилизованного человека. — В следующий раз я только на «Ките» полечу, — категорично заявил Серега. Мысленно я его поддержал. В грузовой отсек «Кита» можно загнать какой-нибудь парусник. В том, что такие путешествия ещё будут, я ничуть не сомневался. Как-то мы объехали Европу слишком быстро. Толком никакой «информационной диверсии» не устроили. В Барселоне нас, конечно, запомнили. Интересно будет потом послушать, какие сплетни и легенды местный народ сочинит. То, что церковники объявят нас приспешниками дьявола, я и не сомневался. Но кроме церкви есть и простые люди, которые видели все сами наяву. Вообще-то Никиту эта тема ничуть не волновала. Пусть что хотят придумывают о летающих людях. Пока же мы обнимались с друзьями, делились впечатлениями и выслушивали поселковые новости. Серега своих попугаев «зажал». Никому дарить не стал. Рома ему на скорую руку собрал рядом с коттеджем вольер, где и поселили пернатых. Нашему с Никитой Кике тоже просторный вольер сделали. А еще у нас вся нижняя палуба, корма и даже коридоры шхуны заставлены растениями, что собрал Иван Петрович. Под конец путешествия Никита разрешил удалить малый катер и заполнить освободившееся место саженцами. Их теперь требовалось срочно пристроить. Сам я участия в возведении теплиц не принимал, но с меня стребовали магические амулеты для поддержания комфортной температуры и влажности. Большой праздничный пир устроили на второй день после прибытия. Поселковые радовались нашему возвращению, продолжали забрасывать вопросами и планами относительно взаимодействия с Европой. Поскольку пир у нас получился совмещенный с общим собранием поселковых жителей (тех, кто выходцы из нашего времени), то Никита поделился примерными планами: просвещать Европу не будем, технических новинок не покажем, зато в Новгороде откроем школу и всячески ускорим технический прогресс Новгородского княжества, помогая тем самым Александру Ярославовичу объединять Русь. — Только не в этом году! — взвыл я, прослушав речь князя. — Не в этом, — согласился Никита. — Начался сбор урожая. Мне скоро по крестьянским поселкам ехать налог собирать. Потом думаю всех ребят из бывших реконструкторов направить на прокладку рельсового пути на север. У нас всего сотня километров сделана. Надо бы не менее пятисот, чтобы говорить о начале развития региона. Как-то сразу и радостно народ кинулся воплощать задумки князя. Уже через неделю реконструкторы, выяснив нюансы порученной работы, стали грузиться в вагоны поезда. Никак смена рода деятельности понравилась. Удивительно, что они даже с семьями не захотели долго общаться. Мне же с Александром, Леркой, Славкой и Яром пришлось возвращаться за «Китом». Снова летели на шхуне. Но добрались быстро. «Летучий голландец» оставили на побережье, а в поселок вернулись на «Ките». Никита специальных задач никому из старших магов не ставил, потому что знал, что мы и сами себе занятие найдем. У меня уже были задумки. Лерка обещал помочь, когда Александр закончит возводить для нас закрытый полигон. Путешествие показало, что мы своей магией толком и не владеем. Нет у нас ничего в арсенале по-настоящему убойного. Не то чтобы Никита был кровожадным и желал массовых репрессий, но всякое может случиться, надо уметь защищаться. С магией левитации тоже была полная засада. То есть воздушную могут использовать все без исключения. Даже те, кто не маг, при помощи парных колец могут изобразить ветер. Также при помощи моих амулетов народ довольно неплохо варьировал температуру воздуха. Но именно левитацией умеем пользоваться только мы с Леркой. И это не всегда удобно. Посудите сами. Не могу же я вогнать в живого человека магическую силу, чтобы он начал летать как воздушный шарик. Только возможно воздействие на предметы. Например, на уже привычные нам щиты. Они неплохо подчиняются магии левитации. Именно использование щитов в различных ситуациях я и решил воплотить. Прежде всего меня интересовало, можно ли щиты выбрасывать из перстней, как это мы делали с магией воды, огня и воздуха? — Ерунда. Как ты конфигурацию щита в перстень загонишь? — сразу раскритиковал эту идею Славка. Мы с Леркой на него шикнули и прогнали с полигона. Я примерно представлял, что хочу получить. Наработки в этой области имелись. Изначально мои артефакты были парные — один с силой, второй с хм… с конкретной силой, будь то воздух, вода или огонь. При соприкосновении двух кристаллов происходил магический выброс. Но это было актуально до того момента, пока Никита не провел в поселке процедуру с выходцами из будущего (плюс отдельно Ерш и Любава). Магию получили все без исключения. Другой вопрос, что активировать ее у себя не так просто. Плюс даже опытные маги не всегда быстро управляются с нужной энергией. Вот тут снова помогли мои амулеты или артефакты (не знаю, как лучше их называть). К примеру, имея перстень с воздушной магией, достаточно только подать в него магическую силу и будет ветерок. Именно по такому принципу работали все, кто был задействован в управлении шхуной. Мне или Лерке перстень с магией воздуха был не нужен. А вот с огнем мы так быстро не управляемся, и такой небольшой посредник меня устраивал. Таким образом, проанализировав весь свой опыт, мы придумали сделать перстень, который будет выбрасывать щит. Естественно, с заданной формой. Лерка отчего-то решил, что шары будут удобнее всего. Я же вспомнил, что Никита и Славка неплохо используют огненные стрелы. Если разобрать составляющую магию стрел, но придать им форму щита, то должно, по идее, из перстня выбрасываться нечто похожее на стекло, но с убойными свойствами. Никита собрал налог с поселков, вернулись реконструкторы, которые проложили еще пятьдесят километров, наступила зима, а мы с Леркой все продолжали эксперименты. Так-то стрелы у нас давно летали и прицельно били. У них вообще получилась охрененная пробивная способность. Именно этот момент мне не нравился. Случись какая заварушка, накидаем мы этих стрел, а местные соберут и используют против нас. Пусть не против магов, но даже между собой, если начнут воевать, то мы даем им универсальное оружие. В смысле, уникальный материал, который вечен, не требует заточки, как ножи, ничем не уничтожается и никогда не исчезнет. При условии, конечно, что маг не соберет стрелы и не развоплотит. Здесь мне помог Иван Петрович. Он продолжал возиться в парниках, радовался тому разнообразию растений, что привез, но хотел усовершенствовать условия внутри парников. Не так у нас много праздношатающегося народа. Все при деле, все заняты. Крестьянам ответственное мероприятие по поливу Бугров-старший не хотел доверять. Вдруг перепутают или забудут — все труды насмарку. Вот и пришел он ко мне с просьбой установить таймер на поливочный амулет. Пришлось основательно поскрипеть мозгами. Но я придумал. Теперь магический импульс от мага воздействовал не на кристалл, а вначале на тонкую спираль из субстанции все того же щита. Спираль была скручена и уплотнена, а затем еще упакована в ободок. Мне же пришлось выдерживать форму кольца. Получалось, что сигнал не сразу доходил до камня, с временной задержкой. Активировался только запуск следующего амулета (водного), причем в качестве накопителя мы взяли простой камень наподобие гранита. Естественно, он быстро разряжался. Я по просьбе Ивана Петровича подобрал размер, которого хватало всего на три часа. Далее от спирали в ободе поступал следующий импульс, но пока он заряжал камень, проходило еще шесть часов. Вот такая странная получилась связка. Маг один раз подавал силу, а дальше начинала работать цикличность без участия кого-либо со стороны. Безусловно, это не был «вечный двигатель». Дня через три приходилось магу снова подавать на него силу. Но Бугрова все устраивало. Главное, что не нужно лично ходить, включать или отключать полив растений. Лерка внимательно посмотрел на моё изобретение, поинтересовался, для чего я упорно придерживаюсь формы перстня, если, по идее, управлять амулетом не нужно? Сам он уже придумал использовать все мои наработки, только в обратном порядке. У нас должна изыматься магия из щита, чтобы он исчезал. Перстни для такой ступенчатой магии оказались неудобными. Тут в очередной раз пришел Славка. Хмыкнул и предложил сделать обычный пистолет. И форма нам знакомая, и под корпусом много чего наворотить можно. Хоть десяток амулетов разместить. В том же Новгороде пистолеты видели, знают, что это оружие, и заранее будут опасаться. А если случится такое, что пистолет украдут, потеряется или другим образом попадет в чужие руки, то он перестанет быть оружием. Импульс в него в любом случае должен подавать маг. К Новому году мы с Леркой торжественно отчитались перед князем о проделанной работе. Пистолеты стреляли стрелами, которые пробивали любую стену и спустя три секунды развеивались. — Более убойное на основе вашей схемы можете собрать? — поинтересовался Никита. — В смысле, пушку? — уточнил я. — Не вопрос. Скажи для чего и сколько нужно. — Да пока ни для чего. Сделайте лучше такие пистолеты для каждого мага. Он у вас бьет на двести метров. Этого достаточно. Весной поедем в Новгород, нужно, чтобы у всех было такое оружие. Пушку мы с Леркой потом все же сделали. Я было попробовал отбрыкаться, но Славка заявил, что сам соберет. Во избежание, так сказать, несчастных случаев выдали Славке пушку. Он ее с реконструкторами увез на поезде куда-то к Амуру. Там ею пробовали долбить горные породы и что-то ровнять. Честно говоря, такое использование пушки мне и в голову не приходило. Стрелы, что от пистолета, что от пушки, развеивались через короткий срок, оставляя за собой разбитый участок из камней и грунта. Наверное, это удобно в некоторых случаях. Не везде же получится магией грунт забирать. Снова пришла весна, а вместе с ней полевые работы. Хорошо, что мы уже почти всех лошадей раздали. Приплод молодняка имелся, конечно. Но это уже был не тот табун, с которым приходилось возиться в первое время. Да и работников из числа крестьян значительно прибавилось. Хотя Никита собирался еще подарить князю Александру с десяток жеребцов, столько же коров и несколько хрюшек. Путешествие по Европе показало, что свинина сейчас совсем не того качества. Мало того, что свиньи немногим крупнее собаки (а по характеру точно цепные псы), но и на сало они не годятся. А сало это весьма ценный продукт для консервации и длительного хранения. Наши же хрюшки элитных пород набирали за сезон до двухсот килограммов. Если специально задаться целью и не резать в первый год, то хряк мог вымахать до трехсот пятидесяти килограмм. Как хорошо, что у этих свиней такой покладистый характер. Невольно мне вспомнились кусачие твари, которых мы приобрели в Испании. Там-то и мяса почти не было, зато темперамент как у диких кабанов. И кстати, запах мяса тоже специфический. Особенно у самцов. Мы-то ели, поскольку особого разнообразия и выбора не имели, но уже дома с удовольствием поглощали свою ветчину. Что ни говори, а селекция серьезно улучшает не только растения, но и животных. Никита лично походил по свинарнику. Выбрал для новгородского князя двух взрослых особей, превышающих по весу два центнера, прикинул, какой еще молодняк взять. Попутно велел паковать готовые блюда. Сало разных видов, грудинку, ветчину и так далее. — Главное, чтобы они нашли, чем кормить этих свиней, — скептически отозвался Роман. — Овощей в Новгородском княжестве мы распространили много. Народ не голодает. Найдут чем прокормить, — не согласился Никита. В общем, мы снова собирались в путешествие. Казалось бы, полгода всего прошло, как вернулись из путешествия, и снова потянуло нас на «великие свершения». Никита считал, что мы можем уже начинать влиять на идеологию. Как это он будет делать, я не представлял. Славяне — это вам не греки или римляне, где понятие мужской любви было распространено с древнейших времен. — Никита, если тот твой «названный брат» прилюдно целуется, это ничего не значит, — доказывал я. — Ревнуешь? Еще не вылетели, а ты уже волнуешься о поцелуях? — начал ласкать меня Никита. — Сравни себя и того мужлана. Ты у меня красавчик, — добрался муж до паховой области, и я не понял, кому это было сказано — мне или моему члену. Главное, чтобы Серега не услышал княжеские речи, а то снова обидится. Он же у нас считается «самым красивым мальчиком». Хотя это дело вкуса. Мне лично Никита больше нравится. Или это влюбленность застилает мои глаза? В любом случае я предупредил мужа, чтобы обнимашки с чужим князем ограничил. Вылет назначили на середину мая. Позже лететь не стоило, иначе снова возникнут проблемы с маскировкой. Те самые белые ночи, которые не скроют «Кит» над Ладогой. А волокли мы в этот раз много чего. К «Киту» прицепили просто огромную конструкцию. Замаскировать на ясном небе без туч этот «прицеп» точно не получится. Мы снова везли князю в подарок корабль. Он по форме и размерам больше походил на торговое судно. К этому кораблю и к тому, на котором мы поплывем обратно, прицепили по барже, загрузив их лошадьми, коровами и свиньями. Хлопотно переправлять животных, но дело нужное. Половину отдадим архиепископу. Но все сразу с баржи не выгрузим. Вообще-то кругосветное плавание пошло впрок. В этот раз у нас не возникло проблем при движении по реке. Да и «Кита» удачно замаскировали на старом месте. Привычно выдвинулись на рассвете. Уже издали стало видно, что наш причал возле резиденции оккупирован. В мае месяце в город прибывает много купцов из других княжеств и Европы. Примерно на это мы и рассчитывали. Потому сразу пошли к монастырю. Вот где нам всегда рады и всегда ждут. Павел предположил, что архиепископ просто прикинул, что если мы не застали в предыдущее посещение князя Александра, то обязательно приедем на следующий год. Почти сразу мы узнали, что новгородский князь буквально три дня назад ушел в очередной поход. Правда водный. Архиепископ очень дотошно выспрашивал Никиту, как же так получилось, что мы не встретили ту большую флотилию? — Разминулись, — отмахнулся Никита. Позже заверил священнослужителей, что мы в этот раз надолго и князя Александра обязательно дождемся. Пока же всю живность выгрузили в монастыре. — Не зажилят монастырские свиней? — беспокоился я о сохранности этого груза. — Не наши проблемы, — ответил Никита. — На барже мы столько времени не сможем держать такое количество живности. А отдавать кому-то из доверенных лиц князя тоже не вариант. Как они разместят, как будут ухаживать, не передохнут ли все свиньи? Насчет лошадей и коров Никита не переживал. С этими животными местные управятся. Но свиньи, да еще таких размеров, здесь были диковинками. Никита формально поинтересовался, когда был пост, и выгрузил в монастыре часть припасов. Пашка добавил еще сальных свечей и всячески рекламировал сало хрюшек. Впрочем, эти животные в дополнительной рекламе не нуждались. Монахи вшестером еле уволокли самого крупного хряка. Про то, как спускали по сходням остальных свиней, можно было кино снимать. Комедийное. Мы же магию не могли применить. Кое-как прицепили на животных ошейники. А дальше был и смех, и грех. Визг свиней, их попытки вырваться и затоптать людишек. Монахи даже хряка не смогли до хлева дотащить. Пока несли на импровизированных носилках, туша хоть и брыкалась, но не выглядела слишком агрессивной. Монахов же кормили не так, как воинов в княжеской дружине. Эти парни были похлипче. Так что хряка они уронили. Но поскольку этого самца специально обвязали веревками, то вырваться он не сумел. Зато удачно потащил за собой всех тех бедолаг, что держались и не отпускали самодельные арканы. — Ездовой свин, — прокомментировал Славка, еле сдерживая смех. Хряк протащил монахов за собой почти до хлева. В принципе, он двигался в нужную сторону и никто не спешил свинью останавливать. Самец хоть и был здоровенным, но откармливали его на сало (и для спаривания с хрюшками). То есть ездовыми навыками он изначально не обладал. Короче, устал хряк метров через сто и сам затормозил, позволив людям сопроводить его на предполагаемое место жительства. Остальные свиньи хоть и визжали на всю округу, пока их спускали с баржи на берег, но таких хлопот не доставили. Архиепископ, правда, поинтересовался, что это за животные? Сильно удивился, когда узнал, что свиньи. Хотя, вспомнив размеры диких кабанов в лесу, согласился, что возможно, домашнюю свинью можно выкормить до таких размеров. С подарками и подношениями мы провозились до вечера. После пришлось идти на молебен. Никите чуть позже удалось узнать, что там в нашей резиденции. Монашек, просвещавший князя, сообщил, что на территории должно проживать не больше десятка человек. И потупив глаза, добавил, что кроме стен в резиденции ничего ценного не осталось. А место на причале придется отвоевывать у купцов. — Не… так дело не пойдет, — возмутился Никита. — Я эту землю купил, доверил князю охранять, а меня разграбили?! — Разберемся, — пообещал Славка, потирая руки. — Мы же здесь на месяц, а то и более? Всё успеем. И порядок навести, и Александра на место поставить.