Тринадцатый Всадник

Появление дракона вызвало переполох в толпе, но даже осознание того, что это, конечно же, были Арья и Фирнен, встречи с которыми Нелл ждала не один день, не могло затмить шока, ощущения дурноты и стресса от увиденного. Тела повешенных женщин так и болтались в петлях, и черноволосая дочь графа с трудом смогла отвести от них взгляд. Никогда раньше ей не доводилось видеть убийства и трупы. Насуада, как и все, смотрела на восток на приближающегося дракона. Королева, казалось, уже совершенно забыла о том, что только что с её одобрения казнили двоих человек. Вопреки вроде бы совершившемуся по закону правосудию Нелл испытывала сочувствие к ведьмам и к тому рыжеволосому юноше. «Это абсолютно чудовищно, вот так обездвижено стоять и смотреть на то, как умирают близкие», — подумала девушка. Её высокое мнение о Насуаде разбилось в пух и прах. Нелл всегда считала, что императрица была справедлива и милосердна, однако произошедшее несколько минут назад на помосте нельзя было назвать проявлением справедливости или тем более милосердия. Это была откровенная жестокость, и Нелл почувствовала, что вся её природа отвергает случившееся. Убийство — это, разумеется, тяжкое преступление, но в данном случае оно явно было совершено в состоянии горя, отчаяния и праведного гнева. Наверняка убитые братья, если пожилая колдунья не соврала, были гораздо более мерзкими, преступными и отвратительными людьми, чем эти несчастные женщины. Нелл ни секунды не сомневалась в том, что, если бы какой-то ублюдок попытался взять силой её или Измиру, отец при первой возможности убил бы его, не задумываясь о законах, суде и следствии. Тут ей вдруг пришла в голову мысль о том, что Рорана, возможно, и не постигла бы участь казнённых, и всё дело было в предвзятом отношении Империи к чародеям. Действительно, это ведь был специальный суд Надзора, приговор, пусть и с согласия Насуады, вынесла Эльва. Нелл стало не по себе. Она никогда не задумывалась о положении магов в Алагейзии, потому что до поездки в Кевнон их не встречала, а карвахолльский надзиратель Ярн мог только пить эль, бездельничать и рассказывать разные правдивые (и не очень) истории. Но теперь Нелл понимала, что в государстве в отношении чародеев творится нечто неладное и неправильное. «Прогнило что-то в нашем королевстве». Из оцепенения девушку вывел громкий звук хлопающих крыльев. Фирнен завис над главной площадью, отбросив на неё огромную тень, и явно собирался приземляться. Толпа поспешно рассеялась, освобождая место для крылатого ящера. На лицах людей застыли выражения испуга, благоговейного трепета и удивления. Большинство из них явно впервые видели дракона. Нелл тоже относилась бы к их числу, если бы не короткое знакомство с Муртагом и Торном. Балдуин за локти оттащил дочерей графа поближе к домам. — Зря мы не послушались отца. Не нужно было приходить сюда, — бесцветным голосом обронила Измира. Встретившись взглядом с сестрой, Нелл поняла, что Измиру увиденное впечатлило ничуть не меньше. А вот Балдуин явно был самым отходчивым из них троих. — Поглядите только! Он просто огромен! — восторженно воскликнул он, указывая на Фирнена. Зелёный дракон сложил крылья и на удивление аккуратно и тихо для своих габаритов приземлился на площадь. Он был таким же крупным, как и Торн — то есть замок градоправителя был одним из немногих зданий в Кевноне, которому он уступал в размерах. «Правда, он выглядит как-то изящнее Торна и не так мощно», — отметила про себя дочь Рорана. Всадница, откинув с лица капюшон тёмно-зелёного плаща, под которым оказались распущенные волосы цвета вороньего крыла, ловко спустилась с седла по лапе дракона и в мгновение ока оказалась на земле. Нелл разглядывала её во все глаза — Арья была неизменной героиней любимых с детства историй о приключениях дяди Эрагона в молодости и Войне Всадников, и вот теперь девушка увидела её воочию. Эльфийка определённо была очень красива, но красота эта была не совсем человеческой. Что-то неуловимое в её движениях, широких скулах и чуть раскосых глазах выдавало принадлежность к иной расе. Когда Фирнен приземлился на площадь, Насуада, подобрав юбки платья, торопливо спустилась с деревянного помоста и подошла к зелёному дракону. Сейчас они с Арьей стояли лицом к лицу. — Приветствую вас, Арья Дрёттнинг и могучий Фирнен! — в воцарившейся на площади относительной тишине слова императрицы прозвучали довольно отчётливо. — Рада нашей встрече. Мы вас ожидали. — Квехта Фрикайя, — Арья улыбнулась. — Приветствую вас, друзья! Наш путь из Эллесмеры был недолгим, но всё же хотелось бы прежде всего отдохнуть с дороги. — Меня зовут Фарберт, я — князь Кевнона. К вашим услугам. Мой дом — ваш дом, прекрасная королева! — громогласно заявил подошедший вслед за темнокожей правительницей градоправитель. — Боюсь, для вашего дракона не найдётся подходящего помещения в самом замке, но мы позаботимся о том, чтобы он смог удобно устроиться в огромном амбаре, где мы содержим мешки с зерном. Ему приготовили специальное ложе. — Благодарю вас, — Арья кивнула, и вдруг взгляд её упал на деревянный помост и тела повешенных. Улыбка быстро сошла с лица эльфийки. — Что здесь произошло? — Королевское правосудие, — ответила Насуада. — Обсудим это в доме лорда Фарберта.

***

Нелл сидела на кровати и вертела в руках новое кольцо в виде серебряного дракона со сложенными крыльями, кусающего себя за хвост. Это был подарок от дяди Эрагона, который тот передал для неё через Арью. У Измиры было точно такое же кольцо, только золотое, Гэрри достался короткий клинок с крупным изумрудом на рукояти, который никогда не заржавеет и не притупится, Рорану — молот эльфийской работы, наделённый чарами, делающими его очень лёгким и прочным, а Катрина получила невероятной красоты ожерелье из серебра и сапфиров. Его, как и кольца девочек, Эрагон с помощью магии наделил способностью делать своих обладательниц недосягаемыми для тех, кто захочет увидеть их в магическом кристалле против воли. Арья, похоже, была искренне рада встрече с Рораном и Катриной и знакомству с Измирой, Нелл и Гэрри. Эльфийская королева держалась с достоинством, но без вычурности, и Элинор она понравилась. Надев кольцо на указательный палец правой руки, Нелл встала с постели и решила прогуляться по замку. Измира, Гэрри и родители отправились вниз пообедать с семьей градоправителя, но Элинор от еды отказалась — после увиденной казни у неё кусок в горло не лез. Вчера одна из служанок сказала, что на втором этаже замка есть небольшая библиотека, и Нелл направилась туда. К разочарованию девушки, библиотека в самом деле была совсем небольшой — всего-то шесть стеллажей, в основном заставленных книгами с практическим назначением, вроде «Всё о коневодстве», «Тактика ведения осады», «Старинные рецепты северной кухни» и «География Алагейзии. От Западного моря до Беорских гор». Художественных и исторических сочинений тут было ненамного больше, чем в Карвахолле. Нелл ходила между книжными полками, и тут её внимание привлекли три толстых тома в чёрных обложках, стоявшие на нижнем ряду с обратной стороны второго от двери стеллажа. Девушка, подобрав юбки и нисколько не беспокоясь о платье, присела прямо на деревянный пол и заинтересовано взяла один из томов в руки. Сдув пыль с рукописи, она прочитала название — «История людских королевств». Не успела дочь графа, исполненная радостного предвкушения, раскрыть книгу, как вдруг в коридоре послышались шаги и резкие женские голоса. Дверь библиотеки открылась, и Нелл увидела, что туда вошли две женщины, причём одна была в пурпурном длинном платье, а другая — в чёрных брюках. — Здесь мы сможем поговорить свободно, — узнала Элинор голос Насуады. — Эльва сообщила, что тому мальчишке будет нанесён знак Даутрен, после чего его отпустят. Подслушивать, конечно же, было нехорошо, но дочь графа не могла противостоять любопытству. Интересно, что за секреты у королевы? Кроме того, ей было неловко обнаружить себя и прервать разговор. Уставленный книгами стеллаж послужил Нелл отличным укрытием, и сидящую за ним девушку нельзя было увидеть со стороны входа в библиотеку. Зато, чуть подвинувшись, через просвет между очередной книгой рецептов и собранием карт Алагейзии Нелл могла смотреть на говорящих. Собеседницей Насуады, стоявшей ко входу спиной, оказалась Арья. У неё был несколько обеспокоенный вид. — Стоило ли применять крайние меры? — спросила королева эльфов. — Те женщины… — Управляй Дю Вельденварденом по своему разумению, Арья, но в Империи Броддринг люди подчиняются законам. Если я позволю им вершить самосуд из соображений мести, моя страна погрязнет в кровавых распрях и междоусобицах. Или ты сомневаешься в моей компетентности? Нелл не могла видеть лица императрицы, но говорила та с явным раздражением. Судя по всему, речь шла о недавней казни. — Я и не думала оспаривать твою власть, Насуада. Если ты помнишь, мой народ и я лично многим пожертвовали ради того, чтобы вардены одержали победу, — глаза Арьи сердито сверкнули, но на точёном лице не дрогнул ни один мускул. — Я просто даю дружеский совет. Люди любят милосердных правителей, суровые следователи законов быстро становятся тиранами в их глазах. — Ну разумеется, — голос Насуады стал необыкновенно мрачным. — По-твоему, я похожа на Гальбаторикса? Не говори мне о милосердии. Я была милосердной, Арья, даже больше, чем следовало. Я пощадила приспешников Гальбаторикса, забрав у всех этих погрязших в преступлениях аристократов титулы и земли, а не жизни. За моё великодушие они отплатили сполна, взяв в руки оружие и подняв кучу мелких мятежей, учиняя разбой и грабежи в моём королевстве. Я проявила милосердие к чародеям, когда члены Дю Врангр Гата только начали осуществлять надзор за магами, не вмешиваясь в их деятельность без крайней необходимости, и чем это обернулось? За почти семнадцать лет я пережила более трёх десятков покушений, а сколько простых людей пострадало от их чар и вседозволенности? Нет, Арья, не говори мне о милосердии. Милосердие стоило мне крови моего народа, и я не готова платить за него такую цену. Находясь у власти, невозможно угодить всем сразу. Чем-то приходится жертвовать во благо большинства. — Все самые жестокие деяния всегда совершаются во благо большинства, — вздохнула Арья. — Нет, ты не похожа на Гальбаторикса, Насуада. Он был безумным садистом. Ты, безусловно, справедливый правитель, и заботишься о своих подданных, во всяком случае, о значительной их части. Последние слова были явно произнесены с горькой насмешкой. Нелл затаила дыхание, ожидая ответа императрицы. — Возможно, у эльфов дело обстоит иначе, и ваша долгоживущая раса не подвержена порокам простых смертных. Но невозможно построить совершенное государство, когда все его жители — далеко не совершенные люди, — отрезала Насуада. — Не вижу смысла продолжать эту дискуссию. Мы долгие годы были друзьями, Арья, и было бы жаль портить наши отношения из-за расхождения во взглядах, ты согласна? — Мы по-прежнему друзья, Ваше Величество. Я высказала своё мнение исключительно, как добрый друг, — бесстрастно сказала Арья. — Я тебя услышала, — императрица кивнула. — Оставим это. Арья наклонила голову в знак согласия, и Насуада, поправив складки своего пурпурного платья, решительным шагом подошла к двери, обернулась напоследок и покинула библиотеку. Эльфийская королева осталась стоять в одиночестве, скрестив руки на груди и задумчиво глядя в сторону окна, выходящего во двор. Когда шаги императрицы стихли вдали, Арья вдруг перевела взгляд своих зелёных, чуть раскосых глаз прямо на стеллаж, за которым сидела Нелл. — Можешь выходить, — суровым голосом сказала она. Нелл почувствовала, что кровь прилила к её щекам, а сердце испуганно заколотилось в груди. «Как она узнала?» — удивилась девушка. Встав, на негнущихся ногах дочь Рорана вышла из своего укрытия, так и держа в руках «Историю людских королевств». — Простите, Ваше Величество. Мне следовало бы дать знать о своём присутствии, но я была поглощена чтением, — пролепетала Нелл. — Неужели? — Арья приподняла бровь. — Не думала, что ты станешь заниматься подслушиванием чужих разговоров. Я разочарована, Элинор. — Простите, — щёки Нелл пылали. — Мне действительно очень стыдно. «Наверное, теперь она возненавидит меня». — Отчасти это моя вина. Никогда нельзя забывать о магической защите от любопытных ушей, — сказала эльфийка. — Вы расскажете отцу? — Нет, — Арья прищурилась. — Но ты должна пообещать мне, что больше никогда не будешь заниматься подобными вещами. — Конечно, Арья Дрёттнинг! Даю слово! — Вот и славно. Любопытство убило кошку — кажется, у людей есть такая поговорка? — Да, — Нелл вздохнула. — Не знаю, что там насчёт кошек, но мама всегда говорит, что моё любопытство меня до добра не доведёт. Эльфийская королева сохраняла серьёзное выражение лица, но в её зелёных глазах светились искорки веселья. — Что ж, не буду больше отрывать тебя от чтения, которое так тебя поглощает, — сказала она. — Хорошего вечера, Элинор. И не забудь о завтрашней церемонии избрания Всадников. Она состоится во дворе замка в полдень. — Спасибо, Ваше Величество! — Нелл просияла. — Не забуду! Возможно, уже завтра решится её судьба. Арья улыбнулась и, кивнув на прощание, покинула библиотеку, оставив девушку наедине со своими мыслями.