Глава 6. Прощание
19 июля 2020 г., 18:33
Как бы плохо Гарри не было, стоило выдвигаться немедленно. Состояние было стабильным, да и Рон помогал ухаживать за раненым товарищем, поэтому было решено уходить. Гермиона сняла заклинания, которыми Рон окружил палатку, а парни уничтожили все следы и вмятины в земле, способные показать, что они здесь побывали. Покончив с этим, все трое трансгрессировали в предместье небольшого рыночного городка.
Закончилась эта вылазка тем, что при попытке добыть еду, Гермиона и Рон наткнулись на неожиданность — дементоров. Они оказались так далеко от Азкабана, что парочка не сразу сообразила вызвать Патронусов. Гарри, узнав об этом, очень удивился, все-таки его друзья и он сам были чуть ли не единственными, кто ВСЕГДА сразу мог вызвать Патронуса, причём телесного.
— Есть хочу… — шептал Рон, лежа на кровати. — Может, поймать кого-нибудь?
— Человечину хочешь попробовать? — послышалась насмешка Гарри с нижней полки.
— Брось, — отмахнулся Рон и спрыгнул с верхней полки на пол, — ты понял, о чем я говорил.
— Где вы были так долго после схватки с дементорами?
— Искали пищу, — ответил Рон, — а что?
— Ничего.
В последнее время Гарри был жутко раздражителен, даже порой груб как с Гермионой, так и с Роном, хотя они ничего такого не сделали. Рана практически затянулась и даже повязка была не нужна, но сестра настаивала на ней. Именно эта опека и раздражала парня больше всего.
— Блин, не инвалид же я! — возмутился Гарри, когда сестра принесла ему жареные грибы, найденные Роном. Тарелка едва не упала на пол, когда Гермиона хотела поставить его на столик. Дежуривший как раз Рон возвращался в палатку и стал свидетелем очередного спора.
— Гарри, ты чего? — удивилась Гермиона, все-таки ставя тарелку на стол. — Я не…
— Я сам!
Его удручало то, что его рана, при всех талантах Гермионы, не заживала так быстро, как того хотел Гарри. Слова брата расстроили девушку, и она поспешила уйти на улицу, так как пришла ее очередь. Гарри уже хотел взять гриб, как вдруг Рон выбил у него его из рук и схватил за грудки.
— А ну угомонился! — рыкнул Рон. Гарри попытался вырааться, но не получилось. — Ты соображаешь, что говоришь ей?
— Я ничего такого не сказал!
— Да ты бы лицо ее видел! Ума лишился? — Его взгляд в какой-то момент упал на шею друга, где увидел золотую цепочку. Рона буквально осенило.
— Проклятье, Гарри, — взревел Рон, отходя в сторону, — он ведь все ещё на тебе! — услышав громкий бас Рона, в палатку вернулась Гермиона.
— В чем дело?
— На нем же все еще крестраж! Он уже весь день его таскает! Даже спал в нем! — поняв мысль друга, Гермиона ротянула к брату обе руки, и Гарри ничего не оставалось, как снять с себя через голову золотую цепочку. Едва медальон отделился от его кожи, Гарри почувствовал свободу и странную легкость. До этой секунды он даже не замечал, что весь покрыт потом, что какая-то тяжесть давит ему на живот — вот только теперь, когда оба эти ощущения сгинули, и заметил.
— Легче? — спросила Гермиона.
— Намного… — кивнул Гарри.
— Может…?
— Нет, — отмахнулся Гарри, поняв вопрос Рона без слов, — если бы он овладел, я бы не помнил, что делаю. Помните, Джинни нам рассказывала.
— Но, все-таки, он как-то повлиял на тебя — это невооружённым взглядом видно, — сказал Рон, — давайте носить его три часа и меняться, чтобы таких склок больше не было.
— Хорошо.
Как бы Рон не подбадривал товарищей, он всё прекрасно понимал, все-таки отношения с Гермионой дали свои плоды. В какой-то степени медальон действительно влиял на Гарри, однако как и в случае с Джинни, здесь была какая-то загвоздка, которую никто из трех друзей не мог увидеть.
***
После очередного перемещения, троица села за столом и решила обсудить проблему — крестражи. Достав все книги, которые взяла с собой Гермиона, они принялись их досконально изучать. Разобравшись с самими крестражи, друзья вернулись к словам Дамблдора о Волан-Де-Морте. По словам покойного директора, он очень был привязан к местам, где был раньше. Например, тот же сиротский приют, где он родился и вырос, Хогвартс, где учился, магазин «Горбин и Бэркес», где работал по окончании школы, и Албания, где провел годы изгнания, — вот это и составляло основу для их рассуждений. Однако также некоторые аспекты исключало. Начнем с того, что воспоминания о Сиротском приюте не были такими радужными, как того хотел бы юный тёмный маг, хотя полностью исключать эту локацию друзья не хотели. — Албания — не вариант, — сказал Рон, — слишком велика, а мы даже точно не знаем, где он был. — Согласна, — кивнула Гермиона, — Дамблдор говорил, что Том уже до этого создал 5 штук, после чего… — Пришёл в Хогвартс, чтобы устроиться на работу, — сказал Гарри, — возможно, он думал, что Том попытается найти что-то, возможно, еще одну вещь, которая принадлежала одному из основателей, и сделать из нее новый крестраж, так? — Так, — сказали Гермиона и Рон. — Однако работы он не получил, правильно? — продолжил Гарри. — Значит, возможности отыскать эту вещь и спрятать ее в школе у него не было. — Ну хорошо, ладно, — сказал Гарри. — Забудем о Хогвартсе. Так ничего больше и не придумав, они отправились в Лондон и под прикрытием мантии-невидимки попытались отыскать сиротский приют, в котором воспитывался Волан-Де-Морт. Гермиона пробралась в библиотеку и, порывшись в документах, которые там хранились, выяснила, что здание приюта уже много лет как снесено. Они навестили место, где стоял приют, и обнаружили, что его занимает теперь набитая офисами башня. — Надеюсь, что ни к кому не закралась мысль порыться в фундаменте? — вдруг спросил Гарри. По выражению лица Рона и Гермионы парень понял, что попал в точку. — Я пас.***
Дни тянулись один за другим. Ребята останавливались недалеко от сел, затем уничтожали все следы своей стоянки и отправлялись на поиски нового уединенного, безлюдного уголка, трансгрессируя в новые леса, в темные расщелины скал, на лиловые болота, поросшие можжевельником горные склоны, в укрытые от глаз пещеры с усеянными галькой полами. Примерно каждые двенадцать часов один из них вручал медальон другому, словно играя в замедленную игру «передай конверт», победитель которой получал очередные двенадцать часов усиленного страха и тревоги. Время от времени у двойняшек начинал покалывать шрам. Чаще всего это случалось, когда наступала очередь одного из них носить крестраж. И скрыть боль удавалось далеко не всегда. — Что? Что ты видел? — спрашивал Рон, замечая, как морщится Гарри в очередной раз. — Лицо вора, который обокрал Грегоровича. Из головы Волан-де-Морта не шел неведомый юноша с веселым лицом, об имени и местонахождении которого, в этом Гарри был уверен, Волан-де-Морт знает не больше чем они с сестрой. И по мере того как раны продолжали жечь, а в памяти всплывал, дразня, светловолосый юноша, Гарри научился скрывать любые признаки боли и недомогания, Дни тянулись, обращаясь в недели, и Гарри начал подозревать, что Рон и Гермиона ведут за его спиной разговоры — о нем. Это было странно, все-таки у сестры такая же проблема, что и у него, но в последнее время Гарри заметил, что сестра постепенно отдаляется от него. Поначалу это не привлекало внимание, но один случай заставил Гарри (носившего в тот момент медальон), засомневаться в искренности Гермионы и Рона. — Не мели чушь! — возмущалась шёпотом Гермиона. — Поговори с ним, наконец, может, что-то узнаем! — Я знаю не больше тебя, — огрызнулась девушка, набирая воды из ближайшего озера, — в последнее время у на с ним натянутые отношения, или ты не заметил? — Ты обижаешься на него? — Собирай лучше хворост, Рональд. Этот диалог о многом говорил, хотя Гарри не до конца осознавал, что во всём этом виноват сам. Почему? Все очень просто — он перестал доверять Рону и Гермионе по той причине, что они отдалились от него. Гарри не сообщает свои мысли Гермионе, толком не говорит с Роном, предпочитая огрызаться и даже поднимать палочку при первом удобном случае.***
Осень пронеслась незаметно по сельским краям, которые они пересекали во всех направлениях, и теперь им все чаще приходилось ставить палатку на куче палой, подтлевшей листвы. Естественные туманы прибавились к тем, что насылались дементорами, дождь и ветер не сделали жизнь более приятной. И даже то, что Гермиона лучше стала готовить, нисколько не искупало их продолжавшейся изоляции от мира, отсутствия человеческого общества и полного неведения о том, как разворачивается война с Волан-де-Мортом. — Блин, я уже не могу! — возмущался Рон, отодвигая тарелку. — Я тоже не в восторге, так что помолчи, — отозвался Гарри, — сам будешь ловить рыбу! — Да ты… — вдруг, взгляд Поттера упал на шею друга, и парень увидел цепочку. Вспоминая слова Гермионы, Гарри не стал накалять ситуацию и просто прекратил спорить. Пришла его очередь, поэтому Гарри поспешил надеть медальон на себя. Внезапно, за щитом послышались голоса. Это были какие-то волшебники, среди которых Рон, находясь ближе, увидел Дина Томаса и Крюкохвата. Они были в бегах. По их словам, несколько гриффиндорцев пытались похитить меч Годрика Гриффиндора из кабинета директора, что повлекло за собой жестокое наказание. Гоблин был уверен, что в сейфе Гринготса, куда распорядились определить меч — подделка. Повисло неловкое молчание, заполнявшееся скрежетанием ножей и вилок по тарелкам. Когда разговор возобновился, то пошел уже о том, стоит ли им заночевать на берегу или лучше вернуться в лес. Решив, что под деревьями укрываться лучше, они затушили костер, полезли вверх по склону и вскоре голоса их стихли вдали. Гарри, которому так трудно было хранить молчание, пока они подслушивали разговор, обнаружил теперь, что не способен сказать ничего, кроме: — Джинни… меч… — Молчи! — ответила Гермиона. — Я знаю, что ты хочешь сказать, поэтому молчи. — Слушайте… — подал голос Рон. — А меч гоблинской работы? — Кажется, да, — кивнула Гермиона, — а что? Рон резко вскочил и выхватил сумочку из рук Гермионы, словно в поисках чего-то. Гермионе и Гарри оставалось лишь в недоумении смотреть на все это. Через минуту в руках Рона оказалась книга, которую он случайно прихватил из дома Блэков еще в начале пятого курса. — «Работы Гоблинов»? — удивилась Гермиона. — Зачем она тебе? — Ты уничтожила дневник клыком Василиска. — И? — Где-то… Черт, когда надо… А! Вот! «Всё гоблинской работы изготовлено из особого металла и определённой технике, оружие принимает в себя лишь то, что его закаляет» — Хочешь сказать, что… — Да! — громко сказал Рон. — Он пропитан ядом Василиска! — Значит, Дамблдор не отдал Гарри меч, потому что еще нуждался в нем, собирался уничтожить им медальон… — …и, наверное, понял, что, если он завещает меч ему, они его не отдадут… — …и сделал копию… — …и оставил подделку в своем кабинете… — …а настоящий спрятал… Где? Они как два болвана уставились друг на друга. Девушка чувствовала, что ответ незримо висит где-то прямо над ними, совсем близко. Почему Дамблдор не сказал? Или все же сказал, а они с братом просто не поняли? — Где он мог оставить меч? — спросил Рон. — Однозначно не в Хогвартсе, — ответила Гермиона. Чем дальше заходила беседа, тем сильнее становился гнев извне. Этим гневом в данный момент времени не управлял еще один участник — Гарри. Наблюдая за разговором и дебатами Рона и Гермионы, парень осознавал, что к вискам приливает кровь, которая в определённый момент может ударить в голову и сделать кому-то очень больно. Они не разговаривали с ним практически, отдалялись, сестра вообще почему-то перестала ему доверять, с Роном одни конфликты… — Пришли к общему мнению? — едва сдерживая гнев, спросил Гарри. Рон и Гермиона перестали переговариваться и обратили на него внимание. — Ты, о чем? — не понял Рон. — Знаешь, — Гарри обратился к сестре, игнорируя вопрос друга, — ты, что, единственная, кто что-то соображает в крестражах? — грубый вопрос брата застал Гермиону врасплох. — А? Я как бы в таком же положении, что и ты. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду, что ты забыла, что далеко не единственная Избранная. Внезапно Рон осознал, что происходит. На его месте мог оказаться он сам, но сейчас, если Гарри не остепенится, случится взрыв. — Чувак, сними медальон, — сказал Рон, — ты не говорил бы так, если бы не… — Я все знаю! — в сердцах крикнул Гарри. — По-твоему, я не видел, как вы шепчетесь за моей спиной? Не догадывался, что именно так вы и думаете? — Ты чего… — Гермиона не могла поверить своим ушам. Дождь молотил в брезент. Гарри встретился злобным взглядом с Роном, будто ожидая, что это выведет его из себя, что было весьма странно для него самого. Рыжий уже замахнулся на него, но увидел, как по щекам Гермионы текли слезы, восторг, который они испытывали несколько минут назад, исчез, как будто его и не было никогда, сгинул, подобно фейерверку, который вспыхивает и гаснет, оставляя после себя темноту, сырость, холод. Где спрятан меч Гриффиндора, они не знали, да и кто они, собственно, такие — трое живущих в палатке подростков, единственное достижение которых сводится к тому, что они пока еще не мертвы. — Договаривай… — зашипела девушка. — ДОГОВАРИВАЙ, ЧТО КРУТИТСЯ В ГОЛОВЕ! — она схватила брата за грудки. — Ты не знаешь того, что пережил я! — И что же ты пережил? — Всё! — МЫ ПЕРЕЖИЛИ ЭТО ВДВОЕМ! С НАМИ БЫЛ РОН И ДАДЛИ! ТЫ НЕ БЫЛ… — Он приходил за мной в ту ночь. — Он приходил за нами! — отозвалась Гермиона, отпустив рубашку брата. — ЗА НАМИ ОБОИМИ! Гарри брезгливо кривится и уже направляется к кровати, как вдруг что-то заставляет его обернуться. — Пэк! Взмахом палочки, Гермиона собирает свои вещи в бисерную сумочку, оставляя некоторые в рюкзаке Рона, который тот зачаровал в незримое расширение. Рон мигом оказался возле Гермионы и попытался выхватить сумочку, но девушка лишь оттолкнула его. Увиденное словно привело Гарри в чувство. Следом за Гермионой он вылетел из палатки под проливной дождь, однако пройти дальше не смог — сестра наставила на него палочку. — Герми, я… — Я всегда была рядом… Всегда поддерживала и спасала твой зад… — грозно, но с обидой сказала Гермиона. — Ты же всегда отдалялся… Сейчас, когда все так было хорошо (более или менее), ты имеешь наглость говорить, что я отдаляюсь? Сволочь же ты, Гарри Поттер. Весь в отца, который некоторых ни во что не оставил! Рон сделал рывок, чтобы схватить Гермиону за руку, но та уже аппарировала, оставляя брата и возлюбленного стоять под ливнем. Проходя мимо Гарри, Рон хватает его за ворот и тащит в палатку, где срывает с шеи медальон и бросает на пол. — ОНО СТОИЛО ТОГО?! — воскликнул Рон. — ОТВЕЧАЙ! СТОИЛО? — Рон… — Свяжись с ней! НЕМЕДЛЕННО! Осознание того, что их ментальная связь есть пришло к Гарри не сразу. Ему хватило секунды, чтобы воспользоваться ею, но как только парень «дотронулся» до мыслей сестры, его виски пронзила невыносимая боль, от которой Гарр рухнул на колени прямо посередине палатки. — Она разорвала её… — Кого? — Связь разорвана. Я потерял её…
