Эффект бабочки

Февраль 2022 года Пекин, Олимпийская деревня

– И наша главная звезда: красавица, умница, соблазнительница молодых мужчин, покорительница сердец и просто олимпийская чемпионка 2022 года – Евгения Медведева! – под всеобщие восторженные возгласы и смех близких людей Женя выходит на импровизированную сцену к Мише, устроившему по-настоящему королевский прием для нее. Самые близкие друзья, объятия, смех и реки алкоголя вокруг являются сопровождением этого главного вечера для неё. Тусовка олимпийцев в честь главной звезды фигурного катания гремит на всю деревню, но никто из посторонних людей, не причастных к этому торжеству жизни, и слова не говорит, потому что понимают, что это – одна из самых выстраданных медалей, вырванных в смертельной схватке не только с соперницами, бывшим тренером и одногруппницами, но и самой собой.       И только один человек стоит в сторонке, сжимая бокал в руке и внимательно наблюдая за каждым ее движением, поворотом головы или жестом. Стройное тело, обтянутое шелком платья, подчеркивает все ее изгибы. Невольно сравнивая ее сейчас с той молодой девушкой 4 года назад, смотрящей на него пропитанными болью глазами, он стискивает зубы от нахлынувших чувств и делает еще один глоток вина. Тогда они провели практически весь вечер вместе, разговаривая обо всем, кроме фигурного катания и серебряной медали, лежащей мертвым грузом на дне ее чемодана в номере. Они говорили о всяких мелочах, строили планы на отдых и планировали вместе посмотреть пару мест. Но все изменилось в один момент, когда она переехала в Торонто. Многолетняя дружба и зарождающаяся влюбленность сгорели в один миг, стоило им оказаться вдвоем на одном катке в окружении других фигуристов и тренеров. Все чувства вспыхнули пламенем взаимной ненависти и неприязни. Они больше не были друзьями, а стали сами настоящими соперниками в жизни и на катке. Они боролись за время на льду, за внимание тренеров, за любовь публики. И эта борьба дала свои плоды: за последние два года они не проиграли ни одного соревнования, на которых выступали. Брайан и весь тренерский штаб с восторгом смотрели на двух своих самых результативных спортсменов, в предвкушении потирая руки перед Олимпиадой. И они всколыхнули мир, выиграв в Пекине свои программы с рекордными баллами, побив свои же прошлые мировые рекорды. Он стал первым трехкратным олимпийским чемпионом-одиночником, но не испытывал той радости, которую должен был чувствовать. Он смотрел, как она заливается радостным смехом в объятиях других парней, и ненавидел ее еще сильнее за те чувства, которые она вызывала в нем.       А она упивалась этой главной победой в своей карьере, купаясь во внимании своих болельщиков, друзей и тренерской команды. Она была сейчас главной звездой, сумев своей историей затмить даже Его. Купаясь в лучах любви своих близких, друзей и поклонников, ей даже в голову не приходила мысль о том, что кто-то может испытывать противоречивые чувства по отношению к ней. Она не смотрела по сторонам, пытаясь поймать его взгляд, как сделала бы это несколько лет назад. Сейчас она ненавидела его точно так же, как в прошлом любила. Теперь она готова на все, чтобы быть лучше него, ровно как раньше старалась сделать все, чтобы побыть рядом хотя бы короткие мгновения. И даже этот переезд в Торонто... Она так надеялась, что они оба смогут преодолеть свои предрассудки, но стоило ей самой оказаться рядом с ним на льду, как захватили новые чувства. И эта ненависть стала ее толчком на последние несколько лет, позволившим выиграть в своей карьере абсолютно все. Ее главная медаль карьеры теперь в ее руках и никто не сможет ее отобрать. Она была сейчас счастливее любого человека на свете, потому что, преодолев этот путь, она готова целовать руки Тутберидзе, тогда так беспощадно включивший в состав сборной молоденькую Загитову, не стремившуюся взять все, а просто насладиться атмосферой. А ведь завоюй она тогда медаль, Женя была бы вынуждена уйти на покой и кататься в ледовых шоу, строя свою новую карьеру за пределами ледового катка. Но теперь... – За цели! – она поднимает бокал и на миг пересекается взглядами с другим олимпийским чемпионом, сейчас стоявшим на противоположном конце зала и прожигавшим ее бездонными глазами. Кивает, не отводя взгляда, и опустошает бокал. Это ее вечер и ему не испортить ее триумфа. Она не позволит никому сейчас омрачить ее счастья, которым она наполняет пространство вокруг себя и от которого пьянеет сильнее, чем от выпитого алкоголя, который она позволяет себе впервые за долгое время. – Ты снова прожигаешь ее взглядом, – Миша оказывается рядом, наблюдая за своим другом. – Почему бы тебе просто не подойти и не поздравить ее? Вы же товарищи по одной команде. Ни у кого не вызовет удивления, если ты обнимешь ее. А я-то знаю, что это твое главное желание сейчас. – Моё главное желание – это золотая медаль, и я его осуществил, – Юдзуру бросает хмурый взгляд на товарища. – Миша, все ваши мечты о том, что мы с Медведевой будем вместе – это просто плод больной фантазии, ты же сам это понимаешь. Растопить сердце этой королевы может только золотая медаль... – Которую она только что завоевала, друг мой, – похлопывает японца по плечу и усмехается. – Вы оба стоите друг друга. В своем стремлении доказать всем, что вы самые лучшие, разрушаете мир вокруг. Ты видишь, что происходит? Своей наигранной ненавистью вы довели себя до того, что оба глаз весь вечер друг с друга не сводите вместо того, чтобы наслаждаться этим мигом победы. Вы, мать вашу, олимпийские чемпионы! А в вине топите свое горе.       Хореограф уходит, тихо ругаясь себе под нос и оставляя чемпиона в одиночестве размышлять над словами. Так ли это? Для чего все было сделано? Ради каких таких побед он последние четыре года не вылезал из Крикета? И почему сейчас, осознавая, что он переписал историю всего фигурного катания, ему ни капли не радостно от этого. Он смотрит на ее улыбку, от которой хочется бросить все и, повинуясь примитивным инстинктам, утащить ее подальше ото всех людей. Он ненавидит себя и ее еще сильнее от того, что ее улыбки и объятия с другими парнями вызывают в нем животную ревность. Делить ее с кем-то? Нет, это не в его правилах.       А Женя улыбается. Она смеется и наслаждается этим мгновением, не забывая украдкой бросать взгляды в другой конец зала. Выбирает себе место поудобнее, принимая поздравления от многочисленных коллег, не смущаясь их объятий и порой далеко не просто вежливых поцелуев в уголки губ. Его резкие взгляды и сжатые в кулаки руки вызывают лишь улыбку, когда она громко смеется в объятиях Джейсона, кружащего ее по залу. Она играет, флиртуя со всеми их общими знакомыми. И его злые взгляды, пронзающие до самого сердца, вызывают еще большее удовлетворение. Да, она тоже умеет играть, Ханю.       Спустя несколько часов, когда в зале не осталось ни одного трезвого человека, они волей судьбы оказываются в одном углу и напряжение между ними можно потрогать рукой. Они не отводят глаз друг от друга, ведя молчаливую войну, в которой нет победителя и проигравшего. Каждый из них – воин с самым лучшим оружием, способным повергнуть всех других вокруг, кроме стоящего напротив. – Поздравляю, чемпион! – она первой нарушает повисшее молчание и чокается с ним бокалами, хитро прищуривая сияющие глаза. – Король фигурного катания доказал в очередной раз, что его главная партнерша в жизни – медаль. – Королева доказала, что она соткана изо льда и ей даже партнер не нужен, – они обмениваются колкостями, но не отводят взглядов. Обычные невидимые мечи, на которых они дерутся при каждом разговоре, отброшены и кажется, что вот-вот будут выброшены белые флаги, если бы не... – Что бы про тебя не говорили, но ты – главный трус этого мира, – олимпиец в ответ хмурит брови, пытаясь понять сказанное ею, а девушка тем временем продолжает. – Ты побоялся тогда, что наша дружба помешает твоему имиджу холодного короля, который держит под контролем все свои чувства. Ты оттолкнул от себя всех своих друзей и закрылся на льду на эти четыре года... Но с какой целью? Теперь, когда ты трехкратный, что у тебя есть? Любовь фанатов? Признание мирового спортивного сообщества? Медальки, которые ты хранишь? Что? Что у тебя есть?       Ее взгляд мечет молнии, рот зло выплевывает оскорбления, которые невидимыми стрелами проникают под его одежду и стремятся к сердцу. Она чуть повышает голос, начиная привлекать взгляды пьяных товарищей, и тогда Ханю, схватив ее за локоть, выводит из зала в темный коридор. Она вяло сопротивляется, роняя бокал на пол, но никто не обращает на это внимание. Все вокруг увлечены танцами и разговорами, наслаждаясь законным отдыхом после тяжелейшего старта четырехлетия. И на парочку, спешно ускользающую за пределы зала, никто и вовсе не обращает внимания.       Едва покинув помещение, Юдзуру затаскивает ее в ближайший коридор, где им никто не помешает, и придавливает к стене, смело встречая ее взгляд. Злость, растерянность и удивление в ее глазах ни на секунду не заставляют его отказаться от своих намерений. Он должен с ней поговорить обо всем, пока оба окончательно не уничтожили друг друга. А в своей борьбе они могут зайти так далеко, что пространство на несколько десятков километров вокруг будет выжжено дотла. – А теперь послушай меня, холодная королева, – он продолжает держать ее за локоть мертвой хваткой, не давая вырваться. – Ты разве сама не довольна тем положением, в котором оказалась? Олимпийская чемпионка с короной из сердец поклонников, непобедимая Медведева...       Она замахивается свободной рукой и пытается ударить его, но он быстрее. Его реакция заставляет ее дернуться и тупо смотреть на длинные пальцы, удерживающие ее руку у его лица. Он уверенно сжимает тонкое запястье, не причиняя ей физической боли, но не давая вырваться. Теперь она в плену его рук, и ее душа разрывается на части, одновременно желая оказаться и как можно дальше от него, и проникнуть ему под кожу, соединяясь с чернотой его существования. Она пытается найти ответы в его потемневших глазах, но видит лишь отражение своих собственных. Они оба отражают друг друга, частично потеряв себя в этой борьбе. Борьбе, которая не имеет конца. – Ты трус! – она выбрасывает последнее оскорбление, и в следующий момент чувствует, что он сильнее вдавливает ее в стену и с грубым натиском целует. Ее тело предательски отвечает, не давая мозгу принять другого решения. Он вжимается в нее бедрами, позволяя почувствовать всю силу желания, накрывшего его с головой. Она чувствует, как его член становится больше, прижимаясь к низу ее живота, и позволяет стону соскользнуть с губ. Юдзуру отпускает ее руки и они моментально вцепляются в его тело, прямо здесь расстегивая пуговички его белоснежной рубашки. В ответ до боли впивается в ее бедра, понимая, что завтра на белоснежной коже будут красоваться синяки, в точности повторяя его пальцы, но ничего не может с собой поделать. Резко задирает подол красного платья и не медля проникает пальцами под кружевное белье, чувствуя на себе ее влагу и желание. Она, словно забыв о том, где находится, тихо стонет, желая получить еще больше. Интуитивно двигает бедрами навстречу его руке, желая получить еще больше его в себе, почувствовать всем телом то, что ей так нужно. – Не здесь, – он тихо шепчет, останавливая самого себя и, быстро оглядевшись, тащит в сторону номеров, не давая ни секунды на размышления. Он знает, что дай им обоим сейчас осознать происходящее, как оба сбегут и будут еще с большей ненавистью смотреть в глаза друг друга. Практически затаскивает в номер и чувствует как девушка вжимается в него со всей страстью. Впивается в ее губы поцелуем, стараясь выразить свою боль и сожаление за прошедшие четыре года, за ненависть и неприязнь долгих тренировочных дней. За то, что не был ей другом, за отсутствие поддержки и бесконечные злые взгляды, за то, что оттолкнул от себя. Он пытается показать ей, что ему тоже было больно, что это не было легким решением, не несущим за собой последствия. Они оба страдали и были вынуждены принимать правила этой игры. Но сейчас, скинув маски и обнажив души, он не хочет притворяться. Стены рухнули и их захлестнуло лавиной сдерживаемых чувств, которые они утаивали друг от друга столько лет.       Своими дрожащими от желания ручками она быстро стягивает с мужчины пиджак и покрывает его шею поцелуями, пока он возится с молнией ее чемпионского платья, практически срывая его. Они не заботятся о сохранности одежды и совершенно не думают о том, что утром кто-то будет выскальзывать из номера со следами ночного безумия в помятой одежде. Сейчас они мечтают почувствовать друг друга без преград, слиться в единое целое. Для них жизненно необходимо       Она остается перед ним на каблуках и в одном черном кружевном комплекте, так выгодно подчеркивающим ее ставшее более женственным тело с приятными изгибами и округлостями. Он не может сдержаться, и сжимает груди через ткань бюстгальтера, вызывая своим действием тихий стон. Невольно проскальзывает мысль о той ночи, когда она была точно так же близка ему, шепча нежные слова и по-девичьи доверчиво прижимаясь всем телом. Сейчас она не стесняется своей наготы, выгибаясь навстречу уверенным движениям мужчины. Чуть расставляет ноги, позволяя ему проскользнуть длинными пальцами под резинку кружевных трусиков, и громко стонет, совсем не стесняясь быть услышанной. Юдзуру чуть наклоняется, чтобы скользнуть губами по чувствительной коже ее шеи. Моментально находит то самое местечко на ключице, от которого она сходит с ума. Впивается пальцами свободной руки в ее талию, удерживая на месте извивающуюся от нахлынувших чувств девушку. Довольно усмехается, чувствуя как стенки вокруг его пальцев чуть сжимают, в тот же момент убирая свою руку.       Ловит ее рассерженно-хмурый взгляд и чувствует, как проворные пальчики расстегивают ширинку его брюк, тут же спуская их вместе с нижним бельем. Она мучительно медленно скользит своими руками по его груди, чуть царапая сверхчувствительную кожу длинными ногтями, постепенно спускаясь как можно ниже. Чуть прикусывает сосок, вызывая его легкий стон, и плавно опускается на колени, проводя руками по накаченным бедрам. Усмехается, ловя затуманенный взгляд Ханю, и очерчивает языком выступающие мышцы пресса. Постепенно спускается вниз, мягко обхватывая рукой его напряженный член. Скользит кончиком языка по головке, второй рукой уверенно сжимая бедро. Мысленно усмехается, чувствуя напрягшееся тело под своими руками. – Женя, чёрт!       Ханю цепляется за стену, шепча ее имя. Интуитивно качает бедрами ей навстречу, чувствуя как она добавляет язычок и руку. Не сдерживая себя, громко стонет, обеим руками упираясь в стену. Чувствует, как в висках начинает стучать кровь, и через силу отстраняется.       А она чувствует себя еще более всемогущей, доведя этого золотого принца, славящегося своим хладнокровием и сдержанностью, до состояния безумия, когда он выгибается и громко стонет, чуть не переходя на крик. Как он смотрит на нее потемневшим взглядом, впервые за долгое время не скрывая истинных чувств. Их души обнажены точно так же, как и тела. И нет ни одной преграды, которая могла бы встать перед ними. Ей не страшно отдать ему всю себя, не горько раскрыться перед человеком, которого столько лет избегала. – Нет, не так, – подхватывает ее за руку, ставя на ноги, и впивается в Женины губы, одновременно с этим избавляя девушку от остатков одежды. Не давая ей руководить процессом, подхватывает под ягодицы, прижимая к стене своим телом. Не желая медлить больше ни секунды, пальцами разрывает ее трусики и медленно вводит в нее два пальца, вызывая громкий стон. – Тебя... Пожалуйста...       Ее тихий шепот окончательно сводит обоих с ума и он, не медля больше ни секунды, погружается в ее телом с громким стоном. Они оба заведены до предела и нет сил больше терпеть. Она царапает его плечи и спину, оставляя кровавые подтеки от ее длинных ногтей, а он кусает ее плечи, оставляя многочисленные засосы на белоснежной коже. Им обоим хватает пары минут, чтобы достичь оргазма. Юдзуру еле удерживает на ногах, держась за стену как за единственную опору в этом мире, а она цепляется за его плечи, не смея разорвать телесного контакта.       Едва придя в себя и выйдя из нее, он перемещает их на кровать и приступает к более тщательному изучения ее тела.