Формула реальности

Скрут повернулся и быстрым, размашистым шагом двинулся к подворью кузнеца. Хульдра едва поспевала за ним. Собственно, этого мужчина и добивался, вырваться вперёд. Уж больно не хотелось светить перед спутницей своё лицо, на которое, невзирая на отчаянные усилия, наползала глупая улыбка, да вдобавок тянуло расхохотаться. В самом деле, как тут удержаться от смеха? Всего два дня он в этом мире, а сколько всего успел, попасть сюда, победить монстра, прогнать ночью нежить, нахлебаться какой-то маны и самое главное жениться. Вернее, его женили, в чём мужчина уже не сомневался. Причём женили в соответствии традициям военно-полового обольщения. Сначала затащили в кровать, а потом и под венец. А ведь Скрут в том мире и в своё время славился непревзойдённым мастерством уходить от женских силков. Теперь вот девочка сделала его просто так, играючи. И главное, зачем? Боится остаться одна в этом мире и решила привязать единственного знакомого браком? А разве его слова мало? Да и много значит сейчас факт брака на земле? Но кто сказал, что здесь семейный кодекс столь же либеральный? Ещё не известно во что они вляпались с этим капризом Хульдры. - Теряю былую лёгкость, - вздохнул Скрут. Расслабился в новой реальности, понимаешь, бдительность потерял. Хотя, разве это, в самом деле, реальность? Да это же просто бред. Вот последнее, к сожалению как раз и аргумент что происходящее не вымысел его сознания, а происходит на самом деле. Слишком много в его жизни было событий, которые… - Твою мать! – мысленно выругался Скрут, - Как же я сразу не подумал. Матрица, а что если это всё матрица? В своё время одноимённый фильм с незамысловатым сюжетом не произвёл на него должного впечатления. Слишком много там было логических нестыковок. Но вот сам замысел имел рациональное зерно и в свете нынешних событий многое объяснял. Просто сменили программу, или набор электромагнитных импульсов и всё. И ничего не существует, ни Земли, ни Азерота, ни Хульдры, да и самого Скрута тоже нет. Просто набор программных кодов. Хорошея перспектива, самое то чтобы сойти с ума. И главное, - Делать-то что? Одна только польза, смеяться расхотелось, а лицо приобрело серьёзный вид. - Ты долго ещё дуться сбираешься? – подал позади голос тот программный код, который носил имя Хульдра. Скрут остановился, обернулся. С чего это решили, что он дуется? Хульдра тоже остановилась. Взгляд исподлобья, руки никак не найдут себе места и вся сама такая покаянно-обиженная. И как тут опять не начать улыбаться? Увы, улыбка мужчина вызвала несколько нежеланное действие. Вздёрнут носик, закушена губа, руки упёрлись в бока, а хвост заметался как у разъярённой кошки. Только Скрут, хоть и не был подкаблучником в том мире, кое-что знал и умел. - А знаешь, - продолжая улыбаться и делая вид, что не замечает перемены настроения, сказал он, - Я вот подумал. Как отреагирует хозяйка гостиницы? Выстрел попал в самую точку. Глаза Хульдры озорно сверкнули, но ответ был неожиданным, - Ты не больно-то хвост распускай. А то уже вообразил себя таким мачо, перед которым прямо в очередь выстаиваются раздвинуть ноги да хвост задрать. Просто натура у эльфиек такая ветреная, на всякого бросаются. И вообще, постеснялся бы, только женился, а в голове чужие бабы. Мужчине тут же захотелось возразить, что вот только вчера одна особа таки затащила его в постель, а утром вообще под венец, но почему-то прозвучало, - Зачем мне чужие, ты у меня самая красивая. - Не подлизывайся. Пошли уже. И они пошли, разве что за руки не держались. Всё же для начала надо выяснить, как здесь относятся к межрасовым бракам, ибо в памяти самого мужчины никаких сведений по этому вопросу не содержалось. Там вообще мало что содержалось, как у самого заурядного нуба, кем Скрут по факту и был. Кузнец как и положено кузнецу, опять был занят работой. По крайней мере, стук и звон металла разносился на всю улицу. И точно, мастер увлеченно возился с почти готовым, среднего размера круглым щитом. Такой заслон одинаково годится как для пешего, так и верхового воина. Но вот что особенно удивило мужчину, так это то, как легко, несмотря на размеры, вертел в руках мастер свою поделку. Впрочем, объяснение этому нашлось быстро. Щит, так сказать, был композитным. Основой послужи неведомый материала похожий на пластик, видать местный аналог кевлара. Металл же пошёл только на оковку. Завидев гостей, кузнец прервал своё занятие и приветливо улыбнулся. - Вот, - мастер постучал по щиту костяшками пальцев, - Такую чудесную вещь вы, молодой человек, вчера так легкомысленно оставили на дороге. Это просто повезло, что мой Коша добрался до неё раньше, чем другие проходимцы. - Так это панцирь того паука? - догадался Скрут. - Ага, он самый. - А интересно, против «макарова» он устоит? Скрут увлёкся и сам не заметил, как перешёл на привычную систему мер и оценок. Но кузнец только снисходительно хмыкнул. - «Макаров»? Не делайте мне смешно, молодой человек! – и уже доверительным шёпотом, - Да его «калашников» в упор только чуть оцарапает. - Ух ты! – только и сказал Скрут, больше удивляясь накатившей на него волне мимолётной слабости, которая прокатилась и словно не было её. - На том и стоим, ширпотреб не гоним. Но мы отвлеклись на пустые разговоры. Дело, прежде всего. Ваш заказ готов и давно дожидается. Коша! Зря Скрут беспокоился что кузнец, увлёкшись щитом, отложил его заказ на потом. Его доспехи уже красовались на манекене. Причём, они были не только отремонтированные. Теперь, всё это железо, приобрело единый вид. С явной претензией на военный стандарт гвардии альянса. Примерка и облачение только подтвердили то, что кузнец не зря берёт свои деньги. Если до этого воин считал свою броню удобной, то теперь оказалось, что заблуждался. Теперь не было даже намёка на стеснение движений, даже весили по ощущениям меньше. Особо порадовали ножи из когтей, которые полагалось носить на виду, как знаки отличия доблести. Но ничего и нигде даром не бывает. Скрут про себя вздохнул и потянулся за кошельком, но мастер решительно прервал его. - Никто и никогда не скажет что старый Зерах поступает не честно, - с достоинством сказал кузнец, - Да, беру за работу дорого, но она того стоит. А обмануть клиента никогда себя не позволял. С этими словами Зерах положил на прилавок пять золотых, - Вот, твоя доля храбрый воин, за вычетом работы конечно. Убитый тобою экземпляр был действительно крупным. Скрут задумчиво потянулся за монетами. Что-то было не так, а что именно понять не удавалось. Он взглянул на кузнеца и едва не вздрогнул. Зарах пристально смотрел на ладонь воина, не которой сейчас не было перчатки, зато сверкало новенькое кольцо. - Чёрт, - мысленно выругался Скрут, - Надо было снять его, или перчатку не скидывать. А сейчас объясняй, что и как. Но вот удивления во взгляде кузнеца было меньше всего. Там безраздельно царствовало любопытство и какое-то подобие понимания. Потому, спустя несколько секунд Зерах удовлетворённо кивнул своим мыслям и довольно буднично поинтересовался. - А вы, если это не секрет, куда путь держите, молодёжь? - Да не секрет, - Скрут несколько растерялся, так как ждал несколько иной вопрос, - В Штормград. - Это разумно, а как добираться хотите? Этот вопрос поставил человека в тупик. Он просто ещё не думал об этом и лихорадочно вспоминал, где там портовые города на Калимдоре. - Ну… наверное доберёмся сначала до Терамора, а уже там… - Вот что, что вас всех туда тянет? – всплеснул ладонями Зерах, - Нет, я, конечно, не спорю, может вы насколько большие любители морских путешествий, что готовы ради них месяц болтаться в трюме грузового корабля, вояжировать через кишащие тварями Пылевые топи и дышать той гадостью которой до сих пор пропитаны развалины крепости на Тераморе. Но поверьте мне на слово, добраться попутным караваном до Бейл Модана, а там стационарным порталом прямиком в Штормград, выйдет куда дешевле. - Спасибо, - искренне и слегка растеряно поблагодарил Скрут, - А когда караван туда будет? - О, вам сегодня просто повезло, молодёжь. Вот как раз сегодня через полчаса от западных ворот один такой караван отправляется. А вот и сам караванщик, как кстати. Во дворе кузнеца появился новый гость. Среднего роста, но очень широкоплечий, отчего похожий на эдакий комод на ножках мужичонка. Одет он был по-походному, то есть, преимущественно в кожу с минимум брони. Из лат только наручи да наплечники, а торс прикрывала и вовсе кольчуга. На голове как полагалось шлем, из-под которого выбивались рыжие с проседью волосы. Вот эти волосы, такая же рыжая и ухоженная борода, а главное, устойчивое амбре пива свидетельствовали тому, что это хоть и довольно высокий, но всё же тоже дворф. Местный дворф-мэр на его фоне просто подросток. - Здорово, Зерах! – рявкнул гость голосом под стать своим размерам. - Здравствуй, здравствуй Глирим, - кузнец, явно обрадованный вышел навстречу гостью. Некоторое время шли объятия и похлопывания друг друга по спине. Явное свидетельство тому, что встретились если не два друга, то хорошие знакомые. - Ты чего примчался, Глирим? Твой приказчик говорил, дескать, занят ты сильно. Или мой Коша товар не доставил? - Доставить он, конечно, доставил да вот ни накладной, ни даже описи не прихватил. А торговые дела порядок любят. - Да? – кузнец хоть и удивился, но не сильно, - Сейчас гляну. С этими словами Зерах полез в дубовый шкаф и тотчас извлёк оттуда кожаную папку. - Вот она. Таки забыл сучий потрох. Вот что мне с ним делать? Говоришь, говоришь, а всё равно, один ветер в голове. Дворф взял папку в руки, развязал тесёмки, извлёк несколько листов и пробежал глазами по строчкам, удовлетворённо кивнул головой, - Что делать говоришь? А давай его поженим? Моя младшенькая дочурка как раз в невесты выходит. Парень он у тебя справный, работящий, руки из правильного места. А от ветра в голове жена как раз первое средство. Судя по тому, как задумался кузнец, это было далеко не шуткой. Скрут даже обрадовался. Не за судьбу Коши конечно, а за то, что межрасовые браки здесь норма. Хотя, одно дело дворфы и совсем другое дренеи. - Даже не знаю, - на лице кузнеца мелькнула досада, - Я всецело за, но ему сейчас одна ушастая особа голову кружит. - А что у неё есть? – тут же полюбопытствовал дворф. - Таверна, что рядом с ратушей. - Хорошая девушка, не так уж и ветреный твой Коша. Но сам понимаешь, моей Дарыле она не конкурент. Да и время терпит, годик другой можно и подождать, пусть тешиться. Кто же из нас в его годы к эльфийкам не бегал? Сам знаешь, нет во всём Азероте такого мужчины, кто у этого племени в постели не побывал. Кто до брака, а кто и после. - Ты будешь первым, - прошептала на ухо Хульдра, - Попробуй только. - Ну, если так, - кузнец с некоторым облегчением улыбнулся, - Будем надеяться, повзрослеет, ведь вроде в меня пошёл. - А давай я следующий раз дочурку с собой прихвачу. Дарыля девка огонь, увидит твой Коша, вмиг всех эльфиек забудет. - Почему бы и нет, захвати. Может, в самом деле, чего сладится. Только у меня к тебе ещё одно небольшое дельце, Глирим. Двух попутчиков возьмёшь? - Возьму, конечно, отчего же не взять? Когда это я от лишней пары золотых монет отказывался? Тем более, когда места ещё есть. Так кого забирать? - А вот их, - Зерах кивнул на Скрута и Хульдру. Дворф повернулся, скользнул взглядом по фигуре дренейки и стал пристально изучать воина. - Я, так понимаю, с ним обращаться умеешь? – Глирим кивнул на меч. - В одиночку с «ужасом пустыни» разделался, - вмешался в разговор кузнец. - Да ну? – не поверил дворф. - Вот, это из его трофеев, - Зерах продемонстрировал почти готовый щит. Во взгляде главы каравана появилось уважение. - Тогда чего тебе простым пассажиром ехать? Давай я тебя в качестве охранника найму. Плачу пять золотых. - Я не один сражался, мы были в паре, она, - Скрут кивнул на Хульдру, - Маг. - Вот как? И какова специализация? – Глирим скептически оглядел короткий и слишком хрупкий на вид, посох Хульдры. - Магия жизни, противостояние нежити, а ещё стихия огня. - Во как! Забавное сочетание. А с некромантией ты хорошо знакома? - Могу противостоять некроманту шестого круга посвящения. - Годиться! Тогда нанимаю тебя на службу, её в резерв и… восемь золотых за вас двоих. По рукам? - По рукам, - согласился за двоих Скрут, хотя по гримасе на лице кузнеца и локтя Хульдры ему в бок, понял что поспешил. Следовало поторговаться, но что сделано, то сделано. - Слушай, Зерах, - сказал повеселевший Глирим, - Да мне тебе приплачивать за таких попутчиков надо. - А я шо, отказываюсь? Давай, приплачивай. - Потом, из калыма вычтем… - Вот что, - дворф поспешил сменить тему, - Мы уже почти готовы в путь. Полчаса на сборы вам хватит? - Да нам только рюкзаки похватать, да трусики Хульдры, что на верёвке в ванной сушатся снять, - хотел сказать Скрут, но благоразумно промолчал. - Хватит, - сказала Хульдра. - Вот и хорошо, - и уже обращаясь к кузнецу, - Ладно старина, пошёл я. В самом деле, дел ещё много. Надеюсь, вскоре свидимся, жди нас. Последняя фраза была сказа весьма многозначительно, от чего Зерах слегка впал в какую-то мечтательную задумчивость. - Ну, тогда мы тоже пойдём, - Сказал Скрут, испытывая некоторую неловкость. - А? Ну да, да, конечно, - всё ещё пребывая в задумчивости, ответил кузнец. Что оставалось? Только шагать по своим делам. Тем более что времени и правда совсем мало. А надо ещё в гостиницу заскочить, собрать свои пожитки в дорогу, за постой с хозяйкой рассчитаться. Но едва они с Хульдрой дошли до ворот, кузнец окликнул. - Молодой человек, можно вас на минуточку? Скрут послушно вернулся, попутно гадая, чего такого от него понадобилось. Но всё оказалось до банальности просто. - Вот что я вам скажу, человек вы достойный, а достойные люди должны друг другу помогать. Так вот, Штормград город большой, красивый, да вот беда, всяких босяков там тоже хватает. Чуть зазевался, как кошелю ноги приделали. Потому очень советую: если есть, какой капиталец, то положите его в банк. Есть там один очень хороший, рядом с кварталом магов по дороге в порт, там ещё вывеска: «У Бени». Вот, возьмите визитку. Там её предъявите и вам процент набавят. - О боги! – мысленно взмолился Скрут, - И тут промоутеры. Нет, я таки точно рехнулся. Но всё же взял кусочек картона, сунул его в карман и поспешил к своей спутнице. Не забыв сказать спасибо. - Чего он хотел? – настороженно полюбопытствовала Хульдра. - Да ничего особенного, - отмахнулся Скрут, - Так, обычная рекламная акция. - И всё же? - Банк в Штормграде один посоветовал, говорит, хороший процент дают. - Между прочим, хороший совет, надо наши деньги в порядок привести. - Ладно, пошли уже. Некогда раскачиваться. В гостинице Хульдру ждало небольшое разочарование. В глазах Элиэль засветилась такая истинная радость за чужое счастье, что об упоении триумфом можно было и не мечтать. Минуту девушки пощебетали как подруги, чья дружба с самого детства, затем дренейка охнула и, посетовав на нехватку времени, умчалась собираться. Мужчина же, задержался, чтобы рассчитаться за ночлег и прочий сервис. Скрут не говоря не слова, извлёк из кошелька золотую монету и положил её на стойку. Да, это как минимум втрое превышало цену услуг, но сегодняшнее событие обязывало быть щедрым. Элиэль, благодарно улыбнувшись, приняла плату также, не проронив ни слова. Вот и всё. И правильно, зачем впустую сотрясать воздух, когда всё сказали глаза. - Я так рада за вас, поздравляю. Но, если с оказией загляните в наши края, надеюсь, загляните в моё скромное заведение? - Безусловно, загляну, тем более что здесь такая очаровательная хозяйка. - С нетерпением буду вас ждать. Что, некрасиво подобное поведение для мужчины, который вот только вступил в брак? Но зачем же напрасно обижать девушку отказом зная, что снова в этих краях вряд ли снова окажешься. А если и занесёт судьба, то опять же, почему и нет? Глупо отказываться от такой красотки. В той жизни Скрут был давно женат. А известно же, ничто так не усыпляет чувство верности в мужчине, как долгие годы безмятежного брака. Как оказалось, пока мужчина бессловесно любезничал с эльфийкой, его супруга уже успела собрать вещи. Впрочем, вещей-то у них было всего ничего. Да и свой рюкзак Скрут по старой армейской привычке держал наготове. Но вот тот факт, что Хульдра ещё и непостижимым образом успела собрать в дорогу кое какой провиант, кольнул самолюбие мужчины. Он как-то это совсем упустил из виду, хотя и мнил себя бывалым путешественником. Впрочем, тут же утешил себя мыслью, что в караване непременно будет котловая кормёжка. Далее, когда Скрут уже потянулся к ручке двери, его остановила Хульдра. - Постой, давай присядем на дорожку, как велит обычай. Не будем здесь, на чужбине забывать, что мы всё же русские люди. Мужчина тотчас присел на первый подвернувшийся стул. Не в силу рвения следовать традиции, сколько от самих слов. Уж больно странно их было слушать от этой рогато-хвостато-копытастой особы, тем не менее, с русской душой. - Э-э-э… - Скрут уже хотел было ляпнуть об этом факте, но вовремя проснувшийся такт поспешил сменить тему, - А вдруг я не русский? - Как же, не русский. Когда ночевали в том доме, ты разговаривал во сне. Я таких матерных оборотов и не слышала. А ведь у меня папа военный, полковник. Преподаватель в военной академии. Мужчине хотелось сказать, что он думает о преподавателях и их службе вообще, как девушка вскочила на ноги, - Ну что расселся? Пошли, нам ещё караван искать. И решительно цокая по полу, Хульдра зашагала на выход. Скруту только и оставалось, как последовать за ней. Уже выходя из таверны, мужчина невольно последовал ещё одному обычаю. В какой-то момент не выдержал ощущения взгляда в спину и обернулся назад. Хозяйка таверны, улыбаясь, посылала воздушный поцелуй. При этом эльфийка чуть подалась вперёд. И тотчас ворот её платья фривольно приоткрыл взору человека восхитительную, при том довольно приличного размера грудь. Оторвать взгляд от такого зрелища было выше сил Скрута, так и вышел из таверны задом наперёд. - Значит, сюда ещё вернусь, - как-то отстранённо мелькнула мысль. - И как, чья больше? – невинным голосом поинтересовалась дренейка. - Твоя конечно, - всё ещё пребывая под впечатлением, ответил мужчина. Всё никак не удавалось прогнать с глаз и те полушария, а ещё блудливую, но такую притягательную улыбку на очаровательном лице эльфийки. И тут же, понимая, что спалился, попытался выкрутиться, - Ты о чём? - Всё о том же, мой дорогой, о сиськах. Ну да, не прокатило, оставалось только наглеть и хорохориться. - Вот так сказать нельзя, вдруг оптический обман зрения? Тут щупать надо. - Да, это моя вина, - вздохнула Хульдра, - Надо было её третей пригласить. Но я же о тебе заботилась. Кто же знал что ты у меня такой неутомимый жеребчик. Ведь такой трудный переход был. Вдруг бы ты на мне выдохся? Пришлось бы за тебя отдуваться. - Интересно, как же? Точнее чем? Как успел я заметить, ты далеко не футанари. - А это у меня зачем? – дренейка взмахнула хвостом, - Чем он хуже твоего дружка? И заметь, не зависит от настроения… ой, а чего это мы так покраснели? Кажется, понимаю, мой суровый воин никогда не был в постели с двумя девушками. А уж о варианте одна девушка и двое мужчин и подумать боится. Было понятно, что Хульдра над ним немного издевается, а точнее мстит. Но всё равно, было неприятно. Да и всякие мысли в голову лезть начинали. Это нужно было прекращать. Скрут не стал препираться, а поступил ассиметрично. - Да, не был, да боюсь и подумать, - сказал он ровным голосом глядя в глаза, - Я же говорил что старомодных принципов. И вообще, может я того, однолюб. Девушка смутилась, - Знаю. Это очень хорошо, что ты такой. А то, что случилось, всего лишь эльфийские чары. Сейчас помогу, как говорят, клин клином. Не успел Скрут ничего ещё понять, как Хульдра теперь сама посмотрела ему в глаза. На лице заиграла та самая многообещающая улыбка. Руки дренейки обвили шею мужчины, кончик языка облизал чуть приоткрытые губы, а затем последовал поцелуй. Сколько он длился, минуту, две, или вечность? Этого мужчина сказать не мог, так как потерял не только ощущение времени, но реальности. Но всё когда-то кончается. - Как, тебе теперь легче, милый? - Да, любовь моя, - ответил Скрут глядя на такое прекрасное, дорогое и родное лицо супруги, - Как ты это сделала? В самом деле, эльфийка в его воображении хоть и оставалась как прежде привлекательной, но того самого умопомрачительного зова плоти уже не было. Да и ну её, эту эльфийку. Сейчас душу переполняли лёгкость, счастье и немного страх. Да, именно страх, так как Скрут на мгновение представил, что он там, в лесу разминулся с Хульдрой. - Всякая дренейка немного суккуба. И пошли быстрее, а то точно, караван уйдёт без нас. Придётся в таверну возвращаться. - И делить кровать на троих с хозяйкой таверны, - не сдержался от шутки мужчина. - Что ты, дорогой! Разве я, как любящая супруга позволю терзать твои старомодные чувства всякими трио? Нет, я тебя оставлю вдвоём с эльфийкой, а сама проведу ночь с сыном кузнеца Кошей. А то будет несправедливо лишать такого симпатичного мальчика ласки, раз его ветреная подружка будет занята тобой. Скруту как-то сразу расхотелось шутить. И вообще появилось жгучее желание быстрее покинуть этот городок. Потому, он взял супругу за руку и они поспешили к западным воротам. Вид каравана потряс Скрута. Он ожидал увидеть если не некое подобие земных верблюдов с тюками груза, то максимум, цепочку крытых гужевых повозок. А тут на тебе, поезд. Мужчина даже присвистнул от удивления. - Ух ты, поезд… - восторженно прошептала Хульдра, тем самым подтвердив, что ничего её спутнику не померещилось, а всё так и есть, перед ними самый настоящий земной поезд. Впрочем, по поводу того что поезд земной, Скрут несколько погорячился. Справившись с первым потрясением, он уже начал замечать вполне существенные отличия. Длинные, вполне привычных габаритов вагоны очень сильно походили на почтово-багажных земных собратьев. При этом опирались они не на привычные спаренные тележки, а на огромные, диаметром в пять метров колёса. Но такой изыск был понятен, рельсов нигде не наблюдалось, поезд стоял просто на брусчатке дороги. Мужчина и не пытался на взгляд определить, из какого металла отлито это древнейшее изобретение, просто подивился, ажурности литья, особенно спиц, а также мысленно отметил, что попадать под них при движении не стоит. Колёса были шириной не менее метра, при этом слой неведомого материала, похожего на резину и явно служащего для смягчения хода поможет мало. Сцеплен состав был весьма оригинально. Два вагона образовывали пару, как земные трамваи, а сами пары соединялись не совсем понятными, но довольно длинными сцепками. И таких пар насчитывалось шесть. Зачем такие изыски вскоре стало понятно. По бокам длинных сцепок засуетился персонал, запрягая по бокам тягловую силу, какую-то разновидность местных динозавров. При этом сохранялась возможность пассажирам перемещаться от первого до последнего вагона на ходу. Прямо, по крышам вагонов был проложен настил с леерным ограждением, а между парами были перекинуты подвесные мостики. Но взглянув в голову состава, Скрут удивился вновь. Там вальяжно, как курильщик после сытной трапезы, пускал кольца дыма из трубы и попыхивал паром паровоз. Да, это чудо техники также опиралось на дорожные колёса, но ничем иным как паровозом оно быть не могло, котёл, цилиндры, шатуны и прочее тому свидетельство. Разве что внешне больше походил не на закопчённых сажей и пропитанных мазутом трудяг, эпохи окончания пара, а на гипертрофированное детище девятнадцатого века. Паровоз сверкал свежей краской, медью и хромом. Два машиниста с огромными маслёнками деловито проверяли состояние механизмов. Ещё один такой же, но судя по всему главный, был занят куда более важным делом. Властным басовитым голосом отдавал команды погонщикам, которые цепляли к паровозу упряжь из шести динозавров. Скрут попытался сообразить, зачем такая комбинация конно-паровой тяги, но его отвлекли. - Уже пришли? Молодцы, вовремя! Мужчина с дренейкой обернулись. Перед ними стоял уже знакомый дворф Глирим. - Да нам собираться, только подпоясаться, - ответил за двоих Скрут. - Это хорошо, что вы ещё такие лёгкие на подъём, - хмыкнул дворф, - Ваше звено седьмое, отсек четыре. Кают-компания, то есть столовая, в пятом звене, обед через час после отправки. Сказав это, Глирим заторопился прочь. Оно и понятно, у начальника эшелона перед отправкой масса дел. Правда, отбежав шагов двадцать, он обернулся и крикнул уже мужчине, - В первом звене штаб, доложись лейтенанту Зику! - И где это седьмое звено? – спросила Хульдра, когда они снова оказались одни. - Седьмое звено, это седьмой вагон, а отсек, стало быть, купе. Ты давай, устраивайся, а я пошёл новому начальству на ясны очи покажусь. Штаб был неким гибридом привычного общего вагона с казармой. В начале вагона было небольшое помещение типа дежурки, по совместительству служившим пристанищем для начальника охраны. В данный момент в нём находилось три человека. Хотя, такой на данный момент был только один, седовласый, со шрамом на лице и эполетами сержанта наёмников хуман. Вторым, тоже сержантом был эльф, а вот лейтенант оказался орком. Но это не удивило Скрута, он уже знал, здесь много орчьих племён, не примкнувших к орде, равно как и людей, не то что не состоящих в альянсе, а даже враждебных ему. В данный момент лейтенант Зик, склонившись над картой, втолковывал подчинённым особенности предстоящего перехода. Мужчина, будучи знакомым с армейскими порядками не понаслышке перебивать не стал, просто застыл в двери, терпеливо ожидая, когда на него обратят внимание. А заодно прислушивался, вдруг чего и для себя полезного узнает. Но вот орк оборвал свою речь и вопросительно взглянул. - Рядовой Скрут! – чётко, но с небольшой небрежностью, выдававшей бывалого служаку, доложился мужчина, прикладывая руку к виску, - На предстоящий переход поступаю в ваше распоряжение. - Это хорошо, - одобрительно кивнул лейтенант, - Лишних солдат никогда не бывает. Мечник? - Так точно, мечник, - Скрут заработал ещё один одобрительный кивок, - Но также владею огнестрелом. На последнее замечание лейтенант только махнул рукой в сторону эльфа, дескать, есть у нас стрелки, есть. - Вот что Скрут, пока отдыхай, а как остановимся на ночлег, заступишь со мной на дежурство, там и посмотрим кто ты и что. А пока отдыхай и готовься. Мужчина ещё раз отдал честь, чётко повернулся и покинул вагон. Но выполнять полученное распоряжение не торопился, его буквально съедало любопытство. Потому, минуту подумав, Скрут направил свои шаги в сторону паровоза. Там, все приготовления уже завершили, так как у локомотива степенно пыхтел трубкой только один машинист. Судя по важному виду и манере держаться, он был главный в паровозной бригаде. Той же расы, что и начальник состава. Дворф неприязненно взглянул на человека и, не дожидаясь пока тот заговорит, выдал скороговоркой, - Нет, мы не сломались. Тяги хватает, легко потянем пять таких цепочек. Тягловые животные потому, что пойдём через край, где негде взять воды для котла. Пары развели потому, что на подъёмах будем подключаться. Ещё вопросы есть? - Да что вы, я просто так, посмотреть, - Скрут смутился и далее неожиданно для себя выдал, - Просто первый раз вижу машины тройного расширения. Последние слова сразили дворфа, он едва трубку не выронил, - Так не мудрено, только в прошлом году этих красавцев в серию запустили. Поняв, что попал в точку, мужчина решил закрепить успех. - А рельсовый путь далеко уже проложили? - Здесь на Калимдоре вообще нет, а у себя дома, в Восточных Королевствах, в Тернистую долину упёрлись. Вот доберёмся туда, сменим колёсные пары и дальше с ветерком! - А до мыса не дойдёте, потому что эти ушастые зеленокожие зазнайки упёрлись в свой стандарт? Лесть была грубой, но попала в точку. - Именно! Ведь правильность нашего стандарта неоднократно подтверждена на испытаниях. Да что с них взять, гоблины. Жадность, впереди всех талантов, на длине шпал экономят. Тьфу. Не найдя что ответить Скрут подошёл к паровозу и заметив потёк масла, машинально извлёк из кармана платок и стёр это непотребство. Это не осталось незамеченным. - Я вижу, ты технику любишь, даром что хуман, - одобрительно сказал дворф, - Может, бросишь это махание мечом и ко мне в ученики пойдёшь? - Куда мне, при моих габаритах, да и жена не пустит. - Это да, - вздохнул гном, - Ты несколько великоват. Но всё же подумай, мы тоже что-то придумаем. - Ага, - сказал Скрут, только для того чтобы что-то ответить и не желая продолжения нагаданной вербовки, отправился к себе. Надо же проверить, как там устроилась его благоверная. Дойдя до нужного звена, мужчина поднялся по лестнице в тамбур. Там, на секунду задержался и встряхнул головой, словно прогоняя наваждение. И дело было не в том, что внутри интерьер напоминал до боли знакомые купейные вагоны. Узкий коридорчик, разве что окон поменьше и ряд привычных сдвижных дверей. Даже коврик на полу. Хотя чего там удивляться, схожие проблемы порождают схожие решения. Но что реально удивило, так это запах. Внутри этого инопланетного, или какого там вагона стоял всё тот же, слегка спёртый, слегка с запахом дыма и смазки и прочего-прочего, но всё тот же неповторимый железнодорожный запах. - А может я, в самом деле, в вагоне? Налакался с попутчиками водки, уснул, вот и снится всякая фигня, - подумал Скрут, остановился напротив нужного купе, потянул ручку двери. - Эй! Стучать нужно! – резанул слух вскрик дренейки. Хульдра, в одних только трусиках стояла посреди купе, прикрывая обнажённую грудь какой-то тряпкой. - Это что ещё за перформанс? – мысленно взвился мужчина, судорожно осматривая помещение на предмет посторонних мужского пола. - Да заходи быстрей, - дренейка буквально втащила своего супруга в купе и захлопнула дверь, - Переодеться хочу. С этими словами Хульдра продолжила копаться в своей котомке, а Скрут плюхнулся на седушку и осмотрелся, продолжая удивляться дальше. Надо же, их разместили в двухместном, или как говорят, спальном купе. Доводилось ему путешествовать в подобных вагонах, ещё в той реальности. Два вполне просторных спальных места-дивана внизу, над ними полки для багажа и столик на привычном месте у окна. Вот разве что само окно несколько выбивалась из стереотипа. Оно было явно меньших размеров, зато стекло опускалось, как и полагалось вниз, что было тотчас проверено. Далее интерес мужчины привлёк непонятный и внушительный рычаг над окном. Следуя менталитету землянина, Скрут тотчас потянул его вниз. Рычаг не поддавался. Но разве такие мелочи могут остановить человека с Земли? Мужчина налёг всей своей массой и подлая железяка поддалась. Что-то заскрипело, зашуршало и громко хлопнуло. В купе сразу стало темно. - Так вот оно что, - мысленно радовался своему открытию Скрут, - Это же бронированные ставни! Вот смотровые щели, а сюда можно арбалет, или огнестрел приспособить, только стекло опустить. - Ты чего сделал? Темно же! – возмутилась Хульдра. Скрут вздохнул и с тем же усилием перевёл рычаг вверх и ставни вернулись на прежнее место, после чего опять примостил свою пятую точку на диван. Хульдра покончила с поисками и тоже уселась на диван. В её руках было нечто напоминавшее спортивное трико и футболку. - Вот, тоже купила, - чуть виновато улыбнулась она, - Как знала, что в поезде поедем. - Ага, - ответил мужчина, без всякого стеснения рассматривая девушку, пардон, уже женщину. А что? Имеет право, законная супруга, в конце концов. Но не изящная фигура с достойными прелестями в данный момент интересовали Скрута, это он ещё не раз успеет и посмотреть, и пощупать. В данный момент, уж больно было любопытно, как она футболку наденет. В частности, как просунет свою рогатую голову в довольно узкий вырез футболки. Оказалось быстро и ловко, ни разу не зацепившись. И хвостик с ходу полагающееся ему отверстие в трико нашёл. Скрут даже несколько вздохнул разочаровано. Подумав, он тоже решил снять с себя оружие и защитное железо. Внезапно вагон дёрнуло, что-то лязгнуло и мир за окошком поплыл. - Вот мы и поехали, - тихо, но несколько торжественно сказала дренейка. Мужчина только кивнул. В его душе тоже зародилась уверенность, что всё у них будет хорошо. Но вот найти нужных слов подходящих моменту он не смог. Меж тем поезд набирал ход. Вскоре путешественники с немалым удивлением отметили, а едут они довольно быстро. Не «Сапсан» конечно, но вполне себе скорый поезд. Разве что не было слышно стука колёс на стыках, да отсутствовала эта осточертевшая по былым поездкам бесконечная лесополоса за окном. Последнее было даже хорошо, не мешало любоваться проплывающим за окном пейзажем. Скрут окрестил его саванной, хотя это было весьма условно. Понятно же, что здесь всё иначе, да и саму саванну он видел только по телевизору. - В Европе так, - нарушила тишину Хульдра, - Едешь и всё видно хорошо. Не то, что у нас, как в тоннеле. Ты был в Европе? - Был, но мало. Да и не на поездах в основном ездил… - А на чём же, на танке? Как в той рекламе? - Почти, только на летающем… Почему-то Скруту не хотелось сейчас вспоминать о той жизни. Хульдра это заметила. - Хорошо, расскажешь потом мне, если сам захочешь. И знаешь, давай так: будем теми, кто мы есть здесь. А о той жизни не приставать друг к другу с вопросами, разве что кто сам из нас захочет чего рассказать. - Да, дорогая, - чуть поспешно согласился мужчина. Ему показалось, что дренейка чуть обиделась. Вздохнув, он поднялся со своего места, сел рядом, обнял Хульдру за плечи, чмокнул в щёку. - Думаешь, успеем? – томно и многообещающе прошептала та в ответ. Вообще, мгновение назад Скрут ни о чём таком не думал. Но, как истинный военный умел быстро принимать правильные решения в соответствии с изменившейся обстановкой. - А это мы сейчас проверим… Его правая рука, занимая столь выгодное стратегическое положение на флаге, то есть талии, совершила прорыв под футболку, совершила быстрый марш по гладкой коже живота и с ходу завладела двумя высотами. А мигом затвердевшие соски на оных сообщили о желании прочих частей тела объявить о капитуляции. Хотя чего там, какая капитуляция, если прошлой ночью была проиграна вся война. Именно в результате подобного «блицкрига» его, так сказать, заманили в «глубь территории», окружили любовью, лаской и ничего другого не оставалось, как принять решение о сдаче. Сам «акт о капитуляции» был подписан и зарегистрирован сегодня утром. Вот только не «фронтовые» сводки занимали сейчас голову мужчины. Ему почему-то вдруг пришла в голову одна глупая мысль: будь они на земле, то обязательно в самый критический момент распахнулась бы дверь и на пороге возникла неизменным стражем вагонной нравственности, проводница. Этой особе полагалось быть невысокой, но коренастой, слегка в возрасте и неизменно недовольным выражением лица. С усилием прогнав наваждение, уж больно сильно романтический настрой портило, Скрут оставил в покое грудь ухватился за края футболки намариваясь сдёрнуть её с тела своей… чего уж тут, надо привыкать, жены. С шумом распахнулась дверь и на пороге возникла женщина, невысокая, коренастая, слегка в возрасте и копной рыжих волос понятно, что дворф, вернее дворфийка. На ней был кожаный доспех, короткий меч на поясе, а ещё какой-то полосатый жезл. Последнее как раз и указывало на то, что это не воин, а местный аналог проводника. Уверенный и бесцеремонный взгляд, которым она окатила изображавшего пай-мальчика Скрута, смущённую Хульдру только подтвердил верность предположения. - Ух ты, - подумал мужчина, - А ведь переодень её в форменный пиджак, да сунь в плацкартный вагон того же поезда Воронеж – Москва никто и не заприметит, что не рода человеческого. А может у нас на Земле давно дворфы живут рядом с нами? Спокойненько так себе шпалы с рельсами укладывают, асфальт укатывают. Ведь если разобраться, такое же не под силу человеческой женщине, просто мы привыкли и не замечаем. Интересно, а эльфы и орки тоже среди нас есть, а гномы, дренеи? Увы, дальнейшие рассуждения были прерваны не менее уверенным голосом проводницы. - Девочка, если хочешь, во второй отсек тебя переведу? Он как раз свободный, а то знаю я этих рыжих. - Мы муж и жена, - чуть скороговоркой ответила Хульдра, - Поженились сегодня утром. - Ой, простите, - расцвела в улыбке дворфийка, - Поздравляю вас. Может, чаю хотите? - Так обед же скоро. - Ах да, через полчаса. Но ты всё равно, если что заходи. За чаем, или просто так, поболтать. Ехать нам ещё долго, - уже с дверей понимающе подмигнула дренейке, - Санузел с душевой в восьмом отсеке. - А ведь точно, на Азероте мы. Разве земную проводницу такой мелочью как законный брак пронять? - снова ударился в размышления Скрут, глядя в захлопнутую дверь. – Там же так, нельзя и всё. Но дверь я на вот этот крючочек всё же прикрою. Минутное же дело. - Тебя долго ждать? – совсем как-то неожиданно прозвучал за спиной голос Хульдры. Мужчина обернулся. За то время пока он возился с крючком запирания двери, его супруга, хотя он всё ещё никак не мог осознать это столь неожиданное изменения своего гражданского состояния, уже полностью избавилось от одежды. Сейчас возлежала на своём диване, тщательно пытаясь изобразить роковую соблазнительницу. Её выдавали руки, которыми она то и дело пыталась прикрыться. Зато сколько во взгляде было обожания, желания, нетерпения и… стыда. Уже только от этого кровь ударила мужчине в голову, или в другое место. Но когда в какой-то момент Хульдра не выдержала, перевернулась на живот, но тут же опомнилась, подтянула колени, прогнула спинку и игриво вильнула хвостом, Скрут зарычал как заправский орк и буквально сорвал с себя свои одеяния. Время до обеда пролетело незаметно. - А знаешь, - сказала неожиданно Хульдра, когда они, уже приведя себя в порядок, собирались выйти из своего купе,- Я, когда сюда попала сюда, ничего больше не желала, как вернуться домой. Несмотря на то, что прежде мечтала побывать в этом мире и в этом теле, своего… как странно сейчас это говорить, персонажа. А вот теперь и не знаю, насколько я этого хочу, вернуться назад. Скрут собрался ответить нечто в духе, что они сами себе не принадлежат, что там у них есть обязательства перед близкими, друзьями и прочими, но глядя в пронзительно-голубые и такие доверчивые глаза понял, что эта правда сейчас не нужна, от его ждут иных слов, тех, что от души. - Я тоже не знаю, хочу ли вернуться, только прошу, не спрашивай почему, по крайней мере, сейчас… Ласковая ладошка на уже слегка колючей щеке, касание губ, кажется, его поняли неправильно. Или наоборот, правильно, просто он сам ещё себя не понимает? - Всё, пошли. Не могу же я допустить, чтобы мой любимый муж остался голодным. Они вышли в местный аналог тамбура и по винтовой лестнице поднялись на крышу. Вид отсюда был куда лучше, чем из окна. А встречный ветер, протянутые для безопасности леера создавали иллюзию, что они на корабле. - Как красиво! – восхищённо воскликнула дренейка, - Только ради этого стоило сюда попасть! Скрут сначала хотел возразить, что у него несколько иное мнение но, не желая показаться пошлым, промолчал. Внезапно ему в голову пришла мысль, - А что если дойти до головного вагона и там попытаться изобразить ту самую знаменитую инсталляцию из фильма «Титаник», Ди Каприо со своей Кейт Уинслет от зависти умрут. Эх, жаль, фотика нет. Сюда хотя бы цифровую «мыльницу». Идти пришлось не долго. Крыша их вагона, мостик над длинной сцепкой, по бокам которой мощно и быстро бежали ездовые животные, ещё одна крыша и вот то самое пятое звено. Который раз подтвердилось правило, что схожие проблемы порождают схожие решения. Из тамбура они попали в самый обыкновенный вагон-ресторан. Всё те же два ряда столиков, буфет, за ним кухня. Разве только что окна здесь тоже способны превращаться в бойницы. Народу было ещё немного, примерно треть. Тем не менее, присутствовали почти все расы Азерота, за исключением разве что отрёкшихся. Ну, это и понятно, мёртвым пища не нужна. Что до прочих, то явно дворфы тоже исповедовали правило: деньги не пахнут. И не важно, кто платит золотой, дреней, или тролль, лишь бы платили исправно. Не успели путешественники толком осмотреться, как к ним подскочила официантка. Она тоже была из дворфов, но на этот раз молоденькая и вполне фигуристая, несмотря на свой относительно небольшой рост. Выудив из белого передника блокнот, она кивнула и сделала карандашом отметку. - Вам сюда, - улыбнувшись, официантка указала на свободный столик слева. Присев на своё место, Скрут поискал меню, но его не оказалось. Что же, не стоит ждать полного совпадения с тем миром. Хотя, вполне возможно, что его принесёт официантка, так бывает, в любом случае нужно подождать. А пока, чтобы хоть чем-то занять себя мужчина огляделся. Отметил про себя, что в основном заняты столики справа, хотя чем это вызвано, непонятно. Напротив них весело проводила время компания из четырёх девушек-эльфиек. Сложно было сразу понять, они из немногих уцелевших высших, или син’дорай, главное то, что все были красавицы, хотя эльфиек других и не бывает. Девушки грациозно ели, вернее вкушали неведомые Скруту фрукты, запивая их вином. И хотя оное было непривычного, изумрудного цвета, сомнений наличие в нём алкоголя не было. Разговаривали и хихикали девушки уже чуточку громче, чем позволял светский этикет, а милые глазки подозрительно блестели. - Самое время знакомиться, - только и отметил мысленно мужчина, ибо женат! Тем временем разговоры у эльфиек сошли на шёпот, а те самые блестящие глазки открыли пока робкую пристрелочную стрельбу. Но вот здесь уже Хульдра ответила такой контрбатарейной борьбой, что четвёрка тут же сникла и потупилась. Но только на мгновение. Эльфийки бы не были эльфийками, если бы стали делать вид на тему: ничего не случилось. Сейчас они смотрели на пару дружелюбно и покаянно. Без всяких слов предлагая дружбу. А дружбу только глупец отвергает, но вот окончательно точки расставить надо. Скрут тоже дружелюбно улыбнулся в ответ и взял Хульдру за руку. А так удачно заглянувший в вагон лучик местного светила сверкнул на обручальных кольцах. Это надо было видеть. На миг только лёгкое удивление, а далее восторг, восхищение, радость. Только теперь всё это глаза эльфиек изливали на дренейку. Та даже смутилась, вон даже щёки сиреневыми стали, румянец пробивается. Вот теперь точно поря знакомиться, да вот незадача именно сейчас как раз меж ними, толкая на слегка поскрипывающих колёсах сервировочный столик, возникла официантка. Без всяких меню и вопросов, дворфийка принялась быстро накрывать стол. Мелькали тарелки, столовые приборы, салфетки, кастрюльки. - Понятно, - сообразил мужчина, - Мы же на службе, а потому за счёт заведения нам полагается комплексный обед. Правда, сходство с земным бытием заключалось разве только в отсутствии выбора блюд. В остальном же было очень неплохо и аппетитно. Чего уж говорить, даже хлеб вызывал желание его съесть, а не замазывать щели в окнах. Эльфийки деликатно оставили пару в покое, чему Скрут был очень рад. Он судорожно искал по всем своим памятям хоть какие-то навыки этикета. Как-то не радовала перспектива в таком обществе явить свои армейские манеры, которыми доселе он вполне успешно обходился. Конечно, он знал, мужчина должен ухаживать за дамой. Но вот как это сделать, следуя этому самому проклятому этикету, голова никаких познаний не содержала. Выручила Хульдра. В отличие от мужчины, она вполне уже освоилась в роли жены, то есть собственницы. Хоть и в лучшем понимании этого слова. А Скруту что? Ему ничего. Хочет женщина похлопотать о своём мужчине, так пусть. У него и так забот полон рот. Блин, угораздило же его такой кусок хлеба откусить! Теперь вот мучайся, думай, как прожевать красиво и непринуждённо, а главное, вопреки своим привычкам, медленно. Боги милостивые, как же это трудно есть не торопясь! Но всё же, несмотря на все мучения, мужчина справился с нежданным испытанием. Это было понятно по удивлённым взглядам, которые бросала на него спутница. Скрут даже призадумался. Что же это получается, доселе его вовсе не заботило, как выглядит со стороны его процесс, по-другому и не сказать, поглощения пищи. А вот теперь вдруг озаботился этим. Понятно, что выглядеть мурлом перед четырьмя красавицами-эльфийками не хотелось. Но ведь его Хульдра не хуже и даже лучше. Эльфийки на его вкус были слишком худощавые и формы не так ярко выражены. Может дело в том, что дренейка уже своя, а эльфийки чужие? Вполне возможно, если бы не одно но. С Хульдрой он себя сразу вёл себя довольно непринуждённо. И вывод из этого только один, с первой встречи подсознание мужчины назначило дренейку своей женщиной, или… это «суккуба» мгновенно его приворожила. Подумав, Скрут остановился на втором варианте, как более комфортном для самолюбия. - Вы ведь тоже из седьмого звена? – прервала философские размышления мужчины одна из эльфиек. - Да, в седьмом, в четвёртом отсеке, - ответила Хульдра. - А мы в шестом, пошли к нам, - обрадовалась эльфийка и, переходя на шёпот, - А то здешняя хозяйка этой таверны на колёсах не любит когда слишком долго посетители засиживаются. Вернулись в своё звено они довольно быстро. Скрут конечно был не прочь поглядеть с высоты крыши на здешние красоты, но ему тотчас объяснили что: - в степи смотреть особо нечего; - лес куда красивее, особенно «Лес Вечной песни»; - из трубы этого механического чудища то и дело обдаёт дурно пахнущим дымом; - и вообще, их стараниями в этой аскетической конуре именуемой отсеком создан вполне эльфийский уют, потому лучше поторопиться туда. Сам отсек несколько удивил мужчину тем, что это теперь было самое обычное четырёхместное купе, хотя несколько больше, чем принято в земных поездах. А он-то думал, что здесь всё будет однотипным, как он привык. Хотя чего тут, пусть и порождают схожие проблемы схожие решения, но это не значит, что идентичные. И в самом купе-отсеке действительно было уютно. Шёлковые занавески, балдахины, обилие живых цветов. На фоне этого их с Хульдрой обиталище было совсем уж аскетичным. - Нужно будет при случае хотя бы полевых цветов нарвать, - поставил себе мысленную зарубку Скрут, наслаждаясь как пением птиц, звонкими голосами эльфиек. И правда, хозяйки тараторили без умолку, потому вскоре гости знали, что девушки учатся на первом курсе магической академии и ещё не выбрали будущие специализации. А сейчас у студентов каникулы и потому они путешествуют домой в Луносвет. Конечно, они назвали и свои имена, но мужчина понял, что с первого раза ему с четырьмя «…силь» не разобраться, потому он поступил просто, мысленно называл их по самому заметному признаку, то есть по цвету волос: рыженькая, синенькая, зелёненькая и беленькая. Меж тем хозяйки купе уже усадили гостей, на столике появились фрукты и плетёная бутылка вина, причём довольно внушительная. Увы, мужчине только оставалось завидовать девушкам, да тешить себя мыслью, что вино женское и ему не понравится. Да, бесспорно, от одного бокальчика ничего не будет, но кто даст гарантию, что после одного бокальчика не последует другой, третий. Да и неизвестно, какой нюх там у орков. А портить о себе впечатление вот так с ходу не хотелось. Однако оставаться единственным непьющим в компании, довольно неуютно. Чтобы как-то себя занять, Скрут ещё раз огляделся и его взгляд наткнулся на висящий в уголке музыкальный инструмент. На первый взгляд лютня, если судить по каплевидному корпусу, но вот гриф как у гитары, да и струн тоже шесть. И тут неожиданно накатила такая одновременно щемящая и сладкая ностальгия. Ведь он с отрочества не расставался с эти инструментом. И даже играл в школьном ансамбле, где с такими же фанатами как сам пытался подражать модным в ту пору группам. Потом было училище и опять ансамбль, но вот по выпуску для музицирования времени становилась всё меньше и меньше. Офицерская служба она такая. Разве что на посиделках сослуживцев изредка терзал струны. А вот последние годы вовсе забросил. Интересно, а вспомнят ли руки? Скрут приподнялся, снял инструмент, вернулся на место. А ведь помнят руки, помнят! Вот левая кисть, знакомо обхватила гриф, пальцы правой коснулись струн. Звук несколько отличный от гитары, но такой глубокий, приятный. И сразу видно, это не ширпотреб, а как минимум, изготовленный на заказ инструмент. Мужчина вдруг ужаснулся, а вдруг это нечто по стоимости сравнимое со скрипкой Страдивари? А он так просто, без спросу. Вон и Хульдра глядит укоризненно. Но хозяйки отнеслись к такому самоуправству более чем благосклонно. - О, так вы не только воин, но ещё и менестрель, - сказала рыженькая эльфийка, изящно пригубив бокал с вином, - Может, споёте нам чего-нибудь? - Ну что вы, какой из меня певец, боюсь на вашем фоне, мой голос будет скрипом несмазанного тележного колеса. - Не надо прибедняться. У вас, вполне хороший голос. Ну не томите, ведь наверняка хоть одну балладу знаете. - Да, - подключились к разговору другие эльфийки, - Спойте, пожалуйста… Хульдра молчала и с лёгкой улыбкой смотрела на своего спутника, как бы вопрошая, - Ну что, нарвался? Как выкручиваться будешь? Это стало последней каплей. Скрут поёрзал седалищем, устраиваясь более удобно. Ещё раз коснулся струн, взял несколько аккордов. С удовлетворением отметил, что инструмент отлично настроен. Вот только, что спеть? Не «поручика Голицына» же, или того похлеще, «фею из бара», не поймут. А то, что более универсальное страшно, вдруг не вытянет. И тут мелькнула мысль, - А почему бы и нет? – попробовать что-то из собственных потуг рифмования. Выполнив короткое вступление, больше для того чтобы понять окончательно инструмент, Скрут заговорил, - Я не могу уже точно сказать где и когда слышал эту легенду, но дерзнул положить её на стихи. Простите, если что не так, - и снова тронул струны. Коль случилось, быть любви напрасной, То забудь, и нечего жалеть, Храбрый эльф, с эльфийкою прекрасной, Убежать решили, бросив "Плеть". Разорвать, смогли проклятье крови, Да увы, к погоне брошен клич, Во главе, сурово хмуря брови, Торопил дракона вечный Лич. А глупцы, поверив безмятежность, Что их след растаял словно дым, Позабыв про всё, дарили нежность, На поляне с озером лесным. Ничего не видя, тратят силы, И в душе, бушует страсти бес, Ледяным дыханием могилы, Поседел над лесом край небес. Как младенцев, их без боя взяли, И звучит вокруг ехидный смех, Просто так, обняв друг друга, спали, Подустав, от ласок да утех. Снизошёл король до разговора, - Вы на что решились, дураки? От Шаттрата и до Экзодара, Вы везде, изгои-чужаки! Крепче сжал в объятьях эльф подругу, И не слыша грозный рык царя, Широко глядели друг на друга, Чтоб последний миг прожить не зря. Всё могло бы кончиться опалой, Нет мольбы, не слышно даже стон, И трава, росой покрылась алой, Так два сердца смолкло в унисон. И выдержав небольшую паузу, завершил. Случай тот, давно забыт с годами, Всё размыли реки суеты, А поляна заросла цветами, Столь кроваво-дивной красоты. Вот она, минута славы. Все девушки, включая Хульдру молчали, только сверкали влажными от слёз глазами. А Скрут задумался, было над чем. Ведь они сейчас все разговаривают на всеобщем языке. Причём, для него этот язык насколько привычный, что даже думает на нём, но ведь и русский никуда не делся из памяти. И эти строки он сочинял именно на русском языке. Что же получается, они вот так, сами по себе перевелись? Кстати о языке, что-то мелькнуло в памяти, очень важное, вот только что? Но не успел Скрут поймать ускользающую мыслишку за хвост, как его буквально ошарашила другая, - А что если? Если нет на самом деле другого мира? А всё он себе просто придумал, или кто ему внушил. И на самом деле он родился в той деревушке рыбаков да пастухов, на забытом богом островке? Ведь прекрасно помнит, и саму деревушку, и островок, и даже того отставного сержанта, который от нечего делать обучал подростков воинскому ремеслу. Ведь сейчас даже не получается вспомнить, как зовут в том, как бы родном мире. И есть ли там семья? А ведь помнил же, помнил всё, когда сюда попал. Или как бы попал? Почему-то всё как бы тонет в памяти. От такого поворота Скрут мысленно запаниковал. И лихорадочно рылся в памяти, желая найти ту точку отсчёта, которая и даст привязку его истинного я. И старания были вознаграждены. Вот оно, что прочно, намертво вбито в память! Кабина вертолёта, он в кресле лётчика. Уже закончен осмотр и перед мысленным взором правый электропульт. В два щелчка включены аккумуляторы, брошен взгляд на ожившую стрелку вольтметра. Отлично, двадцать четыре вольта как в аптеке. Со вздохом, опять аэродромный источник питания не подъехал, перевёл сеть на аккумулятор и, дёрнув вверх оба рычага, что включали одним махом многочисленные автоматы защиты. Теперь можно включить противопожарную систему, топливные насосы, пожарные краны и… всё прояснилось. - Не, ребята, не ваш я, не азеротский! – в глубине души ликовал Скрут, - Раз помню запуск родимого «крокодила» то и остальное вспомню, никуда не денется! - Красиво у вас получилось, - прервала мысли мужчины та самая эльфийка, что уговорила его петь, - Вы позволите нам хоть иногда исполнять её, для друзей? - Правда, понравилось? Тогда я вам её дарю. - Нет-нет, так нельзя. Мы всегда будем говорить, кто автор этих строк. Даже когда переведём и на эльфийский язык. Скрут только пожал смущённо плечами. Надо же, какой неожиданный эффект. Хотя, может быть, просто девочки выпили, вот так и реагируют. А уже завтра забудут. - А я была на той поляне, - тихо, но от этого не менее неожиданно для мужчины сказала зелёноволосая эльфийка, - Красиво там, очень. Скрут едва челюсть не уронил. Воистину правду говорили в одном старом кино, - Что всё, созданное нашим воображением должно где-то существовать во вселенной. - Растущие там цветы больше нигде не встречаются, - продолжала зелёноволосая. - И никто не пытался их развести? – робко полюбопытствовал мужчина. - А пустое дело. Семян они не дают, а как тщательно не выкапывай, тут же увядают, прямо на глазах. Не говоря уже о том, чтобы сорвать. Но при этом, на месте выкопанного цветка очень быстро вырастает другой. Наши учёные мужи говорят, что это уникальное растение хоть и заняло всю поляну, имеет единственный материнский корень, потому откопанный росток так быстро и погибает. - Два корня, два тесно сплетённых между собой корня, - сам не понимая, откуда у него такая уверенность сказал Скрут, - А семян нет, потому что не было продолжения той любви. - Вы, наверное, правы. Только сами понимаете, проверять это никто не будет, для нас это табу. - А может хозяйки порадуют нас гостей своим пением? Когда же мы, наконец, услышим знаменитый эльфийский квартет? - Порадуем, - сказала улыбнувшись рыженькая эльфийка, принимая от мужчины собственный музыкальный инструмент, - Но с одним условием. Вы ещё что-нибудь нам споёте. И это не обсуждается. И ведь порадовали. Ради того, чтобы только услышать это пение стоило вот так попасть в Азерот. Чистые, звонкие голоса лились с непринуждённостью и очарованием лесных ручейков. То сливались в единое русло, то вновь распадаясь на несколько потоков. И что удивительно, пели девушки на своём, эльфийском, но Скрут понимал всё до единого слова. Хотя сомневался, что сможет говорить на этом языке без акцента. Это открытие, знание эльфийского языка, обрадовало и в то же время насторожило мужчину. Ведь в той жизни полиглотом он не был. И ещё вопрос, как сказалась эта неожиданная способность явно гуманитарного характера, на его любимом техническом складе ума? Но вот смолкли последние строки, утих финальный аккорд и рыжая с неизменной улыбкой вручила эту лютню-гитару мужчине. Вот тут Скрут призадумался. Он как-то не выудил в памяти ничего подходящего. Да и петь после такого выступления, только позориться. Теперь выручили пальцы, они сами, помимо воли коснулись струн и полилась музыка. Одна из его любимых, знаменитый полонез Огинского. - Спасибо, родные, выручили, - мысленно поблагодарил Скрут свои персты, доиграв мелодию. - Это… это тоже вы сочинили? - Нет, что вы. Один человек, вынужденный изгнанник. И назвал он это, «Прощание с Родиной». - Я так и подумала, - сказала синеволосая эльфийка, - Только я очень серьёзно обучалась музыку, хорошо знаю её историю, но нигде ничего подобного не встречала. - Понимаете, - уже начал врать мужчина, не желая чужой славы, - Автор этой музыки один старый менестрель, которого судьба занесла в нашу забытую богами деревню. Он как раз и обучал нас, ребятишек, в которых способности некоторые узрел, тем самым зарабатывая свой кусок хлеба. А эту мелодию незадолго до своей кончины сочинил, когда его хвори обострились, да и тосковал он сильно. Вот я и запомнил как смог. А так, даже нот не осталось. - Ноты теперь будут, - очень даже серьёзно сказала синеволосая, - И я от вас не отстану, пока вы мне не расскажете всё, что знаете об этом выдающемся человеке. - Да мне рассказывать особо нечего, о себе он много не рассказывал, всё что известно, бродячий менестрель, звали его забавно Михаиил Клеоофас Огиинский, но мы его звали просто Огинский. На момент кончины было шестьдесят восемь лет, вот и всё. Ах да, свою мелодию он называл ещё и полонезом. - Что же, этого тоже не мало. А вы ещё говорили, что ваше селение боги забыли. Скрут только улыбнулся. Как он изящно отвертелся от чужой славы, при этом прославил творца. И при этом ничуть не соврал, почти не соврал. А через мгновения улыбка с лица слетела. Его взгляд упал на Хульдру. Та сидела отстранённо, безучастно, уставившись в пустоту. Глаза наполнены слезами. Да, умеет цеплять полонез больные струны души. Но нужно срочно что-то делать. Доигрался, блин, менестрель. Вот-вот истерика будет. И что же теперь делать, как успокоить эту ещё не начавшуюся бурю? Когда одно неосторожное действо может привести к обратному результату. Хотя, - Как что делать? – спеть надо! Главное, теперь он знал, что сейчас споёт, чем разрядит ситуацию. Простые и в то же время гениальные строки. И всего-то, заменить нужно несколько слов. Мохнатый шмель - на душистый хмель, Цапля серая - в камыши, А дренейская дочь - за любимым в ночь По родству бродяжьей души… Но когда Скрут перешёл к следующему куплету: Так вперед за далёкой звездой кочевой, На закат, где дрожат паруса, И глаза глядят с бесприютной тоской В багровеющие небеса… То с удивлением отметил, его голос неожиданно изменился в лучшую сторону. И только скосив в сторону глаза, понял причину такого феномена. Это Хульдра, уже воспрянув духом, пела в унисон с ним. И как пела! Её голос ничуть не уступал эльфийским. - Ну, ребята, удивили, - изумлению хозяек не было предела, - Как вы так ловко всё о себе в песне рассказали. - И опять, - не преминула вставить замечания синеволосая, - Я этого тоже никогда не слышала. Тоже тот менестрель сочинил? - Ага, он, - поспешил отмахнуться Скрут. И судя по недоверчивому взгляду эльфийки не избежать ещё расспросов, да неожиданно выручила Хульдра. - А можно… мне? Скрут с некоторым удивлением протянул ей инструмент. Но Хульдра взяла его вполне уверенно, пробежалась пальцами по ладам и струнам, точно так же как это делал мужчина, приноравливаясь к несколько отличной форме, и… - В лунном сиянье снег серебрится… Но едва дренейка завершила свой дебют, Скрут отобрал у неё лютню-гитару, чтобы тут же вручить синеволосой эльфийке. - Сударыня, вы же обучались музыке, может, одарите нас сольным выступлением? На самом деле мужчина только хотел оградить свою спутницу от лишних расспросов. А то байка о ещё одном менестреле вряд ли будет убедительной. Но хвала богам, этой маленькой хитрости никто не заметил. А потом и сам Скрут забыл об этом, будучи очарованным мелодией и голосом. Вопреки его ожиданием, это не было что-то сродни академическому пению типа оперы, скорее даже шансон. Но ведь шансон шансону рознь. Особенно, когда великолепный голос, мастерская игра и сама баллада не пустой набор слов, а весьма увлекательное повествование. Потому, когда музыкальный инструмент снова оказался в руках мужчины он уже не терзался комплексами. Даже рискнул исполнить что посложнее, - Призрачно всё, в этом мире бушующем… А вот Хульдра чуток снова его удивила. Сначала посмотрела так, дескать, - А ты не очень-то, всё вижу, всё знаю. Ну и дальше, - Окрасился месяц багрянцем, где волны бушуют у скал… Вот же вредина какая, намёками стала бросаться! Откуда только слова знает, это же такая древность. И совсем он никакой не коварный изменщик. Ничего у него с хозяйкой таверны не было, боги свидетели. А то, что запомнил эту озорную эльфийку Элиэль, так это так, на всякий случай. Никакой задней мысли здесь нет. Хотя как-то не очень звучит, задняя мысль, с эдаким намёком. Тогда как, передняя? Тоже не очень. А ну его всё, а то ещё сейчас до верхней и нижней мыслей додуматься можно. Снова эта своеобразная эстафетная палочка со струнами в руках Скрута. А заодно новая идея, - А может, хватит народных напевов? Не замахнуться для начала на попсу? За одно и акценты расставить. Лютня-гитара выдала первые аккорды несколько удивлённо, но всё же мелодично. А далее приноровилась и всё пошло как по маслу. Глядя прямо в глаза дренейке Скрут вершил маленькую месть. - Облетела листва, у природы своё обновление, - И туманы ночами стоят и стоят над рекой. - Твои волосы, руки и плечи твои - преступления, - Потому что нельзя быть на свете красивой такой… А эльфийки, какие молодцы, вмиг уловили мелодию и начали помогать. Всё же музыкальность у них дар от природы. Однако что-то у Скрута пошло не так. Хульдра, не отвела взгляд и даже не сморгнула ни разу. И только на завершающих аккордах по её щеке пробежала одинокая слезинка. - Какое красивое признание в любви, - прошептала одна из эльфиек, - Его вам тоже тот менестрель сочинил? Негромкий стук в дверь избавил мужчину от необходимости что-то изобретать убедительное в ответ. Эльфийки переглянулись и дружно ответили, - Да-да, входите! На пороге возникла та самая проводница седьмого вагона, или как здесь говорят звена. - Ребятишки, простите, что перебиваю вас, - виновато опустив глаза, заговорила женщина-дворф, - Время ужинать. Вернее, он уже полчаса как идёт, но вы так хорошо пели, что я не решилась помешать вам. Да и мужчине вашему не мешало бы отдохнуть, ему же скоро на службу. Через четыре часа на ночлег останавливаемся. Но как выяснилось, никто из девушек-эльфиек не собирался никуда идти. Фрукты и всё печенье у них и здесь есть, много ли им надо? А тётя Дора, так звали проводницу, чай принесёт. Короче, на ужин пошёл Скрут в одиночестве. Потому много времени теперь это действо не заняло. Пять минут туда, пять минут назад и десять на всё остальное. Вернувшись, мужчина сразу проследовал в своё купе, быстренько навестил душевую и завалился спать. И хотя хотелось подумать, сопоставить события с момента его попадания сюда, благо он сейчас один и никто не отвлекает, но как-то незаметно провалился в сон. Сначала мужчина спал глубоко, без всяких сновидений, но потом, его лицо расцвело в улыбке, как у всякого человека, которому вдруг приснилось что-то хорошее, родное. - Я вас спрашиваю, товарищи офицеры, доколе это будет продолжаться? Как выходные, так у нас обязательно какое-то приключение, - надрывал горло невысокий, коренастый человек, в лётном комбинезоне и папахе полковника на голове, прохаживаясь перед строем себе подобных. Офицеры, они же лётчики и техники гвардейского вертолётного полка, застыв в строю, понуро внимали словам командира. Скрут, стоя во второй шеренге, старательно изображал из себя невидимку. Каждый раз, когда взгляд полковника пробегал по хмурым лицам, приходилось прятаться за чужую спину чтобы даже случайно не встретиться взглядом. - Ведь вам никто же не запрещает, - продолжал командир, - Выходной день, хочется культурно отдохнуть и всё такое. Так выпей бутылку водки, мало, выпей две, напиваться же зачем? Прямо как дети малые! - Ну да, было вчера, - подумал Скрут, ощущая как голове несколько некомфортно, - Чуток с коньяком перестарались. - Но просто напиться, нам же мало, - всё больше распалялся командир, уже боле пристально оглядывая строй, - Потом на подвиги тянет, кулаками помахать. Скрут едва не прилип к спине впереди стоящего товарища. Хоть и память ничего такого не содержала, она сейчас вообще ничего не содержала, два синяка и ссадина на лице, обнаруженные утром в зеркале, наводили на размышление. А тем временем, выждав театральную паузу, командир перешёл к кульминации, - Вот только одно смогло утешить моё сердце, что это был не просто мордобой в кабаке с местным населением. Мои офицеры выше этого. Это, оказывается, была дуэль за честь дамы! Вот от этих слов стало совсем тревожно. Сопоставив имеющиеся факты, Скрут бросил взгляд туда, где под углом к общему строю выстроились штабные полка и батальона обеспечения. И тут же встретился взглядом с машинисткой строевого отдела. Девушка тотчас улыбнулась и послала воздушный поцелуй. - Вот это я влип, - мелькнула мысль, - Таки затащила меня в постель. А я спьяну ещё наверняка и наобещал с три короба. Вообще, упомянутая машинистка была не просто симпатичной, а очень даже красивой девушкой, с точёной фигурой, покладистым характером и всеми так необходимыми женщине умениями. И только одно но, мешало ей занимать хоть какое-то достойное место, в рейтинге потенциальных невест. Девушка была сверх всякой меры влюбчивой и как следствие доступной. Правда, последние два года она вдруг резко поменяла свои привычки и явно настроилась выйти замуж. Отчего полковые холостяки старались обходить её стороной, аки крейсеры морскую мину. Особенно после того, как выяснилось, что девушка хоть и в дальнем, но родстве с начальником политотдела соседнее бронетанковой дивизии. А один «крейсер» значит, вчера таки напоролся… Скрут ещё раз посмотрел на девушку и обомлел. Ему приветливо улыбалась эльфийка Элиэль. Да как же он раньше этого не замечал? Как и то, что вон те «трое из ларца, одинаковых с лица», начальники финансовой, вещевой и продуктовой служб, гоблины. Самые что ни на есть хитрые, зеленокожие, пронырливые морды. А вот тот, чуть сгорбленный, с руками до колен и усталым взглядом тролль, инженер полка. Рядом, безучастный ко всему окружающему, будто давно постигший одному ему ведомый тайный дзен, орк, он же старший штурман. Вот тот гном… - Ей, Ромео, хватит уже за спины прятаться! – прервал расовые изыскания полковник. Скрут инстинктивно обернулся и уже встретился глазами с командиром. Тот ожидаемо оказался дворфом. И что самое удивительное, поверх лётной куртки на нём уже красовалась золотая цепь мера города. - Давай, выходи сюда, женить тебя будем, - со злорадством продолжал полковник, - Да командира эскадрильи с собой прихвати, чтобы типа всё по чести, у вас купец, - и уже повернувшись к стоящей рядом собаке серой, то есть воргену, то есть начальнику штаба, - А ты давай, тащи сюда этот свой товар. Быстрее покончим с этим, а то мне комдив с утра уже всю плешь проел. - Нет! – что есть силы, завопил Скрут, - Не могу я на ней жениться, у меня другая невеста есть, - и сам не зная почему, добавил, - Рогатая… - Это ничего, скоро сам рогатый будешь, не тяни моё время, выходи, давай! Скрут решил бежать, но мир, который доселе по непонятной причине слегка покачивался вдруг, резко дёрнулся и замер. Мужчина открыл глаза. В тусклом свете ночника обнаружил, что он возлежит в купе поезда. Что само по себе мало что объясняло, куда как более важно понять, кто это склонился над ним, с тревогой в глазах? Правильные и красивые черты лица и по-эльфийски острые ушки, это плохо. Но вот пара причудливо загнутых назад рожек, над пышной копной волос, однозначно отмели самые плохие предположения. - Слава богам, это не Элиэль, - мысленно возрадовался Скрут и улыбнулся. Ему тоже улыбнулись в ответ. - Ты чего, дорогой? Прихожу, а ты во сне мечешься? - Да так, ерунда какая-то снилась, - ответил мужчина, окончательно вернувшись в реальность. - Гигантский паук, или ночь в том заброшенном доме? - Почти, - не стал уточнять Скрут, - Ты давай, сама ложись, а мне уже на дежурство пора. С этими словами мужчина стал быстро, но без спешки и суеты облачаться в доспехи.