"La Squadra Di Esecuzioni" и загадка Фонда Спидвагона

16 марта 1992 года. 8 часов, 22 минуты. Италия! Что на ум приходит вам, когда вы слышите это слово? Богатая история, полная масштабных, значимых для всего мира событий? Величественная архитектура, сопутствующая той же истории страны во все времена её существования? Культура, получившая особую известность благодаря зародившейся там эпохе Возрождения - Ренессанса? Или, быть может, неповторимая в своей оригинальности и изысканности кухня? Ведь именно эта слава и делает Италию настолько популярной страной для туристов! Однако, немаловажную роль в неповторимой атмосфере самого известного государства Средиземноморья играет то, что большинство приезжих, или даже коренных жителей считают само собой разумеющимся. - Погода! Весной Италия, и Сицилия в частности, всегда имели закономерный для их расположения тёплый и сухой климат! - ворчливо причитал толстый бородатый мужчина сорока, на вид, лет, обращаясь то ли к самому себе, то ли к другим пассажирам в самолёте - "Сколько лет живу на Сицилии, сколько раз летал на самолётах, но такое вижу впервые!" - Мои глубочайшие извинения... - послышалось откуда-то сбоку. - Да вы гляньте в иллюминатор!" - он обратился к садящемуся рядом с ним человеку. Тот, видимо, только что вернулся из туалета, и разумеется, не слышал о том, чего за долгие и долгие годы не видел этот явно уважаемый мужчина - "Да где это видано, чтобы на высоте в семь тысяч метров, весной, на востоке Тирренского моря, был настолько густой туман?" - Согласен. Настоящая аномалия. - новоприбывший сосед был молод, весел и удивительно свеж - "Вы ещё не видели, что творилось на земле во время взлёта. За десяток метров не разглядеть ровным счётом ничего! Хоть рейс и не отменили, но знаете, теперь самолёт летит чуть ли не в два раза медленнее, чем должен - всего двести километров в час. Но мне нравится туман, ведь..." - Погодите-погодите! В два раза медленнее? - мужчина недоверчиво повернул голову на своего собеседника - "Коль так, то прилетим мы где-то в..." - он перевёл взгляд на свои наручные часы - "Гадство! Но откуда вам..." "Вашу мать, да заткнитесь к чёртовой матери оба!" - из кресла, расположенного на четыре ряда позади сокрушающегося мужчины показалась злобная кудрявая голова в очках - "И так из-за погоды тошно, а тут вы со своим визгом! А ты!" - голова повернулась в сторону улыбчивого парня - "Заканчивай свой грёбаный маскарад! Мы в самолёте, а не на Венецианском карнавале!" Голова плюнула в сторону, развернулась, и её владелец повалился обратно на кресло. - Любопытно... - парень заулыбался ещё сильнее. - Вы о его манерах? - бородатый мужчина выглядел несколько ошарашенным поведением пассажира четырьмя рядами впереди - "Согласен, для первого класса это было весьма необычно. И о каком маскараде он говорил?" - Я как раз про это. - парень откинул ручную опору сиденья, явно собираясь вставать - "Хоть обычно реакция немного иная, но я всегда нахожу крайне интересными тех людей, что способны видеть..." - он провёл руками по длинным путанным волосам - "Мою маску."

***

7 часов, 33 минуты. Дежурный самолёт А-класса до Неаполя только что оторвался от земли, сильно тревожа влажный от заволакивающего землю тумана воздух, из-за чего по центральной взлётной полосе аэропорта Фонтаноросса проходил оглушительный гул. Минутой позже, аккурат на месте взлёта появился высокий человек в длинном и тонком изумрудном пальто. - Что же, видимо я опоздал, и самолёт уже ушёл. Неужели придётся проникать туда через... Ох, merde! - человек расхохотался - "В прямом, чёрт его дери, смысле!" Светло-голубые туфли едва касались всё ещё сухого покрытия взлётной полосы. Человек откинул назад длинные, вьющиеся и сливающиеся с серым туманом волосы, запрокинул голову, и резко потянул носом влажный воздух. Дыханию ничуть не мешала ничем не крепившаяся к лицу белоснежная маска, чьё лицо не выражало никаких эмоций, за исключением разреза для глаз, который выглядел неестественно живо и открыто. - Вот оно! - человек резко дёрнул головой куда-то на север - "Запах машинного топлива на взлётной полосе, с которой поднялся самолёт до Неаполя! Он буквально витает во влаге воздуха!" Изумрудное пальто начало развиваться. Несмотря на отсутствие ветра, оно колыхалось всё сильнее, делалось шире, прозрачнее, будто растекаясь по влажному воздуху. Человек сорвался с места на бег, постепенно и быстро увеличивая скорость. Вскоре, всё также едва касаясь ногами земли, перешёл на длинные, набирающие высоту прыжки. Наконец, когда черты его фигуры начали смазываться и, в неописуемой для обычного человека скорости, сливаться между собой, он, приземлившись на край полосы целыми ступнями, резко, в последний раз оттолкнулся от земли. - Унеси меня ввысь, [Catch The Rainbow]! - прокричал человек и, расправив несущиеся по туману расплывчатые руки, взмыл в небо.

***

8 часов, 22 минуты. С кресел, расположенных на три ряда позади, уже некоторое время слышалось недовольное и громкое ворчание. Некий солидного вида мужчина распинался о том, насколько странно находиться густому туману в подобное время, на подобной высоте. Ризотто не спорил, это действительно необычно. "~Но так ли важно распинаться об этом, если все остальные прекрасно видят всё сами?~" - хоть сейчас основной дискомфорт у Ризотто вызывал сидящий прямо внутри него стенд, от воли хозяина которого его жизнь зависела уже несколько часов, но громкий бубнёж, длящийся уже около десятка минут, начинал действовать на нервы. "~В каждом, интересно, самолёте есть такие люди, или это мне в очередной раз не повезло.~" - Ризотто скосил глаза на сидящего к выходу от него и скрипящего зубами Гьяччо. Уж кого, а его нервов такое выдерживать - настоящее испытание. Но конспирацию выдавать нельзя. Внезапно, мужчина, в своём монологе, явно обратился к кому-то конкретному. А потом ему ответили, поддерживая тему. "~И сейчас монолог превратится в диалог?~" - Ризотто вздохнул. Ну, так хотя бы внимание будет приковано к ним, а не к... - Вашу мать, да заткнитесь к чёртовой матери оба! - Гьяччо, не вставая, развернулся в кресле, и, вскочив на колени, высунул над ним голову. В груди у Ризотто прозвучало несколько тихих нецензурных слов. Гьяччо было уже не остановить - "И так из-за погоды тошно, а тут вы со своим визгом! А ты!" - на секунду Гьяччо прервался, на секунду его дыхание прервалось - "Заканчивай свой грёбаный маскарад! Мы в самолёте, а не на Венецианском карнавале!" - Гьяччо плюхнулся обратно в кресло и, откинув на него голову, закрыл глаза. "~Маскарад? Да что там вообще происходит?~" - Ризотто незаметно заглянул в проём между креслами. Обзор был небольшой, но вставшего, видимо, собеседника того мужчины, было видно отчётливо. На его лице и правда находилась маска. Облачённый в неё человек сделал шаг вперёд. "~Что за странная маска. Да такое даже для карнавала не подойдёт, слишком уж просто.~" - в груди у Ризотто зародилось странное чувство, никак не связанное с сидящем там стендом. Человек в маске сделал ещё один шаг - "~Зачем ему надевать это тут? И почему тот недовольный мужчина не обратил на неё внимание? Да и голос у того, чьё лицо полностью закрыто, больно уж чистый!~" - Ризотто понял, что он чувствовал. Это была тревога, только усилившаяся с ещё одним шагом человека в сторону... "~В нашу сторону? Он хочет упрекнуть Гьяччо? Нет, он мог бы просто ему ответить со своего места. Хотя стоп. Рядом с тем мужчиной с начала полёта совершенно точно никто не сидел! И... Его одежда мокрая? Но почему? Как он умудрился? Или неужели он...~" - мысли проносились у Ризотто в голове со скоростью пули. Ещё один шаг. Человек остановился наравне со следующим за сиденьем Гьяччо, рядом, и вдруг внимательно посмотрел на проём между сиденьями. И каким-то образом, даже во внезапном, неестественно быстром рывке, Ризотто понял, что лицо человека озарилось полной удовольствия и предвкушения улыбкой.