"La Squadra Di Esecuzioni" и загадка Фонда Спидвагона

Не раз доводилось слышать Мерсионе Аттраверсо о Фонде Спидвагона. С рождения живя в небольшом портовом итальянском городке на побережье Лигурийского моря, довольно часто ему доводилось видеть, как к гавани прибывают корабли с рисунком деревянного колеса и надписью «R.E.O. SPEEDWAGON» на корпусе. На самых крупных из них, как Мерсионе выяснил позже, перевозилась добываемая на Сицилии нефть и металлы, а на более мелких — материалы для ухода за природой и медицинские препараты. Фонд Спидвагона был довольно крупной организацией, чтобы их логотип можно было заметить на самых разных, как хозяйственных, так и технических товарах. Будучи из небогатой семьи, с детства имевший незаурядные способности и интерес к медицине, юный Аттраверсо подрабатывал медбратом в местной клинике, попутно узнавая от оберегаемых им туристов многое о внешнем мире, что побудило любопытный детский мозг к стремлению обогатиться интеллектуально и ментально, попутно став богатым, знаменитым и повидать целый мир. Наивная мечта подталкивала Мерсионе учиться и развиваться. Имея с детства талант к врачебному делу, природа не обделила его и физически. Он не был особо силён, однако пластичность его движений и, как позже выяснится с его опытом работы в хирургической сфере, точность действий неоднократно спасали его в стычках с дворовыми ребятами, и также позволяли зарекомендовать себя, как способного и необходимого человека. Таким образом, уже в 16 лет он работал всё в той же клинике на полную ставку. Где-то глубоко внутри он понимал, что хочет большего, но не был уверен, на верную ли дорогу приведут его амбиции. И вот, одним июльским вечером, он встретил человека, изменившего его жизнь навсегда.

***

— Сколько мне ещё тут валяться? — укоризненно спросил невысокий растрёпанный мужчина, буквально развалившись на больничной койке, когда Мерсионе вошёл в его палату. — Вам очень повезло, сеньор… Парфе. — это был крайне своеобразный человек, поступивший в больницу после того, как дорогая яхта одного бизнесмена потерпела крушение возле берега города. Мерсионе сообщили, что с момента начала госпитализации и вплоть до прибытия в клинику, он был без сознания, однако очнулся сразу же после того, как его уложили на койку. Ему была оказана экстренная помощь прямо на месте крушения, ведь обнаружили его буквально насаженным на связующий корпус железный прут. По невероятной случайности, он прошёл точно меж рёбер, не задев ни одного органа, обогнув к тому же основные мышечные скопления, благодаря чему уже при помещении в больницу его телу ничего не угрожало. — Я спросил не о своём везении. — ухмылка одновременно с недовольством не спадали с его лица — «Как скоро я смогу покинуть это унылое место? Здесь порядком скучно, даже к телефону не пускают.» — У вас сквозная рана, сеньор, а также серьёзные вывихи двух суставов. — чуть раздражённо ответил Мерсионе — «Лежать вам придётся минимум…» — Вывихи? Где? — перебив его, наигранно заволновался Сульфидо — «Я ничего не чувствую.» — Попробуйте согнуть ваше правое колено, сеньор. — цедя сквозь зубы сказал Мерсионе. Чуть вздрогнуло одеяло койки в области ног Парфе, а в следующую секунду по палате разнёсся громкий крик. Сульфидо, попытавшись двинуть ногой и испытавший от этого немалую боль, инстинктивно повёл к ней рукой, до сего момента остававшейся согнутой. Тут же чуть затихший крик снова набрал силу. — Cazzo! Merde! Figlio di puttana, чтоб тебя черти драли! — было неясно, обращены ли были ругательства в сторону приблизившегося, дабы уложить пациента в первоночальное состояние, и чуть улыбающегося Мерсионе, или же таким образом Сульфидо просто выпускал пар. В следующую секунду, однако, Парфе, подняв взгляд за наклонившегося к койке медбрата, звучно рассмеялся. — Признаю, пацан! — с довольной ухмылкой проговорил он — «Ты достойно повёл себя перед тем, кто вёл себя невежливо…» «И ведь не раскаивается.» — пронеслось в голове Мерсионе. «…Даже несмотря на то, что ты не знаешь, кто перед тобой сейча-А-а-а!» — более короткий вскрик сопроводился тихим хрустом. Мерсионе отнял руки от коленного сустава и принялся за предплечье и плечо. Ещё один хруст, и изгибы правой руки Сульфидо стали куда более естественными. — В-вау. — только и смог сказать Парфе, вертя исправленной рукой — «Серьёзные вывихи, говоришь?» — Так сказали врачи. Моя задача — сделать всё как можно лучше для вас. — Мерсионе поджал губы, демонстрируя свою полную отстранённость. — Ты решил развлечь меня этим представлением, волшебник? Поздравляю, тебе удалось! — Ловкость рук… — протянул Мерсионе, отстраняясь от изголовья кровати, забирал какие-то бумаги со стола и вдруг вздрогнул. Внезапно показалось, что тень от головы Сульфидо, закрывающая находящуюся над кроватью лампу, неестественно дёрнулась. Он обернулся. — Что-то не так? — чуть надменно и с невинной улыбкой на губах спросил Парфе. — Н-нет. Прошу прощения, просто показалось. Устал видимо. — Мерсионе провёл рукой по лицу и вышел из палаты. Сульфидо провёл в больнице ещё неделю. Каждый день, как дежурный по его палате, Мерсионе находился недалеко от него. Стало понятно, что имел в виду этот эгоцентричный пациент, когда говорил про то, кто он такой. Ведущий торговый менеджер Фонда Спидвагона на Сицилии — вот каким чином он обладал. Человек это был явно очень, очень необычный. Это Мерсионе понял ещё при их первой встрече. Почти каждый день к нему наведывались различные люди, все хорошо и официально одетые, всякий раз предъявлявшие удостоверения того, что являются сотрудниками фонда. Подолгу они проводили в палате наедине с Парфе, всякий раз заставляя Мерсионе удаляться. Тот не был этим недоволен - Сульфидо позже подробно и красках рассказывал ему об экономических и дипломатических делах Фонда, что только усиливало интерес. Парфе рассказал, как находясь на яхте, и отмечая экономическое перемирие вместе с несколькими бизнесменами конкурирующей компании, ему посчастливилось выжить во внезапной аварии. - Совершенно случайно, да... - протянул тогда Мерсионе, сидя у койки без какого либо внешне опознаваемого особого тона. Глаза Сульфидо на миг чуть расширились, а потом сразу же пришли в обычное, чуть насмешливое, прищуренное положение. Тогда он только чуть рассмеялся. Мерсионе узнал, что помимо исследований в медицине и развития инфраструктуры, Фонд активно занимается охраной окружающей среды. В городе Катания, по его инициативе, как не постеснялся сообщить Сульфидо, был открыт крупнейший на Сицилии заповедник. Город Мерсионе служил связующим каналом между этим огромным островом и Европой, так что развит за счёт фонда был и он. И вот, на шестой день, когда уже завтра Парфе должны были выписать, он задал Мерсионе вопрос: - Скажи, пацан... - он выдержал небольшую паузу - "Не хочешь ли стать работником фонда?" - Да, хочу. - чёрт возьми, Мерсионе словно ждал этого вопроса! Неосознанно он понял, что вот он -его шанс вырваться в большой мир! И как же удачно свела его судьба со столь высоко стоящим человеком! Сульфидо остался доволен ответом. Сказал, что к его отправке всё уже готово, и что все расходы он готов взять на себя. Мерсионе был несказанно рад. За вечер собрав свои скудные пожитки, поговорив с обрадованными по этому поводу родителями, к следующему утроу он был готов к отправке. Сульфидо подъехал на такси прямо к его дому, вышел на порог, и встретил лично. На нём был изумрудный, переливающийся в лучах Солнца, пиджак и оранжевые, чуть тёмные брюки. Он поговорил с родителями Мерсионе, и те, по окончанию разговора, просто светились гордостью за своего сына. В такси Мерсионе сел с необычайным воодушевлением. Машина двигалась по горячему асфальту до самого аэропорта. Остановив её у самого входа, улыбающийся Сульфидо дал таксисту несколько купюр и пригласил Мерсионе на выход. Впервые тот был готов выбраться далеко за пределы города - как он сам считал, недалёкие выездки на поезде и ещё более недалёкие плавания в близлежащие края, "не считаются". Однако, Парф повёл его не в главный вход, а служебный. За ним находилось небольшое помещение с проходом в сам аэропорт дальше, а в стенах по бокам находились двери, на которых были совершенно обыденные надписи: "Кладовка", "Отдых для персонала", "Комната переодевания" и... Четвёртая дверь сильно отличалась от остальных. Надписей на ней не было, зато выделялась она тем, что состояла целиком из резного дерева. Расписанная диковинными узорами, она, тем не менее, почти не привлекала взгляд, который, при пристальном рассмотрении оной, будто норовил соскользнуть с неё. Не сразу Мерсионе заметил и находящегося напротив неё, опёршегося о стену человека с длинными, кажущимися безцветными, волосами, и таком же ярком, изумрудном, даже в полумраке комнаты, как у Сульфидо, пальто. Что успел отметить Мерсионе - даже расписные рисунки на этом пальто такие же, как и на пиджаке Парфе. Обернувшись на шум открывающейся двери, человек повернул голову и расслабленно произнёс: - Здравствуй, Сульфидо. И... Сеньор Аттраверсо, если я правильно помню. - плавным, почти парящим движением оторвавшись от стены, он сделал небольшой поклон. - С-сеньор Парфе рассказал обо мне? Здравствуйте. - Мерсионе был в замешательстве. Не понимая практически ничего, но всё равно поклонился в ответ. - О-о-о... Сульфидо рассказал мне про тебя многое. - расслабленно и с улыбкой продолжил человек, делая шаги вперёд. - "Должен сказать, ты мне ещё до встречи нравился! "Надменный глубоко внутри, но вежливый снаружи. Скромный, но амбициозный. Талантливый и грамотно использующий свой талант. Крайняя редкость." Ко всему прочему..." - он выдержал паузу, а Мерсионе обратил внимание на то, как смотрят на него глаза человека. Расширенные, блестящие, но при этом совершенно пустые. Смотрящие, не как на человека, но как на... Инструмент. В купе с вежливой улыбкой, это вызывало даже некоторый ужас - "...Ко всему прочему, способный видеть это." - Прошу прощения? "Да что, чёрт подери, он такое несёт?!" - Мерсионе охватила лёгкая паника, и он услышал, как дверь позади него закрывается Сульфидо на ключ. - Скоро ты всё поймёшь. - так же беззаботно говорил человек - "Кстати, прошу прощения, я забыл представиться: Апоре Нувола, исполнитель. Так же, как и Сульфидо. Так же, как, надеюсь и ты." - Вы о работе в организации Фонда? - "Спокойнее. В этом коллективе, наверняка, у всех свои загоны. Они не станут меня обкрадывать или требовать выкуп - ни у меня, ни у родителей, многого нет. Они об этом знают." - Да, я помню, как сеньор Парфе говорил мне, что самому придётся немало работать. Но я готов к такому. - Собственные слова придавали ему сил - человек ему не нравился. Он вызывал беспокойство и даже некоторый страх. Но Мерсионе должен не обращать на это внимания - "Я живу в небогатой семье и пока что ничего не добился. Надеюсь, что это мой шанс открыть для себя, как говорил сеньор Парфе, совершенно новый, неизведанный мир." - Ха-ха. Что же... - назвавшийся Апоре Нуволой, вынул из-за спины саквояж и, открыв боковой карман, медленно достал оттуда нечто, что Мерсионе не удалось тогда разглядеть. Нечто, что даже в полутьме блестело ярким золотом - "В этом он тебя не обманул!"

***

Мерсионе поморщился и встряхнул головой, отгоняя посторонние мысли. У центральной Библиотеки предаваться воспоминаниям было нерационально.Прекрасная ночь уже закончилась. Теперь это всего лишь наиболее выгодное время для кражи. "что-то не так? Мы не спешим, так что если нужно собраться - я подожду." - в голосе из часов не слышалось ни единой доли сарказма или укора. Вся ночь ещё впереди, хоть возможность эта и последняя. И Согнаре как никто мог это осознать. Покрытая лаком резная дверь была закрыта. Она находилась перед небольшим крыльцом, на которое Мерсионе уже поднялся и теперь смотрел на табличку над дверью. - Значит, Согнаре, ты видишь всё, что вижу я. Это совершенно обычные часы. - он не задавал вопрос, а утверждал - "Где конкретно находится этот дневник?" - чуть сипло спросил он. "- Честно говоря, мы и сами толком не знаем. Только то, что он под самой библиотекой.Даже если все двери будут закрыты, это ведь не будет проблемой?" Нисколько. Мерсионе шагнул вперёд, не собираясь останавливаться, устремив свой взгляд прямо на дверь, словно смотря сквозь неё и ускорился, когда между ними оставались считанные сантиметры. [On A Silver Mount] Поверхность тела, соприкоснувшаяся с дверью, распалась, и весь Мерсионе начал плавно погружаться в дерево, словно то было лишь завесой дыма. На его лице не было ни единой эмоции, а глаза источали сосредоточенность. Он шагнул ещё дальше и окончательно прошёл сквозь дверь. Подобно морганию, на его глаза на миг опустилась тьма, и сразу же спала, представив ему вход в библиотеку. Он легко вышел из двери с обратной стороны и чуть выдохнул, осматривая место, куда попал. Он оказался в широком зале, треть которого по бокам занимали стеллажи с книгами. Зал шёл от входа и до следующей секции где-то метров 20, по бокам, с некоторым расстоянием от стеллажей, находились читальные столики. Возле самого входа находился пункт регистрации и выдачи книг, а с другой стороны - небольшая будка охранника. Пустующая. Мерсионе вдохнул застоявшийся воздух. "Не правда ли, замечательный запах?" - прошептал голос у его часов - "Библиотека есть библиотека: в какую из них ты бы ни зашёл, везде один и тот же запах - старая бумага, застоявшееся дерево и вечно неколышимый воздух." - Да. - только и смог шёпотом ответить Мерсионе. Всматриваясь в полумрак, который чуть развевали лишь окна на самом верху, где стеллажи уже заканчивались, он сделал шаг назад, словно пытаясь охватить взором большее пространство, коснулся спиной двери. На секунду он замер, а затем медленно прошёл вперёд. Его шаги гулко отдавались в тёмном зале, когда он прошёл примерно треть, проведя рукой по одному из читальных столов, а затем подошёл к плану здания, висевшему между парой стеллажей, всматриваясь в него и проводя за своим взглядом пальцем. "Что ты делаешь?" - озадаченно спросил голос - "Тебе был дан план здания, нет нужды..." - он резко оборвался. В пальце Мерсионе находился карандаш, погружённый в руку так же, как недавно Мерсионе был погружён в дверь. Большая его часть находилась в сжатой ладони и только грифель проходил по плану, незаметно выводя:

"Меня уже поймали в ловушку."