Проект "Мир вверх дном"

      — Чжань-ди, мы не далеко ли зашли уже? — почему-то тихо, почти шепотом, спросил Ли Шен, удобнее перехватывая камеру.       — Тебе так кажется, вон за теми кустами берег, — журналист неопределённо махнул рукой в сторону, а сам до рези в глазах вглядывался в пестрящие вокруг краски. — Если не найдём племя, то хоть снимем кадры для «В мире животных». Наверняка возле корней найдётся кто-то интересный.       — У тебя инстинкт самосохранения совсем отсутствует?       — Почему же, наоборот, — Сяо Чжань неожиданно замер и уставился куда-то вниз, точно возле ног оператора, — в отличие от тебя я более внимателен, — журналист кивнул на ногу Ли Шена, по которой не спеша карабкался вверх неприятный на вид паук. Небольшой, но кто его знает, насколько он опасен. Оператор со вскриком попытался смахнуть с себя гадость, но не удержал камеру, которая рухнула на землю вместе с несчастной тварью.       — Чёрт! Ещё этого не хватало!       К сожалению, расстраиваться была причина. Камера не включалась, а мощный объектив пересекала то ли хорошая царапина, то ли трещина.       — Джейн нас убьёт, — выдохнул Сяо Чжань, закусывая губу. По сути это его вина, значит и ответственность он должен взять на себя. Кажется, это последняя вылазка журналиста, такие убытки проект ещё никогда не нёс.       — Уверен, что ничего страшного, у меня есть запасной объектив. Давай вернёмся, Чжань-ди.       — Угу, пошли.       Теперь, идя позади Ли Шена, Сяо Чжань понял сразу несколько вещей. Во-первых, тот с каждым шагом хромал всё сильнее и сильнее, а значит его рана беспокоит больше, чем он это показывает, а во-вторых… Все так стараются… И Ли Шен, и Джейн, пусть он и бурчит 24/7, и даже ничего адекватно не воспринимающий Той. По сути плохо старается только сам Сяо Чжань. Капитан импровизированной команды, который кроме нытья не сделал ничего полезного. Стало противно от самого себя.       — Ли Шен! — вдруг позвал Сяо Чжань восторженным вскриком — Там в кустах кто-то есть!       — Кого ты там увидел? — оператор испуганно прижал к себе камеру и зачем-то присел.       — Похоже ещё одну анаконду! Она наверное переваривает каймана!       — Чжань-ди, пошли отсюда уже, — почти прохныкал мужчина.       — Но я хочу посмотреть! — переигрывая восторгом, журналист подбежал к кустам, внимательно их разглядывая.       — Сяо Чжань…       — Иди, вон я даже отсюда слышу недовольное бурчание Джейна. Я скоро подойду. Засниму на видео, потом обработаем и будет круто. Иди уже! — Сяо Чжань максимально постарался сделать вид уверенного и заинтересованного лица, и только после того, как оператор соизволил уйти, он вытер рукавом вспотевший лоб и задумчиво осмотрелся. С чего бы начать… Может, просто пройтись параллельно берегу, чтобы и не заблудиться, и не углубиться в лес? Точно, так он сможет в любой момент вернуться, всё-таки реку слышно.       Как назло ничего необычного вокруг не происходило. Всё-таки Сяо Чжань уже бывал в диких местах и стрекотом насекомых и щебетанием экзотических птиц его не удивить. Напрягали только относительная для джунглей тишина и уходящее время. Не может же он тут гулять вечно, скорей всего уже пора возвращаться, чтобы никто не успел начать переживать за него. Только Сяо Чжань представил недовольное ворчание Джейна и виноватый взгляд Ли Шена, как решение двигаться обратно стало точным и непоколебимым. Вот только… Журналист развернулся на сто восемьдесят градусов, сделал несколько шагов вперёд и остановился. Журчание реки исчезло. Ну ладно, он же оттуда пришёл, значит надо немного пройти назад, и он снова выйдет на верный путь. Но и через пятьдесят метров, и через сто, и даже через двести — ничего не изменилось. Бесконечные деревья, заросли кустов и непротоптанные дорожки. Не похоже, что он тут был. Ну замечательно, не хватало ещё заблудиться. Не успел Сяо Чжань запаниковать, как где-то сбоку зашуршали листья и что-то явно быстро передвинулось. Осторожно посмотрев в ту сторону, он весь сжался. Желания бежать и проверять, кто же это был, не было, наоборот ноги будто приросли к земле. Шорох повторился, только уже с другой стороны. Сяо Чжань максимально быстро обернулся и успел зафиксировать зрением… человеческую фигуру? Да ладно! Теперь уже страх уступил место дикому восторгу. Журналист быстро вытащил телефон, включил камеру и направился в ту сторону, откуда слышал шелест второй раз.       — Эй, — зачем-то заговорил он, — я тебя видел. Покажись, давай познакомимся.       Длинные продолговатые листья куста зашевелились, и фигура снова переместилась. Сяо Чжань резкими прыжками добрался до соседних зарослей.       — Ну же, я тебя не обижу, просто хочу на тебя посмо… — он резко осёкся, потому что неожиданно перед ним оказалось остриё. Проведя взглядом от наконечника по древку, он зафиксировал взгляд на смуглой худой руке и поднял свободную от телефона руку в знак примирения. — Я понял. Больше никаких резких движений. Я совсем безобиден, так что можешь опустить оружие, — остриё двинулось вперёд, и журналист еле успел увернуться, избегая опасности потерять глаз. Он вынужденно опустил руки и спрятал телефон в карман, но как только он решился рассмотреть человека перед собой внимательнее, что-то резко кольнуло в районе лопатки, и вокруг всё потемнело.

***

      Первым, что почувствовал Сяо Чжань, так это твёрдую землю под собой, непонятный гул где-то недалеко и острую головную боль. На пробу пошевелив сначала пальцами рук, потом и ногами, журналист открыл глаза, отмечая над собой крышу из соломы и веток.       — «Так, значит, меня похитили местные аборигены… Вот это поворот событий, однако», — подумал про себя фантазёр-журналист. Привстать получилось со второй попытки, и то Сяо Чжань умудрился запутаться волосами в ветках, чуть не нарушив хрупкую конструкцию. Как-то сразу позабылись и проблемы в коллективе, и ожидающие его товарищи где-то на берегу амазонки, и то, что ему угрожали оружием и стреляли в него дротиком. Только авантюрный интерес. Журналист похлопал себя по карману, с небывалой радостью отыскивая телефон и включая камеру.       — «Это невероятно, друзья! Вы даже себе представить не можете, что я только что испытал! На меня напали, и я отключился! Чувствую, как каждая мышца организма до сих пор сопротивляется яду, но я должен двигаться дальше и показать вам напавших на меня «врагов» в лицо!» — Сяо Чжань засмеялся в камеру, потом переключил режим и бегло заснял всё, что находилось вокруг. С опаской, но не без интереса, он подполз к лазу из природного сооружения, куда его поместили, и через камеру осмотрелся. В кадр попадал небольшой расчищенный от травы участок земли и явно недавний огнище. Сяо Чжань хихикнул и снова навёл камеру на своё лицо: — «Да, друзья, сомнений нет, я чудесным образом оказался в плену какого-то племени. Остаётся надеяться, что мы вскоре выясним, кто же мои похитители. Ну и то, что костёр разжигался не для меня. Я немного осмотрюсь и вернусь к вам!»       Не успел Сяо Чжань надежно спрятать телефон обратно в карман, как рядом что-то зашуршало, и через секунду его грубо пихнули, заставляя от растерянности завалиться на спину.       — Во! Ван вооо! — рядом материализовался человек, явно чем-то возмущаясь или даже злясь.       — Хорошо-хорошо, я не двигаюсь! — Сяо Чжань поднял руки вверх, надеясь, что абориген поймёт, что журналист никакой угрозы не несёт, но тот от этого только ещё больше пришёл в неистовство и начал дёргать журналиста за лодыжку, будто пытаясь вытащить его наружу. Поддавшись такой агрессии, парень помог себе выбраться, но решил не подниматься на ноги, чтобы на него снова не напали. Между тем разгорался настоящий аборигенский скандал, судя по диким крикам мужчины в возрасте рядом и негромкое сопротивление кого-то за спиной Сяо Чжаня. Любопытство взыграло с новой силой, и пленник медленно обернулся, стараясь не делать резких движений. В нескольких шагах от него стоял молодой парень. Худой, но жилистый, высокий по сравнению с собратьями и явно выделяющийся более светлой кожей. Было видно, что он из того же общества, но, тем не менее, как будто другой. Более старший товарищ снова повысил голос, уже совершенно забыв про свою добычу, и кричал на парня до тех пор, пока из-за кустов с оглушающим рыком не выпрыгнули два огромных ягуара.       В какой-то момент Сяо Чжань подумал, что он спит и видит экшеновый фильм. Настолько всё происходящее казалось нереальным. Племенные жители начали что-то выкрикивать и бегать по кругу, кто-то начал кидаться на хищников с копьём, а кто-то наоборот прятаться в укрытие. Сам же журналист прикинул, что если это сон, то максимальная опасность, которая его ждёт, это резкое пробуждение. Поэтому он дрожащими пальцами вынул из кармана свой смартфон и снова начал снимать. В принципе, дальнейшее развитие событий тоже тянуло на номинации «Ярчайшее событие в жизни журналиста», потому что во всей этой котовасии звуков и движений Сяо Чжань даже не услышал, как оказался в своём укрытии не один. Тот самый выделяющийся парень схватил его за руку и резко потянул в сторону джунглей, заставляя эвакуироваться с места ожесточенной схватки. Бежать было сложно, больно и неудобно. Журналист то и дело спотыкался и падал, потом вставал и снова пытался подстроиться под своего новоиспеченного спутника, но тот ни в какую не хотел отпускать руку Сяо Чжаня, чтобы обоим было удобнее осуществлять смертельный побег. А смертельно опасным он действительно стал, потому что, пробежав несколько метров, они услышали жуткий рёв и откуда-то сбоку на них выпрыгнул один из хищников, замахиваясь массивной лапой прямо на Сяо Чжаня. Грубый тычок в бок, громкий вскрик аборигена рядом, потом ещё один рывок, доля секунды в свободном полёте и несильный удар о воду. Пока журналист пришёл в себя и наконец-то вынырнул, явно прошло некоторое время, потому что тот дикий товарищ уже выбрался на берег и непрерывно что-то кричал на своё аборигенской языке.       — Бо! Бу! Бо! — он плюхал по воде и повторял своё то ли «бо», то ли «бу», а от его руки в реку стекали тоненькие струйки крови. Что там Джейн говорил про пираний? Осознание, что именно Сяо Чжань находится в очередной беде, подействовало отрезвляюще, поэтому журналист собрался с силами и добрался до берега, попадая в наглые руки аборигена.       — Бобу! Бо! — парень начал шарить по телу Сяо Чжаня, то ли проверяя насколько он пострадал, то ли умышленно вытирая об него руки от крови. Кстати об этом. Плечо, часть груди и предплечье дикаря рассекали жуткие на вид царапины, которые нехило так кровоточили. Получается, этот хищный удар предназначался ему, Сяо Чжаню, а этот мальчишка его спас?       — Хватит, — тихо попросил Сяо Чжань, чтобы не спугнуть своего нового знакомого. — Я в порядке, а вот ты нет.       — Ибу! Бо бу!       — Вот тебе и бо бу, — журналист приблизился к парню, пытаясь рассмотреть рану. Вблизи казалось, что кое-где, в районе ключицы, проглядывалось что-то белое. Оставалось надеяться, что это не кость. Только он протянул руку, чтобы схватить аборигена за руку и заставить прекратить двигаться, как тот с диким криком гориллы в несколько прыжков отскочил на десяток метров. — Ладно-ладно, я не буду тебя трогать, но твою рану надо перевязать, иначе ты можешь погибнуть. Иди сюда.       Абориген, естественно, не послушался, а только попятился ещё дальше, почти скрываясь из поля зрения в кусках.       — Ну и что мне делать? — со стоном выдохнул Сяо Чжань. Как-то неловко оставлять раненого одного, тем более, с его кровотечением сюда скоро сбежится половина джунглей. То есть, журналист снова в опасности. Спасаться самому? Но ведь этот парень спас ему жизнь… К тому же, он именно тот, кого так рьяно искал Сяо Чжань здесь. Точно! Он нашёл! Нашёл неконтактное племя! А один из этих абсолютно диких людей спас его от ягуара! Это же сенсация! Сяо Чжань полез в карман и вытащил смартфон, который, конечно, после заплыва был выключен. — Ладно, будем надеяться, что его ещё можно спасти, — на всякий случай вынув батарею и флешку из корпуса, журналист обмотал детали попавшимся под руку листком и запихнул обратно в карман. — Эй! Эй, чувак! Ты где, бро? — Сяо Чжань даже хохотнул, придумывая, как можно называть своего нового товарища, ведь тот вряд ли назовёт своё имя. Добравшись до кустов, где последний раз наблюдался абориген, журналист осмотрелся и прислушался. Никого.       — Только не говори, что ты оставил меня посреди джунглей совершенно одного, — а потом Сяо Чжаню стало действительно страшно.