Проект "Мир вверх дном"

      Сяо Чжань очнулся совершенно разбитым. То самое чувство, когда просыпаешься после долгого двенадцатичасового сна. Мышцы ныли, голова гудела, кости ломило, осознание сопротивлялось реальности. Удалось прийти в себя только спустя ещё двадцать минут и то благодаря тому, что в комнате появился ещё один человек.       — Господин Сяо, Вы проснулись, — миловидная женщина в медицинской форме улыбнулась и поставила на тумбочку небольшой поднос. — Я уже третий раз разогреваю бульон, Вам надо поесть.       — Здравствуйте, — глупо захлопал ресницами журналист, пытаясь в уме хоть как-то отсортировать и восстановить последовательность последних событий. В принципе, он прекрасно помнил своё приключение и даже последний пункт спасения в виде военного самолета, а вот как оказался во вполне цивилизованной палате, да ещё и в качестве пациента, этого он припомнить не мог. Благо врач оказалась очень понятливой.       — Вы переутомились и переволновались, а также получили незначительное истощение. Пара дней, и Вы встанете на ноги. Прошу Вас, поешьте.       — Мы в Пекине? — не унимался Сяо Чжань.       — Да, господин. Вы в центральном госпитале Пекина.       — То есть, военные так просто отпустили нас и никаких последствий больше не будет? А где Ван Ибо?       — Вам предстоит пройти некоторые формальности, Сяо Чжань, но проблем у Вас быть не должно. Мы нашли Вашу страховку. А вот с Вашим другом возникли проблемы.       — Ибо… он… — журналист подозревал, что подобных проблем не избежать, поэтому начал фантазировать с полуоборота, — честно говоря, я не знаю откуда он. Мы познакомились в Амазонии, знаете, как приятно увидеть там китайца… А потом на одной из вылазок случилась беда. Ибо пострадал больше всех.       — Мне жаль, господин Сяо. Ваш товарищ действительно получил неприятную рану, которая в условиях влажности начала гнить. Но нам удалось локализовать поражение, так что опасности для здоровья и жизни нет. Единственное, что нас насторожило, так это его поведение. Возможно, его травма гораздо глубже, но без удостоверения личности… — женщина опустила взгляд в пол и слегка покачала головой. В общем-то несложно было представить, что мог учинить испуганный и дикий абориген, переместившийся из джунглей в палату современного госпиталя.       — Я могу его увидеть? — Сяо Чжань изобразил максимально просящее выражение лица, показывая всем видом, как сильно он переживает за своего товарища. В принципе, так оно и было, просто сложно сообразить спросонья, кого жаль больше: самого Ибо или окружение.       — Прошу Вас принять обед, после чего я позволю Вам навестить Вашего друга. Думаю, ему это пойдёт на пользу. После этого нам будет необходимо обсудить некоторые формальности, — женщина поклонилась и скрылась за дверью палаты.       Спустя пятнадцать минут Сяо Чжань уже стоял возле палаты на другом конце отделения, сетуя о том, что их разбросали так далеко друг от друга. Журналист вообще предпочел бы оказаться в одной палате, Ибо и так уже напугал своим поведением всех вокруг. Хорошо, что можно просто списать на шок от испытанного. В палате оказалось пусто. Никого, кроме одинокой фигуры на койке. Сяо Чжаню даже показалось, что палата огромная и нежилая. Но нет, посередине помещения на широкой койке лежал тот самый абориген из лесов Амазонии, Ван Ибо. Такой же худой и ещё более бледный на фоне белого постельного белья. Он был укрыт по пояс, его раны были перевязаны и скрывали кошмарные узоры на теле, что так пугали журналиста. Из одной руки торчал катетер, подключенный к системе, а на другой были прикреплены приспособления для считывания давления и пульса. На самом деле в таком антураже Ван Ибо выглядел по-настоящему несчастным, Сяо Чжаню стало его жалко, аж в груди кольнуло от драматичности увиденного.       — Прости, это я виноват, — тяжело вздохнул Сяо Чжань, приближаясь к койке вплотную и неосознанно дотрагиваясь до чужих пальцев. — Если бы я не появился в твоём месте обитания, ты бы сейчас наверняка бы бегал за крокодилами, да наслаждался бы дегустациями различных червячков. Но вместо этого ты в больнице за тысячи километров от своего ареала обитания, где всё совсем иначе. Представляю, как тебе страшно. Но что сделано, то сделано, Ибо, поэтому мы должны справиться с этим, хорошо?       — Бу, — послышалось тихое, но неожиданное. Журналист поднял взгляд и обнаружил, что Ван Ибо уже проснулся, но его выражение лица говорило о том, что сознание не вернулось полностью.       — Привет, — широко улыбнулся Сяо Чжань. — Мы лечим твои раны, Ибо, поэтому надо потерпеть немного. Потом я заберу тебя домой и расскажу много интересного.       — Бо! И бо буо, — разнервничался абориген, начав ёрзать на кровати. Хотел бы Сяо Чжань понимать его, но до этого им ещё ой как далеко. Он только хотел хоть что-то ответить, как неожиданно Ибо со вскриком подскочил на кровати и потянулся к журналисту, обхватывая его руками на манер таких вот диких объятий.       — Эй-эй, успокойся, ты поранишься, — Сяо Чжаню пришлось с силой отнять от себя руку с катетером и заставить её выпрямить, но взамен этого он придвинулся ближе, усаживаясь боком на койку, и приобнял Ибо свободной рукой, позволяя тому прижаться. — Я понимаю, что тебе максимально неуютно здесь, но тебе нужна помощь. Как только твои раны перестанут казаться опасными, я заберу тебя отсюда, договорились?       Ибо притих. Сяо Чжань умудрился так скосить глаза, чтобы видеть лицо парня. Казалось, тот просто молча слушал голос журналиста и его это успокаивало. Ну что ж, это лучше, чем ничего. Почему-то Сяо Чжань неосознанно начал покачиваться, будто убаюкивая аборигена в своих объятиях. И это сработало, потому что спустя несколько секунд Ибо действительно засопел. Журналист только и успел уложить его обратно в постель, как у палату зашла та самая женщина-врач.       — Он снова уснул, — зачем-то отчитался Сяо Чжань.       — Господин Сяо, мы можем поговорить?       — Конечно.       — Тогда давайте вернёмся в Вашу палату.       Путь обратно всегда кажется быстрее, это уже закон мира. Теперь Сяо Чжань уже полностью пришёл в себя и подмечал любую деталь. Например то, что несмотря на длинный коридор с множеством палат, здесь было тихо и безлюдно. Неужто какая-нибудь секретная или вип зона? Зайдя в палату, журналист уселся на свою койку и поднял серьёзный взгляд на врача, показывая всем видом, что готов к разговору.       — Как Вы себя чувствуете, господин Сяо? — деловито спросила женщина, явно намереваясь обсуждать не здоровье журналиста.       — Отлично. Так что Вы хотели обсудить?       — Некоторые формальности, господин, — теперь уже миловидная врач превратилась в бюрократа сотого уровня. — Мне жаль, что Вам пришлось столкнуться с такой дикой ситуацией, но сейчас Вы находитесь на территории Китая, где правила и законы чтут превыше всего. Как я уже сказала, Ваша страховка зарегистрирована в базе, поэтому здесь вопросов нет, но Ваш товарищ… Я даже не могу с уверенностью сказать, что он имеет гражданство Китая, а Вы единственный его знакомый и…       — Я понимаю, — перебил женщину Сяо Чжань. Очень захотелось остаться наедине и наконец-то обдумать дальнейший план действий. Надо восстановить телефон, связаться с ребятами, найти свои документы и карточки, решить, что делать с Ван Ибо. А ведь если их эвакуировали военным или гуманитарным самолетом, то визиты сотрудников спецслужб и вопросы гражданства ещё явно будут подниматься. Поэтому очень не хотелось тратить время на му-му. — Сколько я должен?       После озвученной суммы Сяо Чжань наконец-то понял, на что вечно возмущаются недовольные граждане на просторах бесконечных общественных групп в социальных сетях. Попросив выставить счет на его имя, журналист подробно выяснил про состояние здоровья Ван Ибо и очень обрадовался, когда выяснилось, что парень на пути реабилитации и самое страшное уже позади. А это значит, что он может забрать его домой и не влезать в долги ещё больше, чем уже есть. Ладно, с этим разобрались. Оставалось только каким-то образом добраться до дома с диким аборигеном за руку. Дело за малым. В любом случае общественный транспорт — плохой вариант, а значит первым делом надо как-то восстановить свой телефон, к которому привязана карта или хотя бы флешку. Но с Ибо расхаживать по городу тоже вряд ли получится, да ещё и в таком виде, в котором они есть. В принципе, парень сейчас спит, а за этот день реабилитации уже заплачено… Да, надо спешить.       Первым делом Сяо Чжань попал домой. Ему хватило получаса, чтобы быстро принять душ, одеться поприличнее и захватить одежду для Ибо. После этого журналист взял с собой водительское удостоверение, чтобы иметь хоть какой-то идентифицирующий его документ и старенький смартфон, в который надеялся поместить флешку и симку с утонувшего собрата. Но лучше, чтобы это сделали специалисты.       В общем вся суета заняла почти два часа. И не было ни минуты, чтобы Сяо Чжань не думал об оставшемся в больнице Ибо. Он даже не попытался позвонить Джейну или остальным, когда его сим-карта наконец-то поймала сеть, а только проверил привязку кредитной карты и сразу же ринулся обратно. Ещё раз выяснив все вопросы с выпиской Ван Ибо и получив рекомендации специалиста по вопросу его дальнейшей реабилитации, журналист оплатил счёт и поднялся в палату аборигена. Тот находился в помещении один и не спал, но пребывал где-то в прострации, судя по ничего не выражающему взгляду.       — Ну что, бро, нам пора домой. Буду знакомить тебя с новым миром, раз замутил такую тему, — Сяо Чжань широко улыбнулся дикарю и положил рядом с ним пакет с одеждой. — Сейчас приоденемся, и никто тебя не отличит от современного человека. Только не безобразничай, окей?       Как это ни странно, но Ван Ибо молчал и не выражал никакого беспокойства. Правда и не особо помогал. Сяо Чжаню пришлось практически самостоятельно одеть парня, пытаясь игнорировать неловкие моменты, причесать волосы, убирая длинные патлы в гульку, и придать более-менее человеческий вид в принципе.       — Вот что-что, а в душ и в парикмахерскую тебе надо срочно, — поморщился журналист, осматривая дикаря. Ему было немного стыдно, но теперь, когда они в безопасности, Ибо казался огромной, сложной, но очень интересной игрушкой. — Обещаю, что позабочусь о тебе, ничего не бойся, — взял аборигена за руку, журналист смело направился на выход.       Добраться до дома оказалось совсем просто. Они поймали такси, без истерик доехали до многоэтажки, где снимал студию Сяо Чжань, также молча поднялись в лифте на нужный этаж и благополучно прибыли на место. Ибо вообще никак не выражал эмоции, не сказал ни одного «бу», только передвигался немного заторможенно, но его можно было понять. Как-никак первый раз в штанах, пусть мягких и спортивных, да ещё и на ногах шлепки. Хорошо хоть погода жаркая, была бы зима, сердце Ибо могло бы не выдержать. Но не успел журналист закрыть дверь на замок, как парень согнулся, его тело содрогнулось, послышался тихий стон и его вырвало прямо на его же ноги. — Оу, — Сяо Чжань прикрыл глаза, шумно дыша. Он был немного слабоват на такие вот сцены и сразу почувствовал, как бульон внутри него зашевелился и направился вверх. — Ничего. Ничего страшного, — успокаивал то ли себя, то ли Ибо мужчина, быстро доставая из-за двери тряпку и практически вслепую кидая её на место преступления. — Сейчас пройдёт, тебя наверное укачало, — Сяо Чжань просто говорил, чтобы говорить. Как ему казалось, его голос действовал на аборигена положительно, поэтому он пользовался этим по полной. После того, как рвота была убрана, журналист пробежал в ванную комнату, включил воду в раковине и кинул тряпку, решив заняться ей чуть позже, так как оставлять дикаря вне поля видимости было страшно и неуютно.       — Первым делом душ! — Сяо Чжань снова взял дикаря за руку, направляя в нужную сторону. А потом снова отвлёкся на тряпку, но пока он её выстирывал, абориген так и не двинулся с места. Мысль о том, что помогать с водными процедурами придётся, причём от начала до конца, пришла с опозданием. — Ну как-то же ты купаешься там у себя в Амазонке, значит движения знаешь! Ну же, Ибо, что с тобой? Накачали что ли чем-то? Ай, ладно, чего я там у тебя не видел! — журналист быстро раздел дикаря, бегло осмотрел повязки и поставил Ибо под душ, устанавливая комфортную воду. Наверное, хорошо, что мыть его пришлось именно Сяо Чжаню, так он постарался максимально осторожно действовать относительно ран. Ван Ибо продолжал больше походить на живого человекоподобного овоща, просто стоял без движения или наклонялся, когда журналист давил ему на плечи, чтобы добраться до волос.       — В следующий раз я покажу тебе, что такое туалет, — настоятельно сказал Сяо Чжань, неловко замечая, как абориген справляет нужду прямо на месте. А что было бы, если бы он не был в душе? Оставалось надеяться, что приучить Ибо к бытовым вещам будет легче, чем кота к лотку. — Ну вот, теперь ты чистый. Приведем тебя в порядок, будешь невероятным красавчиком, — засмеялся Сяо Чжань, пока насухо вытирал своего подопечного. Но в этой шутке была большая доля правды — журналист правда считал внешность Ибо очень привлекательной. Он совсем не походил ни на диких людей Амазонии из фотографий на многочисленных сайтах, ни на своих сородичей, который довелось увидеть вживую совсем недавно. Цвет его кожи не был темным, как должно быть, а больше походил на желтоватый китайский, но тронутый хорошим загаром. Лицо и вовсе имело и латинские, и азиатские, и даже европейские черты. Сяо Чжань даже задумался, а не нагрешила ли одна из цивилизованных девиц… Фу, о чем он только думает, вот дурак! В общем, вывод один — маловероятно, что Ибо чистокровный выходец джунглей. По крайней мере его внешность говорит обратное. А, значит, возможно его будет легче приучить к новому миру. — Сделать бы что-нибудь с твоими волосами, — протянул журналист, устало натягивая на парня длинную свободную футболку. Шорты он тоже выбрал посвободнее, чтобы не стеснять движения, ведь Ибо и так непривычно. — А ещё мне не нравится твоё состояние. Давай-ка я уложу тебя пока что в кровать, твой организм переварит всё, чем тебя напичкали в больнице и начнёт восстанавливаться. А после этого будем что-то делать с тобой дальше.       Ибо не ответил, вообще никак не подал вида, что слышит журналиста. Просто уставился в потолок и не шелохнулся. Зато Сяо Чжань почувствовал просто дикую усталость. Так захотелось спать… Он даже позволил себе на секунду прилечь на диване и собирался безнаказанно провалиться в сон, но его отвлёк резкий звук рингтона, а на экране мигнула надпись «Джейн». Сяо Чжань застонал, готовясь к следующей эмоциональной встряске, и принял вызов.