Шервуд

Ранним субботним утром Грейнджер проснулась не от будильника и даже не от стучавшей совы в окно. Её разбудил стук в дверь. Попытка игнорировать звук не привела к успеху, с каждой секундой удары становились всё громче и настойчивее. Она взяла с тумбочки палочку, накинула халат и, вздохнув, подошла к двери. Рука, занемевшая после сна, не хотела слушаться, лишь из любопытства Гермиона пересилила себя, произнося отпирающее заклинание. В комнату сразу проник свежий, чуть морозный, воздух из гостиной, а ещё Джинни, которая тут же бросилась обнимать Гермиону. — С днём рождения!!! Стоп, ты ещё спишь? — девушка принялась толкать именинницу в сторону ванны. — Но как ты… — Нотт меня впустил. Иди давай, — наконец, Уизли впихнула ее в ванную и закрыла дверь. Гермиона растерянно смотрела на то место, где только что была её подруга, и хлопала ресницами. Она ещё не до конца проснулась и не сразу поняла, что произошло. «Нужно просто пережить этот день, и все будет как раньше», — она дала себе установку, открывая кран в душе. Гермиона вытерла волосы полотенцем и вернулась в свою спальню. На кровати она увидела множество косметических средств, в то время как Джинни доставала из шкафа её одежду. — Я так и знала, что подходящего платья у тебя не будет, поэтому принесла тебе своё, — сказала Джинни. Она прекратила перебирать её наряды и, хлопнув в ладоши, повернулась к Гермионе. На двери шкафа Гермиона увидела платье, которое явно ей не принадлежало. Оно было цвета слоновой кости с длинными рукавами. Юбка была свободной, чуть выше колена. Фасон был очень простым, но в то же время элегантным. Однако её смутил вырез на спине. — Вся спина открыта… — Гермиона, у тебя отличная фигура, и сидеть на тебе оно будет замечательно, — перебила ее Джинни, подошла к окну и уставилась на двор школы. — Сегодня твой день, и я позабочусь о том, чтобы ты была самой красивой сегодня. Гермиона не стала возражать. Она понимала, что это бесполезно, а кроме того, ей не хотелось огорчать подругу. Было заметно, что та хорошо подготовилась к этому событию. — Ах да, как я могла забыть про подарок, — Уизли достала что-то из своей сумки, присела на кровать и жестом указала Гермионе рядом с собой. — Это от нас с Гарри. Она протянула Гермионе небольшую чёрную коробочку. Когда та открыла её, то не смогла сдержать восхищённого возгласа. В коробочке лежала серебряная цепочка, на которой висела подвеска в виде капли, украшенная замысловатыми узорами. — Когда человек перед тобой будет говорить чистую правду, кулон начнёт мерцать, — надев цепочку ей на шею и поправив волосы, Джинни продолжила: — Ты заслуживаешь, чтобы тебе говорили только правду, Гермиона. — Джинни, — та посмотрела на подругу. — Он прекрасен, но не стоило так тратиться. Ты же знаешь, мне неудобно что-то получать от вас. Самый лучший подарок — это иметь таких друзей, как вы… Этого уже больше, чем достаточно. — Ох, ты заслуживаешь намного больше, — Джинни крепко обняла Гермиону, затем оторвалась и, взглянув в лицо, продолжила: — Но на заплаканное лицо макияж будет плохо наноситься, так что начнем. Уизли принялась за работу. Она нанесла невообразимое количество масок, дальше с помощью магии и обычной маггловской косметики Гермиона начала преображаться. Синяки под глазами, как и неровности кожи, исчезли под тональным кремом, карие глаза стали ярче с помощью подводки и чёрной туши, а губам придал выразительности блеск. Дальше они перешли к волосам. Они решили не делать вечернюю прическу, а всего лишь аккуратно уложить волосы и придать им немного объёма. — И последний штрих, — сказала Джинни. Она вколола нежно-кремовую заколку в волосы, отлично сочетавшуюся с платьем, которое Гермиона наденет вечером. — Повернись ко мне лицом. Та послушно повернула голову и прикрыла глаза. — Фирметур Экстериор. Вот теперь твой макияж будет держаться целый день. Гермиона подошла к зеркалу. На неё смотрела очаровательная девушка. Её глаза не были яркими, а губы не были накрашены яркой помадой, но было в ней что-то такое притягательное, от чего нельзя было оторвать взгляд. — Тебе нравится? — Мне кажется, это не я, я не могу быть такой… — Ты хочешь сказать, такой красивой? Ох, Гермиона, ты вечно себя недооцениваешь. И нам пора на завтрак, я не хочу остаться голодной. Грейнджер натянула джинсы и рубашку и направилась к двери. — Ты хочешь так пойти? Ну нет, я что, зря старалась все утро? — Джинни снова подошла к шкафу. — Вот эта блузка подойдёт. Она отдала Гермионе белую блузку с кремовыми вставками на воротнике и манжетах. Именинница решила не спорить и послушно переоделась. Гермиона шла по коридорам, и студенты провожали её взглядами. Кто-то смотрел на неё с восхищением, кто-то — с удивлением, а кто-то — с завистью. «Нужно просто пережить этот день», — повторила она про себя утреннюю установку, набрала полные легкие воздуха и зашла в Большой зал. На Гермиону накинулись гриффиндорцы. Невилл крепко обнял ее и пожелал удачи на экзаменах. Полумна поцеловала в щеку и пожелала обрести счастье и любовь. Деннис Криви даже принёс цветы. Наконец, после бурных поздравлений, она села за стол и начала завтракать. Она почувствовала на себе чужой взгляд и подняла голову. Это был Драко Малфой. Он смотрел на неё не с ненавистью, нет… с недоумением? Заметив, что она тоже смотрит на него, он быстро отвёл взгляд и продолжил разговор с Блейзом и Пэнси. Гермиона продолжила осматривать слизеринский стол в поисках Нотта, но его на завтраке не было. Она не привыкла к такому количеству внимания, поэтому быстро позавтракала и решила уйти в башню, чтобы немного почитать перед вечеринкой в её честь. Сегодня совы снова принесли ей только газету, и это испортило её настроение. Ладно, Гарри, он знал, что Джинни передаст подарок от них двоих, но Рон… он не прислал даже открытки. * * * — С днём рождения, Гермиона!!! Все хлопали, веселились, пили сливочное пиво и смеялись. Виновнице торжества было приятно видеть столько людей в этот вечер. Конечно, она была старостой школы, лучшей студенткой, героиней войны и близкой подругой Гарри Поттера, но она знала, что ребята собрались не из-за этого. Всех гостей она знала хорошо, с каждым она обнялась и успела поболтать. В этот вечер она услышала много пожеланий: удачной сдачи ЖАБА, безмерного счастья, скорейшей свадьбы с Роном и многое другое. Этот день был очень утомительным для Гермионы, но вечеринка была в самом разгаре, и если бы она решила уйти сейчас, то расстроила бы Джинни. Поэтому Гермиона просто села за самый дальний столик, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Она с лёгкой улыбкой смотрела на всех присутствующих. Ведь это были её друзья, и от этого ей было очень приятно на душе. Вспоминая свой первый месяц в Хогвартсе, она не могла и подумать, что её жизнь изменится ещё больше. А ведь она уже узнала, что является волшебницей! Но это было только начало. Она подружилась с Гарри и Роном. Каждый год в Хогвартсе был наполнен приключениями, и даже риск погибнуть уже не имел значения. Если бы она могла вернуться в прошлое, то не отказалась бы пережить это сумасшествие снова. — Гермиона! Ты чего это спряталась? — Джинни, я, наверное, пойду. Устала очень. — Ну уж нет! Гермиона Джин Грейнджер, ещё не было самого главного сюрприза, — Джинни всучила ей бутылку и резво убежала. В гостиной погас свет, комнату освещало только пламя камина. Гермиона смотрела туда, куда убежала Джинни. Она увидела, как из спален мальчиков выходят Невилл и Полумна, а рядом с ними, хлопая в ладоши, движется Джинни и поет «Happy birthday to you». Песню сразу подхватили множество студентов. На руках у Невилла находился огромный торт в форме раскрытой книги, в которой было написано:

«С днём рождения, Гермиона!»

— Куда это ты собралась, не вкусив этого чудесного торта? — подмигнула ей Джинни и обняла за плечи. После праздника Гермиона, улыбаясь и сияя от счастья, возвращалась в башню старост. Она на время забыла о Роне, ведь друзья подарили ей столько энергии! Ей казалось, что она может всё на свете: любое море ей было по колено, а горы — по плечу. Когда она вошла в гостиную, где единственным источником света был камин, то увидела Теодора, который дремал в кресле. Гермиона старалась не шуметь, чтобы не разбудить его, но когда она проходила мимо кресла, то случайно задела ногой книгу, лежавшую на полу. Видимо, Тео читал её перед тем, как уснуть. Он сразу открыл глаза. — Гермиона? Ты вернулась? «Как она прекрасна», — была первая мысль, пришедшая в голову Нотту. В свете камина её глаза блестели, как спелая вишня. Губы казались такими мягкими и сочными, что Тео не мог удержаться и облизнул свои собственные, представляя, как он мог бы их поцеловать. Платье Гермионы отлично подчёркивало её фигуру, демонстрируя стройные прямые ноги и тонкую талию. Но в то же время в её облике оставалась какая-то загадка. Тео хотелось провести ладонью от её шеи до бедра, чтобы почувствовать каждый изгиб её тела. Гермиона заметила, как Тео оценивающе смотрит на неё, и решила прервать молчание. — Ты прости, я не хотела будить. Теодор сделал вид, что не услышал её, и медленно, словно наслаждаясь моментом, подошёл к ней. Он взял её ладонь и накрыл своей. — Ты сегодня очень красивая, — медленно, словно пробуя на вкус каждое слово, произнёс Тео. — Я хотел поздравить тебя с днём рождения, но так как мы не виделись сегодня, я решил дождаться тебя. Поэтому, Гермиона, с днём рождения. Кулон из-под ткани платья начал слегка мерцать, но Гермиона не заметила этого. — Спасибо, Тео, и за поздравление, и за комплимент. Но уже поздно, так что я, пожалуй, пойду… — негромко проговорила Гермиона, чувствуя неловкость. Его нежный взгляд и мягкий голос смущали её. Она никогда раньше не видела его таким и не знала, как он поведёт себя в следующий момент. — Подожди, у меня для тебя есть подарок, — он достал из кармана брюк маленькую коробочку. — Я хотел подарить тебе что-то особенное. Не просто безделушку, а что-то, что тебе могло бы пригодиться. Теодор протянул Гермионе коробочку. Его руки слегка дрожали, и было заметно, что он очень волнуется, как она отреагирует на его подарок. Открыв, Гермиона глубоко вдохнула. — Теодор, ведь эта вещь очень дорогая и редкая. Тебе не стоило так напрягаться из-за подарка. — Да брось, деньги не проблема. Тебе нравится? — заглядывая ей в глаза, спросил он. Гермиона взяла подарок в руки. Мешочек из ишачьей кожи — маленький, немного мохнатый, затягивающийся сверху длинным шнурком, позволяющим носить эту вещицу на шее. Гарри получил подобный на свой семнадцатый день рождения от Хагрида. — Это самый лучший подарок. Спасибо тебе, Теодор, — Гермиона обняла его. Теодор, похоже, был удивлён объятиям и неуверенно обнял Гермиону в ответ. Он почувствовал лёгкий аромат её духов и прижался к её шее. Его пальцы коснулись обнажённой спины Гермионы, но она, казалось, даже не заметила этого. Теодора охватило возбуждение, словно его пронзило электрическим разрядом. «Не сейчас, только не испорти момент» — крутилось у него в мыслях. Нотт ощущал, как удовольствие наполняет его тело, когда она обнимала его за плечи и нежно прижималась к его груди. Это было так трогательно и мило. Но его штаны уже были довольно тесными, и он медленно отстранился от неё. — Спокойной ночи, Тео, — махнув ему вслед, Гермиона начала подниматься по лестнице. — Спокойной ночи, Гермиона. Теодор так и остался стоять в гостиной, смотря на ее спину и, возможно, чуть ниже. «Она обняла меня», — повторял про себя он. — А я своим стояком чуть все не испортил. Что бы она подумала, если бы почувствовала ЕГО?» Он усмехнулся собственным мыслям. Представил, как Гермиона бы засмущалась и покраснела. Она точно бы поняла, что это. Перед глазами стояло лицо гриффиндорки, красное от смущения, и Теодор с новой силой почувствовал нарастающее возбуждение. Сегодня ему будут сниться очень интересные сны. Неожиданно за спиной пробили часы. «Вот черт, два часа ночи. Завтра же не встану на тренировку». Он побрел до своей комнаты с довольной улыбкой. * * * Этой ночью Драко Малфой не мог уснуть. Он пытался придумать, как лучше подступиться к Нотту. На прошлой неделе он вручил ему книгу, которая хранилась у Малфоев в единственном экземпляре, но Теодор лишь поблагодарил его и улыбнулся, сразу же погрузился в чтение подарка. В среду Драко попросил помочь с домашней работой, надеясь, что они смогут пообщаться и сблизиться. Но Тео лишь проверил его эссе на ошибки и сказал, что работа идеальна. После этого он отвернулся и продолжил читать книгу. Но Драко не сдавался. В четверг он предложил ему полетать на мётлах, сославшись на хорошую погоду. Но Тео вежливо отказался, оправдываясь большой загруженностью на посту старосты. «Что же ты такой отстраненный — подумал Малфой, и тут же к нему в голову пришла идея. — Устроим вечеринку в гостиной. Как староста ты точно будешь присутствовать. Иначе кто будет следить, чтобы студенты не ужрались в хлам и не разбрелись по Хогвартсу?» * * * Сегодня Гермиона как следует выспалась. В субботу ей не удалось поспать подольше, потому что Джинни её разбудила. А вот в воскресенье она решила позволить себе подольше нежиться в постели. Взглянув на часы, которые показывали без четверти десять утра, Гермиона сладко потянулась. Она никуда не спешила, но спать больше не хотелось. Тогда она надела тапочки в виде зайчиков, стоявшие у кровати, накинула махровый халат и отправилась в ванную. Стоя под прохладными струями воды, Гермиона улыбалась. Она умылась, нанесла на лицо и волосы множество различных масок. Наслаждаясь душем уже больше часа, она вдруг с ужасом вспомнила, что это не только её ванная комната. Возможно, из-за неё Теодор не может принять душ. Быстро ополоснувшись, она высушила волосы заклинанием и вернулась в комнату. Через пару минут она услышала, как открылась дверь из комнаты Теодора в ванную. Ещё через минуту зашумела вода. Она решила уйти на завтрак раньше, чем Тео выйдет из душа. Поэтому она быстро надела джинсы и первый попавшийся джемпер и вышла из комнаты. В гостиной старост за окном она заметила сову. Гермиона впустила её и попыталась забрать письмо, но птица недовольно ухнула и укусила её за палец. Выругавшись про себя, Гермиона решила, что эта вредная сова принесла письмо Нотту и ей его точно не отдаст. Однако её удивило, почему сова принесла письмо именно в гостиную, а не в Большой зал, где она могла бы отдать его вместе с остальной почтой. Решив, что это просто такая злонравная птичка, Гермиона отправилась на завтрак. — Доброе утро, — поздоровалась она с однокурсниками, присаживаясь за стол Гриффиндора между Джинни и Симусом. — Как прошла ночка, Гермиона? — поинтересовался Дин Томас, массируя пальцем висок. — У меня вот голова раскалывается. — Пить нужно было меньше, — поддразнила его Джинни. — Гермиона, ты зря вчера ушла. Ты пропустила много интересного. Она начала рассказывать Гермионе их вчерашние приключения в гостиной Гриффиндора, местами веселые, где-то даже непристойные. Гермиона слушала в пол уха, с жадностью накинувшись на завтрак. — А что тебе подарил Рон? — Ничего, — пробормотала Гермиона себе под нос. — Даже не поздравил… — Что? — Пожалуйста, тише. — Да это просто верх свинства… — Не стоит, Джинни. Я думаю, он очень занят с Джорджем. — Нет, стоит. Можно было бросить все свои дела и отвлечься на часок, чтобы написать письмо и отправить подарок своей девушке! Джинни продолжала говорить неприятные вещи о Роне, а Гермиона не хотела этого слышать. Она понимала, что подруга права и ей следует обидеться, но продолжала оправдывать его. Ей было очень обидно и до боли неприятно думать, что Рон просто забыл. Через пару минут Джинни уже перевела тему, и сейчас они с Джемельзой Робинс обсуждали предстоящий матч по квиддичу. Судя по разговорам, матч должен был быть с Когтевраном. Гермиона не смогла удержаться и посмотрела на стол Слизерина. Малфой что-то сказал Теодору, на что Нотт кивнул и вернулся к своему завтраку. Почувствовав на себе взгляд Грейнджер, он поднял глаза. Его взгляд был довольно странным, и Гермиона надеялась, что он не сердится на неё за то, что утром долго пробыла в ванной. * * * — Тео, мы устраиваем вечеринку в подземельях. Ты придёшь? — обратился к Нотту Малфой. — Да, конечно, — кивнул ему Теодор и снова уставился в свою тарелку. Малфою показалось, что он даже не услышал вопроса и медленно начал закипать. «Да он непробиваемый! — гневно подумал Драко. Сжимая в руках вилку, он почувствовал, как та начала гнуться под его силой, — Успокойся, черт возьми». И тут Малфой придумал. Чтобы сблизиться с Ноттом, он использовал множество способов, кроме, кажется, самого очевидного. — Тео, что происходит? — Ты о чем? — Теодор, кажется, не ждал продолжения диалога и поэтому повернулся лицом к Драко. — Мы знакомы с детства. Тысячи раз выручали друг друга, но что я вижу сейчас, Тео? Ты отстранился от нас. Я, Блейз, Пэнси, мы… мы скучаем по тебе. Я знаю, война изменила многое, но она закончилась. Все может быть, как когда-то давно, — Драко закончил свою тираду. Он сделал своё лицо максимально искренним и сочувственным, насколько был способен, и кажется, этого хватило. Тео всё это время пристально смотрел в глаза Драко, пытаясь найти подвох. Драко всегда казался замкнутым и сдержанным, и трудно было понять, какие чувства он испытывает. Однако Тео понял, что его друг прав. Он начал больше времени проводить в одиночестве, погружаясь в свои мысли и читая книги, а также перестал посещать подземелья. — Да, ты прав, друг. Просто эта война… — Давай забудем войну и обиды, и снова станем такими, как прежде? — Драко слегка улыбнулся и протянул ему руку. Теодор пожал ему руку в ответ.