Шервуд

Она очнулась в своей комнате. Голова трещала, что даже думать было больно, а глаза были словно забиты песком, поэтому открывала она их как можно медленнее. Свет пробивался в щель между плотно завешанными шторами — единственный источник света в комнате. Казалось, что был уже вечер, хотя время ещё не подошло даже к обеду. Первым Гермиона увидела Гарри. Он сидел на старом пуфике прямо перед её кроватью. Пальцы его рук были крепко переплетены и сжаты так сильно, что побелели костяшки. Каждый мускул в его теле был напряжен, и взгляд, смотрящий в упор на Гермиону, явно не предвещал ничего хорошего. Тут же Гермиона почувствовала прикосновение к тыльной стороне ладони. Проследив за движением, девушка увидела взволнованное лицо Джинни, которая сидела на краю кровати. — Ты так? — спросила подруга подрагивающим голосом. — Хорошо, только голова болит, — ответила Гермиона, поднимаясь на локти. — Что-то случилось? — она снова покосилась на Гарри, тот, в свою очередь, даже не пошевелился, лишь сильнее нахмурил брови. Взгляд Гермионы начал метаться от одного к другому в ожидании ответа, но те напряженно молчали, и это начало её устрашать. — Я что, больна? — спросила Гермиона чуть громче, и в её голосе послышались истерические нотки. В её жизни и без того произошло много ужасного, ей не хватало ещё проблем со здоровьем. — В какой-то степени да, — ответил Поттер, закинув ногу на ногу и сложив руки на колене. — Гарри! Как ты можешь?! Это не болезнь, — громко возмутилась Джинни. — Не слушай его, Гермиона, ты здорова, — она повернулась к девушке и стала поглаживать её по одеялу. — Ты сильно ударилась головой об пол, но врач сказал, что это лишь лёгкое сотрясение. — А почему я упала? — спросила Гермиона, трогая свой затылок. Там действительно была шишка, размером с орех. — Врач проверил состояние твоего организма, — Гарри придвинулся немного вперёд, ближе к лицу Гермионы, чтобы смотреть ей прямо в глаза. — У тебя токсикоз, — медленно делая ударение на каждой букве, закончил он. Джинни сразу же поджала губы в ожидании реакции подруги. Гермиона задержала дыхание. Ей хватило пары секунд, чтобы понять и осознать, что сказал Гарри. Она ядовито улыбнулась друзьям, часто переводя взгляд с одного на другого. — Ребят, это не смешно, — неестественно похихикала Гермиона. — Это невозможно! В ответ она услышала гробовое молчание. Всё ещё неестественно улыбаясь, она продолжала переводить взгляд с Гарри на Джинни. Парень был слишком напряжен и явно не был на настроен на веселье, чуть заметно раскачиваясь из стороны в сторону. Он нервничал. Плотно сжатые челюсти выдавали его страх и злость одновременно. Джинни совсем не двигалась, казалось, она и дышать боялась. Гермиона заметила её пульсирующую жилку на виске, то, как она взбухала и разжималась несколько раз за секунду, можно было бы смотреть вечность, но не сейчас. Джинни плотно сжала губы, словно очень сильно хотела что-то сказать, но молчала. Гермиона поняла, что они не врут. — Прошу, скажите, что это шутка! — взмолилась Гермиона. На что Гарри лишь молча передал ей заключение врача, где говорилось, что срок беременности составляет примерно пару недель, и плод развит нормально, а потеря сознания от резких запахов говорит лишь о раннем токсикозе. Гермиона опустила лист себе на колени, крепко сжав руки в кулаки. Так ведь не бывает, верно? Такая глупая ирония не могла произойти с ней. Они были с Малфоем всего лишь одну ночь. Ведь с Рональдом они были близки чуть больше года, и за это время даже и подозрений не возникало на беременность. Нет. Нет, нет, нет. Врачи ошиблись. Такого просто не может быть, это невозможно. — Это невозможно, — произнесла свои мысли вслух Гермиона. — Дорогая, просто успокойся, — мелодично произнесла Джинни. Она легко провела по волосам Гермионы, на что та резко дернулась от её руки. — Успокоиться? Ты шутишь что ли? — возмутилась Гермиона, поднявшись с кровати. От резких движений закружилась голова, поэтому она крепко вцепилась в изголовье кровати, чтобы не упасть в такой напряженный момент. Широко раскрыв глаза, чтобы сфокусировать зрение, она медленно отпустила кровать, чтобы пройти вглубь комнаты. Мысли спутались. Гермиону охватила настоящая паника. Она не переставая ходила из стороны в сторону, чуть слышно бормоча что-то о нереальности происходящего. Ей стало страшно, но не из-за того что Джинни расстроится, узнав правду, или Гарри взбесится, узнав от кого он. Смотря на свой ещё плоский живот, ей стало страшно за этого маленького, ещё не родившегося ребёнка. Его мать — одна из самых умных и в то же время самых глупых людей на земле, доверилась самому ужасному и лицемерному человеку — его отцу. Все мысли, посещавшие её после последней встречи с Малфоем, снова нахлынули на неё, но уже с новой силой. Гермиона просто не могла со всем этим справиться, это слишком больно, слишком тяжело. Из глаз полились слёзы бессилия. Девушка скрыла лицо руками и сильно впилась пальцами в волосы, будто бы физическая боль могла заглушить душевную. — Гермиона прошу, дыши глубже, — взмолилась Джинни. Она крепко вжалась в край кровати, готовая сорваться в любой момент, чтобы помочь Гермионе. Но твёрдый взгляд Гарри не позволял ей сделать этого. Она так и осталась прикованной к своему месту, между двух друзей. — От кого этот ребенок? — холодно поинтересовался Гарри, развернувшись к ней лицом. На что Гермиона не ответила, лишь продолжая ходить по комнате. — Гермиона, прошу, дай помочь тебе, — продолжил он уже мягче. — Это Малфой, Гарри, — не смотря ему в лицо сказала Гермиона. — Что?! — вскрикнула Джинни, не сдержавшись. — Объясни всё по порядку, — Гарри сел поудобнее. Гермиона вернулась в кровать и всё рассказала. Абсолютно всё: начиная с измены Рона и заканчивая последним разговором с Тео. Рассказ был долгий, поэтому Гарри успел отлевитировать с кухни виски. Когда Гермиона наконец замолчала, он уставился куда-то в область прикроватной тумбочки, не моргая. Не нужно было обладать легилименцией, чтобы понять, что Гарри сейчас активно размышляет о дальнейших действиях. Джинни тоже молчала, она не проронила ни слова за всё это время, лишь отодвинулась подальше, смотря куда угодно, но не на подругу. — Прости, Джинн, что не рассказала, — Гермиона легко прикоснулась к её плечу. — Надо было сделать это ещё в самом начале. — Теперь понятно, почему Рон прекратил попытки помириться с тобой, — задумчиво ответила Джинни, будто бы пропустив извинения Гермионы мимо ушей. — Ты хочешь оставить ребёнка? Гермиона никак не ожидала такого поворота, ведь она совсем по другому представляла этот момент, но прошлого уже не вернуть. — Ребёнок не виноват и он не должен расплачиваться жизнью за ошибки его… родителей. — Это правильное решение, Гермиона, — Джинни снова повернулась к подруге, смотря на неё ободряющей улыбкой. — Но я всё равно обижена, что ты мне не сказала! — Я заглажу вину, — улыбнулась в ответ Гермиона и легко обняла её за плечи. — Только вот как сказать Малфою об этом… — Он не узнает, — твёрдо сказал Гарри. Так что все вздрогнули. — Никто не узнаёт, кроме нас троих, — Гарри резко встал и подошёл к окну. — Ты останешься здесь со мной, и ни о какой школе не может быть и речи. — Что? Нет! — возмутилась Гермиона, тоже поднявшись с места. — Я закончу наконец эту чёртову школу! Ты видел, что происходит в магической Британии? Назревает война, и я не оставлю там беззащитных детей! — она видела как с каждой секундой Гарри злился всё сильнее, но её это ничуть не останавливало. — А кто защитит тебя? — спросил он, повернувшись к ней лицом. — Гермиона, очнись. Эта война не наша, ты сама мне об этом говорила. Тем более теперь ты отвечаешь не только за себя, — он говорил твёрдо, и довольно убедительно. В душе она понимала, что он прав, но это её раздражало. — Я просто не могу всё бросить. — Гермиона, — Гарри присел перед ней, взяв её за руку. — Мы сделаем всё, чтобы ты была в безопасности. — Я знаю, — грустно ответила Гермиона. — Мне страшно оставаться запертой в четырёх стенах вдалеке от… всего этого, — её глаза начали наполняться слезами. — Я в ужасе, Гарри, от всего происходящего. Я не хотела детей, понимаешь? И сейчас не хочу, но я должна… — Эй, эй, в тебе бушуют гормоны. Поэтому ты несёшь эту околесицу, — перебил её Гарри. — Мы со всем справимся, как всегда. Я и Джинн всегда будем с тобой во что бы то ни стало. Поняла? — Гарри приподнял её подбородок, призывая посмотреть на него. Гермиона в ответ лишь кивнула. Было в Гарри что-то такое, отчего ему хотелось верить безоговорочно. Неудивительно, что она и Рон много лет шли за ним, доверяя каждому его слову. И ведь не ошиблись! Гарри привёл волшебный мир к победе над Волан-де-Мортом, так может он и приведёт Гермиону к победе над своими страхами? — Может, уже пойдём и поужинаем наконец? А то от всех этих новостей разыгрался аппетит, — воодушевлённо вклинилась в разговор Джинни, разом снимая всё напряжение в спальне. — Это у вас семейное? В любой непонятной ситуации нужно поесть, — сострила Гермиона. Джинни лишь фыркнула, но близко к сердцу не приняла. — Хотя я совсем не против перекусить! — продолжила она ободряюще, и трое друзей, не спеша, вышли из комнаты.