Ещё один тест Камски

Шум подъезжающего автомобиля вывел Маркуса из режима ожидания. Он открыл глаза и обнаружил перед собой острый позвонок, обтянутый бледной кожей и прикрытый пучком взъерошенных светлых волос. «Саймон». Маркус приподнялся на локте, стараясь не потревожить андроида. Саймон лежал на боку, подтянув одно колено к животу и зарывшись рукой под подушку. Совсем как человек. Он и был человеком. Не из плоти и крови, но это не имело значения. Автомобиль был совсем рядом, и на внутреннем интерфейсе высветилось сообщение от одного из андроидов Камски о том, что они почти прибыли. Маркус выскользнул из-под одеяла и машинально поискал уведомление о поставленной задаче. Программа ответила чередой сбоев, и он бросил это гиблое дело. Натянув на себя сложенную аккуратной стопкой одежду, он покинул спальню, тихо прикрыв за собой дверь. Маркус успел как раз к тому моменту, когда AP700 вкатил кресло Карла в прихожую. Мужчина окинул взглядом своего андроида, отпустил чужого и, когда убедился, что машина уехала, наконец, произнёс. — Как прошла ночь, Маркус? Хорошо провёл время? Впервые за все годы своего существования Маркус не знал, что ему ответить. *** Карл Манфред внимательно всматривался в лицо своего андроида и не узнавал его. Не этого мальчика он отправлял вчера на другой конец города за абсолютно ненужными ему кистями. То же лицо, те же зелёные живые глаза, мастерски эмулирующие человеческие эмоции. Те же, и не те одновременно. — Маркус? — обеспокоенно произнёс Карл, пытаясь отогнать глупые мысли о поломке, вызванной каким-то программным аналогом гонореи. — Ты получил моё сообщение? Я заказал тебе девушку… То есть андроида для… — мужчина понимал, что начинает заговариваться, как школьник, загнавший себя в секс-шоп и потративший на это все моральные силы, коих теперь явно не хватало на озвучивание заказа. — В общем, она была здесь? — Он, это был он, — наконец произнёс Маркус. — Он? Но как?.. — Карл зажмурился, в панике прокручивая в голове детали своего звонка. «У меня уже есть андроид. Мужчина. Мне нужен ещё один». — Дьявол, — хрипло выдавил он. — Маркус, прости, бога ради, я был пьян и слабо соображал, что творю. Я совсем не это имел в виду. Мне даже в голову не пришло, что… Но Маркус не дал ему договорить. — Всё в порядке, пап, — с тёплой улыбкой произнёс он, и Карл прижал ладонь к губам. Он судорожно втянул воздух под обеспокоенным взглядом андроида и мотнул головой на невысказанный вопрос, жестом показывая, что всё с ним хорошо. Маркус опустился перед Карлом на колени и бережно смахнул слёзы с его лица, а потом обнял его. — Я люблю тебя, и я благодарен тебе за всё. Не важно, что ты сделал и какие ошибки при этом допустил. Важно только то, что благодаря тебе я здесь. — Маркус, ты живой! Но как так вышло? — И это тоже не важно, — пробормотал Маркус в острое, но всё еще крепкое плечо. — Тот, другой андроид, которого я… вызвал, — Карл запнулся, но продолжил: — Он всё еще здесь? — Да, я не отсылал его, — Маркус разжал руки и отстранился. — Я бы хотел поговорить о нём. Заранее прошу прощения, если тебе не понравится то, о чём я хочу попросить. — Конечно, мальчик мой, всё, что захочешь! — Карл сжал предплечье Маркуса и, видя его заминку, настороженно спросил: — Он в порядке? Взгляд Маркуса метнулся куда-то в сторону, но он всё же кивнул. Кивок вышел натужным, будто у старинного робота с несмазанными шарнирами в шейном отделе. Карл закусил губу. «Истинная свобода воли как монета — имеет две стороны. Когда ты даришь её кому-то, будь готов не только к тем решениям, которые тебе угодны. Свобода воли — это в первую очень свобода выбирать между добром и злом. Свобода принимать не только верные решения. И если ты её даровал, будь готов к последствиям», — так говорил Элайджа Камски, и сейчас Карл отлично прочувствовал, что тот имел в виду. — Маркус, сынок, что бы ни произошло, я не стану тебя осуждать. Вся ответственность за события этой ночи лежит на мне. Ты можешь поговорить со мной обо всём, что тебя волнует. После этих слов плечи Маркуса дёрнулись, немного расслабляясь, и он, наконец, выдавил: — Я бы хотел, чтобы Саймон мог остаться здесь. Не в том смысле, чтобы ты купил его мне, — на этих словах брови андроида съехались к переносице. — Я теперь вообще не уверен, что люди имеют право владеть андроидами. Владеть нами. Карл, он живой. Он чувствует, испытывает эмоции, может сам сделать выбор. Как и я теперь. И я не хочу, чтобы он возвращался туда. Я не хочу, чтобы туда вообще хоть кто-нибудь вернулся. Я не знаю, что мне делать дальше, мне не к кому больше обратиться, но нельзя так это оставлять. — Саймон, значит, — Карл лукаво прищурился. — Я посмотрю, что можно с этим сделать, но не раньше, чем выпью свой кофе. И не эту бурду без кофеина, которой ты обычно меня пичкаешь, так что возьми нормальные зёрна. Позаботишься о своём старом отце? Или мне теперь нужно искать новую сиделку? Хотя, видимо мне придётся искать её в любом случае, верно? Я же не из тех несчастных, которые вынуждены заставлять своих детей заботиться о них, лишая тех собственной жизни и свободы, потому что у них нет денег на найм персонала, — и Манфред, посмеиваясь себе под нос, покатил в сторону кухни. Маркус ошарашено сморгнул и быстро нагнал его, перехватывая управление креслом. — И ты ничего не спросишь? — Всё, что захочешь, ты сам мне расскажешь, а остальное — твоё дело. — Спасибо тебе, Карл. Маркус замолчал, и умудрённый опытом Карл сразу же определил значение этой тишины. — Ты о чём-то ещё хочешь попросить меня, мальчик мой? — Манфред наградил андроида поощрительной улыбкой. — Да, — теперь голос Маркуса звучал твёрдо и уверенно. — Мне нужна твоя помощь.