Вероника и король

Утром следующего дня Веру разбудила Аннет, резко раскрыв шторы. Яркий луч света упал на ее лицо, заставив тем самым ее нехотя проснуться. - Мадам! Мадам! - тревожным голоском воскликнула девчонка, что сразу заставило Веру насторожиться и прогнать остатки сна. Несмотря на то, что со дня свадьбы, как и до этого, Блад и Вера продолжали жить в отдельных комнатах и старались себя никак не компрометировать, Аннет упорно называла Веру «мадам» задолго до их решения о женитьбе. Девочка была свято уверенна в том, что они муж и жена, и сложно было разуверить ее в обратном. Отчаявшись, Вера попросила ее хотя бы держать это в тайне, пообещав взамен каждый день выделять по ленте от своего платья. Аннет с радостью пошла на сделку, стараясь больше не выдавать свою госпожу при посторонних. - Просыпайтесь! Это очень срочно! Пожалуйста! - продолжила будить Веру Аннет, принявшись стучать по звонкому фарфоровому блюду для умываний. Звон и впрямь раздавался оглушительный - закрыв уши, Вера едва нашла силы, чтобы привстать. Спросонья мысли в голове путались, и встревоженный вид девочки лишь вносил сумятицу. - Что стряслось? - спросила Вера, заподозрив неладное. - Его величество неожиданно собирает всех для охоты! Приглашен весь двор короля Людовика! Вы тоже обязательно должны присутствовать! Вера, толком еще не проснувшись, ничегошеньки не поняла. - Как? Неужели это настолько срочно? - Да, мадам! Отказать никак нельзя, иначе все придворные решат, что вы и его Величество что-то скрываете от них! А этого уж никак допустить нельзя! Мадам дю Плесси Бельер уже готова и ждет, когда вы разрешите ей войти, чтобы рассказать вам все детали! Мне ли, простой служанке, говорить о таких тонкостях! - быстро залепетала Аннет, тараща и без того большие карие глаза. Вера присмотрелась к девочке, отметив, что вид у нее сегодня был неряшливый - хлопковый коричневый корсаж, обычно туго затянутый и аккуратно завязанный, болтался свободно, и шнурки его явно были наспех перевязаны узлом, передник сидел чуть косо, а чепец и вовсе съехал на макушку, открывая медные кудри, обрамлявшие круглое, почти фарфоровое детское личико задорными завитками. - Мадам дю Плесси Бельер? - Вера удивилась. - Да, мадам. Лучше уж вам поторопиться, чтобы накинуть хотя бы домашнее платье, - Аннет торопливо подхватила домашний наряд и подошла к изголовью кровати, ожидая, когда же Вера встанет. Наконец Вера, решив для начала хотя бы слезть с кровати (высокой, слишком большой для нее одной и с перинами настолько мягкими, что не хотелось покидать ее ), выпрямилась и села. Накинув поданный Аннет костюм - облегченного кроя наряд был скорее похож на кимоно и застегивался спереди на крючки, создавая видимость корсажа - она, завязывая ленты на поясе, обратилась к ней: - Позови мадам Анжелику и можешь быть свободна, - сказала Вера, намекая, что Аннет не нужно присутствовать при их разговоре. - Да, мадам, - послушно кивнула девочка, сделав реверанс. Девочка, поспешно засеменив, скрылась из виду за дверью. Через некоторое время дверь вновь открылась, и в проеме стояла Анжелика, по-своему обыкновению, высоко подняв голову. Она уже была одета в амазонку из лилового бархата, строгий камзол которой был пошит скорее на мужской лад и немного напоминал мужской военный мундир. Юбка ее платья, не широкая, спускалась шлейфом к ногам, и конец ее Анжелика придерживала в руках, продев указательный палец через специально пришитый к подолу для таких целей крючок. Золотые волосы Анжелики были убраны в кудри и заколоты у шеи, выглядывая из-под широкой треуголки в тон костюма. Лицо ее было нарумянено и напудрено, но яркую внешность женщины не портили излишки косметики, а лишь подчеркивали выразительные глаза и брови вразлет. Лицо Анжелики, живое и подвижное, с ее совершенно неповторимой мимикой, очень симметричное, разумеется, было красивым - его мало что могло испортить, даже неподходящий тону ее кожи оттенок белил, казалось, делавший цвет ее лица неестественно бледным. - Вам следует поторопиться. Людовик поднял весь двор на уши час назад и крайне раздражен, - сказала она взволнованно. - Не понимаю, к чему так внезапно устраивать охоту... - протянула задумчиво Вера, встав и подойдя к середине комнаты. Остановившись у зеркала, девушка взглянула на себя мельком. С утра лицо выглядело несколько опухшим, а у лба торчали вихрем маленькие завитки пшеничных волос. Глаза же, заспанные, выглядели устало. На фоне успевшей переодеться и подготовиться Анжелики, к тому же, бесспорно, обладающей своей особенной энергетикой, (как-будто во всеуслышание заявляющей о том, что она взрослая и состоявшаяся женщина, которая знает, что она красива), Вера чувствовала себя тем самым гадким утенком, которого видела в себе в свои студенческие годы. Конечно, сравнивать себя со столь красивой женщиной ей было непросто. Кроме того, Анжелика была не просто красавицей, что для Версаля было не редкостью, она обладала острым умом и какой-то совершенно магической способностью располагать к себе каждого. Вот и сейчас, глядя на нее, Вера была зачарована ее чертами лица, гармонично и плавно сочетающимися друг с другом. В синих глазах Анжелики горел испуг, а расширенные зрачки лишь делали их еще больше и выразительнее. - Король решил, волков в лесу становится слишком много, - пояснила тем временем мадам де Пейрак, все тем же нервным тоном. - О господи! - воскликнула Вера. В ушах девушки вдруг зазвенел тот самый волчий вой, пугающий и леденящий душу, что так запомнился ей в первые дни обитания в Версале. Вера нахмурилась. Рассказ Анжелики напугал ее, и она все силилась отогнать страшные картинки зверя с оголенными клыками... - Вы тоже обязаны присутствовать. Король приказал всем, кто находится из придворных во дворце, следовать за ним, - продолжила тем временем Анжелика. - Я... Я даже не знаю, есть ли в моем гардеробе амазонка. Мне прежде не приходилось бывать на охоте... В Европе, - Вера вовремя поправилась, едва не прогадав. - Теперь есть. Его величество об этом распорядились, - хмыкнула Анжелика. Она открыла снова дверь, и паж, точно все это время ждавший, когда его впустят, зашел в комнату, держа в руках сверток. Он положил его на небольшой столик, куда указала маркиза, и быстро вышел, чуть покосившись в сторону Веры, с непонимающим видом разглядывающей принесенный им презент. - Его Величество слишком щедры на подарки, - фыркнула девушка, скрестив руки. - Что же делать, если он посчитал это нужным, - развела руками Анжелика. - Советую вам не медлить. Королевская спальня выходит окнами к лесу, и волчий вой донимал Его Величество всю ночь напролет. Король зол, как морской дьявол, - маркиза подошла к столику, развернув сверток Вера недоверчиво покосилась на нее. - Весьма меткое определение, - раздался вдруг мягкий баритон. Вера обернулась, встретившись глазами с Бладом - тот стоял в дверях смежной комнаты, оперевшись спиной о дверной косяк и сложив на груди руки. Он уже был одет и причесан, и по-обыкновению хмур, однако Вера уловила в его светлых, как замерзшее озеро глазах страх и догадалась - Блада не слишком-то и устраивает такой расклад событий. - На месте Его Величества я бы не стал подвергать опасности дам. Охота - не женское занятие, - подтвердил свои опасения он. Анжелика хмыкнула: - Вероятно, вы плохо знакомы с нашим бытом. Охота для нас - очередное развлечение, сродни балу или пикнику. - Не знал, что женщины бывают так кровожадны, - в шутку заметил Блад. - О, нет, мы не стреляем в животных. Зверя связывают и вывозят в другие земли, где волки необходимы, чтобы разгонять диких парнокопытных - те иногда слишком активно уничтожают необходимые для пропитания крестьян поля, - пояснила Анжелика. Вера удивилась - такие подробности об охоте этой эпохи не были неизвестны ни ей, ни авторам любых учебников по истории, какие она помнила. - Весьма познавательно, - Блад также выглядел удивлённым. - Это придумала я. Король, надо отдать ему должное, иногда прислушивается к советам, - деловито заметила маркиза, - одевайтесь, мадам. Вам стоит поторопиться, - обратилась она сразу к Вере, косясь в сторону Блада. Тот понял ее намек и двинулся к выходу. - Миледи Вероника, вы же умеете ездить верхом? - спросил он мимоходом, - женское седло для вас не должно быть новинкой, - добавил Блад с улыбкой. Вера догадалась - он предупредил ее... Весьма любезно с его стороны, хотя Вера не была неопытной наездницей - в подростковом возрасте, вдохновленная «романами плаща и шпаги», она записалась в конный клуб и прозанималась там вплоть до того момента, как ей пришлось бросить занятия из-за поступления в вуз. Навык держаться в седле девушка считала одним из своих преимуществ, хотя именно тот тип седла, о котором говорил капитан Блад, был для нее новинкой... *** Толпа охотников медленно продвигалась через пролесок, то и дело шуршащие под лошадиными копытами травы неслышно шумели, впереди чуть сопели от нетерпения борзые. Люди притихли, словно ожидая чего-то важного. Вера, расслабив поводья, ловила плавный темп своей лошади, чуть покачиваясь туловищем в такт ее поступи. Платье ее алело ярким пятном среди зелени, и девушка, наслаждаясь видом - природа в середине лета была и впрямь богата на разнообразие оттенков зеленого - не заметила, как отстала от группы. Впереди замаячили пятнистые камзолы и заблестели шпоры. Девушка хмыкнула - едва ли ей было комфортно среди вельмож, ни одного из которых она и не знает толком в лицо. Тем более, они и сами не особенно ее жаловали, видя, что она едва справляется с лошадью. Н-да, наездница из нее не ахти вышла - женское седло сковывало и не давало разойтись как следует, и Вера, которой такой тип верховой езды был в новинку, то и дело боялась свалиться или, чего доброго, не удержать управление. Лошадь, хоть и красивая - абсолютно белый покров шерсти лоснился от блеска, а серебристая грива даже, казалось, блестела в лучах солнца - была своенравна и слушалась ее плохо. К тому же, она совсем забыла ее кличку - странно звучащее французское слово девушка все не могла припомнить, как бы ни пыталась. Блада же завлёк азарт охоты, и он устремился вперед, едва стоило приставленной к нему борзой учуять след добычи. - Не советую следовать за мной, - обратился он к Вере, скрывшись среди широких ветвей зарослей высокого папоротника, - волки весьма опасны, миледи - вам лучше дождаться меня в более безопасном месте, - послышался его глухой голос где-то в глубине чащи. Так, девушка осталась в собственной компании посреди леса. Впрочем, такая перспектива ее не пугала - все же лучше, чем примкнуть к компании женщин, без умолку трещавших о шляпках и своих нарядах! Да и не хотелось ей лишний раз раздражать Монтеспан своим видом, и без того давшей понять ей еще в самом начале охоты, что та в своем алом костюме едва ли вписывается в их компанию, разодетую исключительно в нежные и пудровые оттенки. Костюмы этих женщин и впрямь поражали воображение, некоторые из которых по крою напоминали амазонки лишь отдаленно - больше их платья были похожи на бутоны розового куста, вдруг расцветшего посреди дикого леса... Конечно, простая алая амазонка Веры была для них что красная тряпка - быку. Получив в свой адрес парочку сердитых взглядов, девушка поспешила отдалиться от «женской делегации», и теперь, оставшись наедине с собой, чувствовала себя куда комфортнее. Тропинка, по которой неспешным галопом бежала ее лошадь, была совсем безлюдной. По левую и правую руку от Веры разрастались изумрудные ели и сосны, и в нос девушке ударил тягучий, чуть терпкий запах хвойных. Почувствовав, как к ней подбирается дремота, девушка поспешила взбодриться - все же, с утра она плохо выспалась... Утренняя дымка тумана чуть касалась ее ног, а внизу голубыми звездами мерцала вязь незабудок. Вдруг, впереди послышался хруст. Следом - явно не собачий рык. Вера едва успела охнуть, как ее лошадь поднялась на дыбы, отчего девушка неуклюже обхватила животное за гриву, что лишь заставило ее нервничать еще больше. Впереди вновь повторились странные звуки. Лошадь, совсем впав в неистовый ужас, громко заржала, а, услышав позади глухой звук выстрела, и вовсе перестала слушаться свою наездницу... «Нет уж, не дам я тебе так со мной обходиться!», - решила вдруг Вера. Неуж-то зря она столько лет потратила на конный спорт! Одним жестким движением стремени она заставила животное остепениться. Впереди же замаячил серый силуэт волка, неожиданно для самой Веры заставив девушку принять нестандартное решение. - Тпру! Тпру! - крикнула она, перенеся вес туловища вперед и натянув поводья. Седло, до того неудобное, вдруг сроднилось с ней, точно единое целое. Лошадь рванула вперед, слушаясь ее. В ушах засвистел ветер, а зверь, почуяв опасность, оглушительно завыл... Вера не поняла сперва, как именно строптивое животное умудрилось сбросить ее, но очнулась уже на земле, лежав навзничь. Лошади к тому времени и след простыл... В ноге девушка внезапно ощутила острую боль. Охая, Вера попыталась приподняться, локтями оперевшись о землю. Девушка оглянулась. Вокруг - никого. Только сзади слышались какие-то звуки. - Кто-нибудь! Помогите! - вскрикнула она, догадавшись, что охотник совсем рядом. Подняться сама она бы едва ли смогла - нога ныла, да и голова слегка кружилась после пережитого шока. Быть может, капитан Блад где-нибудь поблизости? - Миледи? - послышался вдруг сзади голос, который Вера меньше всего желала сейчас услышать. - Ваше величество! - пробормотала она, тщетно пытаясь встать. Король обошел ее, сверху вниз осмотрев Веру. Его фигура в длинном, похожем скорее на плащ синем камзоле, украшенном кружевом на манжетах и вороте, возвышалась над девушкой. - Весьма странное место вы выбрали для отдыха, миледи, - кажется, в шутку сказал он. Вера поняла, что краснеет под пристальным взглядом короля, и попыталась было вновь встать, однако боль в ноге не дала ей этого сделать. - Тихо, тихо. Я увидел, как ваша лошадь галопом проскакала мимо меня, и сразу решил, что дело неладно, - успокоил ее Людовик, нагнувшись. Коснувшись носка ботинка, туго завязанного, Людовик чуть потянул ногу Веры в сторону. Девушка мгновенно вскрикнула. - Вы сами сможете развязать шнуровку? - спросил он, указав на ногу девушки. Вера прикинула - для этого придется согнуться и подтянуть ногу к себе, а этого она сделать не в состоянии - ей казалось, будто вся нога горит от боли. Нахмурившись, она отрицательно помотала головой. Людовик сосредоточенно взглянул на нее, тем временем принявшись аккуратно развязывать ленту на ботинке. Девушка затихла, точно завороженная, наблюдая за ним. Лента высвободилась из последнего крючка. Стянув ботинок (Вера в этот момент снова вскричала от боли), король внимательно осмотрел ее ногу, осторожно прикасаясь к месту ушиба. Из небольшой раны сквозь белизну чулка сочилась алая струйка крови, и Вера ойкнула от боли, когда Людовик попробовал повернуть ее стопу в сторону. Король поморщился, словно сам почувствовал ее боль. - Нужно позвать врача, - пробормотала испуганная Вера. - В первую очередь, нужно перевязать рану. Иначе ваша нога распухнет, а там и до гангрены недалеко. Вам и без того хватает увечий, - буркнул король, потянувшись к шее. Стянув белый шарф, он сложил его вдвое, с деловитым видом положив ногу девушки себе на колени. - Что вы делаете? - воскликнула Вера, опешив. - Оказываю первую помощь, миледи, - ничтоже сумняшеся, ответил Людовик. Он поднял голову, встретившись с ней глазами. Вера отметила - сейчас перед ней был самый настоящий Людовик, каким она его ни разу еще не видела, и едва ли ей доведется еще его таким увидеть. В нем было в это мгновение все, что ей так нравилось в мужчинах - пронзительный взгляд, жесткость линий лица, решительность и готовность прийти на помощь в нужную минуту... - Готово, - провозгласил он, когда с перевязкой было окончено. Грубоватый голос вывел Веру из оцепенения. Король привстал, осторожно подхватив девушку под локоть. «И как в нем все умещается? Внешняя жесткость, но нежность в сердце?» - подумала Вера, заглядывая в его темно-зеленые, как омут, глаза. На их фоне даже грубоватая внешность терялась, делая его более привлекательным... - Хватит с вас приключений на сегодня. Я объявлю, что охота окончена. - А лошадь? - оглядываясь в поисках беглянки, поинтересовалась Вера. - Если не будет дурой, вернется в стойло. Они хорошо знают дорогу, - пояснил Людовик, поправив ворот камзола. Его оголенная шея казалась длиннее и вытянутее, чем обычно. - Так как же мне добраться до дворца? - Мадемуазель, вы меня сбиваете с толку. Так поглядишь - вроде вы умны и недурны собой, - Вера зарделась краской, - а с другой стороны присмотришься - такая же глупышка, что и остальные дамы моего двора, - закончил Людовик неожиданно. - Вот как? - возмутилась Вера, рассерженно сверкнув глазами. - Именно. Иначе бы вы догадались, что я довезу вас на своей лошади и не задавали бы столь глупых вопросов, - невозмутимо ответил Людовик. Вера окинула короля сверху донизу взглядом, стараясь удержать то негодование, которое вызывало в ней его уничижительное к ней отношение. Он что, действительно считает ее пустышкой? Нет уж, такого она по отношению к себе не допустит! - Да идите вы к дьяволу со своими замечаниями! - бросила на чистом русском Вера, - вы, сравниваете меня со своими фаворитками! Как вам не стыдно! Запомните - я не одна из них, и никогда ею не буду! - девушка перешла на английский, удостоверившись, что король не понял ее столь грубых слов. Людовик раздражил ее своей спесивостью. Боль в ноге лишь распаляла обиду, и вырвалась с языка довольно оскорбительной в сторону короля фразой... Людовик же тем временем нахмурился, сдвинув густые брови. - Коли не хотите быть одной из них, так и нечего устраивать сцены. Здесь вам не театр. Женских истерик я не потерплю, а сейчас я вижу перед собой не смелую русачку, которую я в вас увидел, когда вы рванули за тем волком, а всего лишь вздорную девчонку, в которой горит женская гордость. Избалованную принцессу, привыкшую манипулировать мужчинами. Уверен, это не ваше амплуа. Не стремитесь быть похожей на наших интриганок. Вам это не к лицу. - Вы! Вы! - восклицала Вера, не в силах продолжить фразу. Все ее внимание было направлено на мучительную боль в лодыжке... Людовик кивнул в сторону ее раненой ноги, так неуместно выглядывавшей из-под подола платья. - Вам нужна помощь. Согласитесь, лучше принять ее от короля, который к вам благосклонен, чем ковылять до Версаля в одиночестве, - иронически сказал он. - Я лучше пойду пешком, чем буду потакать вашим фантазиям! - вдруг, неожиданно для себя воскликнула Вера. Король улыбнулся, казалось, внимательно разглядывая ее лицо. - Боюсь, здесь, на моей территории, вам придется потакать, как вы выразились, моим фантазиям. Вера опешила. Тем временем Людовик подозвал коня, и, чего уж совсем не ожидала девушка, по-военному быстро вспрыгнул в седло. Оказавшись куда выше нее, он нагнулся к ней, протянув руку: - Не глупите. В данном случае у вас нет другого выхода.