Вероника и король

Вера подняла гордо голову. Нет уж. Людовик слишком задел ее, чтобы вот так поддасться на эту уловку! Она прекрасно догадалась, что король испытывает ее - он, точно опытный манипулятор, не просто так унизил ее, так насмешливо отреагировав на ее простой вопрос! Эти игры ей были не в новинку... - Нет, - сухо сказала она, с вызовом глядя в глаза своему обидчику. Король удивленно вскинул брови, явно этого не ожидая. - Благодарю за вашу помощь. Но лучше уж я буду, как вы сами выразились, ковылять до Версаля в одиночестве! - бросила она, присев затем в реверансе. - Вы не только глупы, но еще и безрассудны, - хмыкнул в ответ Людовик. - Пусть по-вашему будет так, - согласилась Вера, прищурившись. Не дожидаясь ответной реплики, девушка развернулась. Превозмогая боль, она сделала пару маленьких, но уверенных шагов. - Дворец в другой стороне, - заметил король тем же тоном, махнув рукой в сторону тропинки. Вера остановилась, поправив треуголку. Шляпа, казалось, была ей тесна и постоянно норовила съехать на затылок. Слегка ковыляя, девушка пошла той дорогой, которую указал Людовик, даже не обронив ни единого взгляда в его сторону. Вере, следуя этим путем, пришлось обойти короля, который, сидя верхом на своем коне, возвышался над ней. Однако свое намерение девушке осуществить не удалось - стоило лишь ей оказаться подле короля, как он стремительно подхватил ее, и, обхватив за туловище, поднял и усадил возле себя. Вера вскрикнула от неожиданности. - Да как вы смеете! - возмутилась девушка, встретившись взглядом с королем, глядящим на нее так, словно в его поступке не было ничего из ряда вон выходящего. - О, поверьте - вам это лишь во благо, - сказал он бархатным баритоном. Лишь когда король был так близок, Вера могла уловить мелодичность его голоса, обычно всегда грубого и жесткого. Чувствуя не крепкое, но довольно уверенное объятие - Людовик обхватил ее снова, усадив перед собой так, чтобы девушка уместилась в седле - Вера поняла, что теперь выкрутиться ей будет совсем непросто. - Вы сбиваете меня с толку. Вы то грубы со мной, то - совсем напротив, ведете себя как джентльмен, - сказала Вера. - Король не бывает грубым. Лишь справедливым, - улыбнувшись, заметил Людовик. Девушка не нашлась, что ответить. Он же потянул поводья, и его конь неторопливо зашагал вдоль тропы. - Если я и груб с вами, то лишь оттого, что совсем сбит с толку. Я не знаю, как еще мне показать свои чувства к вам, - заговорил тем временем король. Вера в очередной раз покраснела. И почему это приходит лишь когда рядом он? Ответить на этот вопрос ей было также непросто, как и на другой - отчего она так заинтересовала самого короля Франции? - Чувства? - переспросила она, сделав вид, что не понимает его. - Я сочту вас совсем недалекой девицей, если вы сейчас начнете говорить, будто не догадываетесь о том, что я влюблён в вас. - Влюблены? - вновь переспросила Вера, чувствуя, как по спине начинают вышагивать мурашки, точно взвод королевских мушкетеров. - Как мальчик, - подтвердил король. - Я не знаю, что ответить вам на это, - честно сказала девушка. - О, вы совсем юны... Обычно дамы знают, что отвечать на такие слова. - И как они обычно отвечают? - Иногда слов и вовсе не нужно. - Я не понимаю вас. - Я и не прошу вас меня понять. Вера вздохнула. Людовика ей понимать и впрямь было непросто: да и сложно было каждый раз ей ловить себя на мысли, что она находится так близко к венценосному королю Франции. Его слова о чувствах и вовсе казались девушке грезами: впрочем, она бы вряд ли осмелилась о таком думать даже в своих самых смелых мечтах! Вера осознала совсем недавно, что свет, излучаемый королем-Солнце, манил ее своим блеском, точно мотылька, рвущегося к огню, который принесет лишь погибель... Нет, нет - все было гораздо сложнее! Она впервые поняла, что может быть значимой в чьих-то глазах! Тем более, в глазах столь высокопоставленной и небезызвестной персоны! Внимание короля пытались привлечь тысячи таких, как и она, миловидных молодых девушек: история богата длинным списком имен его фавориток, а уж те, кому такой привилегии добиться не удалось, и вовсе оказались забыты и затерялись в хрониках исторических документов, пылящихся в архивах, многие из которых уже утеряны спустя столетия... Но вот, перед ее глазами разворачивается, словно на бумажных страницах, сама история! Конечно же, поначалу Вера лишь считала, что Людовик натура довольно любвеобильная, и его внимание к ней - лишь минутное увлечение, воспринимая все невсерьез. Но сколько поступков в ее отношении успел сделать король! И лишь стоит упомянуть о том, что он немедленно выслал на родину игравшую значительную роль в судьбе Франции супругу, стоило ей, Вере, появиться на горизонте событий! Король остановился и нежно придержал ее за руку, положив ее себе на талию. Вера оцепенела, стараясь не смотреть ему в глаза, потому что точно знала - она пропадет, лишь заглянув в них. Свое внимание девушка попыталась сконцентрировать на его лице; Людовик был так близко, что она могла разглядеть малейшие детали его внешности... Но совсем не успела этого сделать, так как король пылко поцеловал ее. Поцелуй короля Франции для Веры был вкуса шоколада и ванили... Вера закрыла глаза, понимая, что не может воспротивиться своему желанию ответить на него. Все вокруг закружилось в вихре, совсем сбив девушку с толка - ей казалось, она забыла обо всем напрочь. И, самое главное - забыла о чем-то важном, чем-то, что заставило ее почувствовать стыд, ведь она вовсе не планировала, что король так увлечет ее... - Я полагаю, такого ответа вполне достаточно, - тихо сказал Людовик, отстранившись. Вера еще не понимала толком, что именно произошло. В голове все шло кругом. Людовик обхватил ее за плечи, внимательно всматриваясь ей в глаза. - Я все еще противен вам? - спросил он, чуть хмурясь, отчего девушке показалось, будто Людовик вдруг погрустнел. Губы короля, тонкие, но мягкие - Вере теперь хорошо было об этом известно - сомкнулись нитью, и их чуть опущенные уголки лишь придавали его лицу большей скорбности. Вид его показался ей несчастным, и от жалости у девушки защемило сердце. Она и впрямь серьезно обидела его - догадалась Вера. Ведь Людовик, никогда не считавший себя привлекательным, серьезно переживал из-за своей нескладной внешности. И Верины отказы, вероятно, воспринял как знак того, что девушка считает его по меньшей мере отвратительным... - Нет, нет! - ответила поспешно девушка, - вы не были мне противны ни единого дня, что вы! - добавила она, вспоминая все те моменты, что она проводила в его обществе. И вправду, король не вызывал у нее негативных эмоций. Скорее, множество вопросов, ведь ни разу ей так и не удалось разгадать его... За исключением сегодняшнего дня. Во всяком случае, так Вере хотелось считать. - Вы все еще считаете меня глупой? - спросила девушка, лишь гадая о том, что за мысли в данную минуту проносятся в голове короля Франции. - О нет, миледи, что вы. - Простите. Я не должна была делать этого, - шепотом сказала Вера. Людовик вновь заставил коня тронуться. - Не должны были, или не хотели? Это все же разные вещи, - посерьезнел он, хмуро взглянув на Веру. Та смутилась, поймав в голове неприличные для себя мысли. - Вы не обязаны ни перед кем оправдываться за свои чувства. И вам нечего стыдиться того, что для молодой женщины естественно, - добавил король, видя, что ее снедает сомнение. - Я... Я не знаю. Все слишком сложно, - сказала наконец правду Вера. Людовик был не из тех, кому было можно лгать - Вера хорошо об этом знала. И хотя она вдруг подумала, что эту ситуацию можно обернуть в свою пользу, заговорив о необходимом для Блада корабле, как тут же одернула себя: едва ли ей бы не стало совестно за подобное! Выходило, будто она выторговывает блага путем соблазнения мужчин... А ведь это - главный талант ее антагонистки, Миледи Винтер, на которую Вера и вовсе не хотела быть похожей. Она понимала: проведенное время в Версале сказывается на ней не лучшим образом; жизнь среди интриганок приводила ее к тому, что выживать следовало тем же путем. Но Вера слишком была честолюбива... Людовик, вероятно, тоже увидел это в ней - ведь не спроста он сам заговорил о том, что она перенимает не лучшие черты Версальских женщин. Вера нахмурилась. В первую очередь ее терзало осознание, что она, поддавшись неведомому для себя порыву, совсем забыла о своем статусе и о капитане Бладе. Еще пару часов назад она бы сама себя за этот поступок возненавидела, но сейчас все было слишком сложно... Все ее нутро тянулось к тому, что Людовик - тот, с кем ей хотелось быть рядом, к кому она вдруг почувствовала необъяснимое притяжение. Все это девушке было в новинку, ведь разумом она понимала, что Блад все также дорог ей. И тем более было для нее странным вдруг забыть о нем! Этого она никак не могла понять... Ее размышления нарушил их виновник - сам капитан Блад, неожиданно возникнув в густых зарослях диких кустарников. - Ваши волки довольно пронырливы. Я едва не загнал одного, однако он оказался хитрее, - провозгласил Блад увлеченно, обращаясь к Людовику. Лишь завидев Веру, все также сидевшую подле короля, он замолчал и тут же посерьезнел. - Что произошло? - спросил он, опустив глаза. Казалось, ему было не слишком приятно смотреть на них вместе.. - Лошадь мадемуазель сбросила несчастную и скрылась в чаще. Вам следовало бы следить за миледи Вероникой в оба глаза, глядишь, упустите - и пропадет бедняжка, - ответил Людовик с укором в тоне голоса, кажется - нарочитым. Вера уловила эту типичную королевскую хитринку в глазах, говорившую о его нескрываемом себялюбии. Блад, также увидев это, нахмурился - понимал ли он причину тому, Вере было невдомек, поэтому она поспешила отвлечь его внимание: - Я поранила ногу, - сказала девушка, нервно поведя плечами. Такое близкое присутствие их обоих предоставляло ей дискомфорт - больше всего Вера боялась Блада, ведь он был не глуп... Девушка кляла себя за проступок. Терзаясь чувством вины за содеянное, она лишь ждала того момента, когда все откроется... Алый шелк стягивал грудь, мешая дышать размеренно, что помогло бы ей справиться с волнением. К щекам ее прилила кровь, а в груди громко стучало: тук-тук! Тук-тук! Она надвинула треуголку на лоб, сообразив прикусить губу - что скрыло бы следы последствия ее проступка, коли те были бы заметны. Блад же, в приветствии поклонившись королю, внимательно окинул взглядом девушку, застывшую и бледную, точно статуя. - А кроме того? Блад спешился, подойдя к Людовику. - Больше ничего серьезного, - деловито ответил король, - ничего, о чем вам стоит беспокоиться, - добавил он, хмыкнув. Блад поднял голову, протянув руку, чтобы девушка смогла на него опереться. Вера осторожно переместилась вниз, обхватив Блада за плечи. Оказавшись на земле, почувствовав наконец ее под ногами, Вера вспомнила и о мучительно ноющей боли в лодыжке. Лицо девушки тут же исказилось гримасой. - Как она? - спросил он, обращаясь к королю. - Я взял на себя смелость осмотреть место ушиба и оказал первую помощь. Миледи в порядке, не беспокойтесь. Блад нахмурился. - Хорошо, раз так. - Охота, как вы понимаете, окончена. Предлагаю поторопиться, потому что на небе сгущаются тучи, а мне бы хотелось попасть во дворец до того, как начнется гроза. - Весьма мудрое решение, - согласился Блад, усаживая тем временем Веру на свою лошадь. Людовик наблюдал за этим внимательно, чуть сдвинув густые темные брови. - Я вижу, мадемуазель совсем поправилась и кризис, о котором вы говорили, обошел ее стороной, - заговорил он, все также глядя на нее, - но ваши друзья, кажется, запропастились среди морей, хотя им пришло время добраться до Франции. Вероятно, тому есть серьезная причина, - продолжил он серьёзным тоном. Блад кивнул: - Рад, что вы сами заговорили об этом. Вы правы в том, что мои люди должны были уже быть здесь, в Версале. В их опоздании я нахожу серьёзные причины - у берегов близ Франции нынче штормит. Конечно же, судно, на котором они плывут, довольно крепкое, но никто не исключает вероятность, что они попали в неприятности... Король поджал губы. - Так что же вы не отправитесь им на подмогу? - Не могу, сир. Мой корабль, что я оставил, для такой погоды не пригоден, - ответил Блад в своей манере. - Так что же вы молчите? Берите любой из моего флота и отправляйтесь, - сказал Людовик, будто нечто само собой разумеющееся. - Я приму вашу помощь с радостью... - протянул Блад скорее из вежливости. Вера увидела, что такое радушие Людовика его скорее озадачивало. - Бросьте. Вы на службе Франции, это моя обязанность - обеспечить моих людей всем необходимым. Что до леди Вероники - беспокоиться вам не о чем, здесь о ней есть кому позаботиться должным образом, - прервал его король, хмурясь. Вера тут же смекнула: Людовик хочет отослать его, так как догадывается об их чувствах друг к другу... - Сир! Позвольте, но я отправляюсь с капитаном Бладом вместе! По крайней мере, это моя вина, что ему пришлось отправить свою команду в море и теперь они попали в неприятности. Да и к тому же, я соскучилась по морским прогулкам... - воскликнула она явно к неудовольствию Людовика. - Ваше высочество! Позвольте заметить, это едва ли будет похоже на морскую прогулку. К тому же, ваша нога... - попытался возразить он. - О, на этот счет не беспокойтесь. Миледи на борту корабля чувствует себя как рыба в воде. Тем более я - врач, и мое наблюдение в такой ситуации ей как раз необходимо, - подхватил Блад, заметив Верин растерянный вид. Ей все еще было непривычно слышать в свой адрес обращение «Миледи»... - Что ж, не в моей власти препятствовать решению ее высочества, - Вера ликовала тому, что король так быстро сдался. - Когда вы намерены отправиться? - поинтересовался он тем временем. - При возможности, как можно быстрее. Сейчас дорога каждая минута, сами понимаете... - ответил Блад, явно довольный тем, как все решилось. Вере нравилось видеть его таким, и девушка поймала себя на том, что любуется им... Сейчас его лицо выглядело расслабленным, отчего черты его, обычно жесткие, сгладились и придавали Бладу несвойственной ему мягкости. Нос, который девушке всегда казался слишком длинным, с особенно выделяющейся горбинкой, теперь казался прямее и тоньше, отчего лицо Блада приняло более гармоничный вид. - Хорошо. Я передам вам бумагу, с которой вас возьмут на борт одного из моих кораблей. Отправиться можете хоть сегодня - до порта полдня езды галопом, - Людовик, кажется, хмыкнул, поймав взгляд девушки в сторону Блада. Вера вздрогнула, испугавшись, что он давно уже обо всем знает... - Я не могу выразить вам, насколько я вам благодарна... - воскликнула она, постаравшись отвлечь внимание короля. - Оставьте это при себе. Главное - будьте осторожны. Вижу, вы не особенно удачливы, если дело касается вашего здоровья... *** Вера так и не смогла самостоятельно добраться до комнаты. Блад едва ли не нес ее на руках, хотя он был готов и к этому - Вера воспротивилась его предложению, так как не хотела обременять его и обращать к ним лишнее внимание слуг и придворных. Блад был с этим согласен, поэтому девушка шла осторожно и медленно, опираясь на его руку. Помощь довольно настойчиво предлагал и Людовик, но Вера убедила его в том, что это не самая лучшая идея - лишние пересуды среди представителей его свиты не были нужны никому. Догадавшись о верности ее довода, Людовик поспешил отправиться в свои покои, едва они доехали до Версаля. Блад же, поскольку не особенно и боялся лишних сплетен, проводил Веронику прямо до ее комнаты, после чего довел девушку и до кровати. Аннет поблизости не было, и пойти позвать ее у Веры не было сил. Блад усадил ее, осторожно подняв подол платья. Нога выглядела слегка распухшей ближе к лодыжке, отчего он нахмурился. - Как это вообще возможно? Ведь седло имеет крепления, - удивился он. - Я не смогла найти равновесие, и мне пришлось их отстегнуть, - пояснила Вера, вспомнив о тех жестких ремешках, что поначалу сковывали ее ноги. - Вам слишком опасно находиться в стенах Версаля, - сделал вердикт он, протянув руку к месту ушиба. Пощупав его, осторожно нажимая те участки, где фиолетовые разводы выделялись особенно ярко, Блад, видя, что девушка едва терпит боль, недовольно поджал губы. - Похоже на вывих. Ногу придется закрепить с помощью деревянных брусьев, и вам будет нельзя ходить без чьей-либо помощи не меньше недели, - пояснил он. - А как же море? - Вы точно готовы поехать? Вера молча кивнула. - Я готов забрать вас отсюда в любую минуту. Конечно, было бы правильнее не подвергать вас риску, но я понимаю, что оставить вас здесь без моего участия - идея не лучшая. - Вы правы. Я без вас пропаду. - Мне не хочется вас оставлять, - согласился Блад, нежно проведя ладонью по ее ноге вверх; девушка затаила дыхание, понимая, что ждет ее дальше. Однако Блад замер, добравшись лишь до середины ее бедра. Ощущать его прикосновения ей было приятно, и с каждым его движением боль уходила... - Вы сильно утомлены после охоты, и ваша травма доставляет вам неудобства, - сказал вдруг он. Блад поджал губы, и Вера поняла, что ему не так просто сдержать желание. - Я... Я не знаю... - пробормотала она, растерявшись. В ноге действительно ныла мышца, и она понимала, что ему виднее... Девушка повела плечами. Блад хмыкнул: - У вас бледное лицо. Я бы подумал, что вас что-то тревожит, если бы не знал вас так хорошо... Вы всегда двигаете плечами, когда нервничаете. Кажется, мне стоит оставить вас сегодня, - пояснил он, чуть щуря яркие глаза. Девушка изумилась его наблюдению; впрочем, небезосновательному. - Я и вправду переживаю за Вас и за ваших друзей, - сказала она, - но я не могу вам не признаться, что меня также гложет нечто другое... - Вера сделала паузу, собравшись с силами. Ей было сложно признаваться, однако девушка понимала, что Блад может и сам догадаться обо всем, и тогда несдобровать будет всем... Она понимала, что в глубине души боялась его. Блад же тем временем нахмурился, но молчал, ожидая услышать, что хочет сказать Вера. - Его величество очень настойчив. Его попытки добиться меня настолько искусны, что я начинаю порой забывать, где мои настоящие чувства. Мне очень сложно говорить вам об этом, но я не хочу держать от вас тайн. Король поцеловал меня сегодня. - Это случилось, когда вы потянули ногу? - Вера попыталась прочитать эмоции Блада, однако его лицо было точно каменным. Для его натуры склонность сохранять самообладание в любой ситуации - вполне типичное поведение, но сейчас видеть его таким ей было странно... Либо он в действительности ничего к ней не чувствовал, либо очень умело скрывал целую бурю эмоций - догадалась в итоге Вера. - Да. Все произошло неожиданно... - сказала она тем временем. - Вы ответили? - Блад внимательно глядел на нее; под его пристальным взглядом она растерялась, потеряв способность формулировать мысли: - Я... Я не могу этого объяснить. Все было слишком сложно, Людовик так заботился обо мне, что я... - Что вы напрочь потеряли голову? Что ж. Я рад, что вы первая сказали мне о том, о чем я сам догадывался. - Простите, простите меня... - Вера сползла с дивана, оказавшись ниже Блада и, взяв его за руки, прильнула к ним. Блад же, нагнувшись к ней, успокаивающе погладил девушку по затылку. - Это вина короля, что он манипулирует женщинами так умело, что те забывают обо всем рядом с ним. Вы здесь ни при чем. - Да, но я... В какой-то момент я действительно... - Нет. Не говорите мне об этом. Это естественно для молодой девушки, переживать подобные вещи. Не вините себя. - Вы так добры... - Нет. Я не добр к вам, - горько хмыкнул Блад. Вера непонимающе посмотрела на него. - Я не добр к вам, потому что вы открыли мне все, что вас так тревожило, а я с вами не поделился тем, что вам неизвестно обо мне... - Но вы можете рассказать об этом, и я вас выслушаю... Блад поднял на Веронику синие глаза. - Помните, я говорил вам о том, что Анжелика пыталась попросить у меня помощи? Вера молча кивнула. - Она пыталась также и соблазнить меня. Видимо, в Версале это считается нормой... - Блад выглядел подавленным, - но я не могу простить себе того, что в какой-то момент нашел в себе желание подчиниться ее напору. Вера отпрянула от него, вся сжавшись. Увидев, что Блад прячет глаза, она поняла - он что-то не договаривает... - Что еще между вами было? - Помните, когда я вернулся ночью в вашу комнату? - Д-да, - девушка едва нашла в себе силы ответить. - Эта женщина придумала хитрый план - преподнесла важную новость, обставив все так, будто это свидание. Я не хотел давать ей повода, чтобы она думала, будто я готов пойти на поводу ее фантазий насчет меня, но все получилось слишком быстро... Вера попятилась назад, чувствуя, как стынет кровь в жилах. - Я не понимаю. Не понимаю! - шёпотом бормотала девушка, глядя неотрывно на Блада. Тот, протянув к ней руки, попытался обнять ее. - Вы... Вы ангел. Вы такая чистая, такая светлая... Я бы никогда не причинил вам боль... - обычно спокойный, голос Блада срывался, отчего Вера немедленно обо всем догадалась. С Анжеликой она расправится позже - решила девушка, увидев вскользь в зеркале свое отражение. В эту секунду на ее лице возникла ухмылка, и глаза чуть прищурились по-кошачьи: Вера уже видела раньше такое выражение лица у совсем другой женщины... Она понимала: судьба превращает ее в ту, которую она еще совсем недавно боялась. - Скажите четко. Так, чтобы я услышала это из ваших уст. Анжелика дю Плесси Бельер получила от вас то, что хотела? Блад скривил губы, пытаясь поймать Веру за руки. Она отпрянула, вжавшись в спинку кровати. - Не трогайте меня! Не подходите! Я больше не хочу видеть вас и разговаривать с вами! Убирайтесь вон! - вскричала она, едва сдерживая слезы. Блад, виновато опустив голову, молча поднялся. Бросив в сторону девушки горький взгляд, он накинул черный бархатный камзол и вышел из ее комнаты. Дверь с грохотом хлопнула, отчего девушка вздрогнув, разразилась в рыданиях. Прижав руки к груди, обняв себя, Вера заметила кольцо, так ярко блестевшее на ее пальце... Обида и боль тесно сжимали ее горло, отчего Вера не могла даже мыслить... В голове было, как казалось ей, совершенно пусто. Она не могла ни размышлять о случившемся, ни попытаться понять, почему все произошло именно так. Кольцо показалось ей тяжелым, оно цепко сдавливало ее палец и так пошло сверкало синеватыми бликами - яркими, как и глаза того, о ком она не могла думать в данную минуту. Вера издала почти кошачий рык от злобы и бессилия, стянув с себя опостылевшее украшение. Кольцо полетело к дверям, только что закрывшимся, с легким звоном упав на пол и покатившись по паркету к углу комнаты. *** Проплакав весь день, Вера совсем обессилела и уже почти засыпала, как вдруг через полузакрытые глаза увидела, что от бархатной портьеры отделилась темная тень, высокая и вытянутая. Сон напрочь пропал из глаз девушки. Она приподнялась на кровати, запахнув шифоновую ночную рубашку на груди - слишком свободная, она была девушке не по размеру, отчего вырез был слишком большим. - Кто здесь? - спросила Вера тихо. В темноте комнаты тень, кажется, чувствовала себя комфортно. Лунный свет лился чуть левее; сделай обладатель тени шаг в ту сторону, как тут же обнаружил бы себя. - Не бойтесь, - сказал вместо этого обладатель тени. - Вы? - удивилась девушка, узнав голос Людовика. - Я, - подтвердил он, кивнув. Наконец он вышел на свет, и Вера увидела, что Людовик, растрепанный парик которого чуть отливал холодным синим мерцанием в лунном свете, выглядел вполне странно; поверх длинной шелковой сорочки на короле был надет незастегнутый камзол неразличимого в полутьме оттенка, а на ногах, что было тоже весьма странно - домашние мягкие туфли. Вера прикинула: ежели Людовик решил вдруг посетить ее, то явно одевался без помощи слуг, боясь выдать себя. И разумеется вызвать ее также не мог, ведь Вера не входила в официальный список королевских фавориток... Но зачем он здесь, в ее комнате? Девушка догадывалась лишь отдаленно, однако догадку эту мгновенно отмела от себя, испугавшись: она обнаружила в себе готовность решиться на столь безрассудный поступок! И к тому же, ей не терпелось отомстить... Разумеется, так быстро сдаваться королю она не планировала, посчитав, что тот будет слишком рад столь легко доставшемуся «призу», и для начала Вера решила и вовсе не подавать виду, будто между ней и Бладом произошел разлад. - Простите, что вторгся в ваши покои без предупреждения... Но я понял, что очередная бессонная ночь полностью уничтожит меня, - начал говорить король, приблизившись к кровати девушки, - я вынужден вам признаться... - Молчите! Молчите, не говорите ничего! Прошу вас, - воскликнула Вера. Раскрыв одеяло, она приподнялась, облокотившись спиной на высокую подушку и обхватив себя за ноги. Людовик по-своему обыкновению пристально глядел на нее. Догадавшись, что скорее всего у нее заплаканные глаза, девушка поспешила вытереть еще не высохшие слезы. В темноте таких деталей было не видно, что она с удовольствием отметила про себя. Также не было видно и шрамов, почти совсем затянувшихся. Слабое синее свечение, что исходило от луны, окутывало ее пеленой, создавая иллюзию чистой, алебастровой кожи... - Я не могу молчать, - произнес в ответ Людовик, глядя на нее с нескрываемым вожделением. Он выглядел как полностью потерявший голову от любви мужчина, что Вере в нем видеть нравилось. Она вдруг решила, что сегодня все будет так, как она хочет. И ежели она хочет, чтобы король Франции Людовик XIV утешил ее сегодня, значит, это свершится... - Вы сами говорили - иногда слова и вовсе не нужны... - перебила его девушка. Вера понимала, что продолжение этой встречи будет для нее роковым... Но понимала также и то, что не может отказаться от такой возможности - выпавшего ей лотерейного билета. Любовь с королем Франции попробовать на вкус ей не терпелось настолько, что она сама расправила плечи, отчего с нее сползла ночная сорочка, совсем обнажив ее грудь (из-за лунного освещения казавшуюся белой и гладкой, точно у фарфоровой статуэтки), и поставила ноги шире, кивком пригласив короля. Тот опешил, но медлить не стал. Скинув ненужный камзол и стянув парик, Людовик подобрался к девушке на непозволительное для первого лица Франции расстояние к ее лону... Вера сдержала вскрик, едва губы короля коснулись ее. Она была удивлена, что он начал именно так; однако не скрывала того, что такое начало ей нравилось; вытянув руку и коснувшись затылка Людовика, девушка направила его вернее для своих ощущений, чуть притянув за волосы. Она мгновенно позабыла о том, что в ее кровати был король Франции. В ту минуту ей казалось, что рядом лишь обычный мужчина, умеющий понимать ее желания так, как это было недоступно другому, мысли о ком напрочь выветривались из ее головы с каждой новой лаской Людовика XIV. Тело девушки казалось ему слаще рахат-лукума, что иногда привозили во дворец, выкупая у торговцев в порту. Убедившись, что Вера принимает его ласки с восторгом, так заводившем его, он чуть скользнул губами вверх - к груди. Там же применив пальцы, где еще мгновение назад его губы оставляли столь нетерпеливые поцелуи, он обхватил ртом розовый, взбухший сосок. Надо было отдать ей должное - девушка была возбуждённой и реагировала на его действия в точности так, как он того ожидал. Людовик считал себя опытным и умелым любовником, хорошо зная, на какие именно рычаги управления стоит давить, чтобы доставить женщине удовольствие. Реакция девушки была для него бесценным подарком; ощущать под собой столь юное, пышащее желанием к нему тело доставляло ему бесценное блаженство... Бессонными ночами он мучился, представляя ее в своих объятиях. И вот, когда наконец его грезы воплотились в реальность, Людовик возомнил себя счастливцем. Вера, на удивление, оказалась девушкой одаренной в данной области - она так бурно реагировала на его прикосновения, что ему самому захотелось поскорее закончить с первым актом этого марлезонского балета. Конечно, он понимал - Вера сейчас такая лишь благодаря тому, что ему удалось умело вывести ее до необходимого ему состояния; он хорошо знал женскую психологию, хорошо знал также и то, как реагируют они на те или иные принципы давления. Все оказалось куда проще, чем он себе представлял... И мысль, что девушка наконец подчинилась его желанию и предпочла его этому пирату, так поднимала его самолюбие! Вера в очередной раз выгнулась под его ласками. Придя от этого в нетерпение Людовик, навалившись на нее, почувствовав мягкость ее тела и податливость ее желания, уткнулся носом в нежную девичью шею. Верин запах, отчего-то с яркими розовыми и сандаловыми нотами, бил ему в голову, заставляя поторопиться. Девушка обхватила его руками. Ощутив на спине едва задевшие его кожу женские ноготки, он понял - пора! Вера охнула от неожиданности, когда он оказался внутри. Тянущая боль внизу, резко отозвавшаяся в ней, заставила ее вскрикнуть; она и не ожидала, что габариты Людовика столь... внушительны. Было тесно, но вскоре боль притупилась, и лишь желание растянуть блаженство охватило ее. Девушка потянулась к нему, поцеловав Людовика, и, не дожидаясь, когда он начнет, сама подалась ему навстречу. Король был удивлен... - Мне казалось, вы скромница, - шепнул он, прервав поцелуй. Вера улыбнулась, протянув руку ниже, пройдя ладонью по торсу Людовика и добравшись до заветной цели. Ей было так сладко от осознания, что Людовик желает ее... Размер и потенциал этого желания девушка ощутила с удивлением. Эта мысль пьянила ее, и в голове чуть звенело, точно она выпила несколько бокалов вина, и теперь ощущала сладость на кончике языка. Вера улыбнулась, чувствуя, как ее захватывают эти ощущения. - Я лишь хочу доставить вам удовольствие, - шепнула Вера в ответ на изумление короля. - Вы, право, меня удивляете. Мало какая женщина знает о таких секретах, - заметил Людовик, охнув от Вериного прикосновения, когда она вновь скользнула к основанию его источника желания. Король тоже не стал медлить; вытянув руку, он чуть надавил пальцами сверху. Обнаружив вырвавшийся из самых укромных закоулков подсознания почти звериный инстинкт, он вдруг, к своему удивлению, захотел попробовать ее соки. Осуществив этот неподвластный контролю порыв, он облизнул пальцы, представив, насколько же она возбуждена. Людовик поймал в себе вспыхнувшую вновь волну желания от прикосновения к ее влаге, показавшейся ему слаще сахарного сиропа. Мысль об этом заставила его полностью забыть обо всем, кроме захватывающего его желания к девушке, желания, что прямо сейчас, в ту же секунду, он мог позволить себе осуществить... Ах, сколько же ночей он провел, истязая себя фантазиями о ней, и вдруг оказалось, что все настолько просто... Вера вскрикнула, рассмеявшись - ей понравилось, что Людовик не стал затягивать с ответом на ее ласку. Король провел рукой выше, к животу. Разум Веры, как ей казалось, слегка помутнел. Прикосновения и толчки Людовика, такие умелые, едва ли не заставляли ее потерять голову напрочь... И она, не страшась этого, отдалась захватившей ее эйфории. Вера отметила про себя: король-солнце - любовник, которого она не отказалась бы пустить в свое ложе снова...