Вероника и король

Вера ликовала. Ночь, проведенная с королем, значительно подняла ее настроение, и теперь, взбодрившись, девушка была готова начать новую жизнь. Жизнь в стенах дворца в качестве первой женщины Франции, какой она непременно станет совсем скоро... Оставалось лишь уладить некоторые вопросы из ее прошлого. Выпроводив короля (несомненно, ей было приятно, что он не спешил покидать ее покои, однако всему должно быть свое время, считала девушка), Вера, оставшись одна, сладко потянулась. В отражении большого зеркала, висевшего прямо напротив ее кровати, она рассматривала свое тело, удивленная тому, что Людовик таким неожиданным для нее образом отреагировал на ее шрамы. Выходило, что король и вправду любил ее... Веру грела эта мысль, как грела и та, что теперь она не будет считать свои изьяны недостатком. Раны все же затягивались - глядишь, через некоторое время их и вовсе не будет видно... Что до капитана Блада, Вера поняла не сразу, отчего вчера он не продолжил едва начавшуюся ласку, остановившись как раз там, где ее кожа была изуродована. Вскоре ей стало ясно - Блад избегает ее, ведь каждому понятно, что искаженное шрамами женское тело вовсе не лучший способ возбудить мужчину... Сам Блад никогда не говорил об этом, но Вера догадалась обо всем сама; со дня ее пробуждения после комы он почти не навещал ее, все пропадая ночами. Лишь после его признания она догадалась, где именно он пропадал... Девушка поморщилась от отвращения, представив их с Анжеликой вместе. Все походило на какой-то дешевый любовный роман. Блад, обещая, что будет всегда рядом, не сумел сдержать свое слово, поддавшись соблазну провести время с женщиной несомненно, красивой и умеющей доставлять удовольствие мужчине. Ведь он был все же пиратом, а не рыцарем, каким хотел всегда казаться, и данный поступок был вполне ожидаем для мужчины его рода деятельности. Но все это теперь было в прошлом. Вера решила для себя немедленно, что не сможет простить это предательство, а потому и должна обязательно забыть обо всем, что связано с ее супругом, теперь уже бывшим, но пока что - лишь в ее сознании. Вера представила, насколько все было отвратительно подстроено: ведь выходило так, что идя с ней под венец, он уже делил ложе с другой женщиной! Девушку перекосило отвращением от одного осознания этого факта. А ведь Вера, почувствовав интуитивно сомнение, еще тогда понимала, что не готова к тому, чтобы наконец дать окончательное согласие. И как ловко ее провела маркиза, убедив согласиться на предложение! И ведь Вера понимала, что во всем этом не было никакого смысла... Что она просто стала пешкой в руках умелой интриганки, просто забавлявшейся ею. А Блад? Он же мог проявить стойкость к ее уговорам, но нет... Девушка еще тогда предпологала - Анжелике нужен был Блад как капитан корабля для исполнения ее целей (которые Вера, впрочем, не совсем понимала), и поэтому она решила подобраться к нему поближе тем путем, который ей был прост и понятен. Все было ясно, как солнечный безоблачный день... Вера, расставив все события по отдельным полочкам в своем сознании, была вконец измотана, но злость придавала ей сил. Нервно заходив по комнате, Вера прикусила до крови губы, обдумывая план мести. В этот момент дверь отворилась, и Вера, увидев в дверях свою служанку, выпрямилась и подбоченилась. Аннет, тут же сделав реверанс, застыла; ее внимание привлекло блестевшее в углу комнаты кольцо, что лежало там еще со вчерашнего вечера. - Убери здесь все и принеси мне платье. Хотя, сперва я хочу одеться. - Да, госпожа. В дверях вас ждет посетитель... Он просил не называть своего имени, - сказала девочка, опустив глаза. - Скажи ему, пусть подождет, когда я оденусь... - начала было Вера, однако, подумав, что это может быть и лорд Уильямс (а его ей стоило держать на коротком поводке), переменила свое решение: - Хотя, не надо. Зови его, - хмыкнув, сказала Вера. Девочка сперва удивилась, но ничего не сказала, молча поклонившись и скрывшись за дверью. Вероника тем временем поспешно поправила прическу и накинула домашний костюм оливкового оттенка. Из тяжелой жаккардовой ткани, с прозрачными пышными рукавами из органзы в тон, он свисал ниже пят крупными складками и заканчивался шлейфом, что придавало ее облику совсем другой вид, нежели бы она была просто в ночной сорочке. Вера обернулась, когда дверь вновь открылась. К ее удивлению, это был вовсе не лорд Уильямс. - Собирайтесь. Корабль отбывает сегодня после заката, так что я, как только закончу с утренним осмотром Людовика, вернусь сюда, чтобы забрать вас. Карета тоже готова. У вас есть около двух часов, - на ходу говорил деловым, сухим тоном Блад. Он держался с привычной ему военной выправкой, и черный камзол его сегодня блестел ярче, словно был вычищен. - Вы разве не поняли меня? - девушка, глядя на него, столь же прекрасного, как и в те дни, когда между ними царила идиллия, едва сдерживала слезы. По старой памяти она помнила - капитан Блад не выносит женских рыданий. Блад остановился, хмурясь. Вера очень хорошо знала это движение бровями. Оно означало - ему не нравится, когда что-то выходит из-под контроля. Вдруг девушка поняла, что ее раздражает все в нем! Его постоянная сухость и жесткость, его неумение открыто показывать свои эмоции, его манера общения и даже то, как он стоял сейчас перед ней, с этой идеальной выправкой и каменным лицом, точно совсем его не волновал тот факт, что она страдает от его проступка... В ее груди злость и ненависть взяли верх; желая высвободить эмоции, Вера схватила первую попавшуюся вазу со стола и, с трудом подняв ее обеими руками (она оказалась довольно тяжелой), бросила ту к дверям, рыча от раздиравшего ее негодования. - Ненавижу, ненавижу, ненавижу! - закричала она, чувствуя, как прыснули из ее глаз слезы. Осколки полетели в разные стороны, раздался оглушительный дребезг, однако Блад не попытался прикрыться от них. Вместо этого он ринулся к девушке, в момент оказавшись подле нее. Вера, опустившись бессильно на пол, упала в его объятия. Найдя в себе, что ее пробивает от отвращения осознание того, что также он обнимал и другую женщину, Вера отпрянула от него и метнулась в противоположную сторону. Блад же, бормоча что-то неразборчивое о прощении, приблизился к девушке и, встав на колени, попытался ухватить подол ее платья, но Вера порывистым жестом отдернула его. - Я не хочу ни видеть вас, ни знать вас, - сказала Вера, встав и выпрямившись. - Вы еще не догадались? Вчера я, кажется, ясно дал вам понять о случившемся, - Блад, все еще коленопреклоненный, глядел прямо, будто и не сомневался в своей правоте. - Что за абсурд! И после вашего признания в измене вы думаете, что между нами все может быть, как и прежде? - вскричала Вера. Блад встал, глядя внимательно на девушку. - Вы также не были верны мне. Мы квиты, - он сложил руки на груди, расправив плечи. - Я не делила ни с кем, кроме вас, мое ложе, чего нельзя сказать о вашем поведении. Не делила ни с кем, исключая сегодняшнюю ночь. А это значит, что между нами все кончено, - возразила Вера. Блад нахмурился, окинув взглядом комнату девушки. - С кем вы провели эту ночь? - спросил тихо он. Вера гордо подняла голову. - Теперь вас это не касается. - Вы моя законная супруга, в конце концов! - воскликнул Блад, наконец, не сдержавшись, - так ведите себя сообразно своему статусу! И коль брак наш еще существует, настоятельно прошу вас не нарушать его заповеди. Я молю вас - давайте забудем об этом недоразумении. Не хотите слушать меня - так прочитайте все в письме! - Блад потянулся в карман камзола, вытащив конверт и протянув его ей. Он выглядел не таким, каким девушка привыкла его видеть. Словно в нем появился надрыв, какая-то терзавшая его горечь, отчего глаза стали лишь еще выразительнее... Вера глядела на него, понимая, что теперь перед ней стоит совсем незнакомый ей человек. - Не я первая нарушила заповеди, о которых вы говорите. Прошу вас понять меня и оставить меня в покое, иначе мне придется позвать охрану, - повысив тон, проскандировала Вера. Блад опустил голову, точно понимая всю вину содеянного. Он подошел к столу, положив письмо. - Прочитайте его. Ежели все, что было между нами, больше недостойно того, чтобы дать шанс нашим отношениям, я более не буду досаждать вам. А если вы все же захотите понять меня, прошу вас приехать сегодня в порт и продолжить тот путь, который мы совместно начали. Карета будет ждать вас до заката, - сказал он. Голос его срывался. Закончив, Блад почти бессильно опустил руку, и, взглянув Вере прямо в глаза, больше не сказал ни слова, выполнив ее просьбу. Едва за ним закрылась дверь, как девушка ринулась к письму. В ее голове проносились вихрем мысли: а что, если... А что, если на самом деле ничего между ними не было? А что, если он все же остался верен ей? Однако Вера хорошо помнила улыбку Анжелики в ее последний визит... Слишком хорошо Вера запомнила и то, как они оба переглядывались... Нет уж. Она была полной дурой, не заметив мелькнувшую между этими двумя химию. Никакого письма она читать не будет... Подняв его со стола, Вера, на мгновение задержавшись, взглянула на конверт. Печать была обычной - кажется, Блад взял ее в королевском кабинете, так как герб принадлежал Бурбонам. Кровавый подтек воска скреплял бумагу, и ведь девушке стоило лишь сломать его... Рука ее невольно потянулась к печати. Подойдя ближе к окну, из которого лился уже совсем дневной свет, Вера погрузилась в раздумья. Могла ли она так просто взять и перечеркнуть свой брак? Вера была этим озадачена. Конечно, по факту измены брак могли аннулировать, но девушка не могла и предположить, каким именно образом это следовало сделать. Задумавшись, она не сразу заметила, что письмо все еще было у нее в руках. Еще мгновением раннее она была готова его уничтожить, но что, если оно может послужить весомым доказательством для расторжения брака? Девушка помедлила, пытаясь вспомнить какие-либо примеры разводов из того временного периода, в котором она находилась. Ей было сложно справиться с захлестнувшими ее эмоциями - больше всего ее мучила обида, мешая трезво мыслить. Но помимо того, ее вдруг захватило тревожное ощущение; Вера внезапно поняла, что в ее комнате есть еще кто-то. - Лорд Уильямс, вы наскучили своим появлением из пустоты. Если это такая игра для вас - попрошу вас более не делать этого, - закатив глаза, сказала Вера. Письмо она спрятала в лифе платья, решив отложить этот вопрос. Девушка обернулась, встретившись со своим нежданным гостем нос к носу. - Я ведь предупреждал вас об Анжелике, - сказал поучительным тоном лорд Уильямс. - Но ничего не сделали, чтобы предотвратить это. Так или иначе, вы добились того, что теперь эта женщина не останется без моего внимания, - хмыкнула в ответ Вера. - Вас сильно ранили, но это не повод превращаться в мстительницу, - парировал лорд Уильямс, поправив алый бант своего костюма, на этот раз выполненного в оттенке запекшейся крови. Однако, манжеты с воротником были иного цвета - атлас бронзового отлива ярким пятном выделялся в его ансамбле. - О, теперь вы заговорили иначе... - Впрочем, кто я, чтобы давать вам советы. Вы вольны делать, что пожелаете, - лорд Уильямс прищурился, будто присматриваясь к Вере. Вера вдруг догадалась, что с Анжеликой у лорда Уильямса своего рода доверительные отношения, и в ее планах насчет «свержения» мадам дю Плесси Бельер он участвовать не будет. Лорд Уильямс тем временем оглянулся, заметив хаос в ее комнате; служанка еще не успела прибраться, и смятая кровать, а также расбросанные по всему полу куски вазы могли много рассказать ему о том, насколько насыщенными были для Веры последние сутки. Впрочем, вопросов он задавать не стал, что про себя отметила девушка. Вывод у нее был лишь один: он уже знал обо всем. И ведь разговор об Анжелике он начал первым... Едва в ее голове мелькнула мысль о догадке свести этот факт и его хорошие отношения с маркизой, как лорд Уильямс отвлек ее внимание: - Я слышал, капитан Блад отбывает в порт сегодня, - заговорил он, пристально глядя на девушку. - Да. - Вы поедете с ним? - спросил он, будто действительно не знал об этом. - Нет, - просто ответила Вера, сдержав подобравшийся к горлу ком. - И вы не собираетесь более следовать за ним повсюду, точно тень? - Ни единого дня. - Однако брак ваш еще действителен... - Да, и я намерена разорвать его, - с неким вызовом сказала Вера. - Что ж... Дело, конечно, непростое. Но вполне решаемое, - хмыкнув, сказал лорд Уильямс. Веру утомлял разговор с ним, поэтому она подошла к секретеру и села в кресло, вцепившись руками в позолоченные подлокотники. Лорд Уильямс неспешно проследовал за ней, остановившись за креслом, где сидела девушка. - Вы действительно готовы аннулировать брак? - спросил лорд Уильямс, вальяжно облокотившись на спинку кресла, где сидела девушка. Вера взглянула на себя в зеркало, что стояло на секретере; она кивнула, понимая, что едва ли теперь есть путь назад...