Вероника и король

- Подойдите, - сказал Людовик, сменив вдруг тон голоса. Вера удивилась этому, отчего не послушалась, так и оставшись стоять на месте. Ее вдруг вновь охватил озноб, отчего девушка поежилась. - Подойдите. - повторил Людовик куда строже прежнего. Эта интонация девушке была непривычна. Пытаясь прочитать по его лицу, отчего-то не выражавшему никаких эмоций, его намерения (попытка оказалась заведомо провальной), она и вовсе впала в ступор. Такое поведение Людовика было ей в новинку... - Ну же, не бойтесь. Ведь вы сами этого так хотели, - Людовик указал на лист бумаги, белеющий на светлом столике из мрамора. Вера, почувствовав по взгляду короля, внимательному и пыткому, что ей лучше сейчас подчиниться его воле, сделала два неуверенных шага. - Ближе, - приказал Людовик, хмыкнув, - только что вы были куда смелее. Девушка послушалась. - А теперь садитесь. Слова короля звучали жестко, как приказ. Вера опешила - никогда еще он не говорил так с нею... Подготовив перо - обмакнув его легким взмахом в чернильницу и стряхнув лишнее, отчего чёрные брызги каплями беспорядочно легли на край рукава его халата из белого кружева, Людовик недовольно цокнул. - Жаль. Это было мое любимое одеяние. Видите, до чего ваше непослушание доводит? - король скосил взгляд в сторону пятна, поморщившись. Одним движением он скинул халат, который упал на спинку кресла крупными складками, мерцающими и переливающимися алым, точно запекшаяся кровь, цветом. Под халатом на Людовике не было ничего. Худощавое, жилистое тело, с узкими плечами, подчеркнутыми не слишком выдающимся рельефом мышц, и покрытой курчавыми волосами грудью, в мягком лилово-розовом свете утренних лучей выглядело иначе. Гораздо будничнее, чем ночью, однако, как правило, именно в полутьме синих теней обнаженность кажется куда более загадочной и манящей. Не то, чтобы нагота короля смутила Веру (все же, она видела его таким далеко не впервые), однако, несколько все-таки привела ее в замешательство. Вера лишь стояла, краснея и толком не понимая, чего он от неё хочет. Это игра? Шутка? Но Людовик выглядел слишком серьезным для шутника. Да и это было нетипично для его натуры... Людовик молчал, ожидая, когда она выполнит его приказ. Она, оглянувшись и с растерянностью убедившись, что свободных стульев, кроме того, на котором сидел уже супруг, не было, все стояла. - Мне повторить ещё раз? Не слишком любезно с вашей стороны прикидываться глухонемой после устроенного вами скандала, - Людовик говорил серьезно и, хмурясь, пристально смотрел на девушку. - Сир, я не понимаю вас, - призналась наконец Вера. - Пресвятые угодники, дайте мне сил справиться с этой женщиной! - воскликнул король, воздев глаза к небу и всплеснув руками. Он резко передвинул стул, изогнутые ножки которого, проехавшись по паркету, издали скрежет, который отозвался в высоких стенах просторной спальни особенно неуютным эхом. Оказавшись ближе к девушке, моментально Людовик ухватил ее за талию, отчего она вскрикнула. Бороться было глупо и бессмысленно - Вера понимала это и потому обмякла, позволив мужу обхватить ее за талию. Усадив Веру на колени, Людовик придвинулся обратно к столу. Девушка была удивлена и оттого молчала, ожидая, что же ее супруг предпримет далее. Пикантность сцены немного смущала ее, однако Вера вспомнила, что перед нею не только король Франции, но и ее муж, и уже не чувствовала себя неловко в таком положении. Король вручил ей в руку перо, осторожно заставив ее пальцы сомкнуться у основания кончика. Ей ни разу не доводилось ещё держать настоящее птичье перо для письма, тем более, давление чужой руки все осложняло. Перо казалось длинным и неудобным, отчего рука Веры сразу же дрогнула, едва Людовик поднёс его над бумагой. Чернила из-за столь неосторожного движения стекли с пера каплями, мгновенно оставляя на бумаге водянистые разводы и пятна. Король, раздражительно прорычав, стремительно смял испорченный лист и отбросил его в сторону со скоростью, какая доступна была бы лишь коршуну, который стрелой летит к своей добыче. Вера вздрогнула. Поведение Людовика ее не на шутку испугало... - Да что с вами, в конце концов! Вам нельзя и лист бумаги доверить, что говорить про управление страной! - вскричал нервно Людовик, ухватив девушку за руку. Его пальцы были сильными и цепкими - почувствовав ноющую между костяшками боль, Вера скривилась и тихо застонала. Людовик поджал губы, и, глядя на неё исподлобья, освободил хватку. Девушка замолкла, сдерживая подступавшие слёзы. Ей казалось, Людовика точно подменили... Не понимая, отчего он так жесток с ней, Вера лишь смотрела ему в глаза. В них отражалась все та же болотная трясина, куда ее затягивало все также против ее воли. Кроме этого она со смущением поняла, что Людовик с трудом сдерживает себя в желании к ней. - Вот видите. Если вы не будете меня слушаться, мне придётся быть с вами куда жёстче, чем обычно - даже несмотря на то, что я люблю вас,- мягким тоном сказал король, глядя на девушку уже куда более привычным для неё, более тёплым взглядом. Сбитая с толку, напуганная его поведением Вера лишь тихо всхлипывала. - Ну, тихо, тихо, - понизив тон, король неторопливо погладил ее по затылку, отчего, ощутив тепло его рук, Вера поняла, что боль в руке уходит. Рука Людовика же юрко скользнула вниз. Он, чуть подтолкнув Веру к себе, подался вперёд, что сразу же отозвалось в ее теле теплом и легким напряжением, вполне приятным для того, чтобы ей самой захотелось податься ему навстречу... **** Конечно же, заявив о своих знаниях морского дела, Вера блефовала. Ей всего-то и нужно было убедить короля в том, что ее присутствие на борту было бы оправданно, а дальше она бы что-нибудь придумала... Могла разве она подумать, что ее заявление так разозлит его? Девушка понимала, что слишком перегнула палку. Возможно, Людовик был не готов к столь непривычному для человека его времени решению - это она поняла не сразу. Возможно, именно этот страх и вынудил его манипулировать ею? В раздумьях над этим Вера провела весь день. Бумага так и осталась неподписанной - сам Людовик не говорил с ней больше про нее, а Вера, и без того напуганная его странным поведением, не смела ему об этом напомнить. День, начавшийся столь напряжённо, скрасили прогулка по саду и чтение. Просидев в библиотеке допоздна, Вера вернулась к себе и уже собиралась готовиться ко сну, когда Людовик неожиданно посетил ее. Створка двери открылась - его вытянутый силуэт, точно тень, выросший словно изниоткуда, даже сперва вновь испугал ее. Одет он был странно - в бесформенную темную мантию из шелка, спускавшуюся ниже пят, что делала его похожим на средневекового алхимика. Длинные темно-каштановые волосы Людовика были перевязаны лентой, столь чёрной, что цвет ее был совсем неразличим в темноте и лишь мерцал привычным для атласа сиянием. Вера вспомнила, что похожую ленту носил и лорд Уильямс. Вера, догадавшись, что значит этот визит, расправила постель и, скинув сорочку, послушно легла в кровать. Раздеваться догола было необязательно, но она помнила, что королю нравится ее тело, и хотела угодить ему, чтобы впредь избежать его столь непонятное для нее поведение, что пришлось ей испытать на себе утром. Людовик лишь стоял в проходе и молчал, наблюдая за ее действиями. Затем он подошёл размеренными шагами к изголовью кровати. Когда он оказался близко, его тяжелое дыхание стало таким слышным, что для Веры отзывалось в ушах гулкой вибрацией. - Нет, я здесь вовсе не за этим, - сказал наконец он, склонившись над ней. Его глаза в полутьме казались темными и загадочными. Вера привстала, вновь озадаченная его поведением. - Вам сегодня многое предстоит узнать и увидеть, - продолжил тем временем Людовик. Он протянул ей руку, вытянув длинную ладонь. Лишь теперь девушка увидела, что его руки затянуты в черные кожаные перчатки, облегающие пальцы и кисть короля так узко, что обычно большие, мощные руки Людовика казались по-болезненному худыми. Девушке все казалось непонятным. Но она уже знала, что Людовику лучше не перечить... Протянув ему руку в ответ, с его помощью она поднялась с кровати. - Пойдёмте, - сказал шепотом король, отчего-то оглянувшись. - Вероятно, я должна одеться, - неуверенно протянула Вера, в ответ на что неведомым Вере способом король достал откуда-то из-за пазухи сверток. Когда он развернул его, оказалось, что это такая же мантия, что была надета и на нем. Разумеется, девушка с трудом догадывалась о том, что происходит. Ей помнились лишь рассказы лорда Уильямса о масонах, но информации из его уст было настолько мало, что это отнюдь не упрощало ей задачу. Впрочем, Вера хорошо выучила утренний урок: 1. Людовику нельзя задавать лишние вопросы. 2. Его просьбы лучше выполнять сразу. Вера послушно надела накидку. - Пойдёмте, - повторил Людовик вновь, подбадривающе кивнув ей. Поведение мужа казалось девушке странным, и Вера поджала губы, почувствовав, как по спине пробежал холодок. Свечи в спальне уже не горели, камин на ночь выключали - поэтому в комнате не было света, а температура стояла не по-летнему низкая. Но холодно ей было вовсе не из-за этого...