Вероника и король

- Весьма огорчён, что вы столь низкого мнения обо мне, сир. Раздавшийся в темноте зала голос, звучавший с эхом, что вполне допустимо при столь высоких колоннах, заставил всех обернуться в сторону его источника. Людовик поджал губы. - Снова вы за свои штучки. Говорил же вам при мне не выполнять подобных манёвров, - сухо сказал он, подняв голову. Это придавало взгляду короля особенно надменный и даже недовольный вид, от которого любой бы непременно почувствовал себя неуютно. Но не лорд Уильямс, который, лишь поправив фалды камзола цвета яблочной пастилы, расшитого пестрыми птицами и растительными узорами, улыбнулся и низко поклонился в ответ на замечание короля. - Простите меня великодушно. Не могу избавиться от удовлетворения, которое мне придаёт ваше удивление при моем появлении, - хмыкнул он в добавок. Вера удивилась. Прежде, ей казалось, лорд Уильямс не позволял себе столь фамильярного общения с Людовиком. И в столь резкой смене поведения англичанина она видела какую-то вескую причину; однако, в силу того, что Вера и без того последние полчаса не понимала, что происходит, ей было сложно отвлечься от тревоги и сконцентрироваться на промелькнувшей в ее голове мельком догадки. Лорд Уильямс тем временем выпрямился, и, приняв достойную аристократа осанку, прищурился и осмотрел всех присутствующих. - Приветствую вас, мой друг, - деловито кивнул лорд Уильямс Бладу. Тон англичанина явно удивил последнего, но виду он не подал, тихо промолвив: - Вероятно, я пропустил момент, в который мы стали друзьями. - Полно вам, эсквайр! - вновь растянулся в улыбке лорд Уильямс. На эту фразу Людовик увивленно вскинул бровь. - Эсквайр? Попрошу вас не унижать моего подчиненного, - жестким тоном осадил он британского фата. Блад сделал шаг вперёд, в примирительном жесте вытянув руку. - Молчите, - буркнул Людовик, заметив его движение, - Эсквайр! - он возмущённо поднял тон, и, с французской эмоциональностью, подняв изогнутые дугой чёрные густые брови, повторил: - Эсквайр! И это я слышу от вас по отношению к человеку, который, не зная ничего о нашем сообществе, создал устройство, что позволило ему оказаться здесь в считанные секунды! Да вы понимаете вообще, что говорите! Я лично выдам этому джентльмену графский титул и бессрочный контракт с наивысшим жалованьем лишь за одно это изобретение, и это утрёт нос вам, сэр, научив заодно уважительно относиться к людям, которые умнее, чем вы! Быть может этот урок заставит вас запомнить, что уважение к чужому уму и таланту - одна из основ, на которых зиждется благородство, так воспеваемое нами! - нахмурившись, Людовик замолчал. Подбоченившись, король опустил волевой подбородок, что придало ему ещё более суровый вид. - Прошу вас, сир. Мне не нужны ваши награды, - негромко сказал Блад в привычном для себя спокойном тоне. Людовик вновь удивленно вскинул бровями: - Нет, нет, это не принимается. Я обязан отблагодарить вас за вашу разработку. Столько всего с ее помощью можно сделать... - король с предвкушением причмокнул губами. - Неужели она действительно так ценна для вас? - Блад, казалось, нечто задумал. Он хмыкнул, бросив быстрый взгляд в сторону девушки, которая все также пряталась за спиной короля и за весь разговор не произнесла ни слова. Не так много прошло времени с тех пор, как он видел Веру в последний раз, но какие же разительные изменения Блад в ней заметил! Из увлечённой жизнью, остроумной молодой девушки Вера превратилась в нежное, полупрозрачное существо, эфемерную нимфу, от страха не смевшую и слова сказать лишнего в компании мужчин. Неужели такие метаморфозы - причина пережитой ею болезни? Блад посмотрел на девушку внимательнее, отметив - черты лица были теми же, пленившими его когда-то, улыбка была ему знакома, а та же розовая дымка на округлых щеках все также придавала ей очарования. Но что, что движет ею, отчего та Вера, которую он очень хорошо знает, прячется в этом скромном ангеле, смотревшим на него исподлобья, точно запуганный зверёк? Блад перевёл взгляд в сторону Людовика. Король, казалось, не уделял в этом разговоре внимания ей, и, вовсе не интересуясь ее мнением, даже не пытался ей что-либо обьяснить или хотя бы успокоить ее, хотя было вполне понятно, что девушка абсолютно шокирована. Словно так и нужно было ей стоять в тени ярких лучей, что отбрасывала солнечная фигура Людовика XIV. Неужели этот напыщенный французский пустоголовый король так влияет на Веру, что совершенно лишил ее права на собственную волю? Неужели он подавил ее, подмял под себя, желая воспитать себе жену под стать - ту, что всегда будет ему покорна и никогда не поднимет головы без его на то разрешения? Блад мгновенно все понял. Догадка осенила его, поразила как гром, заставив на несколько секунд забыть обо всем. Король лишь притворялся, что испытывал чувства к Вере. Либо заблуждался сам в своей любви, чем вводил в заблуждение и свою супругу. Девушка нужна была ему для удовлетворения собственных амбиций, для ещё одного триумфа, который он одержал над очередным трофеем в своей коллекции... Тем горше было Бладу понимать, на какие страдания он обрёк Веру своим проступком. Да, за этот проступок ему придётся раскаиваться целую вечность. Но сперва необходимо вырвать несчастную из рук того, кто был по его мнению явно ее недостоин. - Я понял. Вы хотите поторговаться. Что же, что же, тем большее уважение я к вам испытываю, - проговорил тем временем Людовик. Блад вновь хмыкнул. - Вы сперва объясните мне, чем занимается ваше общество, и чем мое изобретение для вас так ценно. А потом я подумаю над тем, какую цену назначить. Людовик деловито сложил руки на груди, с довольным видом качнув подбородком. - Полагаю, сказанное мной будет интересно услышать и моей супруге, раз она невольно станет участницей этого разговора, - начал он, подойдя к Вере и взяв ее под руку. Девушка смущенно опустила голову, отчего пушистые ресницы прикрыли полностью небесно-голубые глаза, и, как крылья голубки, часто-часто затрепетали. - Понимаете, сэр... - протянул было оживившийся лорд Уильямс. - Что до вас, то вам я приказываю помолчать. И приказываю как король, поэтому для вашего же блага лучше не прерывать меня, - вновь повысил тон Людовик. - Как скажете. Но я предупредил вас, - в свою очередь хмыкнул лорд Уильямс. - И так, - сделав по-театральному длинную паузу, король сложил руки за спиной и принялся расхаживать из стороны сторону. - Наше общество занимается сохранением важных исторических ценностей на протяжении трёхсот лет, с тех пор, как монахи обнаружили первые временные воронки, которые забирали людей в другие эпохи. Прошло немало лет, прежде чем члены общества смогли разработать первый инструмент, позволивший бы контролировать данное явление, однако в их расчетах была ошибка - вместо контроля над воронкой времени, они получили лишь ещё один способ для путешествий между эпохами, но на этот раз - управляемый. Это позволило участникам общества выполнять нашу основную миссию - находить самые важные ценности, что позволяют человечеству развиваться дальше, анализировать их и, причислив им нужный номер в библиотеке, отправлять обратно. У такой работы был лишь один минус - пространство после использования данного устройства расщеплялось, отчего образовывались лишь новые временные аномалии. Одна из наикрупнейших была найдена нами в Версале, и оттого мною и был построен дворец - я решил, что это будет лучший выход из положения. Наняв лорда Уильямса и поручив ему следить за временными воронками, я в течении многих лет ожидал от него разработки, которая позволила бы ее контролировать. Однако наш дорогой друг изучение данного вопроса предпочел бесцельным путешествиям между веками, от которых не было особенного толку. Впрочем, тут я тоже излишне строг к этому господину, - Людовик сделал паузу, заметив, что лорд Уильямс заметно оживился, - так как он все же создал полезную разработку, что позволила расколу в пространстве намного сократиться. Не могу не отметить, что ваше изобретение, капитан Блад, превосходит ее тысячекратно! Вы смогли создать устройство для контроля над расколами, что позволило вам в считанные секунды преодолеть огромное расстояние, а то, что ваш механизм кроме того ещё и не создал новый раскол (о чем я могу утверждать основательно, иначе все мы вместе не находились бы сейчас в этом зале) - это совершенно бесценное открытие! Мой ум блестящ - так говорят мне подданные, но я понял ещё с младенческих лет, что этим наглым льстецам нельзя доверять. Я понимаю, насколько вы талантливы, и, прошу вас, не скупитесь на цену! Моя казна полна драгоценностей! - длинная тирада Людовика звучала бы утомительно без актерского дарования рассказчика; меняя тон и скорость речи, король говорил много, но по делу, и без отвлечения на ненужные темы. Когда он замолчал, окружающие, заворожённые речью Людовика, стояли, точно вкопанные. Особенно Вера, широко открыв глаза, глядела на супруга, совсем не смея задать никаких вопросов, хотя по глазам девушки Блад понимал, что ей есть о чем поговорить с королем. - Вы лукавите, сир, - сказал наконец Блад, выждав паузу. Людовик вопросительно вскинул брови. - Вы лукавите, сказав, что драгоценности находятся лишь в вашей казне, - уточнил Блад, держа выправку. - Я не совсем понимаю вас, - поджал губы король, заинтересованно окинув карими глазами пирата с головы до ног. Ясные лазурные глаза Блада глядели на короля в ответ с вызовом, отчего тот даже опешил. - Самая главная драгоценность находится подле вас, сир. И я бы хотел забрать эту драгоценность взамен моего механизма - но лишь с одним условием, что я смогу в последний раз им воспользоваться. Людовик выглядел растерянным. Он с непонимающим видом оглянулся, внимательно разглядывая все, что бы ни попалось ему на глаза. Пробежавшись блуждающими глазами мимо супруги, он остановил свой королевский взор сперва на бриллиантовой броши, что держала его шейный бант, а затем - затем король и вовсе с потерянным выражением лица вновь взглянул на Блада. - Право, не могу понять вас. Но что же, если такова ваша воля - берите то, что считаете нужным, - сказал он обреченно. Блад довольно подбоченился: - Кажется, вы любите держать подле себя ценности. Странно лишь то, что вы через некоторое время пресыщаетесь ими, превратив их в игрушку. Но что же, не мне вас судить. Я отдам вам механизм в обмен на неё, - пират скривил губы в улыбке, кивнув в сторону Веры. Девушка вздрогнула, точно ее ударили током. Брови Людовика от услышанного взвились изогнутыми дугами. Лорд Уильямс же, все это время стоявший в стороне, зааплодировал...