Вселенная бесконечна?

      Если бы в нашей жизни не было проблем, стала бы она такой счастливой, как мы думаем?       На просторах бесконечной вселенной, во множестве реальностей существует ли тот самый идеальный мир? То место, где у всех все хорошо. Та самая утопия, к которой мы стремимся.       Даже если она существует, так ли счастливы люди там? Каково это — не знать горя? Не бороться с проблемами, не грустить, не страдать и не плакать? Каково это — вечно улыбаться и не знать всех тягот нашего мира?       Это скучно. Такая жизнь — чертовки скушна, как по мне.       Место, где всегда светит солнце, царит покой и слышен детский смех, действительно ли там так же прекрасно, как может показаться?       В нашем неидеальном мире существует ценность всех этих вещей. Мы искренне радуемся вышедшему из-за туч солнцу, потому что мы пережили дождь. Мы ценим покой, потому что мы пережили войны. Для нас имеют значение все эти простые вещи лишь из-за того, что мы осознаем горечь их отсутствия. Мы счастливы не потому, что все хорошо, а потому, что когда-то было плохо. Потому что все было плохо. Это большая разница.       Все познается в сравнении. Всегда.

Мы познаём и познаёмся в сравнении…

***

      Шастун — это кот. Самый настоящий кот. Это не человек, а человеческий котеныш, не иначе.       На протяжении всего проживания с Арсом, он был таким ласковым и мягким, так же ластился к рукам и требовал внимания. Любил, когда ему чесали за ушком и гладили. Обожал гирлянды и елочные игрушки.       Шастун самый настоящий белый кот, и Арсению это нравилось.       Сессия уже закончилась, и ликующие студенты и преподаватели ушли на законные зимние каникулы. Все прекрасно.       Антон жил у Арса некоторое время, за которое мужчина успел открыть столько интересных сторон, маленьких особенностей и фактов о своем Чуде, что хватило бы на небольшую книгу.       Антон не мог пить горячее, обожал кисломолочные продукты, любил лежать на коленях Арсения и спать свернувшись в клубочек. Жить не мог без внимания и все время требовал еды. Он умел мурчать!       Так что у Арсения стало два кота. Одного из которых чертовски хотелось. Очень хотелось.       Антон — самый неожиданный и непредсказуемый человек в жизни Арсения. Он никогда не перестанет его удивлять. Этот длинный и худой сгусток тепла и вселенской любви завораживал мужчину с первой встречи. Он никогда не встречал таких и никогда больше не встретит.       Антон умел любить. Умел по-особенному. Так, как никто не любил. Ему когда-то не показали как «правильно», поэтому мальчик учился выражать свои чувства прямо здесь и сейчас.       Шастун заботливо приготовил Арсению завтрак, который тот съел не задумываясь и выблевал через пару минут. Ведь вампиры не могут есть человеческую пищу. Антон следующие несколько дней извинялся и гуглил, что можно приготовить из крови. Результаты оказались плачевными.       Или убранная начисто квартира, пока мужчины не было дома. Или украшение той же квартиры к празднику, чтобы поднять Арсению настроение. Нежный поцелуй перед сном и каждое утро. Ему все еще бывает неловко целовать Арсения, поэтому обычно Антон чмокал его в нос, лоб или щеку. В любом случае, это проявление его любви. Он не мог по-другому — страстно и пылко. Не умел, но учился.       А Арс впервые за долгое время чувствствовал, что живет. Не выживает, а живет, наслаждаясь каждым мгновением.       Рядом с этим мальчишкой хотелось быть лучше, сильнее, его хотелось защищать и беречь, ради него можно было перегрызть кому угодно глотку. И ради этого светлого парня хотелось жить. Они стали опорой друг для друга, в их жизни появился смысл.

***

      Начало января. Долгожданные каникулы идут полным ходом. За окном бушевала редкая для Питера снежная метель. Новый год был встречен в большой и дружной компании. Было весело. На следующий день Сережа увез Диму куда-то за границу, а Антон с Арсением заперлись в своем маленьком мирке, посвящая все время друг другу.       Они по третьему кругу пересматривали новогодние комедии, любимые сериалы и читали вместе книги.       Какой силы должны быть чувства между людьми, чтобы с такими горящими глазами, как у Антона, слушать, как твой любимый человек читает вслух? Просто немыслимо.       Говорят, любовь живет три года. Кто знает, может это правда. Это же простая физиология, от нее никуда не деться. Многие вообще трактуют «любовь» всего лишь самовнушением. Но что если люди каждый день влюбляются друг в друга, словно первые? Будет ли тогда соблюдаться это правило?       Дни шли своим чередом. Все было на удивление хорошо, практически все члены этой истории были счастливы в эти сказочные дни.       Оксана с Лешей также абстрагировались от целого мира и наконец смогли побыть вместе. Из-за огромного количества работы и большой нагрузки последние месяцы дались им крайне тяжело. Конечно, Алексей знал о Сергее. О том, что было между ним и Окси. Она сама ему рассказала еще до свадьбы. Сказать, что Леша был счастлив видеть призрак из прошлого его жены нельзя, но он и не кипел от злости. Мужчина доверял Оксане. Он любил свою жену и верил ей. А она отвечала ему тем же.       А Сережа, как всегда, отличился. Этот мелкий хвостатый любитель активного отдыха увез своего парня на горнолыжный курорт и привязал к себе до самого конца каникул. Дима впервые встал на сноуборд и был абсолютно не против такого времяпрепровождения. В их отношениях царила та самая идиллия, о которой многие мечтают.       В этой части истории многие ее участники ощущали то самое мимолетное счастье, все забыли о своих проблемах и разногласиях, неурядицах и конфликтах. Практически все.       Вы слышали о законе сохранения энергии? Он состоит в том, что любая энергия, как создается, так и рассеивается, ее можно передавать, ее можно впитывать. Но также существует правило, что если где-то энергия убыла, значит где-то ее стало больше. Если представить, что этот закон распространяется не только на физические явления, но и на эмоции, мысли и судьбы людей, то это могло бы многое объяснить.       Во всех вариациях у этой истории нет истинно «счастливого конца». Всегда есть люди, которые перенимают себе всю боль и страдания остальных, чтобы позволить им наслаждаться этой версией их жизней. Кто-то стал им по воле пера судьбы, а кто-то осознанно поставил превыше своих желаний чувства дорогих ему людей.       В этой реальности этим человеком стал Эд.       Он тот, кто намеренно впитал в себя всю боль их мира, отказываясь от собственного счастья. Да, было сложно. Эд порывался переписать историю, угрожая Антону. Но смирился в итоге, потому что влюбленные глаза Арсения, смотрящие на своего мальчишку, отпечатались на сетчатке.       В прошлом Эд своими действиями и поступками пытался спасти единственного дорогого человека в его жизни, причиняя себе страдания. Он мучался намеренно. Он знал, зачем это делает. В настоящем — ситуация практически повторяется.       Если бы в тот день, на холодном балконе, мужчина остался и поцеловал желанные губы напротив, все бы пошло совершенно по другому сценарию. Арс бы ответил на поцелуй, отдался чувствам без остатка. Но, к сожалению, он бы не повлиял на Эда. А вот Эд на него — сполна. Арсений мог утратить ту светлую часть себя и, не задумываясь, убить Алену при следующей встрече. Под влиянием Арсения Сережа бы тоже стал грубее и в какой-то момент тоже втянулся бы в это грязное дело. Сергей бы не смог отпустить Оксану, силой привязав ее к себе на всю жизнь. Они бы даже не любили друг друга, а просто находились вместе по привычке.       Одно невероятно тяжелое решение одного человека может кардинально изменить судьбы огромного количества людей. Но страшнее всего то, что существует реальность, где каждый герой этой истории несчастен, но нет ни одной, где было бы в точности наоборот. Иногда законы физики играют в свою собственную игру, не желая воссоздавать мир, где всё радужно и прекрасно.       Эдуард сидел в своем любимом кресле в пустой квартире. Уже-сбился-со-счета-какая голубоглазая брюнетка покинула это место всего час назад.       Не то. Все не то.       Он оглядел разруху, что по пьяни устроил недавно. Его внимание привлек разбитый телефон, который полетел в стену, когда пьяное сознание мужчины рвалось набрать давно заученный номер.       Ему хотелось выть от сожаления и боли, что разрывали его изнутри.       И теперь он должен спасти Арсения от его собственной глупости. Если бы у него было чуть-чуть больше мозгов, Арс бы не совершил очередную глупость, которая может стоить ему жизни.       Ксения звонит Эду каждый день, узнавая, как идут дела, а Эд тянет время. Пытается придумать хоть что-то, что не навредит Арсу и его новому пареньку. Попов всегда был головной болью мужчины. Даже после их расставания.       Кусок разбитого стекла и пластмассы, уже менее похожий на телефон, завибрировал недалеко от Эда. Дисплей был полон трещин, но на нем все еще можно было прочесть имя человека, которое он не желал видеть в этот момент.       Мужчина медленно потянулся за разбитым телефоном и нехотя ответил на звонок. Сенсор еще работал.       — Здравствуй, Эдуард. Надеюсь, у тебя есть хорошие новости, — голос холоден и резок, фразы короткие и односложные. Еще одна копия матери Арсения.       — И вам доброе утро, Ксения Алексеевна.       Девушка, что искренне желала смерти Арсению просто потому, что он отказал ей. И ситуация до смешного абсурдна: Ксюшенька искренне верила, что Арсений, как миленький, пойдет с ней под венец, а потом так же искренне удивилась, услышав «нет». Если бы Эд только мог, то давно бы придушил ее собственными руками или отказался от заказа, но страх за жизнь любимого был сильнее. Ибо если не он, то Ксюша найдет кого-то побезразличнее и алчнее до чужих жизней.       — Сейчас же новогодние праздники, у меня может быть выходной? — он тянул время как мог, даже не понимая зачем.       Он надеялся на то, что произойдет что-то хорошее, что поможет ему решить эту проблему, но настоящая жизнь — не дешевый комикс. Не придет супергерой, который всех спасет; не придумают вакцину от всех болезней; Арсений не бросит Антона ни за что и никогда. Настоящая жизнь тем и омерзительна. Все это дерьмо придется разгребать самому.       — Эдуард, мне уже порядком надоели ваши дурацкие шуточки, — она начинала злиться, — я не давала вам ограничений во времени, но это не может продолжаться вечно. Или вы выполняете заказ в ближайшее время, или же я найму другого человека. Вам все понятно?       — Да, мэм.       — Вот и отлично, у вас две недели. И не облажайтесь, Эдуард. Надеюсь, вы помните, что нужно делать.       Около месяца назад, девушка позвонила и сообщила, что хочет не просто убить Арсения, а заставить его страдать. Теперь целью Эда стал не сам Арс, а Антон. Девушка не поскупилась на опытных сталкеров, дабы собрать необходимую для мести информацию. Болезнь Антона в частности — крайне заинтересовала ее.       Добыть запрещенную по всему миру эмульсию не составило для нее труда. Отдать ее Эду — тем более. Тому осталось лишь подлить ее Арсу. И все. Конец. Вещества, входящие в состав этой прозрачной жидкости, разбудят в Попове естественную жажду крови, невыносимое желание и заблокируют разум. Когда туман рассеится, он откроет глаза, привстанет, чувствуя затекшие конечности, и обратит внимание на обескровленное бездыханное тело любимого человека рядом.       Эд сморщился, представив эту картину. Ксения сама отключилась, ставя точку в разговоре; а мужчина вышвырнул разбитый телефон в открытое окно и сполз по стенке, проклиная тот день, когда он встретил Арсения Попова. В тот миг вся его жизнь пошла по пизде.

***

      Антон на протяжении последних дней не отлипал от Арсения. Ему становилось недостаточно долгих взглядов друг другу в глаза, томных вздохов мужчины, мало его прекрасного голоса, долгих прикосновений, нежных поцелуев. Ему хотелось еще больше Арсения.       Каждый раз, когда Антон собирался перейти черту, Арс останавливал его, мягко отстраняясь. Он всегда старался держать себя в узде.       Из-за постоянного нахождения Антона рядом Арс стал регулярно питаться, меньше пить. Он заново учился проявлять и показывать свои эмоции, пытался быть разговорчивее и откровеннее. Арсений хотел стать лучшей версией себя.       В один из дней Антон впервые позволил Арсу отвезти его в клинику и поговорить с лечащим врачом. Для парня это был серьезный и нелегкий шаг. Он ненавидел показывать мужчине обратную сторону себя. Ненавидел все те эмоции, что мог прочесть в его глазах. Жалость. Сострадание. Сочувствие.       Они сели в арсову машину и поехали в больницу. Весь путь сопровождался шутками Арсения об их декабрьских пропусках в универе и музыкой. Он старался меньше акцентировать внимание на болезни своего парня и никогда не считал это проблемой. По крайней мере, так он говорил Антону.       На самом же деле мужчина не знал уже куда спрятаться, чтобы спокойно подрочить. Ну серьезно, это даже не смешно. Антон манил к себе невероятно сильно. Его невинность и ребячество просто будоражили кровь садиста, что жил внутри Арса. Каждое его неловкое движение в сторону мужчины, поцелуи, становящиеся все развратнее. Неловкие касания и милые стоны в губы.       Шастун был невероятно сексуален. И, возможно, сам об этом не знал.       Что же будет, когда мальчишка научится всем тонкостям соблазнения? Иногда Арсению хотелось изолировать Антона от всех источников информации пожизненно. Как жаль, что уже поздно.       Шастунишка уже давно начал читать соответствующую литературу и смотреть порно. Парень смотрел его с целью научиться, узнать что-то новое, а не подрочить, как все. Тем более, он никогда в жизни этого не делал. Даже узнал о термине «мастурбация» только недавно, вы о чем вообще? Болезнь Антона не позволяла ему заниматься подобным, поэтому те, кто знал о ней, ограждали парня по максимуму. Уроки биологии, конечно, никто не отменял, но с них особо взять было нечего.       Машина остановилась около «одной из лучших клиник России», и Арс выключил мотор.       — Ты уверен? — спросил Арс ласково. Когда-то грубый и холодный голос Арсения уже таковым не являлся. Даже студенты заметили все те изменения, произошедшие с мужчиной за последнее пару месяцев.       — Да, я хочу, чтобы ты поговорил с Павлом Алексеевичем.       Пока они шли к главному входу, Антон рассказывал про врача, который стоял за ним последние десять лет. Этот мужчина многому научил Антона и практически смог заменить ему отца. Антон доверял ему и очень много рассказывал об Арсении, и когда Добровольский попросил привести Попова в следующий раз, он послушался.       Больница пахла так же, как прежде. Хлорка, бесчисленные лекарства и болезнь вперемешку с отчаяньем. Вот он, запах больниц.       Они прошли по просторному и светлому вестибюлю, направляясь к стойке регистрации. Милая девушка по имени Лёля сообщила, что Павел Алексеевич у себя.       Подходя к нужной двери, они услышали, как Добровольский очень строго кого-то отчитывает. Мужчина никогда не орал, но знал, как поставить на место любого. Истинный лидер.       Когда из кабинета вышло несколько молодых врачей, Арсений сразу понял. Интерны.       Антон постучался и тихонько открыл дверь.       — Павел Алексеевич, можно? — только светлая макушка показалась в дверном проеме.       — О, Шастун, проходи, — мужчина отошел в дальний угол комнаты и поставил чайник, — а Арсений твой пришел?       — Да, — немного покраснел парнишка.       — Ну так заходите, что в дверях топчитесь? — Антон затащил Арсения за рукав белой рубашки внутрь и приблизился к врачу.       — Приятно познакомиться. Я — лечащий врач Антона, Павел Алексеевич Добровольский, можно просто Павел, — мужчина протянул руку и приветливо улыбнулся.       — Арсений Сергеевич Попов, можно просто Арсений,  — они пожали друг другу руки, и Антон затаил дыхание.       Все это было отдаленно похоже на знакомство с родителями Антона. Ведь парень и правда считал его отцом.       Добровольский налил всем чаю, достал упаковку печенья из ящика в столе, сообщил молодым врачам, чтобы его не трогали следующие пару часов, сел в кресло, закинув ногу на ногу, и спросил:       — Ну и как вы, придурки, нашли друг друга?       Они разговаривали долго и много. Об очень важных вещах, касаемых больничной жизни Шастуна, и ни о чем. Шутили и смеялись, потом становились серьезными и обсуждали дальнейший план лечения. Через полтора часа разговор зашел в небольшой тупик, и все трое замолчали. Павел Алексеевич уткнулся взглядом в пол, задумываясь о чем-то. Арсений сделал тоже самое, перебирая собственные пальцы, а Антон ждал, рассматривая человека напротив.       Добровольский размышлял, очевидно, принимал какое-то важное решение. Важное, в первую очередь, для Антона.       Через минуту, которая показались для Антона вечностью, мужчина поднял на него глаза и тепло улыбнулся, кивнув. Антон расплылся в яркой и сияющей улыбке, по сравнению с ней солнце нервно курило в сторонке. Арсений, что наблюдал за этой картиной, ни черта не понял. Да ему и не нужно. Главное, что Добровольский одобрил выбор парнишки.       — Так, а теперь, — мужчина резко свернул разговорчики, — тебе нужно сходить на процедуры, а я пока поболтаю с Арсением. Хорошо?       — Хорошо, — Антон напоминал маленького мальчика, которому подарили самый желанный подарок в его жизни.       Дверь закрылась, а Павел подошел к столу, доставая бутылку отменного коньяка и два бокала.       — Выпьем? — выжидающе посмотрел на него Добровольский.       — Я за рулем, спасибо, — только сейчас до Арсения дошло. Это проверка. И он не имеет права облажаться. Мужчина никогда прежде не видел, чтобы Антон смотрел на кого-то так, как смотрел на Павла Алексеевича. Этот человек определенно что-то значил для мальчишки. Нельзя его подвести.       — Арсений, вы же вампир, не так ли? — глаза мужчины блеснули.       — Как вы?..       — Конечно, я знаю. Антон рассказал.       — Хорошо. Я так понимаю, теперь начнется настоящий разговор.       — А ты не глуп, — Павел убрал коньяк обратно и присел рядом.       — Что вы хотите знать? — Арс был настроен серьезно. Серьезнее, чем на некоторых сделках.       — Начнем по порядку. Кем для тебя является Антон? — мужчина нахмурил брови и стал всматриваться в ошарашенные глаза напротив. — Я сейчас говорю не как лечащий врач, а как очень близкий для него человек. Я волнуюсь о нем, ты должен понимать.       — Да… о нем невозможно не волноваться, — мечтательно протянул Арсений и улыбнулся, — Антон — смысл моего существования. Самый дорогой для меня человек.       — Воу, как громко сказано, — сыронизировал мужчина, — я что, попал в очередную сопливую драму?       — Я серьезно, он в самом деле многое для меня сделал.       — Хорошо, думаю, ты не врешь, — мужчина вдохнул, — а как у вас в постели?       — Никак, — смело ответил Арс, — мне кажется, он еще не готов.       — Арсений, давай я уточню, — мужчина потер переносицу и начал, — ты должен знать о болезни Антона, но знаешь ли ты, какие могут быть у нее последствия?       — Что вы имеете в виду?       — Анемия — очень редкая и максимально непредсказуемая болезнь. А у Антона она с огромным количеством отклонений, что делает еще хуже. Ты знаешь, как люди перестают быть чистыми?       — Ну, при первом половом акте там что-то происходит, и…       — Да, когда человек испытывает свой первый оргазм, в кровь выбрасывается гормон Эйкозаноид. ЭКЗД, если кратко. Он же в малых количествах поступает в кровь при возбуждении.       — А что с этим ЭКЗД не так?       — Смотри, в чем проблема. Кровь Антон, так сказать, необычна, и никто не может предугадать реакцию его организма на него. Может произойти все что угодно, но вероятность, что это что-то пойдет на пользу Антону, крайне мала.       — Вы хотите сказать, что Антон может… умереть?       — Я сильно не хочу в это верить, но статистика не врет. Из крупиц людей, что родились с такой же болезнью, немногие доживали и до пятнадцати. Антон в этом плане рекордсмен.       — И с этим ничего нельзя сделать?       — Скажу тебе не как врач, а как обычный человек, — мужчина опустил печальный взгляд в пол, — я не знаю.       Арсений опустил голову и задумался. В этот момент в комнату вернулся Антон.       — Все хорошо? — спросил он, все так же светясь.       — Да, все отлично. Вам уже домой пора, меня гора работы ждет, — сказал Добровольский.       Мужчина проводил их на парковку. Когда Антон залез в машину, он подошел в упор к Арсению и что-то сказал. Что именно, Арсений никогда и никому не скажет.

***

      С визита в клинику прошло два дня, на протяжении которых Арсений бегал от Антона, как от осинового кола. Минимум прикосновений и поцелуев. Минимум взглядов глаза в глаза. Они даже не спали вместе: когда Антон засыпал, Арс либо уходил в другую комнату, либо покурить на балкон, где находился до самого утра. За эти пару дней мужчина выкурил две пачки сигарет, даже не замечая этого. Когда Арс погружался в себя, в свои мысли, он переставал контролировать количество никотиновых палочек, сгорающих одна за другой.       Темноволосому нужно время. Ему нужно подумать над тем, что делать дальше. На одно чаше весов — здоровье и, возможно, жизнь Антона. На другой — из совместное будущее и счастье. Он видел эту ситуацию именно так и принимал тяжелое, в первую очередь для себя, решение.       Антон же не мог найти себе место, его попросту разрывало изнутри. Парень не понимал, где провинился, и не мог понять, что ему сделать, чтобы реабилитироваться. На все попытки узнать, с чем связано странное поведение Арсения, мужчина лишь отнекивался и уверял, что все отлично. Конечно, Антон не верил.       С этим нужно было что-то делать. Но что конкретно Антон никак не мог придумать.       На третий день нервы мальчишки сдали, и он решил пойти напролом. Сделать так, чтобы Арс не смог уйти от ответа.       Мужчина находился в привычном состоянии — стоял на балконе и курил. На часах не было еще десяти утра, поэтому Антон предположительно должен был сладко спать. Но парень сверлил взглядом любимую спину на протяжении получаса и пытался собраться с мыслями.       Дверь на балкон тихо открылась, и босые ноги ступили на холодный пол. Антон, закутанный в плед, каждое утро обнимал со спины Арсения, неважно, где тот стоял: на кухне, готовя Антону завтрак; в ванной, чистя зубы или умываясь; ну, или же на балконе, как сейчас.       Арсений услышал приближение парня, но виду не подал. Он знал, что Антон не понимает, почему мужчина стал так холоден к нему в последнее время. Арсений осознавал, что долго парень не продержится. Но ему нужно было собраться с мыслями. Ему нужно было взвесить все за и против.       Антон, как всегда, обнял мужчину, укутывая в теплый плед, прижался к любимому телу со спины, переплел с ним пальцы, согревая ледяные руки мужчины своими. Ткнулся ему в плечо, вдыхая полной грудью запах сигаретного дыма, изморози и шоколадного геля для душа. Задрожал, потому что замерз, но отпускать Арса не хотелось.       — Тут холодно. Иди в дом, — теплый шепот родного голоса. Нежный поцелуй в висок. Все как обычно, но что-то всё-таки не так. Это напрягало.       — Арс… — любимое имя теперь отдавалось горечью на губах. Антон чувствовал, что с мужчиной что-то происходит. Он видел, как тот борется с самим собой где-то глубоко внутри, но старается не подавать виду. Арсений хороший актер, да, но он не профессионал.       — Да? — он не повернул головы, не перевел взгляд голубых глаз на парня, он продолжал смотреть куда-то вдаль, не обращая внимания на Антона.       — Что случилось, Арс? Я сделал что-то не так? — мольба и боль сочились из каждого слова, из каждого вздоха, но мужчина так и не повернул головы.       — С чего ты взял? Все хорошо, — и вот она — такая ненавистная Антоном искусственная улыбка. Как давно он ее не видел. Как не желал больше видеть.       Мальчишка начал закипать. Его терзало огромное количество чувств и эмоций в этот момент. В горле встал ком. Руки сами опустились, а тело сделало два шага назад, но Арсений никак не отреагировал. Маленький мальчик внутри Антона снова дал о себе знать. Дети ненавидят, когда их так открыто избегают дорогие им люди. А когда это самый дорогой человек, во рту появляется горьковато-кислый привкус обиды. Арсений не повернулся.       — Арс, посмотри на меня, — сначала тихая мольба, но реакции не последовало.       — Арсений! — руки мужчины сжались в кулаки, а ногти впились в ладонь, но он не оглянулся на Антона. Он боялся. Боялся забыться и нырнуть в его омут с головой. Мужчина слишком сильно любил его, чтобы допустить хоть крохотную возможность навредить.       — Арсений, обрати на меня внимание! — и вот он — крик, полный мольбы и непонимания.       Не громкий, но пронзительный настолько, что уши закладывает. Такой, от которого становиться физически больно. Антон дошел до своей точки кипения и был готов выплеснуть всё, что накопилось       Когда мужчина наконец обернулся, в зеленых глазах стояли слезы, кожа парня сливалась со снегом, лежащим на перилах, а тело дрожало то ли от холода, то ли накатывающей истерики. Антон никогда подобного не испытывал, поэтому его тело не понимало как реагировать на новые эмоции.       — Арс… Что я сделал не так? — его голос дрожал и срывался, но парень продолжал говорить, — прошу, скажи мне. Я… я все исправлю, обещаю. Я стану лучше, — слезы потекли по фарфоровым щекам, — прошу, только не оставляй меня…       Арсений, недолго находясь в ступоре, прильнул к своему мальчику, прижимая к себе поближе, шепча всякую ерунду наравне с извинениями. Шастуна нещадно трясло. Мужчина стал покрывать рваными поцелуями мокрые щеки, нос, дрожащие губы.       — Как тебе вообще такое в голову пришло, Антош? — спросил Арсений, отстранившись, парень отвел взгляд. — Запомни: я никогда тебя не брошу.       — Клянешься? — по-детски, конечно, но Антону эта детская условность была нужна.       — Клянусь.       Мужчина поцеловал любимую родинку на носу и, подхватив парня на руки, понес его в постель. Антон ощутимо замерз.       Все сомнения мужчины растворились. Арсений понял, что никогда не сможет оставить этого ребенка. Он не сможет его отпустить.