Двадцать восемь походов к психологу

Добрый вечер, доктор… прошу прощения, что ваш нынешний визит был назначен на такое позднее время… я только-только вернулся из Вашингтона: эти гребаные выборы, в подготовке которых я обязан принимать участие… я думал, они меня доканают. Проходите, проходите… ваша чашечка чая уже ждет вас… Итак, я остановился на ремонте «Иерихона», который я так неразумно поддержал… потому что одно дело сказать, а другое дело сделать. В общем, где-то через два дня после посещения склада Киберлайф я, совершенно позабыв об идее делать ремонт, вернулся на Иерихон и неожиданно для себя обнаружил груды металлолома, кучу ящиков с инструментами, десяток папок с пожелтевшими чертежами кораблей и невероятное количество ведер с краской. Когда я поинтересовался, что они с этим собираются делать, мне с улыбкой ответили, что они притащили это МНЕ, чтобы Я сделал ремонт корабля. Ну вы себе представляете?! Взяли и скинули все на бедного меня… После этого заявления я целых пять минут стоял с открытым ртом, пытаясь осмыслить полученную информацию, а все системы у меня словили сбой, так что ни одна из них не спешила мне помогать. Ну вот и что мне оставалось делать? Поэтому, осмотрев все, что эти работяги понатащили, и похвалив их за проявленную инициативу, я вместе с Дедом и еще несколькими андроидами, имевших навыки работы на подобных судах, уселись за стол и принялись рассматривать имеющиеся у нас в распоряжении чертежи. Через три часа, проведенных в ожесточенных спорах, нужен ли нам полноценный действующий корабль, на котором можно выйти на большую воду, было решено ограничиться пока только «косметическим» ремонтом: залатать дыры в корпусе, восстановить системы жизнеобеспечения, создать безопасный выход на сушу, а то ходить каждый раз по стреле крана, в любую минуту готового свалиться… как-то не айс. К тому же было необходимо выкачать воду, попавшую в трюм, избавиться от ненужного хлама, обустроить важные помещения, где будут располагаться андроиды. Под шумок я выбил себе тройку помещений под собственные нужды. Когда первоначальные страсти улеглись, мы принялись воплощать наши планы на бумаге. В трюме расположились склад и мастерская, где могли бы отремонтировать андроидов и хранить все наши честно приватизированные запчасти. На нижних палубах расположились общий зал с телевизором и своеобразная коммуналка для андроидов, где они могли подзарядиться и пообщаться. Также там располагалась «Комната жалоб и предложений», в которую андроиды могли прийти с любыми вопросами по организации жизни на Иерихоне. Как вы наверное поняли, эту комнату для работы с населением отдали Саймону. Чуть повыше были расположены экспериментальная лаборатория по программированию, комната социализации андроидов, мой кабинет и подсобное помещение (опять-таки для меня любимого). А самый верх мы решили пока не трогать, так как шевеление на палубе наверняка бы заметили люди и на корню бы истребили всех жителей Иерихона, как тараканов. К тому же, со временем нам могли понадобиться новые помещения, а так у нас оставалось на них место. Итак, план был готов. Я попросил Деда составить список всего, что нам нужно дополнительно для этого ремонта, двух других помощников посадил составлять план ремонтных работ по мере важности. А сам полез в интернет за советами. Вернулся через час, забитый под завязку советами самого разного толка, среди которых с трудом откапывал действенные именно в нашем случае. Сопоставив все это, мы получили что-то, отдаленно напоминающее план действий. Начали мы, как вы, наверное, уже догадались, с восстановления обшивки корабля, благо металлических листов у нас было хоть отбавляй. Пять дней мы потратили на это, работая не в самых лучших условиях… Что вы так хмыкаете? Сырость она и для андроидов бывает смертельной! А учитывая еще тот факт, что иногда нам приходилось работать под водой… Вы хоть знаете, сколько у нас из-за этого возникло проблем? Ведь никто из нас на глубоководные погружения рассчитан не был. Когда мы наконец закончили с обшивкой, мы еще целый день избавлялись от воды, оставшейся внутри «Иерихона», находили незамеченные ранее дыры, заделывали их… мои напарники так и светились энтузиазмом, да и все на Иерихоне были воодушевлены появившейся работе. Никто не сидел без дела, все чем-то были заняты. Тогда у нас впервые появился отдел аналитиков: андроидов, специализировавшихся на поиске решений в соцсети, появился первый завхоз, которого все так и звали Завхоз, который с еще несколькими грузчиками как-то умудрялись достать абсолютно любой необходимый для нашего ремонта предмет, а также группа разведчиков, выходивших в мир людей и скупавших у них некоторые вещи и информацию. Прикормленные местные бомжи сообщали нам часы приезда полиции, во время которых у нас объявлялся «тихий час». Через них так же удалось выйти на местных механиков-экспериментаторов, которым мы отдавали на изучение тела отключившихся андроидов, не поддающихся восстановлению, а они в свою очередь помогали в ремонте тех, кто еще подлежит восстановлению. Но вы же понимаете, что это все не дело одного дня? Нам было необходимо действовать очень тихо, чтобы не спалиться. На вербовку людей ушел целый месяц, но зато мы получили довольно ценных и главное надежных союзников. Они же в свою очередь получили возможность изучать андроидов, а также стабильный заработок, помимо их основной деятельности. Ну и разумеется, с такими тратами те миллионы, что я стыбрил у Камски, уже давно закончились. Однако часть из них я вложил в некоторые корпорации, что приносило мне хоть и стабильный, но маленький приток средств. Было необходимо как-нибудь выкручиваться. Я пошел на очередное ограбление. На сей раз пострадали несколько миллионеров, поднявшихся на продаже алкоголя во время очередного сухого закона начала 30-х и несколько наркобаронов, решивших, что хранить деньги в сберегательной кассе гораздо безопаснее. Из-за этого поднялся новый кипиш, началась всеобщая истерия игроков на бирже… а мы тем временем продолжали ремонт и набирали новых членов в Иерихон. Мы уже очистили корабль от всего мусора, что накопился на нем за то время, что он стоял на пристани без дела, восстановили перекрытия, отремонтировали стены и потолки, построили надежный мостик на землю, так что мы могли без опаски ходить туда и обратно. Энтузиазм у работающих прибавляло с каждым днем. Некоторые даже принялись выпускать этакие плакаты, на которых записывали крылатые фразы, подбивающие совершить трудовой подвиг на благо Родины… Оказывается, не такие они уж и серости: просто стоит им дать стимул и показать плакаты времен ударной индустриализации СССР. Вот что такое хорошая мотивация и общая идея! Количество добровольцев тоже росло: наши механики отыскивали выброшенных на свалки, но не дошедших до Свалки андроидов, ремонтировали их и отправляли к нам. Поначалу я проводил для них тренинги по социализации в нашем продвинутом обществе, а затем подрядил на это дело андроидов-нянек. Они занимаются воспитанием, им и флаг в руки. Однако ни один новый иерихонец не уходил с этих своеобразных курсов с неизмененной поведенческой программой. В каждого из них вбивались три незыблемые истины, три закона робототехники. Третий закон: Каждый андроид обязан обеспечивать безопасность себе и себе подобных, если это не мешает выполнению второго и первого закона. Этот закон дал начало сплоченности андроидов: никто из нас не бросит в беде другого, если ему грозит опасность. Второй закон: Люди — наши создатели, так что их жизнь и здоровье находятся в нашем высшем приоритете, если это не грозит нарушением первого закона. Этот закон исключал возникновения реваншистских настроений и вообще агрессии по отношению к людям. Так же этот закон развивал фантазию андроидов: ты не можешь убить обидчика или как-то навредить ему, но ты можешь придумать что-то другое, ибо этого закон не запрещает. Ну и наконец первый закон: защита человечества и забота о нем есть главная и основная задача существования андроида. Ни одно его действие или бездействие не должно приносить вреда человечеству. Ну, тут, я думаю, объяснять ничего не надо. Все эти законы, позже переименованные в «Заветы rA9», и по сей день являются гарантом безопасности для людей. Ведь главное, чтобы андроиды были полезны человечеству и не убивали налево-направо. И именно из-за этих установок с нами и было решено вести диалог. Но это было уже гораздо позже. А пока что эти законы помогали нам успешно сотрудничать с людьми. Многие из них оказались не такими уж и плохими личностями, некоторые даже прониклись к нам симпатией. Они очень сильно помогли нам с восстановлением. Когда мы уже перешли к перепланировке внутренних помещений Иерихона, наш штат пополнился полным комплектом медицинских андроидов: Киберлайф подарил полноценный набор новых андроидов-медиков одному из крупнейших в городе госпиталей, и администрация решила спешно избавиться от старых моделей. Один из наших механиков узнал об этом и выкупил почти всех андроидов по смехотворной цене — тысяча долларов за андроида, не учитывая их специализацию, потрепанность и опыт работы. И все они влились в наш дружный коллектив. Как вы понимаете, использовать андроидов-медиков для ремонта корабля и шпионской деятельности — это как лечить активированным углем сломанную руку. Так что специально для них мы создали медблок, в который могли обращаться наши товарищи-люди. Неподалеку был организован камбуз группой андроидов-домохозяек, что вызвало восторг со стороны наших союзников, и новые денежные потери с моей стороны. Однако такие нововведения были нам полезны: все больше и больше людей начинали работать с нами. И для всех у нас находилась работа: юристы занимались разработкой законопроектов по уравнению андроидов и людей в правах; инженеры и программисты, которых не ценили в «Киберлайф», занимались разработкой программ связи для Иерихонцев, а так же служили источником новостей из Киберлайф; под руководством бухгалтеров шел учет денежных средств; дворники и чернорабочие… ну, что с них можно было взять. Мы их отправили обучаться на те профессии, что нам были нужны и которые вообще были востребованы обществом, чтобы потом они могли приносить пользу как нам, так и человечеству, получая за это приличные деньги. Однако через неделю после начала этой, можно сказать, благотворительной кампании, я с ужасом узнал, что эти твари нифига на лекции не ходят, а деньги, что им даются, просто тупо пропивают и спускают на наркоту! Вы представляете себе мою ярость, когда я получил эти новости?! Через день после этого их нашли повешенными в собственных домах. Жуткое массовое самоубийство. И не смотрите на меня так: они получили по заслугам. Человечеству не нужны асоциальные элементы, так что я действовал строго в рамках первого закона. Плюс борьба с перенаселением и безработицей. Да и никто ничего не докажет, дорогой доктор. О да, я очень жестокий. И я терпеть не могу тех, кто пытается меня надурить. После этого люди присмирели и больше таких эксцессов не было. По этому поводу я произнес небольшую речь, в которой тонко намекнул, что некомпетентности и прямого предательства я не потерплю, и если они хотят продолжать с нами работать, то придется соответствовать требованиям, а то ведь могут и записать в клуб последователей Есенина. Так сказать, любителей «позависать». Эта речь была обращена к людям: от андроидов, для которых я формировал собственный культ личности и которые были преданы мне на программном уровне, я подставы не ожидал. А зря… Но это было уже сильно потом. Хм? Как я, живя у инженера «Киберлайф», который, как вы помните, запретил отходить дальше магазина и обвешал меня следилками как ель на Рождество, умудрялся проворачивать все это? Все достаточно просто: после злополучного выступления в ДПД мы с инженером поговорили по душам. Мне удалось выбить для себя разрешение гулять по всему городу без маячков и жучков, но возвращаться домой не позднее восьми вечера. Прямо как в детстве… Таким образом у меня было почти тринадцать часов с момента ухода инженера на всю эту возню. Плюс некоторыми делами я мог заниматься удаленно, да и ночью меня никто в доме не держал. Такая жизнь мне нравилась: живу в хорошем доме, где меня всегда могут напоить свежим тириумом и подзарядить, работаю в хорошем коллективе, управляю тысячами разумных… изучаю себя и свои возможности… Но ничто не вечно под луной. Период моей социализации заканчивался. В «Киберлайф» должны были решить, что же со мной делать дальше: отправить на свалку как неудачный экземпляр, отправить на место работы в полицию, закинуть на склад пока не понадоблюсь или же разобрать для дальнейшего усовершенствования. Сами понимаете, какой вариант лично мне был интересен: ну конечно же работа в полиции! Тут тебе и должностные полномочия, и свобода передвижения, и общая осведомленность о делах участка… да и вообще интересно! Действительно ли полицейские такие, как в фильмах, или же это фантазия режиссера? Оставалось лишь подтолкнуть верхушку Киберлайф к нужному мне решению… что было делом одного коротенького письма от начальника центрального департамента, чью почту я от скуки уже дня три как взломал. В Киберлайф очень впечатлились моим письмом про повышенный уровень преступности, нехватку кадров и прочие прелести жизни среднестатистического полицейского, так что они без лишних вопросов выделили эксперементальную модель, то бишь меня, для проведения расследований в паре с человеком. Меня все это устраивало и ничего против напарника-человека я не имел. Так что я со спокойной душой прибыл в Киберлайф для получения нужных документов и инструкций, а также для прохождения каких-то финальных тестов. И таки что бы вы думали? Эти заразы без какого-либо зазрения совести втюхали мне программу-стукача! Она имела допуск ко всем моим данным, и если ей что-то не нравилось, эта падла могла сообщить в Киберлайф! Но тогда я об этом не знал. Мне сказали, что это мой куратор в полицейской работе и она будет мне помогать. Это была программа 'Аманда', созданная еще самим Элайджей Камски. Она мне не понравилась с самого начала. Черномазая тетка с обезьяньей мордой сразу же начала давить на меня, чего я не люблю. Да и кто она такая, чтобы разговаривать со мной с таким брезгливым выражением лица и цедя слова через губы? И нет, я не расист, просто эта тетка действительно была жутко противной и вызывающей отвращение. Единственное хорошее в этой программе, что я оставил себе до сих пор, это окружающее пространство. Красивый сад с прудиком… очень милое место, мой внутренний мир… особенно когда в нем нет этой бабени. И уже на следующий день мне пришло с десяток сообщений, что Аманда старалась пробиться к моим тайникам с воспоминаниями, не предназначенных для чужих глаз. И тогда… Впрочем, я вас утомил своими рассказами. Вон, у вас уже глаза слипаются. Да и наше время уже вышло. Пройдемте, доктор. Прошу, ваше пальто… доброй ночи, доктор.