Мятный поцелуй

Солнце робко пробивалось сквозь высокие арочные окна столовой поместья Забини, играя бликами на резной лепнине стен и полированных каменных бюстах, расставленных вдоль стен. Цветочные композиции в изящных вазах источали тонкий аромат, создавая атмосферу утонченной роскоши, за которой тщательно следила миссис Забини. Блейз, с болезненным стоном, откинулся на спинку стула, зарываясь лицом в ладони. — Раздери меня гипогрифф… — промычал Блейз, как только Велисса, весело помахав рукой, скрылась в изумрудном пламени камина. — Что вчера было? Гермиона сидела напротив, непринужденно откусывая кусочек хрустящего блина. Карамель, аппетитно поблескивая, оставалась на кончиках ее пальцев, которые она неторопливо облизала. Она выспалась и чувствовала себя превосходно, чего нельзя было сказать о слизеринцах, мучившихся от похмелья. Драко, подперев подбородок рукой, хмуро рассматривал еду, искусно приготовленную эльфами. Его взгляд скользил по идеально сервированному столу, словно он искал в нем причину своего обеденного недомогания. — Ты вчера перебрал огневиски, Блейз, — лениво отозвалась Гермиона, не отрываясь от своего обеда. — И, кажется, пытался петь серенады портрету своей прабабушке. Блейз издал мученический стон и с трудом выпрямился за столом, словно каждое движение отдавалось острой болью в голове. — Ох, и зачем я только связался с этими гриффиндорцами, — пробормотал Блейз, потирая виски пальцами. — У меня голова раскалывается на части. Гермиона, сидевшая напротив Блейза, с улыбкой наблюдала за его страданиями. — Я попросила эльфов принести вам антипохмельное зелье, — Гермиона жизнерадостно улыбнулась, неосознанно поглаживая низ живота большим пальцем. Это движение было почти незаметным, но выдавало ее смущение и одновременно счастье. — Рождество отметили прекрасно, — буркнул Драко, отпивая глоток апельсинового сока. Он поморщился, словно даже этот безобидный напиток причинял ему дискомфорт. В столовой раздался тихий хлопок, и перед каждым слизеринцем возникла небольшая серебряная чаша, наполненная дымящейся зеленоватой жидкостью. Блейз с благодарностью схватил свою порцию и залпом выпил. Лицо его слегка исказилось от отвращения, но уже через минуту он выглядел значительно лучше. Драко последовал его примеру, и тяжесть в его голове начала постепенно отступать, словно кто-то снял с нее давящий груз. — Спасибо, милая, — буркнул Драко, отодвигая пустую чашу. — Ты спасла мою жизнь. Гермиона улыбнулась, потянувшись за тостами с тунцом. Она готова была молить Мерлина, чтобы токсикоз никогда больше не мучал ее, и такие обеды приносили лишь удовольствие. — Всегда пожалуйста, — промурлыкала Гермиона, с удовольствием вдыхая аромат свежего хлеба и тунца. Она украдкой взглянула на Драко, заметив, как он расслабился после зелья. Тишину столовой нарушал лишь тихий звон столовых приборов и приглушенные вздохи слизеринцев, приходивших в себя после бурного празднования. Гермиона наблюдала за ними с легкой усмешкой, ощущая теплое чувство благодарности за то, что ее собственное состояние позволяло наслаждаться обедом в полной мере. Драко, наконец, решился попробовать тост с ветчиной и сыром, осторожно откусывая маленький кусочек. Казалось, вкус еды его удивил, и он, с некоторой опаской, съел все остальное. Блейз, напротив, вернулся к жизни с невероятной скоростью и уже вовсю набивал рот блинами, запивая их тыквенным соком. Он, казалось, полностью забыл о своем недомогании. — Ты не отлипал от Велиссы ни на минуту, друг, — прервал тишину Драко, насмехаясь над мулатом. Блейз подавился блином, закашлялся и уставился на Драко с укоризной. — Драко! — шикнула Гермиона наблюдая его довольное лицо. — Он влюбился в твою сестру, Грейнджер, — Драко потянулся, встречаясь с ней взглядом. Гермиона закатила глаза, зная, что сейчас начнется поток язвительных комментариев от Драко, и предпочла не вступать в перепалку друзей. Ей было слишком хорошо, чтобы портить себе настроение. Вместо этого она сосредоточилась на своем тосте, стараясь не обращать внимания на подколки Драко. Блейз, придя в себя после неожиданного заявления, бросил на Драко испепеляющий взгляд. — Не твое дело, Малфой, — проворчал он, снова набрасываясь на блины. — И вообще, Велисса — прекрасная девушка. Драко хмыкнул, но спорить не стал, прекрасно понимая, что Блейз сейчас в таком состоянии, что любая провокация может закончиться весьма плачевно для самого провокатора. Он перевел взгляд на Гермиону, которая с наслаждением жевала свой тост, и невольно улыбнулся. Ее безмятежное выражение лица контрастировало с их похмельными муками, создавая ощущение внутреннего покоя и гармонии. Он был рад, что она чувствует себя хорошо. После обеда, когда остатки похмелья окончательно отступили, слизеринцы, заметно оживившись, начали обсуждать планы на вечер. Блейз предложил сыграть в квиддич, Драко, как всегда, скептически хмыкнул, но в итоге согласился, предвкушая возможность надрать другу задницу своим тактическим гением. Гермиона, почувствовав прилив энергии, предложила прогуляться по окрестностям, наслаждаясь свежим воздухом и зимним пейзажем. Они вышли на заснеженную террасу, кутаясь в теплые мантии. Воздух был морозным и кристально чистым, а солнце, наконец, полностью пробившись сквозь облака, заливало все вокруг мягким золотистым светом. Гермиона глубоко вдохнула, ощущая, как ее легкие наполняются свежестью, и улыбнулась Драко, который нежно взял ее под руку. Снег хрустел под ногами, а вдалеке виднелись заснеженные вершины холмов, создавая ощущение сказочной красоты. — Какая трогательная картина. Не думала, что Драко такой заботливый пушистик, — хлопок трансгрессии, короткое, смоляное каре и зеленые глаза, лукаво поблескивающие в свете зимнего солнца. Пэнси, как всегда, появилась эффектно, врываясь в их идиллию. Она оглядела террасу, останавливая взгляд на каждом из них, словно оценивая их внешний вид и настроение. — Привет, Пэнс, — Блейз хмыкнул, проворачиваясь к девушке. — Выспалась? Паркинсон окинула слизеринцев оценивающим взглядом, задержавшись на руке Драко, нежно сжимавшей ладонь Гермионы. В ее глазах мелькнула тень, но она быстро скрыла ее за привычной маской вежливости. — Как видишь, да, — ответила Пэнси, поигрывая волшебной палочкой. — В отличие от некоторых, я умею веселиться, не теряя рассудок. Драко фыркнул, но промолчал, не желая вступать в бессмысленный спор. Гермиона, напротив, тепло улыбнулась Пэнси, искренне радуясь ее появлению. — Мы как раз собирались прогуляться, — сказала Гермиона. — Присоединяйся! — С удовольствием, — слизеринка поправила воротник изящной мантии и двинулась вперед. — Моя мать решила испортить мне Рождество, все утро отчитывала меня. — Что случилось? — поинтересовался Драко замедляясь, чтобы Гермиона поспевала за его шагом. — Вы наверное не читали газету? — Пэнси хмыкнула увидев на лицах друзей недоумение. — Новость о том, что Драко обручен на новоиспеченной Купер вызвала у нее истерику. Теперь она думает, что я останусь без мужа и буду всю жизнь сидеть в девках. — Не стоит обращать внимание, Пэнс, — сказал Драко, стараясь придать голосу непринужденность. — Ты же знаешь свою мать. Она всегда найдет, к чему придраться. Пэнси усмехнулась, но в ее глазах читалась благодарность за поддержку. — Да, я в курсе, — ответила Пэнси. — Но в этот раз она особенно постаралась. Устроила мне целый допрос с пристрастием, выясняя, почему я не смогла очаровать тебя так, как Гермиона. У гриффиндорки сжались легкие от таких откровенностей слизеринцев. Девушка невольно покраснела, чувствуя себя неловко из-за столь прямолинейного заявления. Она перевела взгляд на Драко, заметив, как его лицо слегка помрачнело. Ему явно не нравилось, когда его личную жизнь обсуждали в таком ключе, особенно в присутствии Гермионы. Блейз, стараясь разрядить обстановку, громко рассмеялся. — Да ладно тебе, Пэнс, — сказал он, хлопая ее по плечу. — Скажи спасибо, что она не знает, как ты сохнешь по Поттеру… Забини хихикнул и резко затих, понимая, что взболтнул лишнего. — Я придушу тебя собственными руками, Забини, — Пэнси поймала взгляд Гермионы и сжала зубы. Гермиона не знала, куда деваться от смущения. Информация о чувствах Пэнси к Гарри была для нее новостью, и она не понимала, как реагировать на это откровение. Ей было жаль Пэнси, оказавшуюся в столь неловкой ситуации, но в то же время она чувствовала некое облегчение от того, что слизеринка не видела в ней соперницу. Драко нахмурился, окинув взглядом своих друзей. Он не любил, когда выносили на всеобщее обозрение личные переживания других людей, особенно если это касалось его близких. Он понимал, что Блейз не хотел причинить зла, но его неуместная шутка явно задела Пэнси. Драко взял Гермиону за руку и слегка сжал ее ладонь, давая понять, что он рядом и поддержит ее в любой ситуации. Пэнси постаралась взять себя в руки, хотя ее щеки предательски покраснели. Она бросила испепеляющий взгляд на Блейза, молчаливо обещая ему жестокую месть за его болтливость. Затем она повернулась к Гермионе, стараясь улыбнуться, как можно непринужденнее. — Не обращай внимания, Гермиона, — сказала Пэнси. — Блейз просто любит приукрашивать действительность. На самом деле, я давно уже переросла свои детские увлечения. Блейз прыснул, а Гермиона кивнула, делая вид, что верит ей, хотя в глубине души понимала, что чувства Пэнси, скорее всего, никуда не исчезли. Она вспомнила, как сама в юности страдала от неразделенной любви к Рону, и ей стало искренне жаль слизеринку. — Какая красота! — воскликнула Гермиона, указывая на замерзший пруд, покрытый тонким слоем льда. — Здесь было бы прекрасно кататься на коньках. — На чем? — нахмурился Блейз, поворачиваясь к гриффиндорке. Гермиона удивленно посмотрела на Блейза, не понимая его вопроса. Неужели в волшебном мире не знают о коньках? Она попыталась объяснить, как это работает, описывая лезвия, прикрепленные к обуви, и скольжение по льду, но Блейз и Пэнси смотрели на нее с явным недоверием. Драко, однако, проявил больший интерес и даже задал несколько уточняющих вопросов, демонстрируя свойственную ему любознательность. — Звучит интересно, — заключил Драко, задумчиво глядя на замерзший пруд. — Может быть, стоит попробовать? — Серьезно, Малфой? — удивилась Пэнси, складывая руки на груди. — Хочешь убить себя непонятными лезвиями? Драко пожал плечами, демонстрируя свою готовность к новым впечатлениям. Гермиона воодушевленно поддержала его идею, загоревшись желанием познакомить друзей с одним из своих любимых развлечений. Она представила, как они все вместе, смеясь и неуклюже скользя, рассекают лед, и ее сердце наполнилось радостным предвкушением. — Я могу наколдовать коньки, — предложила Гермиона, вытаскивая волшебную палочку. — Правда, они будут немного… импровизированными. — Если ты уверена, что это безопасно, — проворчала Пэнси, с сомнением глядя на пруд. — Я, конечно, не против развлечься, но ломать себе шею в мои планы не входит. Гермиона заверила Пэнси, что будет очень осторожна, и принялась за колдовство. Взмахнув палочкой, она произнесла заклинание, и вскоре перед каждым из них возникла пара коньков, изготовленных из зачарованного льда. Они были не совсем похожи на те, к которым привыкла Гермиона, но вполне подходили для первого знакомства с этим видом спорта. Лед искрился и переливался в лучах зимнего солнца, словно приглашая их окунуться в мир зимних забав. Ветер легонько трепал их мантии, а от дыхания в морозном воздухе поднимался легкий пар. Первым на лед решился выйти Драко. Он осторожно поставил ногу на скользкую поверхность, тут же заскользив вперед, и отчаянно взмахнул руками, стараясь удержать равновесие. Его лицо исказилось от напряжения, на лбу выступили капельки пота. Гермиона подбадривала его, давая советы, как правильно двигаться и держать осанку. Блейз и Пэнси, стоя на краю пруда, с интересом наблюдали за его первыми неуверенными шагами, готовые в любой момент прийти на помощь, если он потеряет равновесие. — Сейчас я покажу, как правильно, — Гермиона потянулась за коньками, лежавшими на снегу, но светлая рука остановила ее. — Стой, где стоишь, Грейнджер! — Малфой на качающихся ногах, за секунду докатился до девушки и рывком забрал коньки из ее рук. Он крепко сжимал их, боясь, что упрямая девушка заберет их обратно. Гермиона нахмурилась, переводя на него негодующий взгляд. Ее брови сошлись на переносице, выражая явное недовольство. — Драко… — Ты не будешь кататься на этих самоубийственных штуках! — суровый голос был наполнен волнением и неприкрытым страхом. Его серые глаза метали молнии, выдавая его внутреннюю тревогу. — Драко, это всего лишь коньки, я хочу… — Я не могу держать себя на льду, и тем более не смогу спасать твою гриффиндорскую задницу! — он повысил голос, привлекая внимание Блейза и Пэнси. — Малфой, я тоже хочу попробовать, дай ей показать, как правильно это делать, — возразила Пэнси, переминаясь с ноги на ногу, но наткнулась на загоревшиеся яростью серые глаза. — Ничего с твоей принцессой не случится. Когда Драко не мог что-то контролировать, он начинал злиться, и сейчас именно та ситуация, когда он хотел убить Пэнси и трансгрессировать Грейнджер подальше от этого злополучного льда. Беременность девушки делала из него заботливую няньку с тревожным расстройством. — Дело не в тебе, Пэнс, — процедил Драко, стараясь унять дрожь в коленях. — Просто… это опасно. Лед скользкий, можно упасть, удариться… — И что? — не унималась Панси, складывая руки на груди. — Мы же волшебники, в конце концов! Можем вылечить что угодно. Блейз смотрел на эту картину с максимально самодовольным выражением лица, прислонившись к дереву. Его явно забавляла эта перепалка, и он не собирался вмешиваться, наслаждаясь разворачивающимся представлением. — Не все, Пэнси, не все, — Драко понизил голос, стараясь говорить более убедительно, и шагнул к ней. — Есть вещи, которые магия не может исправить. И я не хочу рисковать. Гермиона видела, как Драко борется с собой, и ей стало жаль его. Она понимала, что его страх продиктован заботой о ней и ребенке, и не хотела усугублять его тревогу. Она мягко коснулась его руки, стараясь успокоить. — Хорошо, Драко, — сказала Гермиона, глядя ему прямо в глаза. — Я не буду кататься. Но ты можешь попробовать еще немного. Я буду держать тебя за руку. Драко, немного успокоившись, кивнул и снова попытался скользить по льду, на этот раз чувствуя себя немного увереннее. Гермиона шла рядом, поддерживая его и давая советы. Блейз и Пэнси, наблюдая за ними, переглянулись и тихонько захихикали. На их лицах играли озорные улыбки, намекающие на то, что они понимают всю комичность ситуации. — Ну и ладно, — буркнула Пэнси, скрещивая руки на груди. — Зато мы можем пойти в поместье и выпить вина. — Отличная идея, — подхватил Блейз, подмигивая Пэнси. — А то здесь скоро станет слишком приторно.

***

Гермиона умылась теплой водой, стоя у каменной раковины в ванной комнате, чтобы замерзшие пальцы немного отогрелись. Горячая вода приятно обжигала кожу, возвращая ей чувствительность, и она прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. В воздухе витал легкий аромат лаванды и роз, которым благоухало мыло ручной работы. Все попытки Драко наложить на нее согревающее заклятие были отбиты самой девушкой. Ей хотелось чувствовать себя живой, мерзнуть, греться, грустить и смеяться. Видимо, гормоны очень сильно давили на ее эмоциональное состояние. Она вытерла лицо мягким махровым полотенцем кремового цвета и направилась в столовую, где ее ждали друзья. Гриффиндорка присоединилась к ужину слизеринцев и с удовольствием уплетала запеченную утку, с круглым картофелем, сидя за длинным дубовым столом, покрытым белоснежной скатертью. Аромат жареного мяса и душистых трав наполнял просторную комнату, создавая уютную и аппетитную атмосферу. Большие окна открывали вид на заснеженный сад, усыпанный мерцающими огоньками. Домовики поместья Забини, как всегда, готовили потрясающе. Драко выпивал огневиски, постоянно чокаясь с Блейзом хрустальными бокалами и, кажется, не замечая, что повторяет вчерашнюю историю. Его щеки покрылись румянцем, а речь становилась все более оживленной. Выпивая апельсиновый сок из высокого стакана, Гермиона смотрела на довольную Пэнси, которая с любопытством слушала рассказ Дафны о романе Астории и Нотта. Слизеринка закинула длинную ногу в туфельке из змеиной кожи на ногу, демонстрируя стройные щиколотки, и теребила ножку хрустального кубка из тончайшего стекла длинными накрашенными алым лаком пальцами. Само совершенство. Ее движения были изящными и грациозными, словно она была рождена для роскоши и великолепия. В камине весело потрескивали дрова, отбрасывая теплые блики на лица присутствующих, создавая расслабленную и дружелюбную обстановку. Закончив с ужином, Гермиона почувствовала легкую усталость. Зимний день и свежий воздух сделали свое дело. Она откинулась на высокую спинку стула, обтянутую бордовым бархатом, ощущая приятную мягкость под спиной. Она наблюдала за своими друзьями. Драко, захмелевший от огневиски, увлеченно рассказывал Блейзу какую-то нелепую историю из их школьных лет, размахивая руками и громко смеясь. Его светлые волосы растрепались, а щеки покрылись румянцем от выпитого. Блейз откинулся на спинку стула, снисходительно улыбаясь выходкам друга. Дафна и Пэнси сидели напротив, потягивая вино из тонких бокалов и обмениваясь колкими замечаниями. — Ты согрелась? — спросил Драко, замечая задумчивость девушки и слегка заплетающимся языком. — Да, спасибо, — улыбнулась Гермиона, стараясь скрыть зевок, и прикрыла рот ладонью. — Выпей с нами, Грейнджер, — сказала Пэнси, игриво облизнув капельки вина с пухлых губ. — Ты не пила и вчера, пропуская все Рождественское веселье. Гермиона напряглась, переглядываясь с Драко. Слизеринец нахмурился, бросив быстрый взгляд на живот Гермионы. — Может, уже расскажете, что происходит? — Пэнси со стуком поставила кубок на стол, отчего вино расплескалось по скатерти, прищур зеленых глаз говорил о том, что они попались. Гермиона вздохнула, понимая, что откладывать больше нет смысла. Она посмотрела на Драко, ища поддержки, и тот кивнул, сжимая ее руку под столом. — Хорошо, — начала Гермиона, собираясь с духом. — Я… мы ждем ребенка. — Мерлиновы панталоны… Дафна и Блейз прыснули, наблюдая за вытянувшимся лицом Паркинсон, и попытались сдержать смех, прикрывая рты руками. Пэнси застыла, словно громом пораженная. Тишина в столовой стала почти осязаемой, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине и тихим стуком сердца Гермионы. Блейз и Дафна, с трудом сдерживая смех, переглядывались, ожидая реакции подруги. Драко нервно сжал руку Гермионы под столом, ощущая ее волнение. — Ребенка? Вы… серьезно? — наконец проговорила Пэнси, ее голос звучал немного сдавленно. — Мерлин… Я… Я не знаю, что сказать. Пэнси резко встала из-за стола, и ее стул с грохотом упал на пол, нарушив идиллию. Все взгляды были прикованы к ней, ожидая взрыва. Но вместо этого она обошла стол, сбрасывая на ходу туфли на высоком каблуке, и крепко обняла Гермиону, прижавшись щекой к ее волосам. — Поздравляю, — прошептала она, и в ее голосе слышалась искренняя радость. — Я так рада за вас обоих. — Я все думала, когда же ты догадаешься, — цокнула Дафна, явно недовольная недальновидностью подруги. Пэнси отстранилась, вытирая тыльной стороной ладони несуществующие слезы, и внимательно посмотрела на подругу. Она окинула взглядом пару, и на ее лице расцвела широкая улыбка. — Значит, вот почему ты не пьешь, и вот почему Драко ведет себя как наседка. Черт возьми, я должна была догадаться раньше! — воскликнула она, стукнув кулаком по столу. — Ну, это великолепно! Когда свадьба? Драко закатил глаза, но на его губах играла слабая улыбка. Он переплел свои пальцы с пальцами Гермионы, глядя на нее с нежностью. — Свадьба подождет, Пэнс, — усмехнулся Драко. — Сейчас главное, чтобы Гермиона чувствовала себя хорошо. Пэнси хмыкнула и недовольно посмотрела на блондина. — Ты просто чертов лукотрус, Малфой! — сказала Пэнси, тыкнув в парня пальцем, словно отчитывая его за плохое поведение. — Любовь всей твоей жизни беременна, а я до сих пор не покупаю новое платье на вашу свадьбу! Драко шумно выдохнул, откидываясь на высокую спинку стула и почесывая переносицу. Он понимал, что Пэнси имеет в виду, и ее слова, как ни странно, согревали душу. В ее напускной браваде всегда скрывалась неподдельная забота, которую он ценил больше всего. Он посмотрел на Гермиону, ища поддержки, но та лишь пожала плечами, лукаво улыбаясь. — Не волнуйся, Пэнс, — засмеялась Гермиона. — Свадьба обязательно будет, но чуть позже. Сейчас у нас другие приоритеты. Пэнси уселась обратно за стол, наливая себе вина дрожащей рукой. Она сделала большой глоток, словно пытаясь прийти в себя после услышанного. — Ладно, ладно, я понимаю, — пробормотала она, ставя бокал на стол. — Но это не значит, что я не буду планировать девичник заранее! И не думайте, что я позволю вам выбрать дурацкое платье. У меня уже есть несколько идей. Блейз и Дафна дружно рассмеялись, глядя на возбужденную Пэнси, которая уже доставала из сумки перо и пергамент, чтобы начать составлять список гостей и продумывать детали торжества. Драко лишь закатил глаза, но было видно, что ему приятно видеть, как его друзья радуются за них. — Только попробуй заказать стриптизеров, Паркинсон, — проворчал Драко, но в его голосе не было и тени раздражения. — Никаких стриптизеров, Малфой, — отмахнулась Пэнси, увлеченно строча что-то на пергаменте. — Только лучшие спа-салоны, изысканные коктейли и, может быть, небольшой урок соблазнения. Все для того, чтобы ты блистала в свой особенный день, Грейнджер. Гермиона рассмеялась, представив себе эту картину. Она знала, что с Пэнси скучно не будет, и была благодарна ей за поддержку и энтузиазм. — Главное, чтобы я смогла выдержать все эти излишества, — пошутила Гермиона, поглаживая свой пока еще плоский живот. — Ерунда, — отмахнулась Пэнси. — Мы будем следить за тем, чтобы ты чувствовала себя комфортно. И, конечно же, никаких алкогольных коктейлей для будущей мамочки. Только свежевыжатые соки и витаминные напитки. Вечер прошел в обсуждении предстоящего события. Пэнси фонтанировала идеями, Дафна с Блейзом подбрасывали свои предложения, а Драко старался контролировать ситуацию, напоминая всем о необходимости учитывать самочувствие Гермионы.

***

Смеясь, Драко потянул девушку в сторону спальни, которую им выделил Забини. Комната располагалась в в восточном крыле поместья и отличалась особой лаконичностью и уютом. Когда Гермиона мягко толкнула его, запрокинув голову и лукаво взглянув на него снизу вверх, он резко выдохнул и, подхватив ее в охапку, закинул себе на плечо. Его резкое движение заставило Гермиону вскрикнуть от удивления, и ее руки инстинктивно вцепились в его мантию. — Драко! Поставь меня на место! Это не смешно, — возмущенно воскликнула Гермиона, колотя кулаками по его спине. Каждый ее удар отдавался легким эхом, но Драко, казалось, не замечал этого. — Ни за что, Грейнджер! Я соскучился и голодный, как волк, тебе от меня не убежать, — слизеринец поглаживал ее бедра, ловко поднимаясь по широкой мраморной лестнице. Перила были украшены резными узорами, а стены увешаны старинными портретами. Внизу, в столовой, остались смеющиеся друзья, наблюдающие за этой забавной картиной. Свет от канделябров, мерцая, играл на стенах, создавая причудливые тени. Драко нес Гермиону по лестнице, весело смеясь над ее возмущенными протестами. Дом наполнился эхом их звонкого смеха, перемешанного с возгласами удивления от друзей, оставшихся в столовой. Он крепко держал ее, ощущая тепло ее тела сквозь тонкую ткань платья, слегка скользившего вверх по ее бедрам. — Ты несносный болван, Драко! — Гермиона смеялась, хватаясь руками за спину парня, чтобы не свалиться. Ее волосы растрепались, а щеки покрылись легким румянцем. Оказавшись в спальне, Драко осторожно опустил Гермиону на кровать, застеленную мягким покрывалом цвета слоновой кости. Он стоял, слегка запыхавшись, наблюдая, как она, запыхавшись, поправляет растрепавшиеся волосы. В комнате царил полумрак, освещенный лишь мягким светом камина, в котором уютно потрескивали дрова. Теплые языки пламени отбрасывали пляшущие тени на стены, создавая атмосферу уюта и интима. Он опустился рядом, притягивая ее к себе в объятия. В его глазах играли искорки смеха, но они смешивались с беспокойством. Он провел пальцем по ее щеке, нежно касаясь кожи. — Прости, я не хотел тебя напугать, — прошептал он, целуя ее в висок. — Драко, сейчас же прекрати, — смеясь, попыталась отстраниться Гермиона, но Малфой не отпускал ее, осыпая лицо поцелуями. Он нежно касался ее губ, щек, лба, словно боясь причинить ей малейший дискомфорт. — Твои друзья ждут нас. — Подождут, — пробурчал он, спускаясь к ключицам. Он провел языком по ее шее, вызывая легкую дрожь. — Сейчас ты нужна мне больше. Он жадно впился в ее губы, выражая всю ту нежность и страсть, что накопилась в нем за время их недолгой разлуки. Гермиона ответила на его поцелуй с такой же силой, забывая обо всем на свете, кроме его прикосновений. Руки Драко нежно сжали ее талию, притягивая ближе. Мир сузился до размеров этой уютной комнаты, до их тел, сплетенных в объятиях. Он медленно расстегнул перламутровые пуговицы на ее платье, нежно целуя каждый участок кожи, который открывался его взору. Она зарылась пальцами в его волосы, притягивая его ближе, желая ощутить его всем своим существом. Дыхание участилось, щеки покрылись румянцем. Платье скользнуло на пол, обнажая ее нежную кожу, и Драко, не отрываясь от ее губ, провел рукой по ее изгибам, чувствуя трепет ее тела в ответ. Он понимал, что сейчас они должны быть особенно осторожны, но желание обладать ею было сильнее любого разума. Он обожал ее запах, вкус, каждый изгиб ее тела. Гермиона для него была целой вселенной, которую он хотел познавать бесконечно. Она застонала от удовольствия, когда его губы коснулись ее шеи, оставляя легкие поцелуи. Его руки нежно сжали ее бедра, притягивая ближе, и она почувствовала, как его возбуждение нарастает. Внутри бушевал огонь, разжигаемый его страстью, и она знала, что не сможет ему сопротивляться. Комната наполнилась тихими вздохами и томными стонами. Свет от камина играл на их обнаженных телах, подчеркивая каждый изгиб и контур. Драко нежно ласкал ее, словно боясь причинить боль, а Гермиона отвечала на его прикосновения с нескрываемой страстью, царапая его спину и шепча его имя. За окном кружились снежинки, создавая уютную и романтическую атмосферу. В этот момент для них существовали только они двое. Несколько часов спустя, закутавшись в теплое шерстяное одеяло, они лежали в объятиях друг друга, наслаждаясь тишиной и покоем. Драко нежно гладил живот Гермионы, представляя, каким будет их малыш. Он знал, что их жизнь изменится навсегда, но нисколько не боялся этих перемен. С Гермионой рядом он был готов ко всему. Он прижал ее к себе крепче, вдыхая аромат ее волос, и закрыл глаза, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.