Импульсное расстройство

Габриэль Аттерсон являлся одним из близких друзей доктора Джекила. Они дружили уже много-много лет, но иногда могли не видится неделями. Каждый из них был занят своими делами, поэтому они не хотели часто тревожить друг друга, понимая значения важности их работ. Габриэль не пропускал ни одну научную статью своего друга, хотя прекрасно знал, что мог не понять ничего. Всё-таки наука — это не его стихия. Но он всё равно читал, пытался понять суть, а потом писал письмо, в котором говорилось, что доктор хорошо постарался, статья вышла замечательная и многое другое. Как и обычно Аттерсон проводил почти весь день в своём кабинете, где разбирал разные бумаги. Иногда мужчина прерывал свою работу, чтобы выпить чашку чая, когда он находился в смятении или просто хотел отдохнуть от дел. Обычно так проходил день этого человека. Несколько раз в неделю он проводил время со своим кузеном, гуляя по улицам Лондона, а все остальные дни были заняты работой. Но сегодня Аттерсон сидел и просто вспоминал прошлое, сидя на диване и смотря на портрет, который висел на стене в аккуратной раме. Он видел себя, ещё совсем юным со своими друзьями, с которыми у него остались те хрупкие отношения, которыми он дорожил. Но вдруг кто-то тихонько постучал в дверь и вошёл в комнату. — Вам письмо от мистера Джекила, — сказал пожилой мужчина, держа в руках конверт. Аттерсон встал с дивана и быстрым шагом подошёл к дворецкому. Поблагодарив его, он забрал конверт и направился к своему столу. Присев, мужчина не долго думая, открыл письмо и быстро прошёлся взглядом по тексту. — Приглашение? Давно мы с ним не виделись. Аттерсон тяжело вздохнул. Он был рад получить приглашение от своего старого друга, но почему-то что-то внутри говорило не ходить, не приближаться к этому человеку. Габриэль на это лишь нахмурился. Он не мог понять, что за чувство паники проскользнула в его душе. Скинув это на свою старческую натуру, Аттерсон больше не думал насчёт этого. Отложив письмо, мужчина тяжело вздохнул и вернулся к своей работе, которую он бросил ради воспоминаний о своей давно ушедшей молодости. Рано утром нотариус отправился в гости к своему дорогому другу. Он действительно хотел пообщаться с Джекилом, так как волновался за его состояние, они ведь так давно не виделись. —Мистер Аттерсон! Звонкий голос окликнул Габриэля. Мужчина знал его и никогда не спутает с другим. Мистер Энфилд всегда был рад встретить своего дальнего родственника на улице, он любил их тихие прогулки по Лондону. —Мистер Энфилд, доброе утро. —Вы довольно рано сегодня вышли на прогулку. Или это какой-то особый случай? —спросил Ричард, идя рядом с Аттерсоном. —Мой давний друг пригласил меня в гости, мы давно с ним не виделись. Энфилд понимал о ком толкует мистер Аттерсон. Вечерами мужчина рассказывал о временах, когда они учились вместе. Сейчас же Ричард знает доктора Джекила не только из рассказов своего кузена, но и по его работам, чаще в области психологии. Сами они лично не были знакомы. —Не желаете навестить его со мной? —Если он будет не против.— Энфилд хотел познакомиться с другом Аттерсона, из его уст Джекил показался ему интересным человеком. —Я думаю, он будет даже рад. Стоя перед дверью дома Джекила, Габриэль позвонил в дверной звонок и через пару секунд её открыл дворецкий: —Ох, мистер Аттерсон, здравствуйте, Доктор Джекил уже ожидает вас.— после Пул посмотрел на молодого человека позади нотариуса. Энфилд поздоровался, выглядел он взволнованно. —Спасибо, Пул.—Габриэль улыбнулся дворецкому, и тот уже хотел поинтересоваться, кто стоит за ним, как послышался голос самого хозяина дома. —Мистер Аттерсон, я так рад, что вы зашли, да и не один, —Джекил взглянул на его кузена, —Как вас зовут, молодой человек? —Мистер Энфилд, сэр. Пул поставил поднос на столик и, обслужив гостей, поспешил удалиться. —Значит вы читали мои работы? — поинтересовался доктор у Энфилда. — И что вы думаете? —Я восхищён, мне нравится, как вы умеете раскрывать личность человека. Я иногда зачитываюсь вашими работами, вы действительно потрясающий человек, доктор Джекил.—Ричард мило улыбнулся Генри, видимо он действительно восхищается этим филантропом. —Рад, что вы оценили мой труд. Мистер Аттерсон, вам стоило раньше нас познакомить. —Да, я рад, что вы поладили. После этого взор Аттерсона упал на газету, лежащую на столе. Небольшой заголовок говорил о неприятном происшествии, случившегося ночью. Джекил заметил интерес своего друга. —Неприятная ситуация, — сказал доктор, нахмурив брови, — сбить девочку с ног и ещё предлагать деньги… —Так мало показаний, даже имя не огласили. — сказал мистер Энфилд, взяв газету в руки. —А вы присутствовали? — Генри резко поднял взгляд на Ричарда. —Да, Джекил, мистер Энфилд был там, — сказал Аттерсон, серьёзно посмотрев на друга, — и имя этого человека мистер Хайд, и мы оба знаем, что оно значит. Джекил вздохнул и вновь посмотрел на Ричарда: —Как я понимаю, вам пришлось иметь с ним неприятное дело. Мистер Энфилд странно взглянул на доктора. —Д-да, эта личность весьма неприятная, мне пришлось пойти вместе с ним в банк, чтобы проверить подлинность чека, также мистер Хайд выделил сто фунтов «в качестве компенсации».—Энфилд тяжело вздохнул, вспомнив разговор в банке. «Мне нравится ваша упертость и настойчивость. Вы меня заинтересовали» . Джекил задумался и кажется начал что-то понимать. —Судя по вашему лицу, мистер Хайд у вас так же вызвал неприятные ощущения? —Почему вы так интересуетесь? —Энфилда напрягала эта ситуация. Он сам был в плохом настроении после происшествия, и вспоминать это ему было тяжело и неприятно. —Видите ли, мистер Энфилд, мистер Хайд в будущем может получит наследство доктора Джекила, — вмешался мистер Аттерсон, заметив, как нервничает его кузен, — и раз мы затронули эту тему… Габриэль строго посмотрел на напряжённого Генри: — Джекил, все же я пока не буду подписывать ваше завещание. Я и раньше не был в восторге от вашего выбора. И из рассказов мистера Энфилда и моего личного разговора с мистером Хайдом, этот человек вводит меня в заблуждение. Я действительно беспокоюсь за вас, Джекил. Ричард посмотрел на Аттерсона, а после встретился со взглядом доктора. Ему было стыдно, он ведь сейчас оскорбил его наследника. —Простите, доктор, я не знал… —Не извиняйтесь, мистер Энфилд, я все прекрасно понимаю. Неужели мистер Хайд вызывает у вас отвращение? Ричард отложил газету и потёр руки, поняв, что доктор просто так не отстанет. Он его преемник, а Энфилд слишком сильно уважает доктора, чтоб не ответить просто так. —Я не хочу показаться грубым, но в нем присутствует нечто отталкивающее и какое-то уродство, хоть на внешность мистер Хайд совсем обычный. —Джекил, я думаю вам стоит прекратить разговор… —вмешался мистер нотариус, он переживал за состояние своего родственника. —Н-не стоит, Аттерсон, я понимаю интерес доктора.—Ричард улыбнулся Габриэлю, успокоив его. Доктор Джекил спокойно вздохнул и вновь обратился к Энфилду. —Благодарю за понимание, я в последнее время часто интересуюсь поведением людей, — в шутку сказал Генри. — я знаю, что мистер Хайд не особо знаком с рамками приличия и может нагрубить кому-нибудь, он вас не оскорбил? —Нет, скорее наоборот, он больше меня похвалил… Джекил поднял брови. Так вот кто произвёл впечатление на Эдварда Хайда, человека, который не знает сочувствия, взаимопонимания и вообще понятия о «добре». Аттерсон заметил резкую смену настроения друга и решил отложить разговор о завещании. Проводив гостей, доктор Джекил сразу же отправился в лабораторию. Он открыл журнал и сел перед камином, сложив руки в «замок». —Теперь понятно кто это был. Мистер Хайд, вы тоже меня впечатлили,—думал вслух доктор, — но мистер Энфилд не мог вас просто так зацепить. —Джекил что-то написал в журнале и подошёл к маленькому и единственному окну в помещении. —Весьма любопытно… Абсолютное зло проявило интерес к добру. Доктор взглянул на свой рабочий стол, где стояли пробирки с реактивами и его взор остановился на сыворотке светло-зелёного цвета.