Отречённые

      Видимо ванная находится где-то в другом месте, ибо за дверью оказалась кухня. Хотя, как кухня — кухонька. Совсем маленькое тесное помещение, полностью заставленное мебелью, хотя её было не так много. Раковина, плита с духовкой, стиральная машина, квадратные стол и четыре стула, несколько шкафчиков, которые висели вдоль стены. Окно было открыто, белая занавеска раздувалась из-за ветра. Обстановка казалась бы очень даже уютной, если бы не присутствие Марии. Её движения, мимика и манеры считались бы эталоном женственности и грации в веке, так, восемнадцатом. Но лично мне она показалась странной.       Девушка поставила металлический чайник, после чего из шкафчика достала другой, поменьше. Это был заварочный чайничек, что тоже показалось мне странным, ведь мы живём в век «чайных пакетиков»… Мы с Ларри уселись за стол. Девушка бросила на нас холодный взгляд, после чего тоже присела, сложив руки в замок и выпрямив спину. Осанка у неё, конечно, идеальная.       — У нас есть время, пока не закипел чайник, — строгим голосом выдала девушка. Почему её присутствие так давит на меня?       — Нам нужна информация о человеке, с которым ты… — Ларри замешкался, — Вы вместе с Эммой выезжали на заказ. Ты можешь описать заказчиков? — Девушка опустила глаза на свои руки.       — Что-то припоминаю. Светловолосый смуглый молодой человек с неприятной для меня манерой речи, с ним была Эмма и… ещё один парень.       — Либо она глупая, что навряд ли, либо что-то темнит. Ларри поднял брови и с недоумением посмотрел на девушку.       — А… это… внешность описать можешь?       — Мария поднялась со стула с ещё более строгим видом, чем у неё был до этого.       — Чайник кипит, — уходит от разговора. Мы с Ларри переглянулись. Эх, всё было бы куда легче, если бы мы знали, с кем сейчас Трэвис. Вдруг он просто обзавелся друзьями наверху, и это вовсе не Тигр?       Через минуту передо мной стояла чашка чая. Кстати, пить мне хотелось сильно. А вот Ларри к напитку притрагиваться не собирался, лишь сверлил Марию взглядом. Вроде бы хотел ей что-то сказать, но увидел, что я подношу к губам чашку и…       — Дурак, не пей это! — он выбил чашку из моей руки, после чего та грохнулась на пол, но не разбилась, но всё содержимое плеснуло на пол. — Разве не заметил? — Я вообще ничего не понял.       Ларри посмотрел на Марию с дикой злостью… и, что пугало, она с не меньшей злостью смотрела на Ларри.       — Отпей, — Мария отпивает из своей чашки. — Из моей отпей. — Ларри пододвинул свою чашку ближе к девушке. Черноглазая лишь бросила на неё надменный взгляд, после чего они с Джонсоном продолжили играть в «гляделки».       — Ты тоже на него работаешь. На Тигра. Из-за твоей неаккуратности я полностью раскусил вашу схему, — сказал патлатый и откинулся на спинку стула.       — Ни черта ты не знаешь, — девушка же напротив подалась вперёд, уперевшись локтями на стол.       — Не недооценивай меня, — ещё чуть-чуть, и они вцепятся друг другу в глотки. — Нихуя ты не работница борделя. Кто ты такая? — Ну вот как? Как Джонсон это понял? — Хотя, чего я спрашиваю, я и без этого понял, кто ты такая. — Девушка издала звук, похожий на рык. — Вы же это заранее всё спланировали? И зачем? Чтобы усыпить меня и убить во сне? Такие теперь у Тигра методы?       — Какой ты догадливый. Тигр рассказывал мне о твоих талантах, но я не думала, что такой пустозвон и правда на что-то способен, — положила ногу на ногу.       — Значит и Трэвис с вами… Ты специально устроилась в бордель, чтобы вас, а именно — тебя и Эмму, заказал Трэвис, а я получил от неё информацию и пришёл бы сюда. А дальше всё очевидно, снотворное, потом дно реки или ещё что похуже. Неужели нужно так изгаляться, чтобы убить меня?       — И, тем не менее, не вышло, — я вообще охуел с того, что сказал Ларри.       — Ты правда держишь меня за идиота? По-моему, в той сахарнице нихуя не сахар. Да и любой бы нормальный человек, прежде чем класть, спросит нужно ли, сколько ложек или что-то подобное. Первая странность. Вторая — ты «посластила» чай только нам. Я бы не обратил внимания, если бы не один факт, — Ларри встал, девушка понурила взгляд и смотрела куда-то вниз, — я не пью сладкий чай.       — У вас три секунды, чтобы свалить.       — Отлично, мне хватит, — «мне»? Он что-то задумал. Джонсон не перестаёт меня удивлять.       Ларри вроде бы пошёл, к выходу… Вдруг он резко подался в сторону девушки и, прислонив свою ладонь к её затылку, стукнул головой об стол, после чего Мария вырубилась. Бедняга даже среагировать не успела.       — Ларри, ты чё творишь, варвар, она же…       — Угроза. Нельзя её оставлять, — Ларри оторвал тонкую ленту от подола платья Марии и связал ей руки. Разве так можно с девушкой… Хотя, по сути, она нас чуть не убила. Сейчас я чувствовал себя беспомощным школьником. Ларри был прошареннее меня, это-то нас и спасло. Будь он, как я… всё бы закончилось плохо. Нет от меня пользы.       Пока я стоял и гнобил себя, Джонсон взвалил девушку на плечо. Короче, ничего нового, я уже вообще не удивляюсь.       — Ты просто вынесешь её из здания у всех на глазах? А если кто-то доложит легавым?       — Само существование этого борделя незаконно, а ты говоришь что-то про легавых. Никто ничего не скажет, не ссы. Меня тут все знают, — Ларри был серьёзен как никогда. Или это злость? В общем, из здания мы действительно вышли без приключений. У дверей всё ещё толпились… работницы заведения, но они даже глазом не повели. Видимо и не такое им приходилось наблюдать.       Я сел на переднее сидение рядом с водительским, пока Ларри пытался уложить Марию на заднем.       — Как бы не ёбнулась… Жалко всё же марать такое личико, — с усмешкой сказал Ларри.       — Ты охуел, Джонсон?       — Ну извиняй. И вообще, раньше я был убежденным натуралом, так что имею право.       — Не имеешь! — Ларри уселся за руль.       — Малышка ревнует? — сказал патлатый и залился смехом.       Я чувствовал, как моё лицо начинает гореть от смущения.       — Тупица. Иди ты нахер…       — Нууу, Салли, то в любви признавался, а то теперь я тупица, — сквозь смех сказал Ларри, на что я стянул с лица протез и стукнул им ему по макушке. Джонсон непринуждённо потер ушибленное место, после чего оправился от смеха, и мы двинули обратно.

***

Спустя полтора часа я уже развалился вдоль кровати, уложив голову на живот Ларри. Марию мы оставили на Сэм в её бараке, пока не очнётся. Так надёжнее. На самом деле, мне нравилось вот так, как сейчас, просто лежать и молчать. На самом деле, когда любишь человека, не всегда нужны слова. Мне хватало лишь его присутствия. Своими длинными пальцами Ларри перебирал мои волосы. По телу бегали мурашки, настолько это было приятно. — Ты из меня сейчас кишки выдавишь. Ляг нормально, — я послушно перелёг, и мы с Ларри оказались лицом к лицу. Он приподнял одну руку, намекая на обнимашки. Обниматься я люблю. Или просто люблю Ларри? Одно другому не мешает. Джонсон заключил меня в свои объятия, уткнув себе в грудь. Я чувствовал его дыхание на своей макушке. Сейчас было так спокойно. На мгновение показалось, что весь мир перестал существовать. И тут я невольно вспомнил свой сон. — Салли, ты можешь мне кое-что пообещать? — Ну… смотря что. — Если меня вдруг убьют, обещай жить дальше, и… — Тебя не убьют. — Но, Сал… — Тебя не убьют! — ну вот, разныться ещё не хватало. Из глаз лились слёзы. Одна лишь мысль об этом била меня разрядом тока прямо в сердце, отчего оно сильно колотилось и болело, а в горле застрял комок. Мы помолчали минут пять. — Салли, мне страшно. Наконец-то моя жизнь перестала быть серой, наконец-то я начал испытывать эмоции… Как в то время, когда ещё была жива мама. Сейчас я так же счастлив, как и тогда. Не хочу, чтобы это заканчивалось вот так. — Всё только начинается… — сквозь всхлипы сказал я. — Хах… точно, — я не нашёл в себе сил что-то добавить. Я просто сам не заметил как заснул в объятиях моего Джонсона.