Отречённые

      Я сижу напротив коробок, полных всякого барахла весь такой чистенький, аж сияю. Только вот я-то всё сделать успел, а Джонсон продолжает где-то ходить, ну как можно так долго? Я посмотрел на мобильник. Прошло уже три часа. Ну ахуеть.       А вдруг с ним что случилось? Похитили? Убили? Избивают? Так, Фишер, довольно думок. Как обычно, сам себя накручиваю. Моя вечная проблема, дико мешающая мне жить.       Слышу, как щёлкает дверь. Я выдохнул.       — Ну что, Салли… Что скажешь насчёт домика на окраине города? Скорее всего, Тигр быстро узнает, что мы там… его связи надёжнее моих. Но тем не менее есть тоненькая струйка надежды, что никто из моих друзей больше не умрёт, — почему-то мне очень сильно захотелось его обнять. А что мне мешает? Я окунулся в теплые объятия Ларри.       — Я рад даже гаражу, — несколько секунд мы молча стояли и обнимались. — А мы по адресу-то поедем?       — А у тебя есть план?       — Нет…       — Ну и какой тогда смысл? Действовать наугад не в наших интересах. Ход сделан. Мы уходим. Следующий ход за ним, — он как всегда прав. Нужно ехать.

***

      В дороге мы провели почти три часа, плюс, где-то час таскали вещи, хоть у нас их было и немного. Время было полпятого утра. Солнце уже начало появляться, и однотипные бетонные сооружения начали редеть, а затем и вовсе сменились пригородом. Красный солнечный диск показался над горизонтом, всё вокруг озарилось розовато-персиковым светом. Дорога не казалась серой, деревья не были зелеными. Мы будто в волшебной розовой сказке. Ларри изредка бросал на меня взгляд, пытаясь уловить мои эмоции.       Джонсон вложил свою правую руку в мою, продолжая рулить левой. Я облокотился на боковое стекло и просто наслаждался моментом, слушая тишину и шорох асфальта под колесами, вдобавок наслаждаясь видом. Это ведь второй рассвет, который мы встречаем вместе. Я чувствую то же спокойствие, что и тогда. Будто и не было ничего.       Где-то в глубине души я хранил надежду на то, что всё изменится. Что Тигр просто исчезнет, а вместе с ним и наши проблемы. Просто останемся жить в этом пригородном домике, забудем о подземном городе и о прежней жизни. Но нет. Забывать было нельзя. Слишком много слёз пролито и слишком большая цена заплачена. Назад пути нет. Поэтому я просто наслаждаюсь моментом пока могу.       Когда человек теряет связь с будущим, то есть не знает, что с ним будет завтра, послезавтра, через год, то он начинает ценить всякие мелочи. Вдруг Ларри дернул меня за руку.       — Смотри, — он улыбнулся, а я глянул в боковое стекло со стороны Ларри. Увидел деревянный, хорошо отделанный забор, выкрашенный под красное дерево, из-за которого торчала парочка голубых елей и красная кровля кирпичного дома. Ларри припарковался к забору.       — Вообще можно заехать на территорию, но давай сначала осмотримся. Надеюсь, ты заценишь.       — То есть ты знал, как выглядит дом?       — Выбирал самолично. Хотел тебя удивить… — Джонсон довольно оглядывал забор, достал из кармана маленький ключик. Немножко повозился с замком и открыл калитку. Моё сердечко чуть не лопнуло от восторга.       Участок был небольшим, но при этом ухоженным и аккуратным. Газон подстрижен, дорожка из какого-то бежевого камня, ведущая к веранде дома. Внизу, под самыми кронами елей, красовалась деревянная беседка. До чего же уютно.       Я выпучил глаза. Если уж снаружи так круто, что же внутри?       — Ларри, ты это…       — Снял. К сожалению, владеть недвижимостью пока не в праве, хотя, если подделать документы…       — Не важно. Хочу внутрь! — чувствовал себя маленьким ребёнком, ибо испытывал детский восторг. Хотелось визжать. Я вообще нафиг забыл о всём насущном. Да и как-то похуй, сейчас я счастлив, как никогда!       Поднявшись на веранду, я увидел, что она довольно просторная. Сам дом был из красного кирпича, а веранда из какого-то черного дерева, все столбы и перекрытия украшены резьбой. И это была действительно качественная резьба вьющийся розы. Чёрт возьми, как же красиво. Ларри повернул вторым ключом и отворил дверь, пропуская меня вперед. Дом был двухэтажный, но не сильно просторный. Передо мной открылся вид на гостиную, объединённую с кухней. Маленький стол, два стула, нормальный холодильник и плита, большая раковина! Потом я глянул на гостиную. Шторы в пол, прикрывающие достаточно большое окно, махровый диван цвета корицы и такие же кресла, стеклянный журнальный столик со всякой макулатурой от предыдущих хозяев и… ептель, камин!       Я глянул на Ларри глазами, полными удивления и восторга. А сам Джонсон лишь скрестил руки на груди и самодовольно смотрел на меня.       — Ладно, успеешь ещё меня отблагодарить, хоть я и без тебя знаю, что я самый чёткий чел на земле! — Ларри поплелся в сторону лестницы на второй этаж, которая проводила невидимую границу между кухней и гостиной. Видимо, там спальня, ванная и всё такое.       — Нет, Ларри, ты не самый чёткий, — я поплелся за Джонсоном, тот тем временем вопросительно и с ухмылкой обернулся в мою сторону. — Ты самый чёткий среди самых чётких! — Ларри засмеялся и сбежал с этих трех ступенек, что успел пройти, обхватывая меня за талию одной рукой. Вдруг я перестал ощущать ногами опору. Джонсон просто потащил меня под подмышкой как обычно таскают ковры в химчистку. Преспокойненько так, будто я вообще ничего не весил.       — ПООООСТААААААВЬ, УРОНИШЬ! — проорал я, на что Джонсон снова рассмеялся.       — Ни в коем случае!       — Агрх! Ларри, тупица, не зазнавайся! — я каким-то образом укусил его за руку, после чего… реально уронил! И я упал на… на кровать? Хера он быстро меня донёс.       — Ах ты ж мелкий, — прошипел Ларри, оглядывая пострадавшую руку. — Не любил бы тебя, как дал бы разок в ебучку, чтоб знал, как кусаться! Больно же!       — Ничего не знаю, сам виноват! — усмехаясь выдал я.       — Ну всё бля, мелочь, тебе жопа! — шуточным сарказмом прыснул Ларри, после чего начал заворачивать меня в «кокон» из одеяла. Я сопротивлялся, как мог. Тщетно. — Отпущу, когда станешь бабочкой, — Ларри снова в покате. Я поерзал на месте и понял, что реально не могу выбраться. От моего вида Джонсон залился ещё больше.       — Блиин, всё, прости, прости! Выпусти, мне жарко!       В общем, продурачившись так ещё минут пятнадцать, мы оба всё же разделись и улеглись под одеяло. Давно я не засыпал так спокойно и непринуждённо. Будто бы моя жизнь стала… нормальной? Мысли затуманились, разум постепенно отключился, и я перестал думать. Сквозь дрему слышал, как сопит Ларри, а потом и сам заснул.

***

      Я резко открыл глаза. Снова этот ебучий сон. Повернув голову, я глянул на Джонсона. Спит себе. Везучий. Нужно спуститься попить, горло сводило от жажды. По лестнице я спустился вниз, врубил свет и подошёл к раковине. Не найдя вокруг ни одной чашки, я начал пить прямо из-под крана. А что, мне не привыкать.       Напившись вдоволь, я бросил взгляд на камин. Подойдя, я разглядел его поближе. Обычный светло-серый камин без лишних выкрутасов. Я оглядел комнату и увидел на журнальном множество газет и прочей макулатуры, коробок спичек, напёрсток и какую-то шкатулку. Открыв её, я увидел множество цветных пуговиц. В общем, всякий хлам, оставленный предыдущими хозяевами.       Дурацкий сон… Спать теперь не хотелось вообще. И что мне делать теперь полдня?       Я схватился за коробок спичек и первую же попавшуюся газету. Я чиркнул спичку и над невыметенной золой зажёг газету, после чего одной рукой вынул из малюсенькой поленницы пару деревяшек и бросил всё гореть. Приятно запахло жженым деревом, и стало гораздо теплее. Я пододвинул кресло поближе к камину, после чего начал наблюдать, как медленно разгорается пламя, слушал его треск.       Я даже подумать ни о чем не успел, как почувствовал удар. Звон в ушах. Темнота.