Отречённые

      Я вылетаю из гаража со скоростью света, не успевая вообще о чём-либо подумать. Джонсон хватает мою руку, и мы бежим. Куда? Что происходит? Я глянул назад. Окровавленное тело Трэвиса и Тигр, поднимающийся с пола.       — Увернулся, гад! — на бегу комментировал Ларри. Мы находились в каком-то переулке, где, скорее всего, редко бывают люди. Да и время уже позднее. Из всех достопримечательностей здесь только пара мусорок и драных котов. Ларри немного притормозил, пропуская меня вперёд и разворачиваясь лицом к гаражу и вкладывая мне что-то в руку. Это… нож! Тот самый, с металлической полки!       — На всякий случай. Ничего другого нет. Видишь дверь с надписью «выход»? Беги туда.       — А ты?       — А я прикрою, чтобы этот говнюк не начал стрелять нам по спинам, — Ларри прицелился и сделал пару выстрелов. — Падла! Быстрее, Сал, быстрее! — я уже дергал ручку двери. Мы оказались в темном помещении, Ларри тут же закрыл дверь изнутри на щеколду.       — Я не ебу, насколько это надежно… Короче, не расслабляйся, бежим на крышу, если мы закроем её снаружи, то он нас точно не достанет, — Ларри начал бежать вверх по лестнице, я следовал за ним. Адреналин гнал кровь по всему телу, было настолько стремно, что я даже не чувствовал отдышки. Лишь боль в ступнях. Конечно, побегал, блять, босиком по асфальту.       — Какой у тебя вообще план?       — План?! — на бегу возмутился Ларри, — Удрать и спасти тебя! Мне было не до продумывания планов, знаешь ли! Когда этот пидорас скинул мне твою фотку, я словно в жопу ужаленный прибежал сюда.       — Заебись. Плана нет, — мы пробежали всего этажа три и вполне нормально так выдохлись, учитывая то, что мы бежали до этого. Ларри резко остановился.       — Всё, пиздец, не могу, — он пригнулся и уперся руками в колени, пытаясь отдышаться. Да я и сам, честно говоря, сделал бы передышку. Я смотрел на спину Джонсона, и почему-то мне становилось спокойно. Его присутствие явно хорошо на меня влияет. — Чувак… я рад, что ты жив, — он выпрямился и обнял меня двумя руками, кладя подбородок на мою макушку. — Я уж думал всё, пиздец, — я обнял его в ответ, прижимаясь всем телом. Как же тепло. Всю жизнь бы так стоял. Казалось, что нас теперь вообще никто не найдет. Мы в «домике».       Мы стояли и обнимались несколько секунд.       — Ладно. Походу, он потерял нас из виду, но этот хер хитрее, чем мы думаем. Лучше перестраховаться и переждать. Тут всего шесть этажей. Пошли.       Мы, ещё толком не отдышавшись, стали подниматься по лестнице. Вот теперь-то я чувствовал отдышку. Ещё и в боку колет, ну что за пиздец. И мне было совсем непонятно, что нам дальше делать. Ларри плелся по ступенькам и наверняка задавался тем же вопросом.       Наконец последний этаж. Перед нами железная лестница с перекладинами, ведущая на крышу. Ларри полез первый. Люк оказался открытым. Нам повезло. Джонсон толкнул дверь наружу, поднялся сам и тут же подал мне руку. Я кое-как забрался, Ларри присел на корточки, чтобы закрыть люк с нашей стороны на огромную задвижку. Непонятно, почему у этого люка задвижки с двух сторон, с внутренней и с внешней, но это явно нас спасло. Ларри поднялся.       — Ну, всё…       — Кхе-кхе, — послышалось где-то за нашими спинами. Я обомлел. По телу пробежала легкая дрожь, я не осмеливался обернуться. А вот Ларри тут же повернул голову, а затем развернулся полностью. Я видел его лицо, полное шока и страха.       — Ты… Чего блять? Как?       — Владею магией. Не недооценивай меня, Джонсон, — Тигр. Чёртов ублюдок, как он оказался здесь раньше нас? Я медленно развернулся. Чёрт. Мы точно в дерьме.       Джонсон схватился за пистолет.       — Тииише, Ларри, — Тигр достал свою пушку и поднял обе руки над головой. — Давай просто поговорим.       — Нам не о чем… — темнокожий бросил своё оружие в сторону Ларри.       — Будешь стрелять в безоружного? Тише, мы ещё сможем всё решить. Брось пистолет.       — Если только тебе в ебало, тварь! Ларри, не верь ему!       — Джонсон, угомони эту мелюзгу, — патлатый нахмурил брови.       — Рот закрой. Нахуя ты Трэвиса… Ты точно зверь.       — Брось свою штуку, и я тебе всё объясню, — какой дебил. Думает, что Ларри реально бросит пистолет? Да если б так случилось…       — У меня одно условие, — чего? Я не ослышался?       — Тупица, Джонсон, ты что творишь? — я был возмущён настолько, что не передать словами. А вот патлатый полностью меня игнорирует.       — Всё, что пожелаешь, Лааарри, — улыбаясь протянул Тигр.       — Отпускаешь Сала. Он уходит. Мне нужна гарантия, что он останется жив.       — Без проблем, пусть идёт домой, мне плевать.       Джонсон повернул голову в мою сторону.       — Уходи, — в смысле уходи?! Куда?! Не-не-не, никуда я не пойду!       — Хуй тебе, я останусь! Ларри, ты в своём уме?! Ты чего творишь вообще?! — патлатый бросил пистолет под ноги и пнул в сторону.       — УХОДИ, СЕЙЧАС ЖЕ! — у меня на глазах выступили слёзы. Плохо, что я без протеза, и их ничего не скроет.       — Сал, пожалуйста. Я уже бросил пистолет, иди. Доверься мне.       Мне пришлось засунуть свой язык куда подальше и послушно сделать так, как он просит. Я в последний раз обернулся на Джонсона, который провожал меня взглядом. Ларри начал двигать губами, говоря какие-то слова, но не издавая звука. По губам я смог прочитать его короткое «я люблю тебя», которое эхом отзывалось у меня в голове его голосом. Я тоже, Ларри. Я тоже.       Я уже спускался вниз по лестнице, боясь даже подумать о том, что происходит наверху. В глубине души я надеялся, что Тигр действительно хочет лишь поговорить. Какой же Ларри дурак… Рискует собой ради моего спасения. Дурак… дурак!       — ДУРАК! — крикнул я уже вслух, и с размаху стукнул кулаком по стене. Костяшки больно заныли. Да и плевать. Вдруг я обнаружил, что в другой руке всё это время был тот самый нож, про который я с успехом успел забыть. По щекам катятся слёзы. Я испытывал непонятный спектр различных эмоций: досаду, грусть, страх, обиду, ненависть да всё сразу. А ещё я переживал. Дико переживал за Ларри. Я вышел на улицу. Уже достаточно стемнело. Я пошёл куда-то по переулку. Вот где я, чёрт возьми? Куда идти?       Отойдя на достаточное расстояние от шестиэтажки, на крыше которой сам находился пять минут назад, я оглянулся. Нихуя не видно. Впрочем, неудивительно.       Он обязательно что-нибудь придумает, иначе он не будет Ларри Джонсоном. Нет, я не должен в нем сомневаться. Я глянул на нож в моей руке. В нём отражались звёзды.       Подняв голову и устремив взгляд к небу, я замер. Красиво. Луна тоже хороша. Такая полная и светлая. Только вот почему-то очень плохо освещает переулок, который оказался на удивление длинным. А откуда мы бежали? Где гараж Тигра? Заебись. Заблудился.       Я проходил переулок за переулком, поворот за поворотом. И почему тут везде такие одинаковые стены. Вдруг в темноте сверкнуло два жёлтых глаза. Кот?       Я вдруг вспомнил своего кота Гизмо, которого отец вышвырнул на улицу. Мне было лет двенадцать, вроде бы. Я тогда так переживал. Всё время подкармливал его за домом в одном и том же месте, пока Гизмо не перестал туда приходить. Как же я долго плакал.       Вслед за этим воспоминанием начали лезть новые. Я продолжал идти, уже не думая, куда. Просто шёл, куда приходилось.       Почему-то вспомнил маму и её блинчики с карамельным сиропом по воскресеньям. Мы с отцом их обожали. Она всегда смотрела на нас, когда мы довольно уплетали их за обе щёки, и всегда смеялась над папой, когда у него на усах оставались капельки сиропа. А папа… папа смеялся вместе с ней. Неужели этот человек когда-то смеялся?       Да уж. До встречи с Ларри я тоже на долгое время забывал про веселье. Хм, а ведь Джонсон никогда не пробовал блинчики с карамельным сиропом, лишь с шоколадным… Думаю, ему понравится. Стоп. Дверь с надписью «выход». Я что, вернулся туда, откуда пришел? Я ещё раз оглядел дом и даже заглянул за дверь. Похоже на то.       Я отошёл подальше, чтобы можно было что-то увидеть на крыше… Далеко идти не потребовалось, потому что я точно увидел два силуэта на краю. Какого хуя на краю?!       Сердце начало колотиться. Я пытался разглядеть, кто кого приблизил к краю, но тщетно. Блять. Ебучее дежавю.       Кулаки сжались до такой степени, что ногти уже врезались в кожу. Ладони вспотели, и в горле застрял комок. Паника. Мне страшно. Страшно.       Глаза начало пощипывать от слёз, но я не плакал. Будто слезинки лишь скопились в уголках глаз, готовые в любой момент пролиться.       Я стоял на одном месте, как вкопанный. Не могу пошевелиться или отвести взгляд.       Вдруг силуэты начинают совершать какие-то резкие движения, пока один из них не пошатнулся и не грохнулся прямо вниз, чуть ли не мне под ноги. Хоть бы это был не ты. Хоть бы не ты! Слёзы вырвались наружу, я подбежал к упавшему ближе.       — Блять. БЛЯТЬ. БЛЯТЬ! — я упал на колени, хватаясь за голову.       Это он…