Довакинство и магия (Скайрим-I).

      До Вайтрана мы добрались без приключений.       Бьорлам остался на конюшне обхаживать Амулета, а мы с Лидией и Дженассой направились в город.       Наш дом стоял на месте. Его не уничтожили варвары, не сожгли драконы и не разрушило стихийное бедствие. Я зашел внутрь и плюхнулся в небольшое кресло, стоящее рядом с очагом. — Какие планы? — спросила Дженасса. — Для начала мне нужно отнести Данике побег, — ответил я. — Потом схожу к ярлу, надо обсудить кое-какие вопросы, а напоследок загляну к этому жуку, Белетору. Хлам продам. К Йорлунду надо сходить еще, щенка подыскать… В общем, дел куча. — Так давай поделим твою кучу, — предложила Лидия. — Иди в Драконий предел к ярлу, я схожу к Йорлунду за броней и оружием, а потом займусь выбором щенка. Дженасса же в это время пробежится по торговцам. А вечером я чего-нибудь приготовлю, — и нордка улыбнулась.       Улыбка у нее, надо признать, была просто обезоруживающая… — Хороший план, мне нравится, — одобрительно кивнул я. — Так у нас еще останется время на полноценный отдых. Надеюсь, никто не забыл, что завтра мы отправляемся в Айварстед? — А мое мнение кого-нибудь интересует? — обиженно поинтересовалась Дженасса. — Нет, — хором ответили мы с Лидией. — Ну, и пожалуйста, — надулась данмерка. — В таком случае сами бегайте по торговцам.       Я нахмурился. — Джен, ты палку-то не перегибай. Предупреждал же, что сниму с довольствия и уволю на хрен. Думаешь, в Скайриме мало наемников? — Да я просто пошутила, — пошла на попятную данмерка. — У вас у всех с чувством юмора плохо? — Плохо, — подтвердил я. — Мой организм на голодный желудок никакие шутки не воспринимает. Так что бери рюкзак и топай к Белетору.       Дженасса что-то тихо пробурчала себе под нос и убежала. — Ты голодный? — встревоженно спросила Лидия. — Ну, перекусил бы слегка, — признался я.       Нордка тут же принялась хлопотать по хозяйству, и через двадцать минут передо мной стояла большая миска дымящейся похлебки. Я схватил ложку и начал утолять голод, а Лидия сидела напротив и задумчиво смотрела на меня.       Насытившись, я блаженно откинулся на спинку кресла. — Эх, Лидка, Лидка… — Что? — с недоумением спросила та. — И готовишь, и стираешь, и убираешь, и дерешься… На все руки мастерица, — улыбнулся я. — Жениться, что ли, на тебе? — Женись, — тихо ответила девушка. — Но тогда тебе придется сидеть дома. — Это еще почему? — вскинулась Лидия. — Как «почему»? — удивился я. — Ты думаешь, что я позволю своей жене таскаться за мной по всему Скайриму и воевать с драконами, драуграми и бандитами? Не будет такого! — Да я же дома с ума сойду! — расстроенно произнесла нордка. — От тоски выть начну. — М-да уж, — я почесал в затылке. — Ладно, разберемся. Тем более, мы пока не женаты. Так, хватит сидеть, — и я быстро вскочил. — Пора дела делать. Пойду с ярлом переговорю, может, чего посоветует. — А я тогда к Йорлунду, — согласилась Лидия.       Мы вышли из дома и направились к Драконьему пределу.

***

      По пути к Облачному району, в котором располагался дворец ярла, я заглянул в храм Кинарет. Завидев меня, Даника обрадованно всплеснула руками и заторопилась навстречу. — Здравствуй, дитя, — произнесла она. — Надеюсь, ты принес хорошие новости. — Ага, — кивнул я и полез в рюкзак.       Жрица с недоумением посмотрела на чахлый кустик, а потом уставилась на меня. — А где сок? — С соком облом, — ответил я, разводя руками. — Зато мы привезли тебе побег. — И что мне с ним делать? — нахмурилась Даника. — Как «что»? — я взглянул на нее, как на идиотку. — Сажать, разумеется. Из него вырастет новый Златолист. — А что помешало тебе набрать немного сока? — упрямо спросила жрица. — Как тебе сказать… — протянул я. — Да всё помешало. Вернее, все. В Святилище Великого древа живет целая толпа паломников, и при виде Крапивника они чуть не порвали мою жопу на вайтрановский флаг. Да и Морис твой уперся рогом, кулачками начал размахивать, угрожать… Короче, общественность была против расковыривания этой вашей священной коровы. — И ты не смог настоять на своем? — удивилась Даника. — С тобой же, насколько мне известно, отправились весьма неплохие бойцы. — И это говорит жрица Кинарет! — я укоризненно покачал головой. — Не ожидал от вас, уважаемая, такой черствости. А Жондрель просил передать следующее: «Даника поймет, что истинное благо природы — в обновлении, а не в рабском поддержании жизни.» Как-то так…       Женщина задумалась. — Ты знаешь, а ведь Морис прав! — воскликнула она. — Спасибо тебе большое, теперь в Вайтране снова будет цвести Златолист.       Я молча протянул Данике побег. Она бережно взяла его в руки и стала внимательно разглядывать. — Благодарю тебя от имени всего города! Вайтран в неоплатном долгу перед тобой! Какую награду ты хочешь за свое деяние? — Да ничего мне не нужно, — я попятился. — Просто сделал доброе дело. — Могу поучить тебя магии восстановления, — не сдавалась Даника. — Не, спасибо, — отказался я. — Пока не надо. Если вдруг что-то понадобится, то забегу. — Двери храма всегда открыты для тебя! — провозгласила жрица, но я уже спускался по лестнице…

***

      В Драконьем пределе ничего не изменилось. Такое же болото, как и всегда.       Ярл сидел на троне и задумчиво смотрел куда-то вдаль. Рядом с ним суетился Авениччи, он что-то вещал и размахивал руками.       Я подошел и склонил голову в знак приветствия. — Мой ярл, у меня есть к тебе разговор. — Привет, Влад, — ответил Балгруф. — Что-то случилось? — Да нет, — произнес я. — Просто хочу посоветоваться по одному вопросу. Да, кстати, мы тут проезжали мимо Башен Валтейм… — И? — прищурился ярл. — Короче, все умерли, — захихикал я. — Бандиты, в смысле. Теперь там безопасно. — Это очень хорошая новость! — обрадовался Балгруф. — Провентус, выдай нашему тану награду.       Авениччи окинул меня недовольным взглядом. Вот жмот-то, а? — Не надо мне награду, — отмахнулся я. — Все равно бандиты бы нас не пропустили дальше, так что драка была неизбежна.       Нет, ну, а что? Сотня септимов мне погоды не сделает, а вот хорошие отношения с Балгруфом дорогого стоят. — Смотри сам, — улыбнулся ярл. — Так о чем ты хотел поговорить? — Во-первых, позволь дать один совет, — начал я. — Башни Валтейм — замечательное место для наблюдательного пункта. Пошли туда небольшой отряд, а то рано или поздно их снова займут какие-нибудь разбойники. Как говорят у меня на родине: «Свято место пусто не бывает». — Айрилет! — крикнул ярл. — Надо бы послать отряд стражников к Башням Валтейм. Они пустуют, так что хорошо было бы устроить там наблюдательный пункт. Короче, займись. — Сделаю, мой ярл, — поклонилась Айрилет и убежала. Балгруф уставился на меня. — Еще что-то? — Да, — протянул я. — Несколько дней назад мы проезжали мимо Черного брода… — Черного брода? — нахмурился ярл. — Да. Это небольшой шахтерский поселок на границе Вайтрана. У них там серьезные проблемы… — Погоди, — перебил меня Балгруф. — Насколько я помню, Черный брод находится во владении Истмарк. А там всем заправляет Ульфрик. — Совершенно верно, — кивнул я. — Но, судя по всему, Ульфрику глубоко насрать на небольшое поселение. А шахтерам нужна помощь. — Какого рода? — заинтересованно спросил ярл. — Во-первых, им нужны какие-то зелья, потому что в шахте работать небезопасно. Газы, спертый воздух, все дела. А добывают они, между прочим, корундовую руду. У меня вот записка есть с перечнем необходимого, — и я протянул Балгруфу листок бумаги. — А, во-вторых, их донимают какие-то бандиты. Повадились набеги на поселок устраивать, руду таскают, огород разоряют, гниды. Стражников там два калеки, они только жрут и спят. Надо помочь людям. — Не вздумай, мой ярл, — вмешался Авениччи. — Хочешь неприятностей с Ульфриком? — Неприятностей, говоришь? — задумался Балгруф, а я с неприязнью посмотрел на управителя. Мало того, что жмот, так еще и ссыкло! — Подумай сам, — начал уговаривать ярла Провентус. — Если Буревестник узнает, что мы послали отряд в его владение, то это может обернуться очень большими проблемами! — А знаешь что? — улыбнулся Балгруф. — Влад дело говорит. Люди-то везде одинаковые, хоть в Вайтране, хоть в Истмарке, хоть в Рифте. Если ярл не в состоянии навести в своем владении порядок, то это плохой ярл. Решено! Поможем Черному броду! — Ульфрик не в состоянии навести порядок в поселке не потому, что он плохой ярл… — тихо произнес я. — А почему же? — заинтересованно спросил Балгруф. — Да просто ему до пизды! — ответил я. — Не царское это дело, какими-то шахтами заниматься, в которых, к тому же, работают не только норды. — Я тебя услышал, — сказал Балгруф. — Еще есть вопросы? — Нет, мой ярл. Спасибо. — Тогда я, пожалуй, вернусь к работе, — ярл поднялся с кресла и пошел наверх. Сзади шел Авениччи и что-то бубнил ему в спину.       Я усмехнулся. Любопытная парочка. Интересно, зачем Балгруф держит Провентуса в управителях, если все старается делать ему наперекор? Впрочем, мне это даже на руку.       Я забежал на кухню, свистнул оттуда яблочный пирог и отправился домой.

***

      Бьорлам и Лидия уже были дома. В углу, на небольшой соломенной подстилке, лежал маленький меховой комочек и поблескивал любопытными глазенками. Я присел перед малышом на корточки и погладил его по мягкой, шелковистой шерстке. Щенок обрадованно тявкнул и лизнул меня в руку. — Как назовем? — спросила Лидия. — А это мальчик? — уточнил я. — Мальчик, мальчик, — хихикнула нордка. — Сама проверяла.       Щенок был похож на овчарку, но уши-лопухи говорили о том, что в его производстве принимали участие собаки разных пород. Ну, ничего, нам уши не помеха. Главное — размер и зубы! Я еще раз погладил малыша, и тот, радостно порыкивая, прикусил меня за палец. Вот, это хороший прогностический признак. Сторожевой пес должен быть большим и злобным. — Назовем его Бармалеем! — заявил я. — Кто такой Бармалей? — спросил Бьорлам. — Это такая детская сказка, — объяснил я. — А Бармалей — плохой злой дядя. Мне в детстве бабушка рассказывала. Вот этот вот охламон, — и я показал на щенка, который самозабвенно грыз ножку стола, — когда вырастет, будет натуральным Бармалеем. А пока маленький, можно звать его ласково — Барик. — Бармалей так Бармалей. Мне нравится, — улыбнулась Лидия. — Так, чего там у нас с доспехами? — поинтересовался я. — Все готово, — сообщила девушка и показала на огромную гору барахла. — Тут комплект легкой брони и два меча для Дженассы, тяжелая броня, меч и щит для меня, плюс комплект эбонитовой брони для Бьора… — Спасибо, конечно, — пробасил возница. — Но меня моя броня полностью устраивает. — А это теперь куда? — растерялась нордка. — Не переживай, не пропадет, — подмигнул я. — Закинем в фургон, пускай лежит. Эбонитка лишней не бывает.       У меня в голове прочно засел каджит Карджо. Если встретим караван, который он охраняет, я найду способ уболтать хитрожопого кота присоединиться к нашей компашке. Вот ему эта бронька и пойдет. А с оружием придумаем что-нибудь. — Тут еще два арбалета, — проговорила Лидия, — и куча болтов к ним. — Отлично! — обрадовался я. — Будем осваивать нелегкое ремесло лучника. Бьор, второй арбалет для тебя. — Зачем? — напрягся возница. — Я не умею с ним обращаться. — Будем учиться, — повторил я. — В случае чего поддержим наших дам плотным арбалетным огнем. — Ладно, — вздохнул Бьор. — Уговорили. — Влад, тут еще это… — проговорила Лидия и посмотрела на меня. — Два эбонитовых лука. Очень хороших, между прочим. — Я луки, вроде бы, не заказывал. — Так Йорлунд сказал, что это подарок, — пожала плечами девушка. — А-а-а, типа презент от фирмы? — хихикнул я. — Получается, что луки для вас с Дженассой. Робин Гуды в юбках. Пользуйтесь. — Да у меня неплохой лук, вообще-то, — пожала плечами Лидия. — Но ведь эбонитовый лучше? — Лучше, — подтвердила девушка. — Ну, вот и забирай. А старый скинем в сундук, потом продадим.       Лидия обрадованно схватила подарок и начала его рассматривать.       В это время в дом ввалилась запыхавшаяся и злая Дженасса. Она громко протопала до кресла и плюхнулась в него с такой силой, что я испугался. Свалится еще. — С твоим Белетором общаться… — выпалила Дженасса. — Да лучше пяток драконов завалить!       Я рассмеялся. Да уж, торговцы — товарищи такие. Вынесут весь мозг, и поминай, как звали. — Тебе тут лук принесли, — сказала Лидия, протягивая данмерке оружие. — И доспехи с мечами. — У-и-и! — завизжала наемница, кинула мне кошель с выручкой и побежала примеривать броню.       Бьорлам загоготал. Лидия улыбнулась и начала накрывать на стол.       Мы плотно поужинали, обсудили завтрашнюю поездку в Айварстед, и я удалился в баню. Повалялся в горячей водичке, выпил две бутылки нордского меда и пошел в кровать. С полчасика полистал занимательную книжку «Аэдра и Даэдра» и погрузился в ласковые объятия Морфея.

***

      Вайтран мы покинули рано утром. Я планировал к вечеру добраться до Айварстеда, разнюхать, что там, да как, а завтра уже начинать подъем на Глотку Мира. Семь тысяч ступеней — это не шутка, это требует подготовки. Я не атлет, а повозка на гору не въедет. Подниматься придется ножками.       Глотку Мира мы решили огибать с севера. Очень не хотелось ехать мимо Хэлгена, преодолевать заснеженное подножие горы, бороться с вьюгами и метелями и отмораживать руки-ноги-уши. Этого добра мы нахлебаемся по пути к Высокому Хротгару. Путь пролегал по уже знакомым по поездке к Святилищу Великого древа местам, и наш фургончик резво катился по довольно неплохой дороге. Не автобан, конечно, но для дремучего средневековья очень и очень достойно.       С погодой нам не повезло. С самого утра зарядил противный, моросящий дождик, который мокрой пылью падал с неба и впитывался в одежду и обувь. Буквально через полчаса шмотки можно было выжимать. Абсолютно все, вплоть до труселей. Навес помогал плохо, эта водяная взвесь была буквально везде, она забивалась во все естественные и неестественные отверстия организма, и это изрядно портило нам с возницей настроение. Зато Дженассе с Лидией было хорошо. Об этом недвусмысленно намекало девичье хихиканье, доносившееся из фургона.       К полудню я не выдержал, и мы остановились на привал. Установили навесы, развели костер, и Лидия приступила к приготовлению обеда. Джен заявила, что хочет шашлыка и убежала за кроликом. Бармалей, радостно тявкая, пристроился за ней. Ничего, пускай привыкает к суровым скайримовским будням. Бьорлам присел около костра, вытянул ноги и прикрыл глаза. А я нагрел при помощи заклинания «Пламя» наш камень-радиатор, поместил его в фургон, снял мокрую одежду, развесил ее под потолком и, чертыхаясь, вытащил из сундука плащ. Вот как можно было забыть про этот нужный и полезный девайс, а?       В одних трусах было прохладно, а в мокрой одежде — противно, поэтому выбирать не приходилось. Я плюхнулся рядом с Бьорламом и уставился в огонь. Из тяжелых раздумий меня вывел тихий смех возницы. Причина такого веселья оказалась банальной до невозможности: Лидия, завидев «своего тана», щеголяющего в семейниках, густо покраснела и выронила половник. Господи, она что, никогда голых мужиков не видела? Пришлось заворачиваться в плащ, в противном случае мы рисковали остаться без обеда.       Вскоре вернулась Дженасса и принесла двух зайцев. Она уселась рядом с нами и довольно улыбнулась. — Эбонитовый лук — это нечто! — заявила данмерка, поглаживая оружие. — А драконий костяной еще лучше, — подмигнул я. — Где бы его раздобыть? — вздохнула Джен. — Раздобудем, — пообещал я. — Опыт свежевания драконов у вас Бьорламом имеется, так что деньги, вырученные от продажи чешуи со следующего убитого птеродактиля, пойдут на костяной лук и стрелы.       Данмерка вздрогнула. — А ты уверен, что нам опять придется убивать дракона? — спросила она. — Уверен, — кивнул я. — И не дракона, а драконов. — И откуда они только вылезли? — тоскливо вздохнула Дженасса. — Потом расскажу, — улыбнулся я. — Сейчас не время. — А у тебя всегда «потом расскажу», — проворчала наемница.       Тем временем Лидия закончила возиться с приготовлением пищи, и мы приступили к трапезе. Тушеную оленину в пряном соусе с жареной картошкой смели за две минуты. Сладкий рулет мне пришлось буквально заталкивать в себя, запивая десерт изрядным количеством травяного чая. После такого обеда я стал похож на бочку с ручками и ножками, страдающую, к тому же, тяжелой формой одышки.       Бармалей, которому досталось несколько косточек, уже давно посапывал, нагло привалившись ко мне своим меховым боком. — Спасибо, Лидия, — прогудел Бьорлам, довольно поглаживая себя по животу. — Не за что, — покраснела нордка. — Как это «не за что»? — проворчал я, отдуваясь. — Давно так вкусно не жрал. — Точно, — подтвердила Дженасса. — Влад, ты к Лидии-то присмотрись, — и она хихикнула. — Сам разберусь, — буркнул я. Только свахи нам тут еще не хватало.       Лидия покраснела еще сильнее. Отважная воительница была, оказывается, очень стеснительной.       Несколько минут мы сидели молча, наслаждаясь состоянием сытости и покоя, а потом Дженасса приволокла андо. Я тяжело вздохнул. — Спой что-нибудь, — попросила данмерка.       Я не стал отнекиваться и ломаться, взял инструмент и заиграл вступление. Из дальних пределов, с бескрайних равнин, с бездонных слепых болот Приносится Западный ветер, кружа, и в древние стены бьет. О, ветер бродячий, какая весть летит на твоих крылах? Где странствует ныне герой Боромир, в каких неизвестных краях? — Я видел: скакал он чрез семь стремнин бурлящей седой воды; Я видел: в сыпучих песках пустынь остались его следы. Он скрылся на север, и с этих пор я видеть его не мог, Но Северный ветер быть может, слыхал героя стозвонный рог. О, Боромир! С высокой стены я взор устремляю вдаль, Но ты не вернулся с пустынных земель, и в сердце моём печаль. С горячих и вспененных губ морских, от дюн, чей песок палящ, Приносится Южный ветер, и в нем тоскующих чаек плач О, стонущий ветер! Какую весть принёс сегодня ты мне? Где странствует ныне герой Боромир? Быть может, в моей стране? — На белых и черных морских берегах я видел, пока летел, Отважных героев, багряный огонь, защитников правых дел. Их много легло по пути на юг — искателей светлых вод, Но Северный ветер, быть может, тебе счастливую весть несет. О, Боромир! К дороге на юг я взором своим приник, Но слышу лишь шелест печальных волн, и чаек тревожный крик. Из северных стран, где врата королей, где в бездне шумит поток, Приносится Северный ветер, трубя в холодный и чистый рог. О, ветер могучий, какая весть пришла сегодня с тобой? Где странствует ныне герой Боромир? Вершит ли жестокий бой? — Я видел, вершил он неравный бой, я слышал призывный клич. Я видел, как злая рука врага сумела его настичь… И тело его приняла вода, умчав похоронный чёлн, Героя укрыл Золотой водопад в каскаде летящих волн. О, Боромир! Я смотрю туда, где ты погрузился в сон, Я там, где поет Золотой водопад — с тобой… до конца времен.*       Над лагерем стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь шелестом дождя и слабым дыханием ветра, несущего в Скайрим осень. — Хорошая песня, — тихо произнесла Лидия. — Ага, — кивнула Дженасса. — А кто такой Боромир? — Это герой… из моего мира, — задумчиво ответил я. — Так это правда? — спросила Лидия. — Мне Джен рассказала, но я, честно говоря, так до конца и не поверила. — Правда, — подтвердил я. — Сам не знаю, как попал в Скайрим и понятия не имею, как вернуться домой. — Тебе у нас не нравится? — расстроилась нордка. — Очень нравится, — успокоил я Лидию. — Особенно девушки.       Моя телохранительница снова залилась краской, а Дженасса гаденько хихикнула. Я показал данмерке кулак. — А почему мне никто не рассказал про другой мир? — обиженно прогудел Бьорлам. — Я тебе по дороге расскажу, — пообещал я вознице. — Давайте трогаться, а то до ночи не успеем. — Успеем, не переживай, — заверил меня норд. — Наш Амулетик — просто красавец, доставит нас в Айварстед в лучшем виде.       Мы свернули лагерь, я надел подсохшие шмотки и собрался было занять свое место на козлах, но Дженасса тронула меня за плечо. — Давай я поеду с Бьорламом, — прошептала она, косясь на возницу. — Заодно про твой мир расскажу.       Теперь настала моя очередь гаденько хихикать. — Чего ты смеешься? — смутилась данмерка. — Да так, — закашлялся я. — Настроение хорошее.       Дженасса окинула меня подозрительным взглядом и молча полезла на козлы, а я забрался в фургон и растянулся на мягкой лежанке. Щенок устроился на полу, положил лобастую голову на лапы и задремал. Внутри нашего дома на колесах было тепло и сухо, небольшой фонарь, стоящий на сундуке, слабо светился, и это создавало неповторимую атмосферу уюта.       Повозка тронулась с места, и я совершенно нагло уснул под ее мягкое покачивание.

***

      В Айварстед мы прибыли поздним вечером, и виноват в этом был я.       Не учел того обстоятельства, что дорога с северной стороны Глотки Мира была крутой и узкой. Амулет, конечно, справился, но периодически приходилось останавливаться и подрубать мешающие проезду ветви деревьев. А деревьев в Скайриме было просто до хрена! Поверьте на слово. — Ебать-колотить, — пропыхтел я, срубая очередную ветвь при помощи бьорламовского колуна. — Лучше уже метель и вьюга, чем такое вот извращение. — Да ладно тебе, — хмыкнул Бьорлам, орудуя эбонитовым топором. — Разомнемся, заодно дров нарубим для будущих костров. — Слушай, Бьор, а ты с секирой обращаться умеешь? — спросил я. — Обижаешь, — пробасил возница. — Какой норд не умеет обращаться с двуручным оружием? — Надо тебе секиру эбонитовую справить, — задумчиво произнес я. — Ты и с топором-то страшный, а с огромной секирой будешь самым настоящим ужасом, летящим на крыльях ночи. — Топор продавать не дам! — испугался норд. — И не надо, — успокоил я Бьора. — Им драконов свежевать сподручнее. Да и деревья рубить удобнее. Оставим в хозяйстве.       Айварстед встретил нас тишиной, нарушаемой лишь редким лаем собак да голосами подвыпивших гуляк, перебравших со спиртным. По улицам городка степенно прохаживались стражники, следя за порядком. Борцы с вампирами тоже были тут, они стояли возле смотровой башни и тихонечко переговаривались, а рядом сидел хаски в полном боевом облачении.       Бармалей тут же выскочил из фургона и пошел знакомиться. Хаски посмотрел на нашего барбоса презрительным взглядом и отвернулся. Но Барик, с упрямством, достойным целого стада баранов, не оставлял попыток привлечь внимание заслуженного пса-ветерана. — Ты чей, малыш? — здоровенный клыкастый орк присел перед Бармалеем на корточки, намереваясь его погладить, но наш храбрый защитник жалобно заскулил и спрятался за Лидию.       Ну, я бы на его месте тоже спрятался за Лидию… Орка вблизи я видел впервые, и зрелище было просто охерительное. Здоровенный зеленый шкаф с «зубами наружу», огромными ручищами и милой, доброй улыбкой порвал мне все шаблоны. — Добрый вечер, — произнес я, стараясь не смотреть на орка во все глаза. — Добрый, — ответил страж рассвета. По сравнению с ним наш возница был полудохлой писклявой мышкой. — Мы, пожалуй, пойдем, — я взял дрожащего Бармалея на руки и попятился. — Идите, — пожал плечами орк. Мол, какого хрена вообще приперлись?       Улыбающийся Бьорлам отправился на конюшню устраивать Амулета, а хихикающая Дженасса дружески толкнула меня в плечо и заявила: — Да ладно тебе! Орки не такие страшные, какими кажутся. А если с ними подружиться, то вообще… Отличные бойцы и охотники. — Спасибо, — вздрогнул я. — Давайте не будем «дружиться» с орками, а? По крайней мере, пока. Надо немного привыкнуть к этим… образинам. — Как знаешь, — хмыкнула наемница.       Мы, не торопясь, прошли по городку, больше похожему на деревню, и недалеко от конюшен увидели таверну с интересным названием «Вайлмир». О, то, что доктор прописал!       В таверне было достаточно многолюдно. Судя по всему, бухали тут не только местные жители, а еще и путники, паломники, охотники и прочие товарищи, по случаю забредшие в Айварстед.       Я подошел к хозяину, стоящему за стойкой и обезоруживающе улыбнулся. — Добрый вечер, уважаемый… — … Вилхельм, — подсказал норд. — Уважаемый Вилхельм, — подхватил я. — Мы хотели бы снять в вашем замечательном заведении две комнаты на несколько дней. — На «несколько» — это на сколько? — уточнил хозяин. — Пока не знаю, — замялся я. — Мы собираемся на Высокий Хротгар и совершенно не представляем, сколько времени займет это мероприятие. — Х-м-м, — задумался Вилхельм. — Давайте я сдам вам комнаты на пять дней, а если управитесь быстрее, то верну остаток денег. — А если не управимся? — резонно возразил я. — Давайте тогда на неделю, а то мало ли что? — Договорились, — обрадовался норд и забрал септимы, которые я выложил на прилавок. — Пойдемте, покажу вам ваши комнаты.       Я захихикал. Коронная фраза всех трактирщиков, чтоб их разобрало.       Комнатки были небольшие, но уютные. Лидия внимательно оглядела мебель, проверила замки на шкафах и сундуках и осталась довольной. — Как селимся? — деловито спросила Дженасса. — Как обычно, — удивился я. — Девочки направо, мальчики налево. — А, может… — смутилась Джен. — Ну… это… вы, значит, с Лидией, а мы с Бьором? Я ему не успела про твой мир дорассказать, — выпалила она. — К-х-м, — поперхнулся я. — Это у нас теперь так называется? «Рассказы про другой мир»? А Бьорлам-то в курсе, что ему вместо сна придется… сказки слушать? — В курсе, — буркнула Дженасса. — Он не против.       Но против неожиданно оказалась Лидия. Девушка густо покраснела и заявила, что это неприлично. Мол, мы едва-едва знакомы и вообще…       Я с деланным равнодушием пожал плечами. Облом, конечно, был неприятный, но ничего. Времени у нас навалом.       Прибежавший Бьорлам быстро перекусил оставшимся с обеда мясом и завалился спать. Ну, и правильно. Он, в конце концов, устает больше нас всех вместе взятых. Целый день управлять повозкой — это не на лежанке валяться.       Дженасса, явно затаившая обиду на Лидию, тоже отправилась спать. Она, хоть и не управляла повозкой, но всю поездку проторчала с Бьорламом на козлах, поэтому выглядела уставшей.       А вот мы с нордкой были, как огурцы. Я успел нехило поплющить харю, да и Лидия тоже покемарила часок-другой. — Ну, что? — подмигнул я девушке. — Прогуляемся? — Давай, — зарделась та.       Интересно, почему она такая стеснительная? Ладно, будем действовать осторожно. Метод «разведка боем» тут не годится.

***

      Гулять по Айварстеду в темноте было не самой удачной идеей, но мне хотелось поговорить с Нарфи, несчастным нордом, живущим в развалинах на берегу реки.       Я тихонечко рассказывал Лидии историю местного сумасшедшего, а та внимательно слушала. — Бедняжечка, — произнесла девушка, дослушав рассказ. — Как же он там один? — Да он не один, — задумчиво ответил я. — Он с надеждой.       Лидия вздохнула, но промолчала.       Нарфи не спал. Он сидел возле полуразрушенного очага и, не мигая, смотрел на огонь. Я подошел и встал рядом. Норд, увидев нас, что-то забормотал, не отрывая взгляда от потрескивающего пламени. На меня он не обращал абсолютно никакого внимания. — Чего это с ним? — тихо спросила Лидия. — Да сестру все ищет, — вздохнул я. — Жалко его, — грустно улыбнулась девушка. — Мы можем как-нибудь помочь? — Можем, — кивнул я. — Останки его сестры лежат в реке, возле моста. Если найдем ожерелье и принесем Нарфи, то ему полегчает. — Так чего же мы стоим? — воскликнула Лидия. — Пошли за ожерельем! — Там нырять придется, — я попытался отговорить горячую даму от опрометчивого шага. — А ночи сейчас холодные. Давай хотя бы до утра подождем. — Мы — норды! — гордо заявила девушка. — Офигительная новость, — буркнул я. — А норды к холоду привычны. То, что для тебя «прохладно», для нас «духота». Так что не переживай, тебе нырять не придется. — Этого еще не хватало, — возмутился я. — Заставлять девушку барахтаться ночью в ледяной воде? Даже не думай!       Препираясь таким образом, мы дошли до моста. Лидия попыталась раздеться и сигануть в черную, холодную воду, но я ее удержал. Скинул с себя шмотки, поежился и прыгнул в реку.       Еб вашу мать! Я, конечно, люблю плавать, но не до такой же степени! Вода была не просто холодной, она была ледяной! Дыхание перехватило, а обжигающий холод заставил сердце биться, как сумасшедшее. Я вынырнул и отдышался. На поверхности было гораздо теплее, и мне немного полегчало. Набрал полную грудь воздуха и погрузился.       Слава богу, у моста было неглубоко, и труп несчастной Рейды лежал, зацепившись за камни. Я быстро обшарил тело, сорвал с шеи амулет, забрал алхимический кошель с пояса и вынырнул.       Лидия ждала меня на берегу, держа наготове плащ. — Заворачивайся скорее! — воскликнула она. — Если бы знала, что нырять придется, зимний бы захватила, он потеплее будет.       Я закутался в плащ, и мы с Лидией оказались вплотную друг к другу. Нордка пристально посмотрела мне в глаза, смущенно улыбнулась и отстранилась. Я вздохнул. Да ебаный в рот! А как же «суровая, опасная жизнь, нет времени для раздумий, встретились — поженились»? Верните меня в игру, там было проще! Амулет Мары нацепил и, вуаля, шашка уже в дамках. А тут? Это что, конфетно-букетный период, что ли? Охапки чертополоха, романтичные прогулки под аккомпанемент драконьего рева, бивень мамонта в роли подарка и ужины при свечах из тролльего жира? Драконьи доспехи вместо свадебного платья и эбонитовый лук в качестве букета невесты? А потом незабываемое свадебное путешествие в Черный предел? Тьфу ты, долбанная скайримовская романтика! — Побежали скорее в таверну, — сказала Лидия и схватила меня за руку. — Тебе надо чаю горячего выпить. — А ожерелье? — сопротивлялся я. — Завтра отдадим! — заявила нордка и потащила меня к «Вайлмиру».       Я покорно поплелся за ней, тихонечко чертыхаясь. Вот скажите, что мешало достать амулет завтра с утра, если сейчас мы все равно направляемся в таверну?       Внутри Лидия усадила меня за свободный столик, притащила литровую кружку дымящегося чая, бухнула туда целый пузырек лечебного зелья и заставила практически залпом выпить эту «ведьмину настойку».       Мы немного посидели за столом, наслаждаясь приятными запахами и уютом небольшой таверны, а потом Лидия извинилась и ушла спать. Я же в очередной раз пожалел об отсутствии сигарет и поплелся к трактирщику. — Скажите, Вилхельм, — начал я, облокачиваясь на стойку. — А что у вас в городке вообще происходит? — У нас в городке? — хохотнул трактирщик. — Да что в нашем болоте вообще может происходить? Основная достопримечательность Айварстеда — подъем на Глотку Мира. Об этом хоть кого спроси — слухов и сплетен наслушаешься на годы вперед. — Неужели все так уныло? — заговорщически подмигнул я. — Ну… — протянул Вилхельм. — Курган Погребальный огонь видел? — Ага, видел, — кивнул я. — Так вот, — начал трактирщик, поудобнее устраиваясь на стуле. — По ночам бродит возле кургана призрак. Да не просто бродит, а завывает страшно. — Прямо завывает? — усомнился я. — Послушай, я тамошних духов своими глазами видел, — обиженно произнес норд. — Один на меня так посмотрел — глазами достал до самой души. — Так он там еще и не один? — Да не знаю я, — и трактирщик с досадой махнул рукой. — Может, один, а, может, и несколько. — Схожу завтра в ваш курган, — задумчиво произнес я. — Хочу на призраков посмотреть. — Правда? — обрадовался Вилхельм. — Буду очень обязан, а то эти призраки мне скоро всех посетителей распугают. — Правда, правда, — я улыбнулся и отправился спать.

***

      Утром меня разбудила Лидия. Слава богу, обошлось без воплей. Она просто потрясла меня за ногу, которая во сне высунулась из-под одеяла. Я приоткрыл глаза. — Доброе утро! — произнесла Лидия. — Пора вставать, а то завтрак остынет. — Утро добрым не бывает, — проворчал я, поднимаясь. — Ты, Лид, больше так не делай. — Как? — удивилась нордка. — Не тряси меня за ногу, — пояснил я. — Можно и в лобешник получить. — За что? — не поняла Лидия. — За то, что тебя бужу? — Да это рефлекс, — начал оправдываться я. — Когда меня во сне дергают за ногу — начинаю бесконтрольно брыкаться. — А-а-а, — протянула девушка. — Ладно, учту.       Я встал, оделся, умыл физиономию и уселся завтракать. Лидия села напротив. — Ожерелье Рейды я вернула, — начала рассказывать она. — Нарфи обрадовался, как ребенок, а потом заплакал. Понял, наверное, что сестра погибла. Потом немного порасспрашивала жителей и паломников про подъем на Глотку Мира и про Высокий Хротгар. Столько советов мне еще никогда не давали. Про каменные скрижали, про то, что надо тепло одеваться, про диких животных… А какой-то Климмек попросил отнести припасы для Седобородых. Я сказала, что спрошу тана. — Да отнесем, не проблема, — ответил я, доедая рулет. — Тогда перед выходом и заберем, да? — посмотрела на меня Лидия. — Угу, — кивнул я, допивая чай. — Дженасса с Бьорламом с самого утра пропадают на конюшне. Обхаживают Амулета, возятся с повозкой… — То есть, легально не прокатило, и они с самого утра пошли на сеновал? Типа, Амулетом заниматься и повозку чинить? — заржал я.       Лидия опять покраснела и отвела взгляд. Да что же это такое-то? Ну, почему, почему я не прихватил с собой планшет с порнофильмами? Просмотр пары-тройки «шедевров» мировой порно-индустрии навсегда бы излечил нордку от излишней застенчивости. — Ладно, Лид, пойдем-ка сходим за нашими голубками и пойдем в Курган Погребальный огонь с местными призраками знакомиться. — С призраками, так с призраками, — пожала плечами Лидия и встала.       Вот они, суровые скайримовские женщины! При упоминании призраков они равнодушно пожимают плечами и точат мечи, а стоит только намекнуть на свидание — и все, красные щеки, пылающие уши и обмороки! Наоборот, все-таки, как-то привычнее.

***

      Курган Погребальный огонь выглядел, как самый обычный… курган. В общем, особых отличий от его игровой версии я не нашел. Полукруглый холм с небольшими отверстиями, в которые нам предстояло протиснуться, чтобы попасть к двери, ведущей внутрь гробницы.       Бьорлам объективно оценил размеры отверстия и ширину своих плеч, тяжело вздохнул и побрел обратно в таверну. Дамы, кряхтя, все-таки пролезли внутрь, а вот я проскочил, как будто с мылом в жопу. А вы что думали? Тряпки и доспехи сильно отличаются друг от друга.       В кургане царил таинственный полумрак. Воздух был прохладным, но, на удивление, совсем не затхлым. Я осмотрелся и увидел проход, ведущий направо. Мы, недолго думая, зашагали в этом направлении.       Неожиданно впереди показалась решетка, за которой стоял… самый натуральный призрак. — Уходи, — провыл он замогильным голосом и начал пятиться. — Иди на хер, клоун! — ответил я и дал девчонкам знак следовать за мной.       Рычаги, которые надо было дергать, чтобы открыть решетку, я мучил сам. Комбинацию, естественно, не помнил, а вот тот факт, что самый правый активирует отравленные стрелы, хорошо врезался мне в память.       Путь до комнаты, где обитал призрак, не занял много времени. Приходилось следить за дамами, чтобы они не наступали в разные какашки… в смысле, ловушки. Ну никак не могут привыкнуть! Тактика «шашки наголо и в атаку» хороша в открытом поле, да и то не факт, а в подземельях, особенно нордских и двемерских, надо открывать пошире глаза и настраивать локаторы. В смысле, уши. Поджариться в огненной ловушке или получить тяжелой решеткой по ебалу здесь, пожалуй, даже проще, чем сдохнуть от руки драугра.       Пара обысканных сундуков принесла нам несколько сотен харальдов и какое-то барахло на продажу. Так бы не взял, но трофеи — святое!       Открыв очередную, ничем не примечательную дверь, мы наткнулись на уже виденного призрака. Тот, недолго думая, завыл и помчался на нашу развеселую компанию, словно в лобовую атаку. Нет, ну не долбоеб, а? Один против троих… Это даже не «слабоумие и отвага». Это олигофрения в степени идиотии, помноженная на параноидальную шизофрению!       Итог получился закономерным. «Призрак» очень быстро получил пиздюлей и совсем не «по-призрачьи» рухнул на каменный пол. — Странно, — задумчиво произнесла Дженасса. — А мне всегда казалось, что призраки бестелесные. Наш же произвел столько шума… — Так тебе правильно казалось, — засмеялся я. — Призраки действительно бестелесные. — А этот как же? — спросила Лидия. — А это не призрак, — хмыкнул я. — Это один мудак по имени Винделиус Гатариан. Между прочим, данмер. Охотник за сокровищами. — Как же он в призрака превращался? — удивилась Джен. — Да зелье у него есть специальное. — А зачем ему все это нужно? — не поняла Лидия. — Да говорю же — сокровища, — раздраженно ответил я. — Винделиус не хотел ни с кем делиться, и поэтому устроил в Айварстеде шапито. Чтобы, значит, никто не помешал ему искать клад. А то вдруг отнимут! — Понятно, — протянула нордка. — И чего дальше? — Сейчас заберем из его комнаты дневник, зелье призрака и так, кое-что по мелочи, вернемся в таверну и расскажем все Вилхельму. А дальше по обстоятельствам.

***

      Вилхельм искренне обрадовался нашему возвращению. А еще больше он обрадовался раскрытой тайне кургана. Денег этот жмот нам, правда, не дал, зато вручил сапфировый драконий коготь. Вот именно на это я и рассчитывал. — Итак, дамы, — начал я, рассматривая артефакт. — Сейчас мы снова идем в курган… — Зачем? — удивилась Дженасса. — Только что же оттуда? — Чтобы поржать, блин, — рявкнул я. — Когда ты уже научишься не перебивать, а? Дослушай сначала, а потом вопросы задавай. — Извини, — буркнула данмерка.       Вот, уже гораздо лучше. Будем потихонечку устанавливать жесткую дисциплину в нашей, пока еще не совсем слаженной, но, все-таки, команде. Будем формировать небольшое, но эффективное воинское подразделение. — Сапфировый коготь открывает в кургане дверь, за которой спрятаны сокровища. Ловушки и драугры прилагаются бесплатно. Так что будьте внимательны. Пожалуйста, — и я обвел свою команду строгим взглядом. — Все понятно, мой тан, — кивнула Лидия. — Ясно, — согласилась с ней Дженасса.

***

      Второй заход в курган отнял у нас гораздо больше времени, нежели первый. Я уже говорил, что древние норды были большими затейниками по части ловушек? Так вот, беру свои слова обратно. Норды были не просто затейниками, они были натуральными гениями! Их бы энергию, да в мирных целях! В Скайриме уже давным-давно бы наступила эра кибернетики и атомной энергии!       Огненные ловушки, плиты-ловушки, лезвия-маятники, тяжелые решетки, падающие с потолка бревна, ядовитые стрелы… Ассортимент просто поражал воображение! Средневековые инквизиторы обрыдались бы от зависти, глядя на эту вакханалию смерти.       В последнем зале нас поджидал драугр-военачальник и несколько скелетов-прихлебателей. С ходячими суповыми наборами я разобрался лично, сухие кости горели просто великолепно. А вот военачальника гоняли девчонки, причем делали это небезуспешно. От его вопля «Фус! Ро! Да!» они научились уклоняться за считанные секунды до произнесения, а потом снова принимались всаживать в драугра мечи.       Я зашел сзади и пару раз приложил мумию в шлеме испепелением. Внес, так сказать, свою лепту в дело победы над вселенским злом.       А последний удар драугру нанесла Лидия. Она с такой злостью приложила его щитом по роже, что супостат что-то прокряхтел и осел на пол. И очень вовремя! Хор, поющий в моей голове, звучал все громче и громче и сопротивляться становилось все труднее.       Слово «Кан» набатом прогремело в ушах, холодный ветер растрепал волосы, я снова почувствовал чей-то пристальный взгляд, и все стихло.       Неожиданно надпись на Стене сложилась в текст, и я прочитал вслух: «HET NOK KOPRaaN DO HELA FahDON Wah Pah SIVaaS aaR DO KaaN aaL REK SiiV UNahZaaL PRaaN KO FeyKRO DO HahNU». — Чего? — удивилась Лидия, оборачиваясь. — «Здесь покоится тело Хены, подруги всех животных, слуги Кин. Да найдёт она пристанище в Лесу Сновидений.» — не задумываясь ни на секунду ответил я. — Опять Стена Слов? — понимающе спросила Дженасса. — Угу, — кивнул я. — «Кин». Первое слово крика «Гармония Кин». Успокаивает диких животных. — О, это хороший крик, — обрадовалась данмерка. — Для охоты пригодится. — Пригодится-то он, конечно, пригодится, — протянул я. — Только вот тут есть одно но: я пока понятия не имею, как эти крики воспроизводить. — Ты же Довакин! — не поняла наемница, — Значит, должен знать об этом… как бы это сказать… интуитивно, что ли. — Извини, интуиция пока молчит. Подсознание не работает. Наверное, я тупой Довакин… — Не говори так, — нахмурилась Лидия, которая прислушивалась в нашему разговору. — Ты же из другого мира, может быть, поэтому и не получается. Просто эти знания у жителей Тамриэля в крови, а ты… — … а сами мы не местные, — подхватил я и улыбнулся. — Ладно, дойдем до дедов и там разберемся. А пока айда наружу. У меня в этих гробницах клаустрофобия начинается.

***

      На Айварстед опускался вечер. Светило уже ушло за горизонт, и тьма наступала стремительными, прямо-таки семимильными, шагами.       Бьорлам сидел в таверне и нервно пил черновересковый мед, периодически поглядывая на дверь. Вздох облегчения, который он издал при виде нашей троицы, слышали, наверное, на Высоком Хротгаре. — Я уже начал волноваться, клык хоркера мне в задницу! — воскликнул возница и стукнул полупустой кружкой по столу. — Чего так долго? — Да там ловушек хоть жопой ешь, — объяснил я, плюхаясь на лавку. — Продвигались мы очень медленно, чтобы не поджариться, не утонуть, не стать ежами, фаршированными отравленными дротиками… Ну, ты понял. — Угу, — кивнул норд и залпом опустошил кружку. Силен мужик! — Для тебя тоже подарочек есть, — и я протянул Бьорламу эбонитовый двуручный меч.       Возница схватил оружие и начал его разглядывать. — Ну, пока с мечом походи, а найдем секиру — будешь у нас настоящим мега-воином! — сказал я, улыбаясь. — Ладно, давайте ужинать и на боковую. Завтра у нас подъем на Высокий Хротгар. Семь тысяч ступеней — это вам не шутки.       После ужина я сходил в баню, помылся, чтобы не идти к дедам грязной чушкой, и отправился на боковую.