Космос

      Ночью Баки чувствовал, как Стив прижимал его к себе. Вчера он вышел из душа к полуночи и увидел, что Роджерс не дождался его и уснул. Признаться честно, он хотел и ждал более откровенного продолжения. Но Стив решил поспать. Баки улёгся рядом с ним и поправил ему волосы. Как оказалось, Барнс слишком громко шумел и слегка растряс Роджерса. Тот быстро поцеловал его в человеческую руку, сплёл их пальцы и обнял его, уложив на себя.       От этого закололо в носу. Баки не из плаксивых мужчин, но слёзы как-то сами выступили на глазах и градинками капнули на футболку Стива. Кэп был бы не Кэпом, если бы не заметил этого.       — Эй, ты чего? — он поцеловал его в лоб. — Детка.       — Это моё слово! — возмутился Баки и несильно ударил его ладонью по груди.       — Мне придумать своё? И какое? Как ты хочешь? «Зайка», «киска», «рыбка», «золотце», «любимый», «маленький», «родной»?       — Просто «Баки».       — Тогда тоже зови меня моим именем.       — Никогда.       — То есть тебе можно, а мне — нет?       — Да.       — Зараза, — Стив перевернулся и прижал его к матрасу, руками ища его бока.       — Нет, нет, — вырывался и смеялся Баки. Он всегда умел поднять ему настроение. — Пожалуйста.       Роджерс прекратил только для того, чтобы поцеловаться. Потом он снова уложил его себе на грудь. Барнс закинул на него ногу.       — Мне понравилось «родной».       — Обойдёшься.       — Эй!

***

      К полудню Баки проснулся один, и если бы не пропахшая Стивом подушка, он бы подумал, что ему всё это приснилось. На тумбочке на свёртке ткани он находит записку.       «Проснулся, родной? Не хотел тебя будить. Ушёл с Питером на пробежку и к Т’Чалле за костюмом. Чисти зубки и догоняй нас. Мы в секторе 1В.       P.S. Ты мне всю футболку слюнями залил. Теперь она твоя.       —Детка»       Баки не спешил подниматься. Он снял с себя футболку и надел ту, которую оставил ему Стив. Она ему велика и еле заметно пахнет им самим. Неудивительно — он всю ночь проспал на ней. Завернувшись в одеяло, он падает между подушек и снова засыпает.

***

      В итоге, тренировочный полигон встречает его к пяти часам. Он сразу направляется в нужный сектор, но проходящая мимо Шури останавливает его.       — Сержант Барнс, — здоровается она. — Есть желание посмотреть на свой новый костюм?       — Я спешу, — мотает головой он.       — Брат просил сделать это как можно быстрее. У вас же скоро отлёт. Да и бой с Таносом не за горами. Пойдём.       Он сдаётся. Шури выдает ему форму в секторе 1Б. Баки быстро примеряет её. Она почти не отличается от старой: чёрная кожа, ремни и бронежилет. За исключением того, что эта более легкая и крепкая из-за наличия деталей из вибраниума.       — И это, — она цепляет ему под подбородок две небольшие круглые шашечки.       Маска из наночастиц расползается по лицу Баки и крепнет. Почти такая же, какая была у Зимнего Солдата, но обладает респиратором и внутренним слоем из паутины Питера для придания мягкости и эластичности.       — Шашки настроены на твой и мой, как создателя, отпечаток. Одно прикосновение к ним снимает маску, а если она будет уже закреплена на твоей коже — активирует её.       — А оружие для меня у тебя есть?       Шури улыбается, отходит куда-то, и по возвращению держит в руках AR-15.       — Это прототип с улучшенным прицелом, датчиком слежения, лазером, тепловизором, новыми внутренними деталями и мягкой отдачей. Капитан с Питером сейчас в зале. Не хочешь опробовать её на их костюмах?       — Я не знаю, как тебя благодарить, — бесшумно выдыхает он через маску, не испытывая ничего, кроме дикого детского восторга.       — Просто спаси Землю.       Баки собирается выйти, как вспоминает, что говорил ему Стив.       — Шури, — окликает он её. — Если я там как-то дал тебе надежду… Ну короче… Мое сердце занято.       — Что? — улыбается она. — Не-ет, что ты. Мне не нравятся белые. Не совсем. Нет.       Барнс кивает и улыбается в ответ. В нетерпении покинув комнату, он закрывает за собой дверь и проходит вдоль коридора. На балконе, откуда Питер и Стив видны, как на ладони, он прицеливается. Их костюмы из вибраниума — бояться нечего. Пули в его винтовке обычные — металл Ваканды не расходуется на такие мелочи.       Первый выстрел приходится по плечу Питера. Они оба в масках, так что в случае рикошета никто не пострадает.       Стив реагирует быстрее: он прячет Паркера за спину и активирует щиты на обеих своих руках. Спрыгнув, Баки кидает оружие в сторону.       — Взял на себя смелость тренировать его? Что ж, посмотрим, чему он научился.       Когда на тебя идёт первоклассный убийца с опытом в семьдесят лет, становится как-то страшно. Питер знает, что его тут не убьют, но стоит Баки схватить его за шкирку и пару раз ударить по лицу, как у него появляется дикое желание сдаться без боя. Третий удар порождает крик. Четвёртый — ярость.       Питер выкручивается из его захвата и бьёт его по мертвой зоне — спине и коленям с задней стороны. Барнс падает на маты и успевает ударить Питера ногой, спихнув его с себя. Тот отлетает и приземляется на колени, затормозив двумя руками. Его костюм красно-чёрный с дополнительными позолоченными деталями и огромным символом паука на груди и спине. Маска внешне осталась такой же. Но всё равно смотрится очень круто.       — Ты рассказал ему про мои слабые места, — обиженно говорит Баки, смотря на Роджерса.       У него же костюм совсем не поменялся. Наверное, он не настоял на измене дизайна, что является хорошим решением. В этой форме он прекрасен (ну, и без неё тоже, разумеется). Его маска тоже уменьшилась до размеров шашек и стала похожа на ту, которую носит Баки, только на всю голову и с буквой «А» на лбу.       — Иначе ты бы легко побеждал, — пожимает он плечами.       — Ребёнок, этот придурок, — показывает он на него пальцем, — слаб на лопатках и лодыжках. Сбить его с ног — проще простого. Пользуйся.       — Эй, я больше за честный спарринг. Ты применяешь свои гидровские приемы, а он знает про твои слепые зоны.       — Именно поэтому мы проиграли Таносу.       — Именно поэтому нам дали второй шанс.       — Кстати, есть какие-нибудь сведения о нём? — влезает Питер.       — Он на Земле. Перчатка сломана и, как думают Мстители, он ходит по храмам всей планеты и ищет способ или детали для того, чтобы её починить, — отвечает Роджерс. — Я вчера разговаривал с Наташей.       — Только ли с ней?       Стив поджимает губы, чтобы не улыбнуться, и густо краснеет, отведя глаза.       — А как он относится к тому, что мы вернулись?       — Бьётся в истерике, наверное. Мстители ищут его. А мы…       — А мы готовимся к встрече с его приспешником, — заканчивает за него Баки.       Питер кивает.       — Думаю, на сегодня хватит, — подводит черту Стив. — Ты устал?       — Я да, — соглашается Баки.       — Когда успел? Ты весь день проспал.       — Я ещё и в душе был. И это не отменяет того, что я вымотался.       Питер усмехается, наблюдая за ними, и отвечает, что был бы не против поесть и лечь спать, раз уж они заговорили о сне.

***

      — У тебя стальные бёдра, — сообщает ему Стив, закрывая за ними дверь. — Ты знаешь это?       Паркер сказал им, что больше не слышит никаких звуков ночью. Следовательно, они могут вернуться к себе в квартиру.       — Я тебе так в форме понравился? — усмехается Баки. — Снимешь её с меня?       Роджерс в который раз краснеет: «Мы можем хоть раз наедине не говорить об этом?»       — Не передразнивай меня. Вчера тебе нравилось.       Стив смущённо улыбается и радуется тому, что Баки сейчас стоит спиной к нему.       — Ты классно стонешь, — слышится из уже ванной.       Он не может сдержать смешка.       Баки переодевается в домашнюю одежду — длинные пижамные штаны и футболка Стива, которая теперь его — и моет руки. Роджерс хозяйничает на кухне. Он так же уже переодет: в шорты и футболку. Он замечает его, входящего в комнату, но не отрывается от готовки.       — Ты что утром ел? Пожарить тебе…       — Пожарь лучше меня, — он мимолётно целует его в плечо и расставляет руки по оба его бока, упираясь ими в стол. Обниматься пока что не лезет — дразнит.       Стив улыбается и, повернув голову обратно, краснеет. Баки замечает это по его алым ушам.       — Я голосую за табу на пошлые шутки и намеки.       — Да брось. Мы же наедине. Это обязательно, — он убирает руки. — А мы… мы встречаемся? Как Шерон?       — Спросила, какая дрянь увела меня из семьи.       Баки смеётся: «Сказал?»       — Я сказал ей, что ты не дрянь. Что мои чувства взаимны. Пожелал ей счастливой жизни и в очередной раз извинился. Она выглядела понимающей. В двадцать первом веке, если ты уходишь к мужчине, на тебя не рушится такая кара, как если бы к женщине.       Он разворачивает его к себе: «Откуда ты знаешь? Есть опыт?»       — Я читал об этом.       — Когда успел?       — Вчера, пока ты спал на моём плече.       — Первым моим запросом в Гугл по поводу отношений между мужиками было порно. Посмотри как-нибудь. Или лучше глянуть вместе?       — Прекрати, Бак, — он улыбается и краснеет, отводя глаза.       Барнс скользит руками по его предплечьям и берёт за руки. Они звонко чмокаются в губы, потом ещё и ещё, пока Стив не затягивает его в глубокий поцелуй, обняв за шею руками. Останавливает их урчание живота Баки.       Роджерс отстраняется и вытирает рот.       — Ты теперь мой мужчина, — довольно улыбается Баки, положив ладони на его щёки.       Стив усмехается: «А ты мой. Я ревнивый, так что, если увижу тебя с какой-нибудь девицей под ручку — прибью. Ты же любвеобилен».       — Взаимно. Здесь за Капитаном, как героем Земли, бегают толпы. Не хочу, чтобы на тебя вешались.       Они не могут не поцеловаться ещё раз. Когда Баки запускает ему руку в волосы, а Стив прижимает его к себе, они оба стонут друг другу в губы. Барнс тянет за шнурок его домашних шорт.       — Подожди, — шепчет Стив. — Давай сначала поедим. Ты же голоден.       — А потом?       — А потом я с тобой что-то гляну.       — Роджерс! Я же шутил!       — Какой ты испорченный, Барнс, — он поворачивается к плите. — Я говорю о марафоне фильмов. Спать-то ещё рано.       — Выкрутился.

***

      Стив ставит перед ним тарелку со спагетти и садится напротив. Они молча едят, пока Роджерса не тянет к его металлической руке. Баки думает, что он хочет взять его за руку, но он только снимает с запястья резинку и обходит его.       — Волосы в тарелку лезут, — объясняет он.       — Я привык.       Стив собирает их в хвост и завязывает резинкой. Баки был бы не против, держи он его за волосы в другой позе.       — Не стригись, — он оставляет его в покое и убирает свою тарелку в раковину. — Какой жанр хочешь сегодня?       — Что-нибудь поживее комедий. Меня так вырубило с них.       — Боевики? «Хищник», «Миссия невыполнима», «Форсаж», «Терминатор», «Мегалодон», «Война миров», «Хардкор»?       — Я знаю свой список фильмов. Я его составлял.       — Ты все их посмотрел?       — Все, кроме «Хищника». Оставил на десерт.       Баки впервые моет за собой тарелку в то время, как Стив включает фильм. Укрывшись одеялом, они ложатся на диван по той же схеме: Кэп у спинки, Барнс у края, и первый час пролетает незаметно. За это время было много кровавых сцен, за которыми Баки пристально наблюдал. Роджерс же после десятой минуты начал жмуриться и прятаться за него.       — Тебе страшно? — насмехается он.       — А тебе нет? Как вообще так спокойно можно смотреть ужасы?       — Этот фильм — не мясорубка. Здесь есть сюжет. Я поэтому его в фавориты и записал.       Фильм вновь привлекает внимание Баки. Он забывает о Стиве, лежащем рядом. Тому кричащие в телевизоре люди неинтересны, но он не мешает просмотру. Пока не кладет руку Баки на пояс. Последнего выносит после того, как тот начинает большим пальцем потирать его ягодицу. Пижамные штаны тонкие и под ними, конечно, трусов нет. Действия между ног слегка отвлекают его от действий на экране, поэтому Баки перехватывает его руку, переплетая их живые пальцы с металлическими, и пододвигается ближе к нему, чтобы оказаться в объятиях.       — Я хочу досмотреть.       Заправив ему прядь за ухо, Стив целует его в висок и накрывает их повыше одеялом.       К последним двадцати минутам Баки тяжело дышит и просто терпит. Взять пульт, выключить этот чертов фильм и потащить Роджерса в спальню было бы резко. Но почти час лежать с ним вплотную, чувствовать его тепло, вдыхать запах и не трогать за всякое — невозможно.       Когда концовка фильма становится понятной, Барнс переворачивается на спину и поворачивает голову. Стив мирно дремлет на соседней подушке. Даже как-то не хочется беспокоить его. Пока он сомневается, Роджерс приоткрывает глаза и сонно потягивается.       — Твои ужасы закончились? — томно с хрипотцой спрашивает он.       — Да.       Стив слышит звуки битвы за спиной Баки, но тот не дает ему разобраться — целует, начиная посасывать его нижнюю губу, как леденец, и, задрав его футболку, забирается на него сверху.       Роджерс отталкивает его одной рукой, пока ещё может контролировать свои действия. Сидя на нём, Баки ошарашенно смотрит на его руку, ладонью упирающуюся ему в грудину, а потом в глаза.       — Пойдём в кровать, родной.