Добро пожаловать домой

Тёма с давних пор любит встречать рассветы. Он помнит, как подростком также сидел на крыше и курил, медленно выдыхая дым, смотря, как тот тут же рассеивается в воздухе. Ему нравятся эти ранние утренние часы, когда мир только начинает оживать, когда еще нет дневного зноя, и ощущение абсолютной тишины и спокойствия. Это помогает разложить в голове отдельные фрагменты произошедших событий, позволяя хоть чуть-чуть вникнуть в происходящее. Потому что Тёма запутался в том, что на самом деле реально, а что только его сны. Холодный ветер забирается под толстовку, заставляя кожу покрыться мурашками, однако Артём продолжает смотреть вдаль, где начинается восход. Ему бы хотелось, чтобы наконец и в его жизни он наступил, но сам понимает, что пока до этого ещё далеко. За все время, что Тёма здесь, ему удалось найти лишь один злосчастный лист про сделку с дьяволом, и это ещё примерно подходит под общий сюжет книги. Один криво исписанный листок. Вон он – рассвет для Тёмы. Шатохин не знает, сколько уже сидит, смотря в никуда, но, когда солнечный диск почти полностью встает из-за линии горизонта, он аккуратно пролезает в окно на чердак, уже хорошо освещенный. Здесь пыльно и захламлено, потому что у самого Тёмы руки не доходят, а Анну Романовну он из принципа сюда не пускает. У неё и без того работы полно. По углам расфасованы пыльные коробки со старыми вещами, которыми никто уже не пользуется, и вряд ли от них уже когда-либо будет толк. В самом дальнем развалившемся от времени шкафу стоят треснувшие и грязные бюсты каких-то людей и различные подарочные статуэтки, а около выхода потрёпанное временем кресло. От количества взмывшей в воздух пыли у Тёмы слезятся глаза, и ему кажется, что она постепенно оседает в его лёгких, наполняя их грязью, и не даёт дышать нормально. Он рывком открывает дверь и спускается по лестнице вниз, слыша позади себя хлопок. Мозг берёт в свои руки рупор и буквально начинает кричать о том, что он не спит уже второй день подряд. На дворе суббота так-то, август – ему нужен отдых. Тёма неохотно соглашается, пытаясь утихомирить возникшую головную боль. Однако идти к себе он категорически не хочет. Парень перенёс туда книгу и несколько стопок заметок, показавшихся ему наиболее подходящими, и пару неразобранных, чтобы больше не засыпать в кабинете. Даже при воспоминании о горе бумаг, Тёма хочет выйти в окно. Ну, или снова пойти на крышу и покурить. В голову приходит идея пойти спать в гостевую комнату, а можно и в гостиную на диван. Последний вариант явно нравится уставшему организму, потому что даже головная боль становится чуть терпимее. Шатохин забирает плед из своей комнаты и останавливается на полпути к лестнице. Он делает пару шагов назад и внимательно смотрит на дверь спальни Егора. А может быть…? Руки реагируют быстрее, чем до сознания доходит вся суть задуманного Тёмой. Очередная издёвка над бедным парнем. Уже и поспать нормально ему не даст. В комнате царит полумрак, и Тёма уверенно проходит вовнутрь, осторожно закрывая за собой дверь. На кровати развалившись на животе тихо сопит Егор, даже не зная, что его ожидает утром. Шатохин бросает плед и толстовку на пол и подходит ближе, наклоняясь к спящему Ракитину. Наблюдает, как легко подрагивают его ресницы, слушает размеренное дыхание и проводит по растрёпанным волосам. Парень чуть дёргается во сне, но Тёме, кажется, уже на всё просто наплевать. Он наклоняется максимально близко и легко дотрагивается до губ, ловя чужой выдох. И тут же отстраняется, пытаясь не закричать и не застонать от дикого раздирающего чувства внутри. Хочется большего. Намного большего. Шатохин подходит к другой пустующей стороне и минуту стоит в нерешительности. Он понимает, насколько далеко заходят его провокации, но почему-то не может поступить иначе. Послав всех своих червей в мозгу к черту на кулички, Тёма аккуратно забирается под одеяло, тут же согреваясь теплом Егора. Он вытягивает руки под подушку, наслаждаясь запахом, и закрывает глаза. Сон уже почти поглощает его, даруя такой нужный покой, как на его спину ложится рука Егора, притягивая ближе, а сонный голос шепчет прямо в ухо: - Ты что, мать твою, творишь? - Сплю, разве не видно? Тёма еле шевелит губами, чтобы ответить, находясь на грани сна и реальности, зато отлично ощущает, как его прижимают к чужой груди. В комнате сразу же становится нестерпимо жарко, и Тёма почти стонать готов, когда рука Егора проходится по его торсу, а губы касаются плеча. - В моей кровати? Тёма нащупывает вторую руку Егора под подушкой, сплетая пальцы, и дышит глубоко, стараясь успокоиться. Получается хреново, учитывая что он буквально прижат к Ракитину. - А ты против? – все же отвечает Тёма, сильнее сжимая чужую ладонь. - Спи уже, раз пришел, - хмыкает Егор, в ответ сильнее вжимаясь в Шатохина, который и правда уже не понимает: это сейчас реальность или снова чертов сон? Когда Егор просыпается, он не верит своим глазам. И вообще не верит, что он проснулся. Прямо перед ним, на его кровати лежит чертов Шатохин, сжимая его руку в своей. Это выглядит настолько дурманящее абсурдно, но так ахуенно, что Ракитин просто не может оторвать взгляд. Не может не смотреть на расслабленное лицо с удивительно юными чертами, не может не смотреть на длинные ресницы, скрывающие голубые завораживающие глаза. Не может не сжимать сильнее руку, ощущая чужое тепло. Он со вздохом падает обратно на подушку, зарываясь носом в каштановые волосы. Егор вдыхает запах его шампуня жадно, будто желая заменить весь кислород в своих лёгких на лёгкий аромат мяты. Он придвигает ещё спящего Тёму ближе, стараясь сдерживать себя, чтобы не проломить тому нахрен рёбра, потому что желание сдавить до хрипа в груди и синяков и больше никогда не выпускать всё сильнее. Не сдержавшись, Егор со вздохом сжимает бок Тёмы и припадает губами к шее, проводя аккуратно целую цепочку поцелуев до плеча и тут же отстраняясь. Шатохин громко вздыхает и переворачивается на другой бок, позволяя Ракитину вытащить вторую руку. По ней тут же проходит волна судорог, заставляя Егора сморщится. Тёма закидывает на него одну руку, прижимаясь вплотную и дыша в шею. Ракитин с интересом смотрит на татуировки парня, так ярко контрастирующие на бледной коже. Он гладит его по спине, а после наклоняется к губам, осторожно целуя. Тема чуть шевелится во сне, и Егор резко отстраняется и ждёт с замиранием сердца. Однако Шатохин продолжает спать, и Ракитин выдыхает, осторожно выбираясь из постели. Он быстро одевается и останавливается около кровати перед тем, как спуститься вниз на кухню. Егор смотрит внимательно на губы Шатохина, стараясь объясниться перед собой в своих же действиях, но не может. Просто хочется. Хочется до дрожи в пальцах, до загнанного дыхания и пелены перед глазами. "К чёрту", – думает Ракитин и легко касается губ Тёмы. Уже во второй раз за этот день. Губы Тёмы мягкие и чуть потрескавшиеся, и Егор цепляет верхнюю, осторожно оттягивая, а после прижимается сильнее, будто пытаясь прочувствовать всю сущность Шатохина. Ракитин отстраняется неохотно, а после спешно выходит из комнаты, чтобы не искушать себя лишний раз. В коридоре пахнет свежими булочками и турецким кофе, привезенным родителями Егора. На кухне суетится Анна Романовна, разливая по кружкам напиток и жаря что-то на сковороде. Егор желает ей доброго утра, присаживаясь за стол. - Где Тёмочка? Ещё спит? – спрашивает женщина, ставя перед ним чашку с кофе и тут же подбегая к плите. - Ага, дрыхнет ещё, - кивает Егор, вспоминая развалившееся на его кровати наглое тело, чувствуя, как тут же становится душно. Ебаный провокатор. Анна Романовна что-то спрашивает у него, но у Егора всё проходит мимо ушей, так как все мысли занимает Артём, спящий в его комнате. Ракитин чувствует себя больным, раз за разом прокручивая в голове сегодняшнее утро и отрывок ночи. Он выходит из транса, только когда его руки касаются нежные ладони экономки, а перед ним стоит блюдо с свежеиспеченными оладьями. - Всё хорошо? – заботливо спрашивает женщина, видя рассеянность Егора. - Да, всё хорошо, - поспешно отвечает подросток, начиная есть свою порцию. Женщина видит, как взгляд его снова становится туманным, и понимает, что он вряд ли расскажет ей о своих переживаниях. Поэтому она лишь ласково гладит его по голове и садится рядом, открывая книгу на закладке и медленно попивая кофе. Когда же Егор доедает и уносит тарелку, Анна Романовна просит пойти и разбудить Тёму, и выходивший уже из кухни Ракитин возвращается и начинает складывать на тарелку посыпанные сахарной пудрой булочки. На удивлённый взгляд экономки он преспокойно отвечает, что отнесёт Шатохину завтрак прямо в постель. *** Артём просыпается медленно, будто выныривает из вязкого сладкого сиропа, приклеившего намертво его веки. Сон ещё отрывками мелькает перед глазами, однако сознание уже возвращает парня в реальный мир. Шатохин неохотно открывает глаза, понимая, что за всё это время он впервые по-настоящему выспался. Первое, что он видит перед собой, это ещё одну белую подушку и зеркало около стены. В его комнате нет зеркал. Это заставляет Тёму рывком сесть на постели и оглядеться. Наткнувшись тут же взглядом на спину Егора, залипающего в своем ноутбуке с наушниками, он в мельчайших подробностях вспоминает прошедшую ночь. И то как сам сюда пришёл. Краска заливает щёки Тёмы: всё же эта провокация была лишней. Не стоило так нагло лезть к пацану, который сам не разобрался, чего хочет. Однако смущение длится недолго, и Тёма подползает поближе к привалившемуся на спинку кровати Егору. Он кладет голову ему на плечо, привлекая внимание Ракитина, заставляя его чуть ощутимо вздрогнуть от неожиданности. Егор снимает наушники, поворачивая голову к Тёме, почти касаясь губами. - Выспался? – ехидно спрашивает Егор, заворожённо смотря на то, как быстро краснеют щёки Шатохина. - Вполне, - тихо отвечает Тёма, утыкаясь лбом в плечо Ракитина. - Поешь, твой завтрак на тумбочке, - доносится до Артёма, а после его волосы ерошит рука Егора. - Почти завтрак в постель, - усмехается Шатохин, тут же перемещаясь к тумбочке и беря сладость в руки. Сахарная пудра осыпается и остаётся на губах и кончиках пальцев сладкой пылью, которую Шатохин тут же слизывает, не обращая внимания на потемневший взгляд смотрящего на него Егора. Тот отворачивается, не в силах смотреть на блядски сексуального Тёму, облизывающего свои пальцы, которые могли бы… Егор спешно надевает наушники, мечтая подавить вдруг вспыхнувшее желание. Кофе чуть тёплый, однако это не портит удовольствие Артёму, у которого от такой заботы тепло разливает не только в горле, но и в душе. Он думает, что не заслуживает этого всего. Слишком хорошо. Парень тянется за очередной булочкой, как его взгляд натыкается на согнутый листок с явно знакомым почерком. «Черновик №1» мозолит глаза, и Тёма хватает бумагу, быстро разворачивая, мигом узнавая писавшего. Это черновик его отца. Шатохин читает первые строки и замирает. Он был бы полным идиотом, если бы сразу не узнал о какой книге тут идёт речь. Тёма на внутренней стороне выжег своим гневом название этой треклятой книги, а имя демона въелось в подсознание и пустило свои корни, будто самая страшная зараза. Артём не чувствует собственного тела, когда сминая края листка, подползает обратно к Егору. Его пальцы будто механические сминают плечо подростка, привлекая внимание. Егор смотрит удивленно, не понимая стеклянного взгляда парня напротив. - Откуда это у тебя? – звучит чуть приглушённо, будто сквозь толщу воды. - Взял почитать, когда приносил тебе чай в кабинет, - с беспокойством произносит Егор, откладывая ноутбук в сторону, поворачивяась полностью к Тёме. – Это что-то важное? - Чертовски важное, Егор, - отвечает Шатохин, чувствуя, как радость наполняет всё его существо. По этой блядской книге всё же есть заметки. И одну из них он уже нашёл. Остальные не составит труда отыскать. - Тёмыч, слушай, прости, я не…, - начинает извиняться Ракитин, понимая, что, возможно, стоило всё же спрашивать разрешения перед тем, как брать чужую вещь (кто же знал, что этот листок такой важный?), но чувствует, как его сгребают в объятия. - Блять, Егор, я тебя обожаю, - шепчет на радостях Тёма, вызывая у парня табун мурашек по коже. Как же, черт возьми, хорошо.