Don't fuck my mind

"У Зины плохая жизнь. Она работает продавщицей в магазине и покупатели не всегда бывают к ней компетентны. Зина часто бывает в запое. У неё есть муж, его зовут Олег. Олег страдает маниакально-депрессивным психозом, из-за чего над ним часто издеваются соседи и знакомые. Он безработный, ибо недееспособен. Олег часто избивает Зину, от чего та прячет свои синяки и постоянно выслушивает извинения от своего мужа после избиений. Она понимает, он не виноват: это всё болезнь. Они оба предпочитают не заговаривать друг с другом на такие темы. Пара плохо живёт и еле как сводят концы с концами. У Олега и Зины есть сын. Он уже взрослый и живёт отдельно от родителей. Его зовут Алексей. Алексей ненавидит своих родителей, ибо считает их бесполезными и беспомощными кусками мяса. У Алексея клиническая депрессия. На его лице часто можно встретить недовольство и безразличие абсолютно ко всему и всем, а иногда и злость с примесью презрения. Для Алексея жизнь давно потеряла всякий смысл и теперь он только существует, не находя прелестей в жизни. Он держится на волоске от суицида. Как ни странно, но у Алексея есть возлюбленная. Её имя Мария. Смешно так, но их любовь взаимна. Они оба не совместимы, но не зря говорят, что противоположности притягиваются. Мария жизнерадостный человек и привыкла видеть в своей жизни только хорошее. По сути, Мария – это единственная причина, по которой Алексей ещё не лежит в гробу и..." Далее страницы были опалены. Похоже, что когда-то давно случился пожар. Книга была уже довольно старая, а бумага в ней сгнила, что читать её было не совсем приятно. Да и пахла она не лучшим образом. Молодой сидел в неуютном кресле, пружины которых впивались ему в зад, держа в руках ту самую опаленную книгу. -Странные у Агны книги однако. – почти неслышно пробурчал он себе под нос, кладя куски бумаги на деревянную полку, откуда он их и взял. Подыскивая чтобы ещё почитать, лишь бы не умереть со скуки, он и не заметил, как сзади к парню подошла женщина с ножом в руках. -У нас закончилось мясо. Иди и принеси ещё, пока мы тут с голоду не подохли. И поторапливайся, скоро уже совсем стемнеет. – её низкий грубый голос пробирал до костей даже Нуара. Он немного пошатнулся, машинально отойдя от неё подальше, ибо с ножом она выглядела ещё более зловещей. -Чё вылупился? Я сказала шуруй за мясом и смотри гниль не притащи. – пробубнила своим басом женщина и ушла на кухню. Что или кого готовить – непонятно. Кинув на неё пустой мимолётный взгляд, он подходил к порогу и уже накидывал на себя тулуп. Было уже далеко за темень, а люди выходили на улицу всё реже. Сегодня было особенно холодно. Конец октября, далее только суровая зима. Всё тело парниши дрожало, а зубы стукались друг об друга и, казалось, что они сейчас вовсе раскрошатся в порошок. Это его первая охота и он не совсем понимает, что нужно делать. В голове уже проматывались кучу событий и диалогов, что он мог построить с жертвами, но всё было напрасно. Ожидая свой ужин, Нуар трясся от собачьего холода и голода, что пропитывали его тело. "Да где там дрын какой-нибудь! Давай скорее, а то уже все яйца отморозил. Господи, мои бубенцы! Чувствую, в будущем я об этом пожалею." Он ёрзал, обнимаю свою тушу, чтобы согреться. Сам юноша сидел на фонаре, поджав копыта и хвост. Вся улица была освещена лишь тусклыми фонарями. Её покрывала мгла и туман, самому Нуару было мало что видно. Из его рта валил густой пар, а шерсть встала дыбом, в ожидании человека и от холода, соответственно. Вот и он! По силуэту и походке было не совсем понятно, кто это. Вроде, девушка, но он сомневался. Может, это вообще мужик, который готов в любую минуту навалять Нуару по первое число, что ему и не снилось. "Это моя первая охота. И что я должен сказать:" Привет, меня зовут Нуар, можно я тебя убью, потому что мне нечего жрать?". Ну, хер его знает. Ладно, сейчас разберусь" Стараясь как можно тише спуститься с фонаря, он только навалился себе на спину, отбивая лёгкие. От волнения его руки тряслись, а ноги так вообще отказывались ходить. Нуар пытался прикинуть свою первую атаку: сбить жертву с ног хвостом, а далее вцепиться в лицо зубами? Этот вариант ему нравился больше всего, для первой охоты самое то. Подойдя поближе к девушке, и уже приготовив хвост, Нуар сбивает её с ног, от чего девица падает на спину, сильно крича от боли и уже нависнув над ней он готов был раздробить ей череп челюстями, но не тут-то было. Тут же его глаза поразил спрей из перцового баллончика, а в грудь промеж рёбер был засажен короткий, но острый нож. В эту секунду он завизжал, словно медведь, которого подстрелили винтовкой. Парень отшатнулся от девушки, не замечая, как непроизвольными махами отвесил ей пару шрамов на лице. За это он получил ещё парой ударов в челюсть. Он будто ослеп. Глаза невероятно жгли и слезились, а боль была практически нестерпимой. Ему будто выдрали глазные яблоки, после в орбиты черепа залили бензин и подожгли. Видеть нормально Нуар же не мог, осталось выслеживать жертву только по запаху и слуху. Белок залился кровью, а слёзы стекали по щекам от боли и жжения. Из груди стекала горячая кровь и окрашивала тулуп в алый цвет. Выдернув нож и держась за рану он ещё сильнее испытывал боль. Вдохнув как следует и навострив уши, он бросился на утёс, догоняя девушку, парень хотел вцепиться ей в шею зубами, если бы она не прислонила его к борту моста и они не упали бы вместе в реку. Мигом лёд с хрустом треснул под их весом. Тут же своими телами они почувствовали ледяную воду, которая так сильно сковывала движения. И плавая в ледяной воде, даже тогда она продолжала избивать его по лицу, держа веру на спасение с своих руках. Холодная вода медленно окрашивалась в красный цвет, а два тела в реке боролись за жизнь. Кислород в лёгких кончался и никто из них не хотел отпускать друг друга, надеясь, что противник захлебнётся в скором времени. Она топила его, вцепившись в горло длинными ногтями и буквально царапая его до крови. Думая, что жизнь его на этом закончится, он уже представлял, какого ему будет по сторону неба. Неожиданно для всех, его пасть раскрылась, словно цветок на рассвете, и вцепилась девушке в лицо, обхватывая его всего и вонзая сотни клыков, как можно глубже в плоть. Рывок и голову будто не было. Только из артерий и вен лилось рекой красное молоко. Хватая обезглавленную тушу за грудь и выплывая на поверхность, он наконец-то смог вдохнуть хотя бы ложку воздуха, в которой он так нуждался. Тут же подплывая к берегу и выпуская тушу из пасти, он находился в неком недоумение. Нуар знал, что его пасть может раскрыться, но не до таких размеров и не так самопроизвольно. Управлять он ей совсем не умел. Лицо и грудь всё ещё невыносимо болели, а зрение вот-вот начало приходить в норму. Виднелись только слабые силуэты и предметы, но это хотя бы что-то, по сравнению с отсутствием зрения как такового. Всё тело было мокрым, на нём медленно застывали капли, что капали с шерсти и волос на теле, а свой тулуп он утопил. Беря в рот тело девушки, Нуар расправил крылья, заранее отряхнувшись. Взлетая на высоту птичьего полёта и следя за тем, чтобы его никто не видел, он уже подлетал к дому Агны. Нуар приземлился на землю, выплёвывая труп из пасти и хватая его за ногу, он нёс его к подъезду. Выглядело это, будто Нуар находился в фильме ужасов. По сути, это и был фильм ужасов, только в реальности, что была намного хуже какого-то там кошмара на ночь. Входя в подъезд он снова вдыхал запах говна и мочи кошек, к которому он так и смог привыкнуть. Распахнув дверь, он кинул тушу с порога прямо в зал, тем самым пугая Агну, которая в это время точила тесаки и ножи. Она лишь вбежала в гостиницу, наблюдая Нуара не в самом лучшем состоянии: краснота с глаз всё никак не проходила, на лице образовались огромные синяки, а в груди была дыра от ножа. Плюс обморожение и стресс, что испытало ешо тело. Проходя мимо неё, он чувствовал на себе её взгляд, кинув в её сторону. -Чё вылупилась?! Иди жрать готовь! Знаешь, каким трудом мне досталась эта шлюшка?! – гневно начал рычать он. По нему было видно, что после той взбучки он сильно разнервничался. От злости он начал оскалить зубы и высовывать когти. -И что мы такие нервные стали? Ладно, иди почитай чего-нибудь. Мне только тело освежевать. Кстати, тебе из чего запеканку сделать? – вежливо спросила его Агна, что для неё было весьма странно. -Мне похуй! – злость всё никак не проходила и желание наброситься на женщину тоже. По сути, именно из-за неё он получил такие травмы, хотя, если бы он не пошёл охотиться, то жо сих пор сидел бы голодный. Взяв с полки непрочитанную книгу, он завалился в кресло и погрузился в мир строчек и букв.