Одержимость

Снайпер нашёл женщину на берегу озера. Наблюдая за закатом, она стояла, обхватив себя руками. Её плечи… да что там, всё тело было напряжено, как слишком туго натянутая струна. Едва увидев её, он уже знал – случилось неизбежное… она написала Крайку, что хочет улететь. Духи… турианец ожидал, что так и случится, но оказался совершенно не готов к этому. Какая-то по-детски наивная его часть до конца стремилась верить в то, что время ещё есть, и он слушал её, отметая все рациональные доводы разума, как делает всякий, жаждущий хоть немного продлить что-то хорошее… Он понимал, что Ракта позовёт его с собой, но также осознавал и тот факт, что за пределами планеты им стоит держаться друг от друга подальше. Несмотря на заключенное перемирие, между их расами ещё долго будет стоять стена ненависти. Для турианцев эта женщина была символом войны, которую они так и не выиграли, да и среди людей Ракта слишком известна. Последовав за ней, сражаясь рядом с ней, он наверняка привлечёт лишнее внимание ненавистников с обеих враждовавших сторон, а это ни к чему в том деле, которое она собиралась совершить. Выслеживая кого-то, надо быть как можно менее заметным. Да, для неё даже лучше исчезнуть на какое-то время, не попадаться никому на глаза. Коммандос наверняка тоже понимала это, хотя и не говорила вслух. Его сердце забилось часто-часто, а в горле возник ком. Она слышала его шаги, но не повернулась. Турианец остановился у неё за спиной, не решаясь заговорить… или как-то по-другому привлечь к себе внимание. Они долго стояли в полном молчании… затем женщина вдруг зашагала по потрескавшемуся дну почти высохшего озера к тому, что теперь напоминало большую лужу. Встав на колени и зачерпнув пригоршню, как ни странно, чистой воды, она плеснула её себе в лицо… чтобы смыть пот и пыль, а может, и слёзы. Снайпер медленно подошёл к ней, и коммандос поднялась на ноги, разглядывая отражение закатного неба в поверхности иссякающего озера. - Я обязана была это сделать… - её слова походили на оправдание. - Вовсе нет. Ты сделала то, что хотела. Ты всегда так поступаешь, если речь идет о твоих личных интересах, разве не так? - Так… Ракта вдруг повернулась и посмотрела ему в глаза – с сожалением, даже виновато. - Да ладно… ты ничего мне не должна, - бросил он, надеясь, что это прозвучало достаточно небрежно. Коммандос открыла рот и резко набрала в лёгкие побольше воздуха, словно собираясь разразиться гневной тирадой, но лишь шумно выдохнула, а потом закусила нижнюю губу и, отведя взгляд в сторону, кивнула. Простояв неподвижно с минуту, женщина прошептала: - Да… ты прав. Затем, по-прежнему не смотря на турианца, она медленно двинулась к пляжу. Снайпер молча провожал её взглядом… Уже под сенью голых деревьев она вдруг остановилась и оглянулась. Если турианец не ошибся, то в её глазах засияла… надежда. - Ты можешь присоединиться ко мне, как ты сам и предлагал… - сказала женщина неуверенным, просящим тоном – максимум того, что она решилась себе позволить. Что ответить на такое? Что тогда он не задумывался над всем всерьёз? - Я не могу… и дело не в моем желании… Тебе ни к чему лишнее внимание, если собираешься выследить того, кому хочешь отомстить… Турианец рядом с тобой уж точно привлечёт множество любопытных взглядов… и если бы только любопытные взгляды, - произнёс он увещевающе. – Полагаю, и так будет достаточно тех, кто постарается поквитаться с тобой за то, что было сделано во время войны. Я знаю, что ты в состоянии постоять за себя, но тебе стоит быть осторожной. Турианец не подходящая для тебя компания… Коммандос лишь коротко кивнула и, резко отвернувшись, быстрым шагом двинулась в сторону базы. *** Снайпер оставался в джунглях до утра, хотя и не сомневался, что женщина ждала его. Но… так было легче вернуться в реальность из мира сладкого противостояния с ней… На рассвете он слышал, как на новой посадочной площадке приземлился, а затем через несколько минут снова взлетел шаттл… Наверное, это был не самый худший вариант того, как могла закончиться их последняя брань, и всё же оба ещё долго не в состоянии были избавиться от чувства… потери. Даже когда от иссушаемой солнцем планеты и друг от друга их уже отделяли сотни световых лет, какая-то невидимая нить, связавшая две одержимые запретной любовью души, не спешила разрываться…