Аристократ с сюрпризом

После бракосочетания дни продолжили размеренно следовать друг за другом. Сейчас был конец пятого месяца, лето полноправно грело всех солнечными лучами. Порой так сильно, что разумные спасались купанием на небольшой речке, которая протекала за пролеском позади поместья. Рэдмон бы и рад был тоже наведаться на эту речку, но он помнил слова Андраса о том, что тот не умел плавать. Было удивительно, как ему еще никто не задавал вопросы насчет того, что омега мог утонуть в тот раз, когда на корабль напали пираты. Дэнье и Баскард понятное дело, почему не любопытничали. Но остальные? Может Андрас держал это в секрете? Или не доводилось ему купаться? Почему-то Рэдмон был уверен, что стоило только юному аристократу искупаться летом в реке, как сердобольный Люген тут же бы примчался с пиздюлями для единственного отпрыска. Да как он посмел барахтаться в одной луже с челядью? Голос Люгена касаемо этих слов так и прозвучал в голове, отчего Рэдмон усмехнулся, прикрыв рот кулаком. Баскард был рядом с ним, поэтому поднял на него удивленный взгляд. Они находились в летней террасе, которую совсем недавно достроил городской плотник. В холодные сезоны она накрепко закрывалась и была доступной только в период с последнего месяца весны до второго месяца осени. — Ничего, — Рэдмон покачал головой. Наверное, было странным со стороны, что омега смотрел до этого в окно, а потом вдруг засмеялся. Вопрос Баскарда читался в глазах, но он его не озвучил, вернувшись к своим бумагам. Они были женаты вот уже несколько недель, но еще ни разу Баскард не дотронулся до омеги. Между ними сохранилось только то, что альфа оставлял необычайно нежные поцелуи на лбу и висках, на пальцах рук и плечах. Он подавал омеге руку на входе и выходе из экипажа, сопровождал его в небольших поездках, разделял с ним трапезу, а по вечерам они разговаривали в спальне Баскарда. Нередки были случаи, когда Андрас во время таких разговоров засыпал прямо на постели дарка. Баскард не тревожил его, лишь накрывал одеялом и засыпал на самом краю. А на рассвете омеги уже не было. Рэдмон зевнул. Он прикрыл рот ладонью и потянулся. В последнее время омега чувствовал легкое недомогание и время от времени пил гольен. Дело в том, что он недавно попал под проливной дождь, когда возвращался с Баскардом из города. Дул такой сильный ветер, что Рэдмон наверняка простудился. Сейчас он ощущал легкий озноб, но никому ничего не говорил. Если бы стало хуже, он бы это узнал. Баскард шелестел бумагами. Время от времени он чиркал пером, кончик которого был смочен чернилами. Сделав один росчерк, он откладывал лист бумаги и то же самое делал на других. Рэдмон встал с кресла и подошел к письменному столу. — Что ты делаешь? — любопытство взяло верх. Альфа очень много времени проводил за работой. Сам же Рэдмон почти перестал заниматься бумажными делами. Ведь производство не стояло на месте, а некоторую бумажную волокиту забрал себе Дэнье, аргументируя это тем, что омега только женился. Пусть уделит время супругу. Рэдмон на подобное только фыркнул. — Отвечаю на прошения семей моего клана, — спокойно ответил Баскард, однако перо отложил и повернулся к подошедшему омеге. При этом в его взгляде неожиданно скользнуло столько нежности, что Рэдмон даже остановился, всмотревшись. Но нет, зрение и ощущения его не обманули, Баскард действительно смотрел на него так. Хотя сам он выглядел неприступной скалой. Чтобы не пялиться и дальше, Рэдмон взял со стола бумагу и хотел почитать лично, о чем там можно просить Главу клана. Но не понял ни строчки. — Что это за язык? — Рэдмон вскинул бровь. Не было ни одной знакомой буквы. Вообще язык отдаленно напоминал арабский, но было что-то еще. Что-то дополнительное. — Даркский, — Баскард скрестил пальцы и звучно хрустнул ими. Он этого не показывал, но по нему было видно — мужчина уже устал сидеть. Заметив это, Рэдмон покачал головой, после чего отложил лист и взял Баскарда за руку. — Пойдем, у тебя от этой работы уже задница мокрая. — Прости? — Баскард вскинул удивленно бровь. Подобное выражение он слышал впервые. Особенно в отношении себя. Хотя, от Андраса можно было ожидать чего угодно. — Прощаю, — по обыкновению своему съязвил Рэдмон, потянув мужчину за собой. — На улице хорошая погода. Прогуляемся немного. Альфа не стал препятствовать. В кои-то веки омега сам изъявил желание пройтись с ним. Его горячая ладонь приятно ощущалась в собственной. Да и запах омеги щекотал нос. Баскард был совсем не против пройтись с ним. Они вышли на улицу, и Рэдмон прищурился. Солнце светило так ярко, что омега сейчас просто мечтал о солнцезащитных очках. Похоже следующим его проектом будут именно они. Было решено пройтись в сторону пролеска, за которым и протекала река. В тени деревьев было хорошо, там царила прохлада. На полпути к пролеску Рэдмон выпустил руку Баскарда, будто опомнился. И в следующий момент мужчина предложил свой локоть. Рэдмон цокнул, но локоть принял, положив на него руку. До пролеска они шли в молчании, и лишь после того, как супруги вступили на небольшую тропинку, Рэдмон нарушил тишину. — О чем тебя просят в прошениях? — О разном, — Баскард повел плечом, будто разминаясь. Пусть. Он каменный уже от постоянной работы. — Отсрочить сбор налогов на земли, выдать разрешение на что-либо, узаконить рождение ребенка в семье… О многом просят. — Отсрочить сбор налогов? Но разве дарки не славятся своими богатствами? — Оригинальные байки, — Баскард покачал головой, но Рэдмон заметил на его губах тень улыбки. — Земли Корида богаты полезными ископаемыми, драгоценной рудой и плодородны. Стало быть, такая земля дорогая. Те, кто хочет жить на таких землях и развивать бизнес, платят большие налоги. Семьи от этого не нищенствуют, но по карману налог бьет. Они шли по небольшой тропинке вглубь пролеска. Иногда в ветвях деревьев мелькали мелкие щебечущие птахи, Рэдмон видел только их тени. Баскард смотрел слегка вверх, и омега мог видеть, как блестят его алые глаза. — Слушай… — Рэдмон почесал затылок. Белые волосы были заплетены в высокую косу. — А если в сердце дарка вонзить осиновый кол, он умрет? Лицо Баскарда вмиг вытянулось от такого вопроса. Он даже остановился, услышав его, и изумленно посмотрел на парня. — Что за примитивность мышления? Любой разумный умрет, если ему в сердце воткнуть кол. — Да подожди, — Рэдмон замотал головой. Вопросы мучали его давно, нужно же было успокоить себя. — А если побрызгать святой водой, что будет? — Что есть понимание святой воды? — Ну… вода, освященная молитвами. — И ты знаешь молитвы? Рэдмон задумался. Он никогда не знал хотя бы одну полностью. — Хочешь поговорить о религии? — продолжил между тем Баскард. — Откуда подобные вопросы возникли в твоей голове? По мужчине было заметно, что он слегка раздражен такими вопросами. Они его если и не задевали, то нервировали. То вода святая, то колья в сердце. — Просто… — Рэдмон потер переносицу. Сейчас он чувствовал себя идиотом. — В моем прошлом мире были такие байки про ночных существ. Мы называли их вампирами. Они питались кровью и мясом, боялись солнечного света, святой воды, крестов и чеснока. А еще если проткнуть сердце вампира осиновым колом, он умирал. — Я смотрю, вам там весело жилось, — Баскард покачал головой, затем вновь подставил локоть. Они продолжили идти вперед. Там уже показался выход из пролеска, и слышалось журчание реки. — По древним сказаниям, вампиры произошли от летучих мышей, которые мутировали. — Вспоминая размеры мыши, я очень сомневаюсь, что подошел бы по габаритам, — Баскард вновь повел плечами, разминая их. — Постой, ты все это сейчас к чему сказал? После того, как они вступили в законный брак, Рэдмон чувствовал, как грань в общении между ними стиралась. Баскард все чаще походил на живого разумного, чем на немногословный камень. — Ну… просто поначалу я думал… — Что я вампир? — уточнил Баскард. — Или мои предки были таковыми? Чушь, Андрас. Моими предками были двуногие разумные, именуемые даркстанами. По преданиям, они вышли из жерла потухшего вулкана. Даркстаны считались первородными титанами, но земли бывшего Корида не могли держать их на себе, поэтому с веками титаны вырождались, становились меньше по комплекции, пока не приняли облик нынешних разумных. — Вот оно как, — Рэдмон задумался. Формально все то, что он знал из своего прошлого мира, здесь вообще не было ни с чем сопоставимо. Он только выглядел идиотом. Между тем они уже вышли из пролеска и оказались на берегу достаточно полноводной реки. Ее тихое течение издавало приятное журчание, а глубина никого не пугала. На реке плескались местные разумные. Увидел Рэдмон и Мина, который весело распространял вокруг себя брызги. На берегу сидел Рафланд, наблюдая за омегой. Он был полностью одет, несмотря на жару. Баскард, кстати, тоже был в рубашке. А вот Рэдмон решил сегодня надеть легкие полупрозрачные лосины и светлую воздушную тунику. В такой одежде кожа дышала, и не было ощущения духоты. Увидев супругов, Мин радостно помахал Андрасу, после чего выбрался из воды и поспешил к нему навстречу. Рафланд обернулся, увидел Баскарда и тут же поднялся и поклонился ему. Альфа ответил подчиненному кивком головы. Руки Мина были холодными от воды. Он ухватил друга за запястья, говоря ему что-то о теплой реке. Рэдмон не планировал купаться, но разулся и просто решил побродить по воде. Краем глаза он заметил, что Баскард сел рядом с Рафландом, и они оба уставились на омег. Вот же надзиратели. Как драконы чахли над своим златом. Рэдмон прищурился, посмотрел на Баскарда долгим взглядом. Тот ответил ему аналогичным, после чего Рэдмон двинул ногой в сторону мужчины, окатив его ноги брызгами. Рафланд тут же отодвинулся. Баскард вскинул бровь. Рэдмон повторил свои недавние действия, на этот раз двинув ногой сильнее. Брызги вновь достигли своей цели. — Андрас, — проговорил альфа, пристально смотря на мужа. Его штаны уже были мокрыми. — М? — как ни в чем не бывало откликнулся омега, вновь и вновь повторяя свои манипуляции. К нему присоединился Мин, поняв, что это весело. Только брызгами он окатывал Рафланда. Тот сначала усмехался и закрывался от брызг, а потом резко поднялся и в два шага оказался рядом с Мином, перехватив его. Парень от неожиданности дернулся, и оба они повалились в воду. Рэдмон же ухмыльнулся, смотря на Баскарда. На лице того читалось недоумение вперемешку с удивлением. Со стороны казалось, будто омега с ним заигрывал. Рэдмон так увлекся, что почти вышел на берег. И тогда Баскард резко поднялся и вытянул руку, собираясь схватить парня. От неожиданности омега отпрыгнул назад и оступился. На мгновение мир исчез, а перед глазами заколыхались волны. Рэдмон забарахтался в воде, выровнял тело и нащупал ногами дно. После чего оттолкнулся и в несколько гребков подплыл к берегу. На лице Баскарда сквозил испуг. Он не ожидал, что омега шарахнется от него и скроется под водой. Он замер на одном месте, когда полностью вымокший Андрас выбрался из воды. Легкая туника облепила его тело, через нее стала видна кожа, очертания рельефов мышц, затвердевшие от воды соски. Капли воды скользнули по обнаженной шее, по лицу и неприкрытым рукам. На светлых мокрых ресницах поблескивали капли. Баскард сглотнул. — Напугал меня, — необычайно томно произнес омега, пройдя мимо него и похлопав супруга по груди. Отпечаток его мокрой ладони остался на рубашке. Баскард даже не заметил хихиканья со стороны Мина и Рафланда, которые тоже выбирались из воды и были увлечены друг другом. Рэдмон же, выйдя на берег, с трудом стянул с себя мокрую тунику, чтобы отжать ее от воды. Влажная кожа блестела на солнце. Пришедшие из поселения на реку молодые альфы заинтересованно покосились на полуобнаженного красивого омегу. Тот же никого не замечал, что-то насвистывал себе под нос и выжимал мокрую вещь. Полупрозрачные лосины облепили его бедра и ноги, через ткань почти была видна аппетитная ложбинка. Кровь вскипела в венах, альфа резко наклонился, подобрав сюртук Рафланда, и быстро подошел к Андрасу. Он накинул на обнаженные плечи сухую вещь. Рэдмон обернулся, вмиг ощутив, как от альфы повеяло жаром. Запах раскаленного железа усилился, всколыхнув что-то внутри. Он совсем забыл, что был слегка простужен. К тому же он забыл, в чьем теле находился. Всего на мгновение. — Забылся? — тихо прошептал Баскард, наклонившись к омеге. Рэдмон заметил, как черные вертикальные зрачки опасно пульсировали, а крылья носа двигались, будто альфа принюхивался. Рэдмон растерялся. Он не сразу нашелся, что ответить, а Баскард уже приобнял его за плечи и пошел прочь с берега. Некоторое время они шли молча, Рэдмон лишь чувствовал хватку на своем плече. — Мне больно, — проговорил он. На берегу парень едва успел надеть на ноги легкие балетки перед тем, как альфа увел его. — Как бы там ни было, Андрас, тебе нельзя обнажаться перед другими мужчинами, — проигнорировал его слова Баскард. Он быстрым шагом шел вперед, ведя за собой парня и крепко прижимая его к себе. — Тебя это злит? — Рэдмон вскинул бровь, а затем усмехнулся. — А тебя не злит тот факт, что меня уже видели другие мужчины и в совсем другом виде? — Я в бешенстве от этого, — внезапно громко проговорил Баскард и резко остановился. Рэдмон вырвался из хватки и встал напротив. — Но пока ты себе что-то не придумал, я повторю еще раз, что в том не было твоей вины. Ты мне нужен со всем твоим прошлым. Но не думай, что сейчас я позволю другим глазеть на тебя. — Да я просто снял мокрую вещь, чтобы отжать воду, — Рэдмон раздражался. Запах альфы постепенно окутывал его, и тело изнутри странно реагировало на это. — Мне плевать, — красные глаза смотрели на Андраса, словно стремились пробурить в нем дыру. — Ты невыносим! — Рэдмон и так чувствовал сейчас нервозность, а тут еще и ревность альфы выбивала почву из-под ног. Размахнувшись, омега ударил мужчину мокрой туникой. Удар получился звонким и пришелся по боку и слегка отведенной в сторону руке. Баскард даже не пошевелился. — Забрал меня к себе, так потерпи! — еще один удар пришелся по животу. — Я вообще ни на что не подписывался! И мне больно! А тебе не больно! — удар следовал за ударом. Рэдмон даже не понимал, что нес полную ерунду, половина из которой к обстоятельствам отношения не имела. — Мне тоже больно, — уже спокойней произнес Баскард, видя, как Андрас завелся. Следующий удар не достиг своей цели. Мужчина перехватил мокрую ткань и резко притянул к себе омегу. Тот силился отстраниться, но разве же ему кто-то позволит? Баскард поднял его и взял на руки, направившись в сторону поместья. Поначалу пришлось усилить хватку, Андрас не желал, чтобы его несли на руках. Но под конец сдался и просто скрестил руки на груди, отвернувшись. Сюртук не был застегнут, обнажая его грудь и торс. На боку была видна магическая татуировка. Лосины почти высохли, а вот влажную тунику Рэдмон все еще держал в руках, кусая губы и хмурясь. Но альфа чувствовал его тепло, ощущал его запах и успокаивался. Вечером в поместье вернулись Мин и Рафланд. Мужчина был мокрым, а вот Мин переоделся в сухое еще на берегу. Видимо, он брал с собой сменные вещи. Все четверо поужинали в тишине и спокойствии. Рэдмон выпил бокал гольена, вытер губы салфеткой и удалился из столовой. Почти сразу после него ушел и Баскард. И тут гнетущая аура улетучилась. Оставшиеся Рафланд и Мин только переглянулись и пожали плечами. В чужие отношения они предпочитали не лезть. В тот вечер Рэдмон не пришел к альфе по обыкновению своему поговорить о делах насущных. Понимая, что омега должен остыть, Баскард не беспокоил его и лег спать. Ближе к рассвету Рэдмон проснулся, ощутив, как все тело ломило. Сообразив, что это усугубилась недавняя простуда, омега обругал себя за мимолетное слабоумие и выбрался из кровати. Тело мелко потряхивало, лоб покрылся испариной. Его морозило, поэтому Рэдмон решил спуститься на кухню, чтобы выпить гольен. Он запахнулся в халат и натянул на себя спальные штаны, так как ночью ему стало душно, и он разделся. Стоило только выйти в коридор и дойти до лестницы, как состояние ухудшилось. Перед глазами плыли ступени лестницы, Рэдмон ухватился за перила, начав медленно спускаться. — Сука, столько лет не болел, какого хера сейчас рассыпаешься, развалина? — сквозь зубы выругался омега. Он дошел до конца ступеней и понял, что тело ослабло, будто он пешком дошел до родительского поместья. Опустившись на последнюю ступень, омега съежился, обнял себя руками. Его трясло, он прямо чувствовал, как тело покрывалось потом. Что происходит… — Андрас? — раздался голос сверху. Омега обернулся, увидев перед лестницей Баскарда. Заметив парня, он сделал несколько шагов вниз. — Что ты здесь делаешь в такой… Баскард остановился, потянул носом воздух. — У тебя течка? Рэдмон сжал перила до побеления пальцев. Ну конечно же, простуда, как же. Течки не было почти два года, он и думать о ней забыл. А когда в нос ударил резкий запах альфы, внутри скрутился узел, а зад противно зазудел. Омега тяжело задышал, резко поднялся и отстранился от лестницы. Он вдруг испытал такой страх, что воздуха предательски не хватало. Баскард быстро спустился вниз и схватил омегу за руку, притянув к себе. — Баскард, нет… — Рэдмон жалел, что у него нет с собой револьвера. Оказаться так близко к альфе в начале течки… Память выдала воспоминания прошлого, и омега затрясся сильнее. — Чшшш, ни слова сейчас, — Баскард ощущался таким каменным, таким напряженным. Казалось, ударь по нему кувалдой, и он с грохотом рассыплется. Подхватив омегу на руки, мужчина стремительно взбежал по лестнице на второй этаж и за несколько секунд дошел до его комнаты. Он открыл ногой дверь, направился к кровати. Рэдмон толкнул его руками в грудь, желая отстраниться, но пальцы схватили ткань рубашки, словно не хотели отпускать. Рэдмон с силой сжал зубы, сдавленно выдохнув. Запах альфы уже проник в нос и голову. Но он боялся. Сейчас он до жути боялся. Сильные руки уложили его на кровать и с нажимом скользнули по бокам. Баскард звучно сглотнул вязкую слюну. Он широко открытыми глазами смотрел на Андраса перед ним, зрачки его сузились в тонкие полоски. Рэдмон уперся ему в грудь руками, заерзал. Тело давало сбой. Течка стремительно приближалась, как только омежья сущность почувствовала истинного альфу так близко. Это было естественно. Но сейчас Рэдмон до одури боялся. — Баскард, пожалуйста, — силы покидали его, он даже не мог ударить альфу, чтобы тот пришел в себя. В голове всплыли слова лекаря о том, что запаху течного омеги невозможно сопротивляться. Горячие губы скользнули по взмокшей от ужаса и течки шее. По щекам Рэдмона покатились слезы. Он мог только глотать их, слезинки скользили по вискам и путались в волосах. Баскард его сейчас просто изнасилует. — Баскард… — прошептал омега совсем бессильно. Руки его расслабились, он отвернулся. Альфа неожиданно зарычал и ударил кулаком по подушке почти рядом с головой Андраса. Омега зажмурился. На мгновение ему показалось, что сейчас мужчина ударит его по лицу, чтобы заткнуть раздражающие всхлипы, но Баскард резко оттолкнулся от кровати и ударился спиной о стену рядом с дверью. Он тяжело дышал, его лицо покраснело от напряжения, а желваки двигались. Он мотнул несколько раз головой, после чего долбанул кулаком по двери, распахнув ее. — Мин! Монис! — рявкнул он на весь второй этаж так, что до комнат слуг точно долетел его голос. Рэдмон вздрогнул. Таким он видел Баскарда впервые. Он едва сдерживал себя. Мин возник в коридоре почти сразу, взъерошенный и закутанный в халат. — Мониса сюда. Пулей оба! — Баскард с грохотом захлопнул дверь в комнату Рэдмона, и та жалобно скрипнула, приоткрывшись. Омега подтянул к себе одеяло. Он боялся, что сейчас Баскард вернется и завершит начатое. Но в коридоре раздались торопливые шаги Мина, а через пару минут он вместе с Монисом оказались на пороге молодого господина. Они дали омеге необходимые таблетки, приготовили ему ванну и не покидали парня до тех пор, пока тому не становилось легче. Третья течка была особенно болезненной. Организм требовал альфу, познав хоть и насильственную, но близость. Тем более Баскард был истинным, хоть омега еще и не особо понимал этого понятия. В этот момент он страшно боялся Баскарда. Боялся и в то же время жутко его желал. Баскард покинул поместье через час после того, как оставил Андраса. Он вытащил Рафланда за шкирку буквально из кровати и забрал с собой. Их не было в поместье неделю, за это время течка Рэдмона закончилась, и он успел восстановиться после нее. На этот раз она длилась пять дней и выкачала из омеги почти все силы. Таблетки лекаря мало помогали, Рэдмон глотал их по две-три штуки. Монис высказывал опасения насчет возможной опасности передозировки, за что не единожды был послан на детородный орган во всех красках. Когда Рэдмон пришел в себя окончательно и даже смог выйти на улицу, в поместье вернулся Баскард, позволив приехать и Рафланду. Он по обыкновению своему взял омегу за руку, поцеловав пальцы. Рэдмон смотрел на него недолго. Он приблизился и обнял мужчину за шею. — Спасибо, — тихо произнес омега, прикрыв глаза и чувствуя, как альфа ответил на его объятья. Для самого Рэдмона очень дорогого стоило то, что альфа не накинулся на него, смог сдержаться и не причинить омеге вреда. Не сделать того, чего бы тот не хотел. И пусть в тот момент мозг был затуманен течкой. После того, как она прошла, Рэдмон бы себя поедом съел за случившееся. И уж всяко бы точно не простил Баскарда. Поэтому то, что альфа проявил колоссальную в который раз выдержку, говорило Рэдмону о многом. Он сильнее зауважал альфу, увидев его с другой стороны. И понял, что мужчина был готов ради него совершенно на все. Даже на такое суровое тяжелое воздержание.

***

После возвращения Баскард вновь углубился в свои дела. Он вставал рано и ложился поздно спать. Рафланд вел с Коридом переговоры, Рэдмон согласился сделать поставку оружия в Империю, и теперь они ждали подтверждения с обратной стороны. Омега же наблюдал за работой альфы. Ему казалось, что тяжело вот так вести дела на расстоянии. Поэтому однажды, когда стоял приятный теплый вечер, и омега курил наял, он обратился к Баскарду. — Почему бы тебе не посетить Корид? — Зачем? — альфа отвлекся от своих дел, отложив перо. — На расстоянии решать дела утомительно. Хотя бы часть их реши на Кориде, — Рэдмон выпустил изо рта струю дыма, несколько раз двинув языком. По помещению поплыли дымные кольца. Баскард никак не реагировал на то, что омега курил. В конце концов он сам позволил ему это, не став препятствовать сразу. — Если я отправлюсь домой, меня не будет несколько месяцев, — чай в чашке на столе уже успел остыть, но Баскард взял его и сделал мелкий глоток, чтобы промочить горло. Рэдмон поразмыслил над его словами. Он вдруг понял, что Баскард попросту не хотел оставлять его одного. — Я могу составить тебе компанию, — омега перевел взгляд в окно. Снаружи уже стемнело. Он вновь выдохнул дым, на этот раз через ноздри. — Ты хочешь поплыть со мной? — кажется Баскард удивился. Действительно, за все время Андрас ни разу не изъявлял желания посетить Корид. За исключением того момента, когда плыл уже туда. Но сейчас это был несколько другой Андрас. — Почему бы и нет? Должен же я знать, где вырос супруг, — омега пожал плечами. Удивление Баскарда было ему приятно. Парню удалось вновь выбить его из колеи. — Тогда я немедленно свяжусь с Коридом. В скором времени мы получим ответ. Я оповещу родителя, что приплыву домой с мужем, — сказав это, Баскард поднялся, и не успел Рэдмон что-то сказать в ответ, как альфа склонился над ним, положил ладонь ему на макушку и оставил на лбу долгий поцелуй. Волосы зашевелились от теплого дыхания. Мужчина выпрямился и покинул террасу, отправившись на поиски Рафланда.

***

Мин стоял в своей комнате перед зеркалом. Он некоторое время смотрел на собственное отражение. За все время, что прошло с момента его выкупа, омега так похорошел, что с удовольствием смотрел на себя. Раньше он не любил того, что видел в зеркале. Теперь большие глаза цвета оливы задорно блестели, волосы были крепкими и шелковистыми. Они заметно отросли, погустели. Рафланду нравилось пропускать пряди через пальцы. Думая о Рафланде, Мин почувствовал, как внутри разлилось приятное тепло. Он ощущал, что испытывал к мужчине больше, чем просто симпатию. Он бы мог даже сказать, что влюбился. Взгляд скользнул в сторону ящика туалетного столика. Омега открыл его, нашел среди полотенец небольшую бутылочку. Этикетки не было, а матовое стекло не давало увидеть содержимого бутылька. Мин вздохнул, перешел из комнаты и ванное помещение и встал рядом с умывальником. Он откупорил баночку, высыпал на ладонь горсть таблеток. Они были бледно-голубого цвета, маленькие, но действенные. Когда омега только попал в бордель, то за отдельно оказанные услуги клиенту выпросил у него один лок. Хозяин об этом не знал, а омега продолжал собирать с клиентов по одному локу, делая то, чего стыдился больше всего. Но иного выхода не видел, ведь хозяин забирал все деньги себе. А эти омега надежно прятал под половицей в своей комнате. И однажды ночью он выбрался из борделя и добежал до лекарской. Он разбудил лекаря, долго просил его не серчать и предложил деньги за дорогую покупку. Ему необходимы были таблетки, которые полностью блокировали течку. Такой препарат нашелся, но стоил он больше, чем у Мина было. Лекарь, однако, сжалился над ним, принял деньги и сказал донести остальное потом. Таблетки он продал. И с тех самых пор Мин пил эти таблетки, как только подходила пора течки. К счастью, цикл у него ни разу не сбивался. Он не желал спать в свою течку с кем-то, уже знатно натерпелся издевок во время своего рабства и перехода из клетки в клетку. Теперь же Мин смотрел на эти таблетки и осознавал, что они ему больше ни к чему. У него появился тот, с кем он хотел бы связать свою жизнь. А значит, пить больше ничего не нужно. Открыв кран, омега высыпал таблетки под струю воды, наблюдая за тем, как те с тихим шипением растворялись под напором струи. И приходило осознание того, что омега наконец-то счастлив.