27
17 апреля 2019 г., 16:48
Баскард просто так слова на ветер не бросал. Он недавно сказал Андрасу, что немедленно свяжется с Коридом, и вот спустя несколько дней после отправки письма с почтовым сапсаном через порталы пришел ответ. Корид официально давал разрешение на посещение родины дарков вместе с омегой. Родитель также дал письменное разрешение. Путь через порталы был временно закрыт в связи с недавними разборками и судами, поэтому Баскард решил добираться до дома по старинке — на корабле.
Узнав о том, что Андрас собирается отплыть с альфой на материк, в поместье омеги появились родители. Маленький Кордас немного подрос, поэтому уже был в состоянии вытерпеть дорогу в несколько часов. Возраст альфы был таковым, что он мог ползать, но еще не умел ходить. Рэдмона это поначалу удивляло. Ведь ребенку было почти полтора года. В таком возрасте земные дети уже вовсю бегали. А здесь… Ну, Рэдмон по крайней мере узнал, что в этом мире эльфы шли в школу в возрасте двадцати лет.
Кордаса на руках носил Дэнье, чтобы не обременять этим Люгена. После бракосочетания старший омега расцвел. Его пышные волосы смешно пружинили кудряшками, когда он поднимался по ступеням к входной двери. Рэдмон встретил родителей радушно. Теперь он чувствовал, что точно любил их. И это были не только чувства Андраса, но и его собственные. От младшего брата омега был просто в восторге, да и сам Кордас тут же заулыбался беззубым ртом, увидев парня. Он взял ребенка на руки, маленький альфа тут же вцепился в его щеки и начал их тянуть. С щек он перешел на волосы. Рэдмон позволял ему это.
— Малыш, как ты похорошел, — Люген радостно улыбнулся сыну, погладив его по щеке, которая горела после посягательств альфы. Дэнье приобнял сына за плечи.
— Ты хорошо кушаешь? — «включил» заботливого папу Люген, заглянув омеге в глаза.
— Конечно. Я только и делаю, что кушаю, — передразнил родителя Рэдмон, за что вновь получил шлепок по ягодице. Он уже привык, что Люген его шлепал за любое корявое слово. Это было так по-семейному.
Он проводил родителей в малую гостиную и не выпустил из рук брата. Кордасу нравилось сидеть на руках омеги. А еще больше нравилось его мять. Они разговаривали обо всем, что произошло за последнее время. Люген рассказывал о проказах маленького сына. Он был таким крохой, а уже умудрялся чудить. Бедный Патрок порой не знал, куда деться. Дэнье заверил Андраса, что дела с производством идут отлично, и омеге не о чем беспокоиться. Не следует сейчас отвлекаться на посторонние дела. На разговоры об оружии Люген недовольно фыркнул и перевел разговор на брак сына. Его немного удивило то, что Баскарда не было в данный момент в поместье, но Рэдмон заверил родителей, что мужчина готовил корабль к отплытию. Буквально на мгновение был задействован портал, чтобы переместить к кораблю даркских матросов. Тогда Рэдмон спросил у супруга, почему они не пройдут через этот же портал, чтобы не плыть почти месяц? И тогда Баскард ответил, что данный портал работал в одну сторону, поскольку магический путь в принципе был закрыт.
— Ты счастлив, Андрас? — вопрос Люгена застал парня врасплох. Он не особо думал об этом. Все было бы гораздо хуже, если бы после бракосочетания Баскард начал качать права. Но он этого не делал.
— Я привыкаю, — уклончиво ответил омега, взъерошив волосы младшего брата. Маленький альфа смотрел на него большими темнеющими постепенно глазами. Теперь становилось понятно, что они будут карие, как у Дэнье.
— Невозможно так быстро привыкнуть к тому, что теперь я с кем-то связан, — продолжил Рэдмон. Это было правдой. Он не планировал связывать себя с Баскардом. Но долго думал об этом и постепенно приходил к выводу, что таким образом отблагодарит его за все. Да и слова Андраса из того сна не давали ему покоя. Омега начал путаться в собственных чувствах. Ему все больше казалось, что он испытывал вовсе не благодарность. Но об этом было рано думать.
Родители все-таки смогли застать Баскарда. Он появился в поместье на следующий день в сопровождении Рафланда. Молодой альфа собирался плыть вместе с Главой своего клана и забирал с собой Мина. Про омегу Рафланд уже оповестил Корид, получив разрешение на его ввоз. Узнав, что поплывет знакомиться с семьей альфы, Мин очень распереживался и некоторое время не показывался из своей комнаты, успокаивая себя рисованием. Иногда он выбирался на балкон, рисовал уже там и смотрел в телескоп на ночное небо. Он переваривал информацию. Рафланд-то его принял. А вот примут ли родственники альфы? Хотя, он сделал свой выбор касаемо партнера, с его мнением были обязаны считаться. Тем более что родители еще не успели подобрать сыну подходящую пару. Поэтому Рафланд успел опередить их.
Корабль Баскарда готовили к отплытию около двух недель. Наступала уже середина шестого месяца, лето подходило к концу.
— Жаль, что ты, возможно, не застанешь весну на Кориде, — Баскард сидел в кресле. Скоро предстояло лечь спать. Ведь корабль должен был отплыть к вечеру, за это время нужно было еще добраться до побережья. Значит и встать необходимо рано.
— Кто знает. Вдруг застану? — Рэдмон посмотрел на мужчину. Он ничего не добавил, но смог уловить взгляд Баскарда, направленный на него. Долгий, изучающий, пристальный… и нежный. Баскард сам излучал эту нежность в отношении омеги. Рэдмону все еще было непривычно это чувствовать к себе. В прошлой жизни он был ублюдком, кто его любил? Баскард же смотрел на него с восхищением. Его даже шрамы на лице омеги не пугали.
— Андрас, — позвал его альфа, когда Рэдмон задумался. — Ты не думал о том, чтобы переехать на Корид в мое поместье?
— Нет, — омега тут же отрицательно покачал головой. — Я тебе уже говорил, что не хочу жить еще где-либо, кроме как тут. Это место мой дом. Мне тут спокойно. Я не хочу жить на чужой земле.
— Хорошо, — Баскард сдался слишком быстро. — Ты позволишь мне остаться рядом с тобой?
— Ты так говоришь, словно я тебя выгоняю отсюда к херам, — омега усмехнулся. Он достал из портсигара сигарету и закурил. Баскард никак на это не отреагировал.
— Живи тут, конечно, — удостоил Рэдмон мужчину ответом. Все-таки тот его ждал. — В конце концов к алтарю меня не связанного тащили.
— Рад это слышать, — мужчина почесал переносицу, а затем оглядел террасу. — Тогда я хотел тебе предложить несколько преобразить поместье, пока нас не будет.
— А ты не промах, — Рэдмон усмехнулся, выпустив из ноздрей дым. Он и сам когда-то думал о капитальном ремонте. — Да, я тоже раньше хотел изменить поместье.
Найдя точки соприкосновения, супруги сели за небольшой письменный стол. Баскард принимал все предпочтения Андраса, записывал то, как бы он хотел преобразить свой дом. Какую краску использовать, какого цвета шторы, чем отделать облицовку здания. Список получился внушительный. Доверяя Монису, Рэдмон отдал список ему, чтобы тот нанял рабочих и закупил все необходимое для ремонта. Также омега оставил подписанный чек в один миллион локов, чтобы слуга уж точно ни в чем не отказывал себе во время покупок и оплаты рабочего труда. Монис все понял и ничего не переспрашивал. Он уже догадался, что после отплытия омеги работа в поместье закипит серьезная.
Супруги еще некоторое время сидели на террасе и разговаривали о деталях ремонта. После чего Баскард поднялся, подошел к омеге и положил ладонь ему на щеку. Второй коснулись теплые губы, Рэдмон прикрыл глаза.
— Не засиживайся. Завтра нужно уехать с рассветом.
— Не учи меня, когда подниматься, — беззлобно проговорил в ответ Рэдмон, и альфа выпрямился. Когда он ушел, Рэдмон еще некоторое время сидел в кресле, смотря в окно. Он прикоснулся к своей щеке, все еще ощущая касания ладони альфы. Омега медленно выдохнул, после чего переместил руку на грудь и сжал ткань легкой рубашки.
***
День выдался на удивление солнечным, хоть в последнее время на небе и гуляли тучи. Рэдмон опасался, что будет дождь в день отъезда, и немощеную до побережья дорогу размоет. Но им ничего не препятствовало. В сторону побережья ехали два экипажа. В одном сидели Баскард и Андрас, в другом Рафланд и Мин. Они часто передвигались по парам, чтобы не мешать друг другу. Рэдмон знал, что у Мина с альфой все зашло дальше обычных объятий. Хотя они еще не разделили постель. Рафланд был настоящим джентльменом и хорошо воспитан, раз не прикасался к омеге, не заключив с ним брак. Думая об этом, Рэдмон смотрел на Баскарда. Тогда, когда у омеги началась течка, он думал, что альфа не сдержится, что стена между ними рухнет под натиском гормонов. Ведь омега четко тогда ощутил возбуждение мужчины. И ужаснулся. Но Баскард нашел в себе силы обуздать собственное сознание. Он не хотел ТАК. Рэдмон дернул уголком губ, думая об этом и смотря на альфу. Поэтому не сразу понял, что тот смотрел на него в ответ. Баскард не стал ничего спрашивать, просто протянул руку к омеге. Рэдмон немного подумал, после чего вложил свою ладонь в его. Баскард бережно сжал длинные тонкие пальцы и отвернулся обратно к окну. Они не говорили друг другу ни слова. Будто понимали все без этого. Может быть так и было. К побережью экипажи приехали ближе к вечеру. Корабль уже был готов к отплытию, матросы отмыли его и прокилевали. После атаки острова «Кракен» уже отремонтировали, обновили краску. Большой черно-красный боевой корабль пугал своей мощью. Рэдмон с замиранием сердца смотрел на такую громаду. — Если бы лорд Астарт не подарил тебе фрегат, у тебя был бы точно такой же корабль, — проговорил Баскард, подставив парню свой локоть. — Ты бы доверил мне такую громадину? — Рэдмон вскинул бровь, приняв локоть. Они уже спускались к побережью. На этот раз решили обойтись без официальных провожаний. Родители тоже остались дома. — Почему бы и нет? — Баскард смотрел под ноги. Ступени, ведущие к пристани, были низкими. С непривычки можно и споткнуться. Рэдмон даже не заметил, что вцепился в локоть альфы, когда оступился. Когда они взошли на корабль, Баскард на некоторое время покинул его, раздавая приказы. Иной раз омегу поражало то, как этот мужчина стремительно менялся. Вот он добр к Андрасу и обходителен с ним. И вот он уже командует своими матросами, говоря с ними на даркском языке. В звучании он был резким. Вот что отличало его от арабского. Это резкость в написании и произношении. Раздав приказы, Баскард проводил Рэдмона вниз и завел его в капитанскую каюту. — Это твоя каюта на время плавания, — проговорил Баскард и подошел к письменному столу. Он начал собирать с него письменные принадлежности и бумаги. — А ты где будешь? — Рэдмон вскинул бровь. Как он понял, это была каюта мужчины. Вон и вещи свои собирал уже. — Я займу другую каюту, — просто ответил альфа, хмурясь. Он сосредоточился на сборах, чтобы не забыть ничего важного и не тревожить омегу по пустякам. — Оставайся здесь, — неожиданно проговорил Рэдмон, усевшись на кровать. Она была необычайно просторной. Рэдмон уже когда-то спал в этой постели. Когда Баскард спас его от рабства. Он считал, что это как-то неправильно — хозяин каюты и корабля уступает ему свою комнату и сам будет ютиться в обычной. — Андрас, кровать всего одна, — заметил Баскард, прекратив собирать вещи. Он вообще не ожидал, что омега предложит ему остаться. — Я думаю, ты меня не съешь, — Рэдмон пожал плечами. — Спали же мы в поместье на одной кровати. Не переживай, — сказав это, Рэдмон поднялся и, похлопав альфу по плечу, покинул каюту. Баскард некоторое время стоял, обдумывая полученную информацию. После чего начал раскладывать бумаги обратно. Как бы то ни было, вечером, когда уже стемнело, и корабль набрал скорость, спесь Рэдмона поубавилась. Баскард уже видел все, что можно было увидеть. И тем не менее щеки предательски заалели, стоило только подумать о том, что они будут спать в одной постели, а перед этим Рэдмону еще нужно будет переодеться. Баскард решил его проблему молча. В каюте была установлена ширма, за которой Рэдмон смог спокойно сменить гардероб. Он надел легкие шаровары для сна и тунику, которая доходила ему до бедер. Пока Баскард еще был одет, омега юркнул под одеяло. Дожили. Он взрослый мужик и неожиданно стал стесняться альфу, как девственница, которая впервые может увидеть чужой член. Баскард еще сидел за столом, отмерял что-то на карте циркулем и записывал данные в бортовой журнал. Закончив, он встал и, не заходя за ширму, начал раздеваться. — Ты не мерзнешь? — Рэдмон поймал себя на том, что наблюдал за процессом обнажения. Однако Баскард не стал снимать штаны, забравшись на кровать прямо в них. — А должен? — мужчина на мгновение вскинул бровь и пока не стал забираться под одеяло, просто расположившись поверх него. Взгляд Рэдмона невольно скользнул по совершенному телу. Каменные переплетения мышц угадывались под кожей при тусклом освещении. Натренированный торс, сильные мышцы груди — альфа был потрясающим. Рэдмон невольно засмотрелся на него и вдруг заметил пролегающие по боку уже побледневшие полосы шрамов. — Что это? — омега приподнялся на локте, неосознанно скользнул пальцами по страшным и когда-то глубоким отметинам. Шрамы не были похожи на те, которые могли остаться от удара щепой тогда, когда Баскард заслонил собой омегу. — Старые шрамы, — уклончиво проговорил альфа. Он не отстранился, чувствуя приятные касания. Омега никогда не касался его просто так. — Откуда они? Как ты их получил? — Рэдмон развел пальцы и провел кончиками по шрамам, поняв, что это могли быть следы от когтей. — Скажи мне правду. — Их оставил пират, — проговорил тихо Баскард, немного помолчав. Что уж таить, омега все равно добьется своего. — Дорк? — Да. Он почти принял истинную форму во время нашего с ним сражения. Я был неуклюж и получил ранение. — Ты был необычайно храбр, раз не страшился продолжить бой с ним, — перебил мужчину Рэдмон. Он погладил шрамы и лег обратно. — Спокойной ночи, Баскард. Сказав это, омега повернулся на другой бок и постепенно засопел. Баскард еще некоторое время лежал поверх одеяла, чувствуя фантомные прикосновения тонких пальцев. После чего тоже решил поспать. Когда уже была глубокая ночь, Рэдмон замерз. Он не проснулся, но даже сквозь сон осознавал, что мерзнет. Он даже не понял, как придвинулся ближе к Баскарду, и тот его также сквозь сон обнял, прижав к себе. Так они и проспали до самого утра.***
Рэдмон стоял на палубе с бокалом ароматного чая. Недавно закончился завтрак, но Рэдмон захватил с собой бокал. Ему бы никто не запретил это сделать. Сейчас, стоя на палубе, он наблюдал за тем, как на носу корабля стояли Мин и Рафланд. Дул прохладный ветер, альфа кутал парня в свой плащ. Иногда они поворачивали друг к другу головы и целовались в губы. Рэдмон хоть и понимал, что подглядывать нехорошо, но взгляд вновь и вновь возвращался к паре. После каждого поцелуя Мин улыбался и клал голову альфе на плечо. Смотря на это, Рэдмон невольно улыбался. Иногда перед глазами стоял прошлый образ Мина, когда омега встретил его в борделе. Худой мальчишка с большими глазами. Он всегда приятно пах и стремился угодить Рэдмону. Всегда. Сейчас Мин был самим совершенством. Типичный омега по характеру, но такой милый и лучезарный, что рядом с ним можно было невольно заразиться хорошим настроением. Рафланд дарил ему подарки из числа вещей и украшений. Мин не носил все и сразу, предпочитал чередовать. Но серьги — самый первый подарок альфы, он никогда не снимал. На палубе показался Баскард. Увидев мужа, он тут же подошел к нему. — Замерз? — альфа положил теплые руки на плечи омеги. На Рэдмоне был теплый плащ, а волосы убраны в высокий хвост. — С чаем быстро согреваюсь, — проговорил Рэдмон, покачав головой. Корабль стремительно мчался вперед, но сейчас море было спокойным. Они находились в пути пару недель, скоро наступит пора осени. Корид приближался с каждым разом, а омега не знал, что его там ждет. — Как меня там примут? — задал он вопрос быстрее, чем успел подумать над ним. Баскард стоял рядом, все еще обнимал его за плечи. — Как моего мужа. С почтением, — проговорил спокойно Баскард. Вопрос удивил его, но он не показал этого. Даже если что-то будет не так, с мнением Главы клана обязаны считаться даже родственники. — А твой родитель? — Мой родитель особенно. Он ждал тебя тогда, несколько лет назад. И был опечален случившимся. — Он знает о том, что я тогда расторг помолвку? — Рэдмон повернул голову к мужчине. Его такая близость не пугала. Рэдмон успел привыкнуть к ней. Они спали в одной постели, и каждый раз Рэдмон просыпался в объятьях альфы. Поначалу он боялся пошевелиться, но потом потихоньку выбирался из захвата рук. Баскард тут же отпускал его, не сдерживал. Они постепенно привыкали к обществу друг друга все больше и больше. — Да. Это его огорчило. Но сейчас он спокоен. Когда корабль достиг берегов Корида, Рэдмон стоял на палубе и наблюдал за тем, как стремительно приближалась суша. Он ожидал увидеть мрачный материк, над которым клубились тучи. Но это оказалась обычная земля, как и Гоштандт. По крайней мере издалека он был именно таким. Стоило кораблю подплыть достаточно близко, как Рэдмон увидел первые различия. Берега Корида были совершенно черными. Когда корабль пришвартовался, и Рэдмон в сопровождении супруга ступил на пристань, он тут же сошел с нее на берег и взял в горсть черный песок. Он был насыщенного цвета, будто застывший деготь. Мин тоже заинтересовался необычной расцветкой, поэтому поспешил потрогать песок руками. Альфы терпеливо ждали своих омег на пристани, там специально для них был открыт портал. На территории Корида это не было запрещено. Рэдмон вернулся к Баскарду. Тот предложил по обыкновению своему локоть. Рэдмон ухватился за него. Он переживал, что ожидало его дальше. — Куда мы сейчас? — Домой, — проговорил Баскард, и не успел омега среагировать на это, как мужчина уже шагнул в портал, увлекая его за собой. Шум морских волн и секундная тишина мгновенно сменились гулом голосов. Рэдмон оказался в центре событий сразу же, как только они прошли через портал. Первое, что он увидел, это толпу встречавших их, а за их спинами в паре сотен метров огромный особняк. Рэдмон неосознанно сжался. Но потом вдруг вспомнил, что он все-таки не забитый мальчик, а первенец лорда Рэвьен, муж Баскарда. Омега расправил плечи, гордо вздернув подбородок. Баскард кратко глянул на него, после чего устремил взор на встречающих. Разумных было где-то около тридцати. — Это моя семья, — оповестил Баскард мужа, когда тот только собирался открыть рот с этим вопросом. Семья? Вот все они — это одна семья? От основной толпы выделился мужчина. По его статной походке Рэдмон понял, что он был одним из главных. Омега, а это был именно он, выглядел потрясающе. Он был взрослым, на висках виднелись несколько седых волос, хотя остальные волосы были смолисто-черными. Прямой стан, бледность кожи, пронзительные и слегка раскосые алые глаза, полные губы — омега был невероятно красив. Длинная туника имела разрезы до бедер, а поверх нее был надет длинный приталенный жилет, подчеркивая фигуру. Баскард вышел вперед, и когда дарки поравнялись, мужчина склонил голову. — Па, — кратко проговорил он, приложив руку к груди. — Я ждал тебя, мой мальчик, — тепло проговорил омега и подошел к нему вплотную. Он положил ладони на плечи альфе, поцеловал его в макушку. Баскард выпрямился, оказавшись выше омеги на голову. Мужчина обнял его, прижавшись к сильной груди. Рэдмон смотрел на них и понимал, что это был родитель Баскарда. — Па, имею честь представить тебе Андраса Рэвьен, моего законного мужа, — сказав это, Баскард отстранился от мужчины и повернулся к Андрасу. Тот тут же сделал шаг в сторону омеги и склонил голову в знак почтения. Он не знал, как следовало действовать в подобных ситуациях, поэтому сделал, как чувствовал. — Рад наконец-то познакомиться с первенцем лорда Люгена и господина Дэнье, — сказав это, омега обратил все свое внимание на Рэдмона, сделав к нему шаг. Он так же, как и с Баскардом, положил руки парню на плечи и оставил легкий поцелуй на его макушке. — Мое имя Лагиа́нис Оррхэ́, — представился мужчина, вновь улыбнувшись. Рэдмон заметил клыки того, но ответил на его улыбку. — Для меня честь познакомиться с Вами, господин Лагианис. — Помилуйте, какой же я господин? — удивление взрослого омеги было неподдельным. — Зовите меня «па», Андрас. Вы ведь законный муж моего мальчика. — Па, — прервал их Баскард. Лагианис отвлекся на него, скользнул по его боку рукой и пошел вперед. Всех родственников Рэдмону не стали представлять именно сейчас. Около тридцати дарков — это была одна семья, один род. Братья Лагианиса и его покойного мужа. У них были свои семьи. Но все это считалось одной семьей. Рэдмон удивился тому, что все они жили в одном особняке. Хотя габариты того позволяли это. Он был огромен. Как дворец. Пока супруги в сопровождении Лагианиса добирались пешком до особняка, Рэдмон смотрел по сторонам. Несмотря на первый месяц осени погода была замечательной. Дул непривычно теплый ветер, донося до Рэдмона запах цветов и трав. Земля под ногами была такой же смолисто-черной, как и песок на побережье. И через эту землю некогда пробились цветы, которые произрастали сейчас и радовали взгляд цветением. Рэдмон начинал понимать, климат тут был иным. Видимо Корид находился южнее, солнце припекало сильнее. Рэдмон обернулся, вспомнив про Мина. Но ни его, ни Рафланда он не увидел. Только следовавшую за разумными толпу родственников. — Где Мин? — тихо поинтересовался Рэдмон у супруга. — Они с Рафландом телепортировались в его семейное поместье. Вскоре мы их навестим, — проговорил Баскард, придерживая на одном локте ладонь мужа, на другом — родителя. Лагианис информировал сына о том, как обстоят дела, и какие нерешенные вопросы Главе предстояло решить. Рэдмон слушал внимательно, не мог не слушать. А еще то и дело кидал взгляды в сторону Лагианиса. Этот омега был необычайно силен. И речь шла вовсе не о физической силе. Он пережил множество выкидышей и мертворожденных детей, едва не потерял Баскарда и похоронил супруга. Но он оставался все таким же несгибаемым и гордым. Ничто не сломило его. Рэдмон искренне восхищался им. Когда они добрались до особняка, родитель оставил их, присоединившись к остальным. Баскард же сопроводил Рэдмона на третий этаж. Обстановка дома напоминала эпоху ренессанса, когда дома купались в роскоши и потрясающем дизайне. Комнаты были светлыми, Рэдмон замечал это, когда проходил мимо открытых дверей. Ему еще предстоит это все рассмотреть, пока же он наслаждался интерьером лестницы. Перила были украшены витиеватыми узорами, а по их концам располагались сидевшие на ступенях драконы. Рэдмон все еще ассоциировал дарков с вампирами, хотя он выяснил, что те не имели ничего общего. Особняк представлялся ему мрачным. Поэтому омега сильно удивился, увидев весь спектр цветов. Баскард проводил его до третьего этажа и открыл одну из многочисленных дверей. — Заходи, — проговорил он. — Это моя спальня. Рэдмон переступил через порог, оказавшись в богато обставленной просторной комнате. Она была в разы больше его собственной. Около камина располагались два дивана, обитые темно-красной кожей, такого же цвета несколько стульев, кофейный столик. Кровать находилась в отдалении, имелись два гардероба. Около одного из них обнаружилась пока еще закрытая дверь. Наверняка за ней скрывалась ванная. — Мы будем тут вместе? — Рэдмон все еще созерцал обстановку. Для него было непривычным то, что принято ходить в обуви. Он у себя-то долго привыкал. А тут ковер был с мягким длинным ворсом, даже жалко топтать его. — Если ты пожелаешь, я немедленно велю приготовить для тебя смежную комнату, — Баскард снял с себя плащ, повесив его на вешалку, которая находилась перед дверью в спальню. — Нет. Я останусь здесь, с тобой, — проговорил омега. От нового места и незнакомых разумных до сих пор шла кругом голова. Он повернулся к Баскарду. Тот смотрел на него внимательно. Ждал реакции? — Мне нравится тут, — изрек Рэдмон и тут же заметил, как мужчина облегченно выдохнул, но так, чтобы этого не было заметно. Но омега заметил. Сам же Рэдмон продолжил осматривать помещение. Светлая спальня, широкий балдахин над кроватью, который держали четыре колонны, вырезанные из темного дерева. На этих колоннах изображались змеи, которые обвивали дерево и раскрывали свои зубастые пасти. Рэдмон приблизился к двери, открыв ее. Его вниманию предстала шикарная ванная комната. Керамический умывальник, просторная ванна, отделка из темно-синей плитки, которая поблескивала от света ламп. Рэдмон затаил дыхание. Ему определенно нравилась обстановка. — Хочешь уединиться? — Баскард оказался позади омеги. Видимо неслышно подошел, пока тот любовался дороговизной. — Да, после дороги мне бы хотелось расслабиться, — Рэдмон не стал скрывать того, что мечтал о ванной. На корабле Баскард ему тоже предоставлял такую роскошь. Исходящая паром ванна с теплой водой была в каюте почти каждый вечер. Баскард молча прошел в помещение и открыл краны с водой, регулируя температуру. Рэдмон отступил обратно в спальню, расстегнув на себе плащ. При таких температурах на улице он был ни к чему, омега повесил его на крючок рядом с плащом альфы. Вещи на удивление уже были доставлены и теперь стояли около кровати несколькими сумками. Видимо, пока разумные шли до особняка, слуги посредством телепортации оказались с вещами на месте. Покопавшись в них, Рэдмон выбрал нужное и взял с собой в ванную комнату. Баскард уже вышел оттуда. — Как приведешь себя в порядок, спустись вниз и поверни за лестницу налево. Там будет малая гостиная. Я подожду тебя там. — Хорошо, — Рэдмон кивнул мужчине, зашел в ванную и закрыл за собой дверь. Запираться он не стал, просто не видел в этом нужды. Баскард не войдет сюда без его согласия. Вода была приятной, самое то после долгой дороги. Рэдмон позволил себе расслабиться и полежать в неге подольше. И выбрался из ванной только тогда, когда вода почти остыла. Он насухо вытерся, переоделся и еще некоторое время сушил волосы, постоянно прочесывая их. Длинные и густые, они были ему до поясницы. И тут Рэдмон столкнулся с одной проблемой. Слуг не было, чтобы кто-то заплел ему волосы. Тяжело вздохнув, омега вытащил из сумки шкатулку с украшениями. Среди прочего он нашел несколько заколок и подколол ими волосы на висках. Они оставались распущенными, но теперь хотя бы не лезли в глаза. Решив, что пока так неплохо, Рэдмон вышел из спальни Баскарда, оказавшись в коридоре. Здесь было спокойно, лишь в отдалении раздавались голоса и смех. Парень сглотнул. Оказавшись наедине с собой в огромном особняке, он чувствовал себя неуютно. Интересно, семья Баскарда знала о его злоключениях? Конечно же знала. Ведь тех пиратов судили именно на землях дарков. Значит, все уже были осведомлены. Вопреки тому, что омега имел на лице такое явное послание от его «путешествий», ни Лагианис, ни кто-либо другой из семьи никак не отреагировали на это. Обычно на светских приемах, на которых Рэдмон бывал вместе с родителями, на него откровенно пялились, прикрывая рты ладонями. Омега пошел вдоль по коридору в сторону лестницы, помня, откуда пришел. Стены украшали портреты. Они были семейными, некоторые изображали охоту, какие-то пейзажи. На нескольких из них были изображены разумные. Рэдмон остановился перед одним из портретов. На нем были изображены три дарка. Лагианиса Рэдмон узнал сразу. Он был расположен в центре портрета и сидел в кресле. По правую руку от него стоял статный мужчина. Он напоминал чертами лица Баскарда. Только выглядел значительно старше. Морщинки на лбу и в уголках глаз. Зализанные назад черные волосы. Суровый взгляд алых глаз, острый нос и волевой подбородок. Мужчина наводил неосознанный страх одним только присутствием на портрете. Вероятно, это был отец Баскарда. А вот сам он стоял по левую сторону от Лагианиса. Рэдмон приблизился к портрету. Баскард здесь был изображен совсем юным. Сохранялись еще детские черты лица, мягкость кожи на щеках, задорные искринки во взгляде. Он был изображен подростком, приходился отцу почти до груди и позировал с гордо вздернутым подбородком. Он не улыбался, но Рэдмону казалось, что парень то и дело хотел ухмыльнуться, пока художник писал семейный портрет. Волосы Баскарда были также зачесаны назад и собраны в высокий хвост. Несколько прядей падали на лицо, немного оттеняя его. Баскард был хорош и статен. Даже в таком возрасте. Рэдмон отстранился от портрета, поняв, что разглядывал его слишком долго. Баскард был сильно похож на отца. Интересно, сколько тому было, когда он скончался? И сколько лет Лагианису сейчас? Омега спустился вниз по лестнице и завернул налево, как и сказал Баскард накануне. Перед ним оказалась дверь. Когда он распахнул ее, то остановился прямо на пороге. Баскард стоял перед креслом на одном колене и о чем-то разговаривал с Лагианисом, который и сидел в этом самом кресле. — Прошу прощения, — проговорил Рэдмон. Он понял, что помешал какому-то разговору. Баскард поднялся, отошел от кресла. — Андрас, милый, подойдите и присядьте рядом, — спокойно и добродушно позвал его старший омега. Он в корне отличался от Люгена и поведением, и манерой речи. Он преподносил себя несколько иначе. Рэдмон невольно вспомнил о Миргле. Он был другим. Противиться омега не стал. Он прошел в малую гостиную и сел на диван напротив омеги. Лагианис проводил его взглядом, после чего обратил внимание на Баскарда. — Мальчик мой, оставь нас на несколько слов. Мы с Андрасом посекретничаем. У Рэдмона по спине пробежал холодок. Уж не ругать ли его омега собирался? За что? Да много за что. — Па, — Баскард склонил голову, после чего посмотрел на Андраса и покинул гостиную. Рэдмону было непривычно видеть его таким. Таким смиренным. Словно это не он был Главой клана, а его родитель. — Андрас, — омега обратил на него внимание. Его алые глаза ярко горели. — Вы хорошо пережили путешествие? — Спасибо за тревогу, па, — вспомнил Рэдмон недавнюю просьбу мужчины. Ему нелегко было быть учтивым. Приходилось тщательно выбирать слова. — Мне доводилось плыть на корабле гораздо большее время. Поэтому в этот раз плавание не доставило мне дискомфорта. — Наслышан о Ваших подвигах, — Лагианис согласно кивнул. Рэдмон напрягся. О каких из? — Меня интересует Ваш бизнес. Как Вы пришли к этому? Я мало слышал о том, чтобы омеги занимались подобными делами, — голос Лагианиса был спокойный, но от омеги веяло чем-то необычайным. Казалось, ляпни не то слово, и он из заботливого родителя превратится в хищника. Это угадывалось в его телодвижениях, в его взгляде, словах. — Однажды я услышал выстрел из оружейной лавки, — Рэдмон решил опустить множество деталей, рассказав лишь поверхностно. — Меня угнетало, что после выстрела требовалась такая долгая перезарядка. Я начал думать над чертежами. А что касаемо луков и стрел — на это меня надоумил Баскард, когда преподнес мне подарок на День рождения. — Вы счастливы с моим сыном, Андрас? — задал омега внезапный вопрос. Он так резко менял тему, что Рэдмон даже опешил на мгновение. — Баскард чуткий и внимательный мужчина. Он сдержан и терпелив, — проговорил Рэдмон, как бы и отвечая на вопрос, но как бы и уклоняясь от четкого ответа. — Мне комфортно с ним и спокойно. Он не единожды спас меня, за что я ему благодарен. Лагианис некоторое время молчал, лишь смотрел на омегу перед ним. Рэдмон помнил про дар принуждения, но глаз не отводил. Он опасался, что мужчина мог решить, будто омега ему не доверял. — Баскард был воспитан в строгости и лишениях. Его с детства готовили к его положению. Он может быть суров и несдержан. Андрас, — Лагианис наклонил голову набок. — Ничего не хотите мне сказать? Рэдмон тут же покачал головой. — Вы описали Вашего сына, па, но я не знаю такого разумного. Со мной Баскард невероятно чуткий и добрый. Он еще ни разу не повысил на меня голос. Тут он немного юлил. Ну, не говорить же омеге, что Баскард повышал на него голос только тогда, когда и сам Рэдмон был острый на язык. — Кроме того, — продолжил парень. — Случись что неприятное насчет меня и моего супруга, мой папа бы не оставил это так просто. — Это да, — Лагианис согласно кивнул. — Мой сын впечатлен лордом Люгеном и его железной хваткой. Их прервали на середине разговора. В помещение постучались, и когда дверь открылась, на пороге возник слуга. — Граф Лагианис, ужин подан, — с поклоном проговорил он. Рэдмон широко раскрыл глаза. Граф? — Благодарю. Ступай, — Лагианис махнул рукой, и слуга скрылся. Мужчина же слегка улыбнулся Андрасу. — Полагаю, у нас еще будет время, чтобы поговорить по душам. А теперь ступайте к супругу. Он явно Вас ждет. Рэдмон поднялся, склонив голову и спешно покинув малую гостиную. С этим омегой точно нужно было держать ухо востро. Такой мог проглотить и не подавиться. Тем более граф. Насколько Рэдмону было известно, графы относились к приближенным ко двору. Значит, Лагианис занимал высокий пост. А Баскард был Главой клана. Ну Рэдмон и встрял. Супруг отыскался на лестнице. Он стоял в компании мужчины. Это явно был альфа, но значительно моложе Баскарда. Он был примерным ровесником Рафланда. Платинового цвета длинные волосы, убранные в косу, пристальный взгляд, который тут же зацепился за Андраса, стоило ему только показаться перед лестницей. — Андрас, — позвал его Баскард и спустился. Альфа последовал за ним. — Позволь тебе представить своего кузена Виско́ра. Вискор, мой муж Андрас Рэвьен. — Приятно познакомиться с таким лучезарным омегой, — с легкой улыбкой проговорил Вискор и поцеловал руку парня. Рэдмон ответил ему легким кивком. Ему только предстояло познакомиться с членами семьи Баскарда. И он чувствовал, что время на Кориде пройдет весело. Определенно.
