50 оттенков чести

       — Мы действительно собираемся это сделать, не так ли? — прошептал Зуко ей в губы. Катара открыла глаза и вздрогнула, увидев его так близко. От него пахло так же, как и от их ужина, — пряно и тепло. Его нос коснулся её носа, и Катара закрыла глаза, когда его губы коснулись её губ. Всего одно прикосновение и его губы скользнули по её губам, и Катара почувствовала, как между ног начинает нарастать боль. Она откинулась назад, положив руки на бедра, а он наклонился вперед, его губы коснулись ее губ во второй раз, потом в третий. Она наклонила голову вправо, и он сделал то же самое, отражая движение. Теперь их лица лучше подходят друг другу; она приоткрыла губы и снова поцеловала его, нежно посасывая его нижнюю губу. Его рука легла ей на затылок, углубляя поцелуй. Губы Зуко приоткрылись, слегка посасывая ее верхнюю губу, а затем нижнюю. Она расправила плечи, чувствуя, как жар касается ключицы и стекает по спине. В комнате стало темно, если не считать одной свечи, и Катара поняла, что огонь погасил свет. Она на мгновение отстранилась, а он остался стоять, склонившись над ней, его грудь была всего в нескольких дюймах от её. Её глаза были закрыты, и его лоб прижался к её лбу. Он выдохнул, и она вдохнула, вдыхая его пьянящий запах. Катара сглотнула.        — Ничего из этого не значит ничего серьезного, — сказала Катара, ее голова закружилась, когда он снова выдохнул. Она практически ощущала его вкус.        — Ничего, — согласился Зуко, его другая рука лениво пробежалась по ее ключице, его длинные пальцы играли с кружевами на подкладке платья. Катара протянула руки и положила их ему на лицо, её пальцы легли веером на его бледную кожу. Он посмотрел ей в глаза, и она с серьезным видом наклонила голову и медленно повернулась к нему лицом. Этот поцелуй был более глубоким, более интенсивным, и она почувствовала, что теряет контроль. На этот раз её язык был впереди, умоляя войти, и он открыл для неё рот. Катара мельком подумала, сколько существует способов поцеловать его. А потом его язык коснулся ее языка, и все мысли были опалены. Его рот был горячим, язык мягким и влажным, и Катара скользнула руками назад, ее пальцы запутались в его волосах. Она чувствовала, как Зуко твердеет у её бедра, и ничего не могла с собой поделать — волна удовольствия прокатилась по ней, побуждая её поцеловать его сильнее, позволить себе сдаться. Её ногти впились в его затылок, и она прикусила его нижнюю губу. Зуко застонал ей в рот, и Катара снова прикусила его губу, на этот раз легче, а затем его язык погрузился в её рот, его руки скользнули вниз к её талии. Он потянул её вперед, и она обхватила ногами его талию, его твердость вдавливалась в её плоть. Он посасывал её язык, и бедра Катары дёрнулись вперёд. О духи. Зуко выругался. Катара дёрнула его за волосы и поцеловала сильнее, её бедра прижались к его. Звук, вырвавшийся из её горла, потряс её, и она отстранилась, широко раскрыв голубые глаза.        — Зуко, — сказала она, но его имя звучало отчаянно. Она запыхалась, и Катара с трудом сглотнула, пытаясь взять себя в руки.        — Что? — прошептал он, и Катара увидела в его глазах страсть.        — Я хочу видеть тебя. Какое-то время он смотрел на неё смущенно и неуверенно. Катара собрала всё своё мужество и начала развязывать завязки, удерживающие её платье. Она встала, он отошёл, освобождая ей место перед столом, и её платье упало на пол. Зуко уставился на Катару, его золотистые глаза метались от её обнажённых ног к изгибу бедра, мимо нижнего белья и узкой талии к тому месту, где ложбинка между грудей выступала из кремового бюстгальтера. Пока он смотрел, Катара осознала, что делает. Она собиралась спать с Повелителем Огня. Она собиралась притвориться его будущей женой. Она будет следовать его планам, планам Тоф, планам Айро. Одна часть её хотела вернуться назад, вернуться к соглашению, но другая половина просто хотела видеть Зуко обнажённым. Он снял рубашку. Катара уставилась на гладкую бледную кожу, внезапно открывшуюся ее взору. Для неё. Её ладони прижались к его животу, пальцы описали круги в напряженных мышцах, и его руки легли поверх её, останавливая её движения. Она посмотрела на него, и он улыбнулся испуганной, застенчивой улыбкой.        — Ты великолепен, — сказала Катара, внезапно поняв, что он должен это услышать. Катара снова забралась на стол и расстегнула его брюки, но Зуко покачал головой.        — Пока нет, — ответил он. Катара вопросительно посмотрела на него, и его руки обвились вокруг её талии, останавливаясь на той части её тела, которая изогнулась. Она ждала его поцелуя, но его не было. Вместо этого, его губы коснулись её шеи. Голова Катары откинулась назад. Зуко поцеловал дорожку вниз по её шеё и через плечо, где он мягко укусил. Катара одобрительно простонала, и Зуко продолжил свои движения, целуя её смуглую обнажённую кожу, время от времени покусывая ключицу. Его руки начали двигаться вверх, пока он не обхватил ее груди. Катара ахнула. Руки Зуко были тёплыми; как будто всё его тело было наполнено огнём. Рот Зуко опустился, пока не коснулся её груди. Его рука упала ей на колени, и Катара захныкала под ним. Его губы обхватили её сосок, правая рука обхватила её грудь, а левая — её тепло. Она едва сдерживалась. Зуко пососал её грудь сквозь ткань, и она подалась бедрами вперед, ища его прикосновения. Зуко согнул два пальца, согнув их так, чтобы погладить ее клитор, и бедра Катары задрожали. Он выпрямился, оторвав рот от её груди и руки от её тела, и Катара притянула его к себе, её рот был горячим на его губах, а руки схватили его за задницу. Зуко скользнул руками под её попу и впился пальцами в плоть. Катара застонала и обхватила ногами его талию, двигая бедрами вверх, Зуко прижался к ней, его дыхание участилось. Их губы приоткрылись, затем их глаза встретились, и они уставились друг на друга, наблюдая, как оба потеряли контроль. Зуко убрал руки с её ягодиц и раздвинул ноги. Он приподнял её правую ногу на сгибе локтя и опустил свободную руку на её влажное бельё. Его рука скользнула в ткань, а затем он прикоснулся к ней, кожа к коже, и она услышала, какой мокрой она была, когда его пальцы размазали её сок по лону.        — О, Агни, Катара, — прошептал Зуко, его губы упали на её плечо. Пальцы Зуко скользнули вверх и вниз по её промежности, а затем он начал медленно втирать круги в её клитор. У Катары не было слов. Всё её горло наполнилось жаром, голова расплывалась, она чувствовала его губы на своем плече, слышала, как он бормочет её имя вместе с потоком ругательств, и чувствовала его пальцы в себе. Катаре казалось, что она вся горит. Она знала, что если будет слишком много думать о том, что он с ней делает, то взорвется, самопроизвольно превратившись в груду пепла на его столе. Она хотела, чтобы это продолжалось. Она чувствовала себя в ловушке внутри себя. Она хотела чувствовать только то, что чувствовала в этот момент. Он посасывал её шею одновременно с тем, как провёл пальцем по клитору, и бедра Катары стали сжиматься и разжиматься, её внутренние мышцы втягивали его палец глубже внутрь неё, её рот открылся в безмолвном крике. Её ногти впились в его плечи, а спина выгнулась. Её тело пылало, глаза были ослеплены огнём, который он должен был зажечь.