50 оттенков чести

Повелитель Огня стоял перед Катарой, его одежда была распахнута, а член медленно затвердевал прямо перед её лицом. Она откинулась на спинку стула, слегка царапая ногтями его икры, и наблюдала, как он мысленно готовится к тому, что она собирается с ним сделать. Она дала ему секунду, чтобы привыкнуть к ощущению её рук на его коже. С каждой царапиной ее ногти поднимались все выше, играя темными волосками на его бледных ногах. Её голубые глаза смотрели, как он закрывает глаза, и она положила левую руку ему на бедро. Её левая рука обхватила его член, и кадык дёрнулся.        — Это нормально? — спросила Катара.        — Д-да, — сказал Зуко. Ей хотелось, чтобы он открыл глаза, но она знала, что вид её на коленях может оказаться слишком смущающим для него. В конце концов, она хотела, чтобы он продержался. Она хотела это растянуть. Она медленно провела рукой вверх и вниз по его члену, и его пальцы сжались в кулаки. Её ногти играли в тёмном пучке лобковых волос у основания его члена, и он слегка дёрнул головой. Катара испугалась, что он может пораниться, но не знала, как с этим справиться. Может, ему нравится боль? Катара решила проверить эту мысль и впилась ногтями в его бедро, одновременно дергая за член. Его бёдра дёрнулись вперёд, и он прошептал её имя. Она почувствовала, как её рука растирает его, и отдернула её. Его глаза открылись в замешательстве как раз вовремя, чтобы Зуко увидел, как Катара облизывает руку.        — О, Катара, — выдохнул он.        — Я хочу, чтобы ты смотрел, — сказала Катара.        — Я не… — Катара обхватила влажной рукой член Зуко и направила его в рот. Он сильно прикусил губу, его бёдра застыли, ногти, казалось, впились в ладони, и Катара провела языком вокруг головы, пробуя его на вкус. Она оторвала голову, чтобы заговорить, но всё ещё держалась за его основание, — Зуко, ты можешь дотронуться до меня, — сказала Катара.        — Я не хочу причинять тебе боль, — сказал Зуко.        — Я не из стекла, — ухмыльнулась Катара, и Зуко положил свои горячие руки ей на плечи, — Я могу справиться с несколькими ожогами, но не хочу терять волосы, — сказала она, и смех Зуко внезапно оборвался, когда она полностью взяла его в рот.        — Агни, Катара, — проворчал он, и Катара почувствовала, как огонь лизнул его ладони. Но это почти не причиняло боли, и он держал его при себе, не позволяя ему переместиться к ней. Она почувствовала, что начинает потеть, и облизала его от основания до кончика, слегка покачивая головой. Его руки соскользнули с её плеч и легли на подоконник. Катара крепче сжала основание и провела зубами по его члену, зная, что рискует. Зуко резко втянул воздух ртом, и Катара почувствовала запах горящего подоконника. Ей придется поторопиться, иначе он подожжет дворец. Она отпустила его и вместо этого запустила руки в его халат и схватила его за бёдра. Её ногти наверняка оставят следы на нём, размышляла она, и эта мысль делала её ещё более влажной. Она никогда не думала, что это может быть так приятно. Она вонзила ногти сильнее, и Зуко начал толкаться её в рот. Медленно, осторожно, он просунул свой член в её теплый, влажный рот, подгоняемый её ногтями, впивающимися в его ягодицы. Он простонал её имя, хриплые фразы срывались с приоткрытых губ, которые она не могла понять. Она чувствовала, как он пульсирует у неё во рту, а потом излился в неё горячим семенем. Она быстро сглотнула и выпустила его изо рта, отпуская. Он упал перед ней на колени, его лицо было мокрым от пота. Катара вытерла губы. Она согнула воду с растений в углу, чтобы потушить огонь, начавшийся на подоконнике. Катара наблюдала, как Зуко приходил в себя, запахивая халат. Как он стоял на коленях, положив руки на бёдра и всё ещё закрыв глаза, пытаясь преодолеть оргазм. Он выглядел уязвимым и настоящим, и что-то в этом заставило её сердце сжаться. Катаре пришлось отвернуться. Она оглядела комнату. Она оглядела дорогую на вид мебель, затейливо украшенные стены, обои с рисунком из настоящего золота. Она представила, как посреди ночи бродит по дворцу в поисках стакана молока, и не смогла. Экзотическая принцесса. Она содрогнулась от этой мысли.        — Катара, — позвал Зуко, и Катара посмотрела на него. Её сердце всё ещё было слишком мягким. Он протянул руки, и Катара уставилась на него. Голубые глаза оценили линию его подбородка, полные губы, заостренный нос и глаза, эти царственные золотые глаза, несколько скрытые прядью черных волос. Катара подползла к Зуко и обхватила его ногами за талию. Её смуглая рука коснулась шрама на его лице, и она подумала, узнает ли когда-нибудь его историю. Она поцеловала его изуродованное ухо и поняла, что никогда не поймет, никогда не поймет сложности мужчины, который только что распался на части у неё во рту, уязвимый только для неё. Это знание предназначалось не для женщины, спящей с Повелителем Огня, а для Повелительницы Огня. Он начал целовать её шею, его горячее дыхание касалось её шеи, и Катара погладила его длинные тёмные волосы. Она никогда не узнает его историю, но она узнала его самого уязвимого. Она узнала его стоны, крики. Она узнала его в самом зверином обличье, и это больше, чем многие когда-либо узнают. Этого должно быть достаточно.        — Я хочу взять тебя в рот, — сказал Зуко, и Катара отпрянула назад. Она представила себе, как должна выглядеть — почувствовала, как меняется выражение её лица с игривого на серьезное, почувствовала, как длинные темные кудри рассыпаются по плечам, как платье раздвигается, обнажая грудь. Она положила ноги ему на бедра и кивнула.        — Тогда сделай это, — сказала Катара. Зуко не стал терять времени. Он пополз вперед, встав на колени, и притянул её ноги к себе. Он наклонился и откинул её халат назад, так что он упал на неё, как кроваво-красная простыня. Он опустил свой рот к её лону и слегка пососал клитор, спина Катары выгнулась, подталкивая её ближе к его рту. Его рука легла ей на живот, удерживая её, и Зуко провёл языком с низу в верх, его рот наполнился её соками. Катара вскрикнула, и Зуко сильнее надавил ей на живот. Другая его рука легла ей на бедро, пальцы прошлись по растяжкам на внутренней стороне бедра, и Катара закрыла лицо рукой. Несмотря на её желание, она почувствовала, как слёзы наполнили её глаза, когда он наслаждался ею, и Зуко начал говорить.        — Ты так прекрасна, — произнёс его охрипший голос в волосы, вьющиеся над ее лоном. Он перестал облизывать ее и поцеловал в пушистые кудри, — Такая красивая, — повторил он между поцелуями. Катара всхлипнула в ладонь, не понимая, почему его слова так на неё подействовали, и он протянул руку, сплетая её пальцы со своими.        — Пожалуйста, — сказала Катара. Её рука опустилась, и золотистые глаза Зуко встретились с её глазами, затуманенными от слез, — Пожалуйста, — повторила она, и он ответил, войдя в неё двумя пальцами. Катара вскрикнула, её спина выгнулась сильнее, и на этот раз Зуко не удержал её. Он впился в неё пальцами, надавливая на девушку изнутри. Он вытащил из неё свои пальцы и, не сводя глаз, слегка дёрнул за волосы на лобке. Катара застонала, внизу живота сжался сильный ком, и Зуко начал дразнить её половые губы зубами        — О, чёрт, — Катара упёрлась бедрами ему в лицо, и Зуко перевернул их так, что она легла на него сверху, — Трахни мой рот, Катара, — сказал он, уткнувшись ей в бедро, а затем просунул язык внутрь неё и сжал её бёдра с такой силой, что Катара знала, что у неё будет синяк. Она уперлась бёдрами в его рот, чувствуя, как капает с его подбородка. Она знала, что у него болит челюсть, знала, что её пальцы слишком сильно впиваются в его голову, знала, что ее пальцы слишком сильно дергают его за волосы, но в тот момент, когда она начнет чувствовать вину за причиненную ему боль, он ущипнёт её бедро, укусит её за половые губы, будет слишком сильно сосать её клитор. Катара закричала, её тело наклонилось вперед, когда она попыталась взобраться на его голову. Ей хотелось полностью погрузиться в его губы, полностью исчезнуть в его горячем рту. Она хотела больше, больше Повелителя Огня, больше Зуко, больше человека с таинственным шрамом. Она выкрикнула его имя, и он впился пальцами в её ягодицы, и стал ещё сильнее брать её языком, а потом он отпустил её попку одной рукой, и убрал от неё своё лицо, и засунул два пальца в лоно, и использовав магию покорения молнии, пустил в неё лёгкие электрические пульсации. Катара завизжала, стиснув зубы и пытаясь сдержать звуки. Она двинулась к его пальцам, и он двинулся к ней в ответ. Он вышел из неё и крепко поцеловал, и она почувствовала свой вкус в его рту, а затем она схватила его руку и положила его ладонь поверх своего клитора и жалобно попросила:        — Сделай это снова. Он послал пульсацию прямо на её клитор, и Катара почувствовала, как её мышцы живота сжались, как её бедра крепко обхватили его, и почувствовала, как он кончил ей на живот, когда она кончила, её тело горело, а мысли были только о Зуко, Зуко, Зуко.