Absolution

      Три месяца назад              – Уезжаешь?       Вергилий запрокинул голову, подставив лицо едва теплым солнечным лучам. Осень почти закончилась, но деревья все еще стояли окутанные золотистой дымкой. В морозном воздухе отчетливо звучали ароматы опавшей листвы, хвои, трав и совсем немного – яблок. Откуда-то со стороны домов тянуло дымком. Близилось время заката, и в чаше долины, где расположился коттеджный поселок, уже загорались первые огни. Здесь, за городом, время будто бы шло иначе, замедлялось – и это нравилось демону, который слишком устал от собственных амбиций.       Сколько Вергилий себя помнил, перед ним всегда были цели, которые заставляли идти вперед, торопиться, превозмогать слабость. И отказаться от вечной борьбы с собой оказалось удивительно приятно, хоть и нелегко.       – Только на время, – он задумчиво посмотрел на ветви яблони, склонившиеся к самой земле под тяжестью плодов. Хороший выдался год.       – Даже не верится. Столько лет затворничества – и вдруг срываешься с места, – его собеседник изумленно фыркнул и покачал головой. Достал из кармана сигареты, быстро взглянул на Вергилия и спрятал пачку обратно. Вспомнил, что демон терпеть не может этот запах.       Вергилий сделал вид, что не заметил. Ему было слишком хорошо здесь, под едва теплым солнцем, чтобы пререкаться из-за мелочей.       Данте взъерошил свои темные непослушные волосы, спрятал руки в карманах мешковатой куртки. Как и Вергилий, он мог себе позволить не одеваться по погоде, но почему-то – возможно, по привычке – следовал принятым среди людей правилам. Сам демон, несмотря на близость зимы, от верхней одежды отказался. И казалось, совсем не замечал, что холодный ветер пронизывает насквозь тонкую рубашку.       – На самом деле удивляет другое. Почему ты решил рассказать о своем отъезде? То не появляешься целую вечность, то требуешь немедленной встречи...       – Как раз это объяснимо, – Вергилий позволил себе легкую усмешку. – Я уже давно воспринимаю время иначе.       – Не меняй тему, – фыркнул Данте, и демон обратил внимание, что взгляд у найденыша стал еще более внимательным и цепким.       Он вообще сильно изменился за прошедшие годы. Вытянулся, раздался в плечах и заматерел. Стал гораздо увереннее в себе и больше не пытался скрыть слабость за язвительными шутками. Да и демоническая кровь давала о себе знать. Данте излучал уверенность и силу, которыми не мог обладать обычный человек. Вергилий знал, что парень продолжает тренироваться с мечом, и с удовлетворением отметил, что эти занятия пошли ему на пользу. Больше ничто не напоминало о худющем подростке с затравленным взглядом, которого демон вытащил из подвалов исправительного центра.       Странно было признавать это, но Вергилий ощущал гордость за своего подопечного. Наверное, так отец мог бы гордиться сыном.       – Хочу, чтобы ты присмотрел за домом, если я не вернусь, – в ладони Вергилия материализовался тяжелый старинный ключ. – Этот особняк много значит для меня и моей семьи. Он не должен пустовать.       Данте ключ не взял. Лишь скрестил руки на груди и даже отступил на шаг.       – Рассказывай. Тогда решу, брать или нет.              Сон ушел. Но Вергилий еще долго лежал с закрытыми глазами, вслушиваясь в тишину ночи, ощущая влажные дорожки слез на щеках. Первый за долгое время спокойный сон не принес облегчения. Наоборот – вызвал эмоции, которые, как демону казалось, он давно похоронил в своем сердце.       В тот солнечный осенний день Данте выслушал его, назвал идиотом и все-таки взял ключ.       «Если не вернусь к концу зимы… Дом примет тебя».       Февраль близился к завершению, и Вергилий надеялся, что парень сдержит данное слово.              ***              Первое весеннее утро выдалось на удивление солнечным, хоть и морозным.       Мягкий золотистый свет преобразил улицы казавшегося серым города, лег теплыми бликами на мостовые и стены домов. Скованная льдом река искрилась, словно драгоценная лента. И даже лица редких прохожих казались светлее, умиротвореннее – словно первое тепло и солнце развеяли все тревоги.       Данте встретил это утро на мосту, соединявшем старую и новую части города. Ночью пришлось побегать, выполняя заказ, и в итоге до встречи с Леди осталось всего несколько часов. Можно было вернуться в офис и подремать, но вместо этого охотник отправился бродить по городу. Отчасти – чтобы занять время, но больше в надежде на то, что где-нибудь удастся ощутить присутствие брата.       Зима закончилась, а Вергилий так больше и не появлялся. Данте знал, что близнец все еще в Фортуне – иногда охотник ощущал его присутствие, очень редко и лишь на доли секунды. С последней встречи прошло несколько недель, и с тех пор Вергилий оставался неуловимым призраком. Наверное, не стоило этому удивляться, если вспомнить, сколько ошибок они совершили в юности, сколько ран нанесли друг другу. Не только физических, но и душевных…       Данте все это понимал и помнил. И все равно невольно задавался вопросом, не померещились ли ему короткие зимние встречи.       – Надо же, – звонкий голос Леди вернул его в реальность. – Ты сегодня вовремя, Данте.       – Мне просто не спалось, – отозвался охотник на демонов.       Несмотря на раннее утро, Леди выглядела бодрой и отдохнувшей. Сегодня при ней не было оружия, а привычную удобную одежду сменили строгий брючный костюм, белоснежное пальто и шелковый платок алого цвета. Вместо грубых сапог охотница выбрала изящные туфли на низком каблуке.       – Шикарно выглядишь, – высказался Данте, когда смог справиться с удивлением. – Что думает Триш о твоей смене стиля?       – Вот сам у нее и спроси, – Леди спрятала глаза за огромными темными очками. – Идем. Не знаю как ты, а я до смерти хочу свежего кофе.              В первый час после открытия посетителей было совсем немного, и им удалось занять столик у окна. В полупустой кофейне витали ароматы молотых зерен, выпечки и корицы. Солнечные лучи проникали в высокие окна, но оставляли место приятному для глаз полумраку. Дизайнеры постарались на славу, добавив в интерьер темные цвета, бронзовые светильники и деревянную, сделанную под старину мебель. Даже Данте – редкий посетитель подобных заведений – был готов признать, что получилось в меру уютно и торжественно. В самый раз, чтобы насладиться неспешным завтраком и ненадолго забыть о делах.       Леди сделала заказ, даже не заглянув в меню. Данте честно просмотрел все от первой до последней страницы, с недоумением изучил огромную кофейную карту и отложил меню в сторону.       – Выбрал что-нибудь? – глаза Леди искрились весельем.       – Конечно, – быстро ответил охотник и, дождавшись возвращения официанта, заказал обычный капучино. Леди тихонько фыркнула, но комментировать выбор не стала.       Они немного поговорили о делах, стараясь не повышать голос и не привлекать к себе внимания. О существовании демонов по-прежнему знали очень немногие. И Данте подозревал, что Леди не простит его, если их выставят из кофейни за слишком громкое обсуждение демонических сущностей или секретных ядов. Было видно, что охотнице нравится это место, и она часто здесь бывает.       – Иногда я и сама подумываю открыть свое кафе. Это должно быть здорово - придумывать авторские напитки, новые сладости… Надо лишь нанять управляющих, которые будут делать за меня всю скучную работу, – пошутила Леди, намазывая на тост мягкий творожный сыр.        Данте едва не поперхнулся своим кофе.       – Я думал, нет ничего, что могло бы заставить тебя прекратить охоту, – осторожно произнес полудемон, справившись с собой.       Леди отвернулась к окну.       – Я тоже так думала, – наконец произнесла она. – Но теперь сомневаюсь. Может, я старею… Сколько во мне демонической крови, Данте? Ничтожная капля. Я все еще выгляжу молодо, как и ты, как Триш. Но внутри я чувствую себя такой уставшей.       Данте промолчал, не зная, что на это ответить. Утешить? Сказать, что ей просто показалось? Охотник не был настолько наивен. Демоническое наследие и так уже подарило Леди долголетие и молодость, и было бы странно ожидать большего. Данте не хотел, чтобы после слов утешения Леди кинулась работать на износ, не заботясь о своем самочувствии. Триш его не простит… Да он и сам себя не простит, если такое случится.       – Ты говорила об этом…?       – Конечно. Триш только смеется и говорит, что я могу оставить всю работу ей. Что если захочу, я могу вообще об этом не беспокоиться, – Леди улыбнулась, будто вспомнив что-то забавное. – Но я не хочу сидеть дома и ничего не делать, Данте. Поэтому и думаю, может, получится заняться чем-нибудь другим.       – Все может быть, – кивнул охотник и полез в карман плаща. – Кстати, не забудь свой заказ.       Он передал напарнице небольшой сверток и дождался, пока Леди переведет оплату на его счет. В свертке был собранный за месяц полный комплект когтей одной редкой твари, и по своей прочности они превосходили любой известный человечеству металл. Бесценный материал для некоторых оружейников. А у Леди всегда были хорошие связи среди создателей редких и мощных пушек.       – Иногда с тобой приятно иметь дело, – на лицо Леди вернулась ее обычная немного лукавая усмешка. Только усталость в глазах никуда не делась. Охотница положила на стол несколько купюр и поднялась из кресла.       – Мне уже пора. Ты остаешься?       – Допью кофе, – Данте заглянул в свою чашку. – Передавай привет Триш.       Он наблюдал за Леди в окно до тех пор, пока она не скрылась за углом. Элегантное белоснежное пальто ярко выделялось в толпе, походка охотницы оставалась легкой и непринужденной, и многие мужчины завороженно смотрели ей вслед. Знали бы они, что эта прекрасная брюнетка живет уже почти полвека! Пожалуй, Леди поступила мудро, решив не искать спутника жизни среди обычных людей.       Не то что бы Данте не заметил, как пролетело время. Он понимал, что ему дана гораздо более долгая жизнь, чем людям. И что рано или поздно ему придется наблюдать, как стареют друзья. Что многие уйдут из этого мира, а он все еще будет оставаться молодым. И все равно перемена в настроении Леди стала для охотника неожиданностью.       Зал кафе постепенно наполнился новыми людьми, разговорами и звоном чашек. Официант забрал оставшуюся после завтрака посуду и деньги, принес сдачу. Данте едва обратил на него внимание, поглощенный своими мыслями. Охотник пришел в себя, лишь заметив в кресле напротив другого посетителя – хотя был готов поклясться, что всего несколько секунд назад это кресло пустовало. Слова возмущения застряли в горле, а в сердце снова угнездилась пульсирующая боль.       Вергилий даже не смотрел на брата. Казалось, он был слишком увлечен книгой – старинной, но прекрасно сохранившейся, в обложке с золотым тиснением. Создавалось впечатление, будто старший сын Спарды провел в кафе все утро – а не появился всего миг назад.       Призрак.       Вергилий еле заметно улыбнулся, и Данте понял, что последнее слово он сказал вслух.       – Для нас годы летят, словно мгновения, – тихо произнес демон, не поднимая взгляд от книги. – Но не для них.       – Ты как всегда чересчур поэтичен, брат, – хрипло отозвался Данте.       Вергилий ничего не ответил – лишь перевернул страницу.       Ему принесли латте, хотя Данте был уверен, что брат ничего не заказывал. Некоторое время они сидели в тишине, которая с каждой минутой становилась все более неловкой. Вергилий увлекся книгой – или только делал вид, что зачитался. Данте, пользуясь возможностью, рассматривал близнеца. Впервые после событий тридцатилетней давности они находились так близко друг к другу… Бой с Нело Анджело не в счет. Тогда Данте не знал, что сражается с братом, а душа Вергилия почти растворилась в демонической оболочке. Впрочем, сейчас Данте тоже не смог бы назвать Вергилия лишь наполовину демоном. В старшем сыне Спарды от человека остался только облик. И теперь вряд ли кто-нибудь смог бы признать в них близнецов – настолько разными они стали.       – В чем дело? – казалось, что хриплый бархатный голос проникает в самое сердце. Почти позабытое чувство.       – Да вот, жду, когда портал в Ад откроется, – отшутился Данте. И рассмеялся, встретив удивление в глазах близнеца. – Каждый раз, когда ты появлялся, случалась какая-нибудь хрень с порталами и пришествием демонов. Я привык, знаешь ли.       – Смотри не разочаруйся.       – Да я только рад буду, если сегодня ты явился без демонического оркестра. У меня выдалась та еще ночка, – Данте обезоруживающе улыбнулся, но тут же стал серьезным. Присмотревшись к брату внимательнее, он с тревогой отметил глубокие тени на лице, бледность и почти незаметную дрожь в руках.       – Хреново выглядишь, Вердж.       Вергилий медленно закрыл книгу, откинулся на спинку мягкого кресла.       – Похоже, это действительно так. Раз даже ты заметил, – бархатный голос демона не выражал никаких эмоций.       Только теперь Данте ощутил едва уловимый запах крови, смешавшийся со сладковато-горьким ароматом. Яд? Нет, другое… Запах казался знакомым, но охотник никак не мог его вспомнить. Что-то из далекого, почти забытого прошлого.       – Ты ранен?       – Уже нет.       И снова – знакомая стена отчужденности. Данте выдохнул сквозь зубы, сдерживая злость.       – Проклятие, Вердж! Мне так и придется клещами вытаскивать из тебя слова?       Вергилий вдруг хищно улыбнулся. Воздух вокруг него едва ли не искрился от напряжения, в зале будто стало намного темнее и холоднее. Ненадолго – но эти секунды показались Данте вечностью.       – Попробуй, брат, – произнес демон, и его глаза загорелись золотом. – Ямато давно жаждет твоей крови.       Спустя миг тени развеялись, словно и не было этой вспышки гнева.       Данте тут же осмотрелся и с удивлением понял, что никто ничего не заметил. Люди за соседними столиками так же спокойно беседовали, официанты разносили заказы. Иллюзия? Есть ли предел у этой новой силы, которой теперь обладает брат?       – Я оказался прав, – Данте покачал головой. – В тебе не осталось ничего человеческого.       В ответ на это Вергилий лишь пожал плечами. Он снова казался спокойным, почти умиротворенным – но Данте нутром ощущал клокочущую внутри демона злость.       Во времена своей юности Данте попытался бы спровоцировать брата. Довести до потери контроля и заставить выплеснуть накопленную ярость. Но Данте нынешний понимал, что эта его черта стала одной из причин, по которой они с Вергилием перестали понимать друг друга. Следовало действовать как-то иначе… Но как?       – Давай начнем сначала, – Данте поднял ладони в примиряющем жесте и улыбнулся. – Зачем ты пришел? Спустя столько лет… До недавнего времени я был уверен, что ты мертв. И я, конечно, скучал и о многом сожалел… Но еще я хочу знать причину, Вердж.       Взгляд демона заметно смягчился, и витавшее в воздухе напряжение развеялось окончательно.       – Причину, значит?..       Данте ждал. Раньше ему не хватило бы терпения на такое ожидание. Вергилия это всегда раздражало. В юности такие разговоры всегда заканчивались дракой, потом дошло до сражений на мечах – словно братья разучились говорить друг с другом иначе…       Хорошо, что они оба изменились.       Вергилий вдруг подобрался, скрестил руки на груди. Закрылся.       – Это слишком долгая история. И сейчас я не готов терпеть язвительные комментарии и насмешки.       – Ты так уверен, что они будут?       Данте уже решил, что не позволит брату сбежать на этот раз. Он подался вперед, коснулся руки близнеца. Произнес мягко, словно пытался успокоить хищного зверя:       – Я больше не тот вспыльчивый подросток, которого ты помнишь. И я смогу тебя выслушать.       Из груди демона вырвался еле слышный рык. Вергилий отнял руку, сжал побелевшими пальцами подлокотник кресла.       – Данте, если это опять твои неуместные шутки…       – Просто расскажи мне все, – Данте неотрывно следил за близнецом, готовый вскочить и удержать его, не позволить открыть портал. – Ты всегда считал меня слепцом, но даже я вижу, что тьма пожирает тебя изнутри, брат. И я хочу помочь, если это в моих силах.              ***              Данте как был, так и остался наивным дураком с маниакальным стремлением спасти всех и каждого. Интересно, что он сказал бы, взглянув на мир глазами брата?       Виски снова сдавило болью, и Вергилий до крови прикусил губу, стараясь сосредоточиться. Демон недолго радовался отступлению кошмаров. Вскоре после этого тени начали преследовать его даже днем. Больше всего это напоминало легкое движение, которое можно уловить лишь краем глаза. Однако стоило посмотреть в ту сторону, как тень тут же исчезала. Вергилий постоянно ощущал мрак за своей спиной, но знал, что если обернется – ничего не увидит.       И так же хорошо он знал, что если хоть на миг ослабит защиту – во мраке вспыхнут алые глаза, а в спину ударят антрацитовые когти.       Голос разума требовал попросить помощи, рассказать все отцу. Без сомнений Спарда поднял бы на уши весь научный отдел, стараясь найти способ исцелить наследника. Но шелестящий шепот старых обид заглушал все разумные доводы. Вергилий разучился верить. Разучился надеяться на помощь других. Он верил только в собственные силы – и сейчас эти силы таяли, оставив даже не тень… лишь призрак от тени его прежнего.       Вергилий смотрел в глаза брата и не понимал, что привело его сюда. Надежда? Желание простить и быть прощенным? Нет, он не чувствовал своей вины – Данте наворотил дел не меньше. Осталось разве что сожаление… Сожаление о прошлом, которого они с братом лишились. И о будущем, которое не наступит.       Чешуя покрыла кисть всего на доли секунды, но этого оказалось достаточно, чтобы Данте отдернул руку, когда кончики пальцев обожгло холодом.       – Доверие – это роскошь, которую я не могу себе позволить, – тихо напомнил себе демон. И сам тут же покачал головой. – Впрочем, с учетом всех обстоятельств…       Теплое дыхание взъерошило волосы на затылке, и Вергилий не смог договорить.       – Скажи ему, – промурлыкал Тень, обходя кресло и замирая у Данте за спиной. Глаза Доппельгангера казались раскаленными углями, сверкнувшими из-под темной челки. Вокруг, растекаясь по залу кофейни, клубилась тьма.       Щупальце мрака скользнуло по спине демона и сдавило шею.       – Он так много не знает о тебе, Вергилий. У тебя много грязных тайн… Как думаешь, он сможет ненавидеть тебя еще сильнее, чем прежде?       «Прочь! Ты еще не поглотил меня!»       Вергилий бросился к выходу, ловко лавируя между людьми, чьи лица сейчас казались провалами черноты. Оказавшись на улице, демон жадно вдохнул ледяной воздух. Солнечный свет больно ударил по глазам, заставив их слезиться – и все равно он был лучше черного тумана, в котором теперь слышался злой и довольный смех. Слуховые и тактильные галлюцинации? Просто здорово…       Демон услышал быстрые шаги за спиной – и заставил себя обернуться.       Данте держался на расстоянии, напряженный, готовый в любой момент призвать оружие. Серо-голубые глаза внимательно следили за каждым движением брата.       – Все? Полегчало? – в голосе охотника не было ни тени издевки.       Вергилий с усилием разжал кулаки и медленно кивнул. Демон заметил, что прохожие обходят их, и осознал, что инстинктивно поставил вокруг себя защитный купол. Само по себе это не удивляло – рефлексы Вергилия давно были отточены до совершенства.       Странно было то, что даже в таком состоянии он подпустил к себе брата.       – Хорошо, – Данте немного расслабился, хотя и остался предельно сосредоточенным. – Тогда пошли. Дома расскажешь, что за хрень сейчас творилась. И на этот раз возражения не принимаются.