Запах корицы

«Чувак, это лучшая кондитерская в мире» — говорил Нино. «Преступление не поесть там фирменные макароны, бро!» — говорил Нино. «Там чёртов рай, чел, а ещё можно попробовать выторговать скидончик по знакомству», — говорил Нино, затаскивая Адриана в прекраснейшее место всея Парижа. В пекарню-кондитерскую TS. — Это инициалы владельцев, бро, — авторитетно заявил Нино, поправляя кепку. — И поверь мне, эти боги достойны собственной религии багета и тортика. Адриан это знал. О, он прекрасно знал и о TS, и о Томе с Сабин, и о их собственной семейной магии — никак не меньше. Личный повар признавал только их хлеб, хлебцы и низкоколорийную выпечку, а это стоило очень многого. В фирменном магазине Адриан не был ни разу. Теперь же он стоял буквально перед раем для чревоугодников и готовился пасть так низко, что девятый круг Ада недостаточное наказание за грядущее преступление. — Ты драматизируешь, бро. — Братан, ты подбиваешь меня на нарушение модельных заповедей и предательство Заветов Диетолога. Это то ещё богохульство. Нино бессовестно заржал и толкнул тонированную дверь. Заветы нарушить захотелось сразу. Пахло умопомрачительно. Адриан честно видел, какое бешенное разнообразие расставленно по корзинам-витринам-полкам, и всё просто божественно благоухало. Это была целая симфония ароматов, каждый из них дополнял предыдущий, и да, Адриан достаточно бывал на парфюмерных выставках, чтобы теперь полностью разочароваться в профессионализме администраторов — от той какофонии прекрасных по отдельности запахов хотелось как можно скорее выйти на воздух. Тут хотелось жить. — Во мне говорит вечно недокормленная модель или… — А, ты про аромат? Нет, ты прав, крышесносно. В торговых залах колдует Сахарная Принцесса, это её территория. Интерьер, расстановка товара, форма персонала — всё её рук дело. Могу познакомить, она около специй обитает обычно, выразишь ей своё восхищение. Адриан озадаченно поднял брови. — Сахарная Принцесса? — медленно повторил он, поворачивая голову странным механическим движением «из-под подбородка на сто восемьдесят градусов». Алья обычно называла это слегка криповым. Нино обычно ржал. — Да, дочь владельцев… оп-па! Чел, по-братски, поброди сам, мне надо отчалить для визита вежливости, — затараторил Нино и в ту же секунду скрылся в толпе. Вспомнишь Сезар, она всплывает. Ну да, ну да. Точняк. — Могли бы выбирать менее людные места для лобызаний, — насупленно бормотал под нос Адриан, заинтересованно озираясь по сторонам. — Или выделить на это время в расписании. «14:30-14:51 — страстные зажимания в углах». Проблем бы не было, чесслово, не пропрёшь же против тайм-менеджмента. Кондитерский зал переходил в зал выпечки, тот — в зал касс, уютных столиков и небольшой выставки специй, начинок и других ингредиентов — этакий франкиштейн с закосом под профи, собери сам и узнай, что готовка не твой конёк. Или же приготовь нечто божественное и устройся работать к хозяевам — но это было невозможно, потому что Адриан в своё время даже яишницу спалил. Глазунью. Вместе со сковородкой, полотенцем и частью натяжного потолка. Теперь на кухне был потолок бетонный, а доступ к плите Адриану был закрыт раз и навсегда. Пол был причудливо исчерчен разноцветными полосами. Словно рельсы, решил бы Адриан, если бы они шли в параллельных друг другу парах, наверняка удобно таскать тележки со свежим товаром. Но не тачки же катать, верно? Да и какие тачки могут заиметь настолько крохотные колёсики, чтобы беспроблемно в эти рельсы помещаться? Загадка интересного интерьерного решения захватила Адриана целиком — потому что рот начал наполняться предательски вязкой слюной и хотелось скупить всё и немедля и как можно скорее наесться до тёмных бляшек перед глазами, сдохнув толстым, прыщавым и счастливым от отцовского гнева. Нельзя. Надо дождаться Нино — с самого начала у него была какая-то тактика и он хотел её придерживаться. Смотреть на пол безопасно и безобидно, и никто от этого не умрё… Примерно на этой мысли увлёкшийся Адриан сбил с ног оказавшегося у него на пути человека. Девушку, если быть точнее. — Смотри, куда прёшь, б-балбясина, — забавно зашипела она, откидывая волосы и яростно отплёвываясь от просыпавшейся корицы. Ой. — Прошу простить, — опомнился Адриан, подсаживаясь рядом и совершенно бестолково пытаясь собрать корицу обратно в миску. — З-задумался. Девушка недовольно поджала губы, продолжая потирать голову. — Сильно ушиблись? — совсем нерешительно пролепетал он, порывисто дотрагиваясь до её руки. Девушка замерла. — Да больше испугалась, — с ворчливой честностью ответила она, слегка поднимая голову и упираясь взглядом куда-то ему в ключицу. Девушка была красивой. Даже очень, и Адриан смущённо поймал себя на мысли, что продолжает пялиться. Правильные черты лица выдавали в ней дикую помесь Востока и Запада. Тяжёлые чёрные волосы и бледная тонкая кожа, стройный стан — мечта творцов, изящная лань в шумном мегаполисе, такая естественная среди всех знакомых Адриану девушек. Прекрасное Видение. — Теперь вся в корице, — недовольно бормотало Видение, отряхиваясь от порошка. — Прекрасный день, ничего не скажешь. — Корица издревна была востребованным парфюмом, — вдруг заговорил Адриан. Первое — ужасно красивая девушка имеет совесть никак не показывать вида, что видит его на огромном количестве обложек журналов примерно каждый месяц. Даже Аля, которой глубоко до фени до мира моды, пустила пару-тройку стервозных комментариев на его счёт (Адриан недолюбливал Алю, с ней было стрессоопасно и некомфортно и она шутила в совешенно других энергетических уровнях, чтобы Адриан мог отпустить себя в разговоре с ней. Но Аля была девушкой его лучшего друга, поэтому по умолчанию переходила в ранг «хороших знакомых»). Второе — красивая девушка была расстроена. По его вине. Это было ужасно. И третье — Адриану вдруг нестерпимо захотелось её впечатлить. Для выражения симпатии, наверно. Или сглаживания неловкой ситуации. Он не знал причин. А ещё он был замкнутым книжным червём, как порядочный сам себе предоставленный вечный арестант, так что знал поистине огромное количество различной чепухи. Что ж, пришло время блестнуть знаниями, подчерпнутыми в энциклопедии «Мир вокруг нас» 2003 года издательства — Пэр Ноэль на новый год принёс. Девушка скептически подняла бровь, ещё выше вздернула подбородок и рассматривала его лицо сквозь завесь припущенных ресниц — мол, глаголь, коль хочется, я слушаю. — В Древней Греции корица входила в состав духов и лекарств, использовалась в приготовлении различных амулетов и оберегов. Так что всё во благо, юная леди, боги вас защитят. Девушка бегло усмехнулась, светлея лицом, и саркастично продолжила: — А ещё египтяне применяли её в качестве одного из компонентов при бальзамировании тел. Полагаю, боги защитят меня в загробном мире? — И снисходительно добавила: — «Мир вокруг нас» от 2003-его, с переливающейся солнечной системой. Я тоже читала. — Я сражён, — улыбнулся в ответ Адриан, случайно нашаривая какую-то палку рядом с собой. — Ваше? Палка оказалась тростью. Девушка мягко протянула руку, принимая его помощь, и Адриан лёгким движением помог ей встать на ноги. — Моё. И улыбнулась. — У Вас прекрасный парфюм, месье. Адриан посмотрел на её мягкую улыбку и подумал, что пропал. — О, ты сам её нашёл, — радостно крикнул откуда-то из-за спины Нино, под ручку с Алей плывя в их сторону. — Марин, детка, этот аляпистый придурок восхищён твоими трудами. Адриан, это Марин Дюпен-Чен, она здесь живёт. Сахарная Принцесса переложила свою трость в другую руку и улыбнулась мягкой приветливой улыбкой, положенной по дворцовому этикету. Свет электрических ламп загадочно сиял в её голубых глазах.