Забвение

      Исцарапанная поверхность лезвия ножа мельком отражала ясное голубое небо. Алёнка мирно сидела на местами обгоревшем бревне, проворачивая холодное оружие, держась пальцами за рукоятку и остриё. Бабушка всегда говорила: «Нож детям не игрушка!» Но бабушки не было рядом, да и Алёнка давно перестала ощущать себя ребёнком. На её совести лежали трудные решения, от которых зависела не только её жизнь, но и жизни других, таких же борцов за сказочный мир, как и она.       «Детство закончилось, Алёночка!» Эта фраза, сказанная Владом с некой печалью, часто проскальзывала в её памяти, как отголосок прошлого, от которого так хотелось избавиться. Беготня от волколаков всегда забавляла её. Она такая быстрая и неуловимая, а они глупые и наивные, но всему рано или поздно приходит конец. К несчастью, точку во всём этом безудержном веселье поставила именно Алёна, и эта точка послужила стартом её взрослой жизни, к которой она была совершенно не готова. И чаще всего следом за той фразой в памяти всплывали другие.       «Владик… Я не хотела. Так случайно получилось. Я не убийца! Владик, скажи, что я не убийца!»       «Он не дышит, Алёнка».       Девушка нервно вздрогнула, запрокидывая голову, устремляя уставший взгляд, полный отчаяния и разочарования, вверх. Те отвратительные воспоминания всегда приносили ей душевную боль, и, как бы Влад ни пытался облегчить её моральные страдания, выходило это у него плохо. Он видел всё в своей трёхсотлетней жизни: предательство, смерть, ложь, боль, моральную и физическую. Оказавшись в сказочном мире, он с лёгкостью выдержал всю ту жестокость, направленную на него, а вот Алёна столкнулась со всем этим впервые…       Сказочный мир превратил жизнь огненной принцессы в необратимую агонию.       — Почему мы постоянно приходим сюда? — неожиданно спросила Алёнка, шмыгнув заложенным носом, даже не разворачиваясь в сторону стоящего рядом Влада, осматривающего то, что осталось от сожжённого два года назад сарая.       Это было одно из лучших убежищ. Тёплое, не такое заброшенное, в нём даже не ощущалось мерзкого запаха плесени, что витал в воздухе других заброшенных хат, вызывая у бывшего князя раздражение слизистых, но, увы, из-за чрезмерной наивности Алёнки и её же ярости от этого замечательного места осталась лишь одна обугленная стена, которой не дал догореть ливень.       Морок выдохнул и направился к месту, что когда-то было тёплым помещением, в котором можно было вдоволь выспаться без раздражающих вспышек чиха посреди ночи. Теперь это лишь чёрная земля, приобретшая такой цвет благодаря углям и пеплу, слившимся с почвой.       — Потому что ты до сих пор не поняла свою ошибку, — громко произнёс Влад, проведя ладонью по сожжённой до угля деревянной поверхности. В стороне, где сидела Аленка, раздалось недовольное рычание. Она явно хотела возразить, но вовремя одумалась, ведь опять выслушивать нравоучения от своего напарника ей совершенно не хотелось, он ведь был абсолютно прав. Она так и не усвоила урок.       Без какой-либо неприязни Влад вытер испачканную чёрной сажей руку о штаны и уже было хотел уйти, как вдруг под подошвой облезших ботинок раздался противный скрежет. Слегка поморщившись, Морок отставил ногу в сторону, смотря на уцелевшие части разбитого в дребезги волшебного блюдечка, явно не вписывающегося в эту чёрную, обгорелую картину. Печально покачав головой, Влад поспешил нагнать прихрамывающую Алёнку, что всё-таки не выдержала и поспешила вернуться в лес. Ловко переступив через пожелтевшую, частично заплесневелую кость, окутанную сухой травой, Морок помчался за Алёнкой, одарив на прощание печальным взглядом сожжённые обломки.       Поравняться с девчонкой Владу не составило особого труда. Как бы ни срослись раздробленные зубьями капкана кости, ни перестала щипать почерневшая от слишком частого использования живой воды кожа, Алёнка всё ещё боялась полностью наступать на травмированную конечность, отчего, гордо задрав голову, шагала припрыгивающей проходкой.       — Знаешь, Алён, труп можно было закопать, утопить в озере, на крайняк в болото швырнуть, а ты сожгла…       Он так и не успел договорить. Девушка слишком быстро развернулась в его сторону, изо всех сил ухватившись за воротник потрёпанной куртки, притягивая Морока к себе.       — Заткнись, Влад… Пожалуйста, хватит. Что сделано, то сделано. Почему ты так любишь ворошить прошлое?       — Потому что ты, Алён, любишь это прошлое забывать.       От услышанного Алёнка яростно пихнула Влада в сторону, перекрещивая руки на груди.       — Я живу настоящим, мне не нужно это никчёмное прошлое! — воскликнула она, гордо задирая голову.       — Но без никчёмного прошлого нет твоего жалкого настоящего и твоего прекрасного будущего. Нужно помнить, чтобы не наступать на одни и те же грабли дважды, — ближе к последней фразе невооружённым взглядом было видно, как Влад начинал закипать. Он действительно хотел ей помочь и даже не из-за заключённой когда-то там, ещё в самом начале их приключений, сделки, они оба уже давно забыли о ней. Влад поучал её из-за проснувшегося сострадания, он ведь тоже когда-то боролся за свой трон, но Алёнка всем своим видом показывала ему, что не нуждается в его помощи. Даже сейчас она лишь усмехнулась, и отправилась вперёд в лесную чащу, бросив напоследок Владу фразу, которая поставила точку в их перепалке.       — Это говорит мне великий и ужасный Морок, который так часто лажал перед Повелителем, что я сбилась со счёта.       Влад не хотел, чтобы последнее слово оставлялось за Алёнкой, однако его попытка высказать своё недовольство провалилась, когда в лицо его ударилась отпущенная Рыжовой еловая ветка.

***

      Остывала Алёнушка так же быстро, как и вспыхивала, удивительно, Мороку даже не пришлось окунать её в бегущую неподалёку реку. Пройдя какой-то жалкий километр по вытоптанной тропе, Рыжова полностью сосредоточилась на важном деле, изредка поддакивая Владу, выдвигавшему разные предложения по поводу дальнейших действий, она даже не вспоминала о ранее произошедшем споре.       Алёнка неторопливо плелась позади, то и дело озираясь по сторонам. На каждый шелест кустов она реагировала быстрым разворотом в сторону звука с уже готовностью выстрелить искрящимся копьём. Правда, пару раз она действовала слишком быстро, и мощный разряд попадал в крохотное тельце птиц, что так не вовремя решали перелететь на другой куст. Именно такие моменты Влад отмечал, как «плюсы импульсивности», ведь после парочки необдуманных выстрелов у них появлялось пропитание на ближайшие два-три дня.       Аккуратно наступая на мокрую из-за прошедшего ночью дождя землю, обходя своеобразные ямки, дабы избежать попадания больной ноги в них, Алёнка, пятясь спиной вперёд, как рак, что есть силы врезалась в ставшего посреди тропы Влада.       — Ты чего встал-то? — потерев ушибленное плечо, крикнула Алёнка. По дрожи в голосе было понятно, насколько она испугалась столь неожиданного столкновения. И каким только чудным образом ей не взбрело в голову пустить в него разряд тока.       — Алён, мне кажется, за нами следят, — почти шёпотом произнёс Морок, не отрывая глаз от бурлящей речушки.       Девушка недоверчиво изогнула бровь, но всё-таки развернула голову влево, смотря на плывущую по течению зелёную тину, которую иногда разбавляли расходящиеся круги, оставляемые резвящимися в воде мальками рыб и головастиками.       — Когда кажется, креститься надо, пошли дальше, а то опять опоздаем, — легонько ударив Влада кулаком по плечу, воскликнула Алёнка, отправляясь дальше в путь, радостно насвистывая любимую песенку.

***

      Блуждать по сказочному лесу, может быть, и не всегда безопасно, но очень полезно для поднятия боевого духа. На вид это самый обычный лес с берёзами, елями и кустами, в Мышкине таких пруд-пруди, однако этот словно обладал собственной магией. Блуждая по нему, Алёнка не чувствовала усталости или боли, она словно отдыхала и набиралась сил для дальнейших сражений. Несмотря на не лучшее положение дел, а именно постоянные погони и драки, в лесу она чувствовала себя в безопасности, к тому же Влад всегда мог дать ей ключ земли, и тогда лес будет полностью на её стороне.       На мгновение Алёнка осознала, что Влада, который, по её домыслам, шёл позади, нет рядом. Она покрутилась на месте, прижимая копьё к себе, и протяжное, полное самого настоящего страха «Владик» эхом пронеслось по лесу. Ответа на её зов так и не последовало, что напугало её ещё больше. Она хотела верить, что всё это шутка, попытка Влада проучить её, но была одна проблема. У Морока с чувством юмора было очень и очень хреново.       — Влад, если ты решил меня напугать, то, признаю, у тебя это получилось. Давай, принимай обратно облик Вани, и пойдём, — робко проговорила Алёнка, продолжая метать взгляд из стороны в сторону в попытке уловить хоть какое-нибудь движение, но в лесу воцарилась нагнетающая тишина, явно не несущая ничего хорошего.       Вдруг что-то пронеслось не так высоко над её головой, задевая ветви деревьев, обрушивая тысячи холодных капель на Алёнку. Девушка взвизгнула от неожиданности, палец всё это время, мирно лежащий на кнопке, дёрнулся, и искрящийся луч, подобно молнии, сбил летящую сову. Птица издала противный писк и, сложив крылья, камнем упала на землю. Алёнка тотчас рванула к ней, искренне надеясь, что проучила своего горе-напарника, решившего её напугать, но, когда она увидела чёрные безжизненные глаза птицы, по телу волной прокатилась дрожь.       — Дело дрянь, — выругалась Рыжова, ускоренным шагом возвращаясь обратно туда, где она видела Влада в последний раз.

***

      — А с каких пор князья по лесам разгуливают? — положив руки на плавающее у самого берега бревно, певуче спросила девушка с длинными русыми волосами, выныривая из воды по пояс.       Лежавший на берегу Влад довольно усмехнулся, отламывая засохший камышовый стебель. Подперев голову свободной рукой, он мельком посмотрел на девушку и как-то искренне улыбнулся.       — Разгуливаю, где захочу, я же князь!       Девушка звонко хихикнула, немного отплыв от берега. Её бледные руки потянулись к голове, аккуратно стягивая вниз красную сверкающую на солнце ленту, что сдерживала тоненькую косу.       — У вас так много власти, Владислав. Вам подчиняются. Вас уважают. От блеска ваших голубых глаз падают тысячи красавиц, — она вновь подплыла к берегу, будто чувствуя, как медленно плавится и испаряется воля Морока, что с ещё более глупой, совершенно не свойственной улыбкой пялился на незнакомку.       Холодная, как у покойника, мокрая рука, пропитанная отвратительным запахом тухлой воды, легонько коснулась щеки Влада, а затем опустилась ниже, помогая правой ладони обвить шею несчастного мальчика той самой красной лентой.       — Вы позволите и мне упасть, Владислав? — прошептала утопленница, затаскивая Морока в реку, держась пальцами с посиневшими ногтями, что заметно стали длиннее, за края красной ленты, попутно завязывая их в узел.       Потрёпанные джинсы с небольшой заплаткой в районе колена намокли и отяжелели, утягивая своего владельца на дно не хуже голодной русалки, на удочку которой Влад так глупо попался… Второй раз за свою жизнь.       Пальцы нечисти принялись завязывать бантик на шее пленённого князя, и кто его знает, что было бы дальше, даже не с его собственной шкурой, если бы сухая трава не захрустела под ногами как никогда вовремя подошедшей Алёнки, ткнувшей копьё прямо в лицо водной девы.       — Эй, жаба, будьте так добры убрать ласты! — грозно проговорила Алёнка, не отводя глаз с заметно взбесившейся русалки, что во всю оскалилась, демонстрируя свои острые клыки.       — Алёнка… — то ли радостно, то ли испуганно завопил Влад, судорожно хватаясь за берег, в надежде как можно быстрее выбраться из этой чёртовой реки.       Увидев то, как добыча уходит, русалка тут же ринулась вдогонку, но Алёнка вовремя переместила уже во всю искрящееся копьё, заставляя шипящую тварь отплыть ещё дальше, на середину реки. Ради забавы Рыжова шмальнула лёгкий залп энергии вверх, заставляя перепуганную русалку скрыться из вида под толщей воды, оставив на память о себе лишь расходящиеся по водной глади круги.       — Плыви, плыви, таранка несчастная. В следующий раз в воду стрельну, всплывёшь пузом кверху! — что есть силы крикнула Алёнка, даже не задумываясь, услышит ли её водная тварь или нет.       — Алён… — начал было Влад, как вдруг словил на себе суровый, прожигающий душу насквозь взгляд. Алёнка присела на корточки, предварительно вытащив нож из сапога.       — Молчи уже, князь несчастный, пока я тебе с копья не жахнула, — скрипя зубами, пробубнила девушка, аккуратно перерезая ленту, что, оказавшись в руке волшебницы, тотчас обратилась в прах.       Рыжова выпрямилась и, подняв с земли оружие, поспешила уйти подальше. Реки никогда ей не нравились, так как плавать её в детстве бабушка не научила, а страх утонуть сковывал её даже на мели у самого берега. Неожиданно крохотная рука, принадлежащая библиотекарю Иванушке, чей облик носил Морок, обхватила Алёнкино запястье. Девушка обернулась, смотря с укором на Морока, что с явным нежеланием произнёс самые трудные для его горделивой души слова:       — Спасибо, что не дала стать кормом для рыб.       Алёнка была готова услышать что угодно, но не слова благодарности в свой адрес. Она ведь всегда была для него ходячей проблемой, а тут они неожиданно поменялись местами. От неожиданности даже дар речи пропал, и единственное, на что хватало волшебницу, — это на лёгкую улыбку.

***

      Сжатая в крепкий кулак ладонь звонко постучала о деревянную поверхность двери небольшого домика, спрятанного под видом холма. Алёнка перевела взгляд на недовольно ворчащего Влада насчёт отвратительного чувства прилипающей к телу мокрой одежды пропитанной запахом падали. Она бы с радостью припомнила ему всё произошедшее и, конечно же, не упустила шанса похвастать, кто именно спас его княжеский задок, но по ту сторону двери раздался грозный женский голос, требующий пароль. Недолго думая, Алёнка улыбнулась и подошла ближе.       — Владик, — тихо проговорила девушка, на мгновение посмотрев на ещё больше возмутившегося напарника. Они были тут очень давно, и он за это время уже и забыл, какое отвратительное кодовое слово придумала Алёнка.       Дверь тут же исчезла, а на пороге путников встречала девушка-джинн, которая несказанно обрадовалась прибытию Алёнки, ведь именно благодаря ей она вступила в ряды мятежа, а не лишилась своей свободы из-за чересчур суеверных жителей сказочного мира, живущих по принципу «если джинна видишь ты, значит, скоро жди беды».       — Алёна, Влад, вы припозднились. Я надеюсь, никаких происшествий не случилось по пути? — взволнованно пролепетала девушка.       Алёнка и Морок переглянулись, после чего волшебница гордо вошла в землянку, бросив напоследок:       — Всё хорошо, мы немного задержались, потому что Владик рыбку ловил, на живца так сказать.       Она прошла вглубь, где за столом сидели сказочные создания и волшебники, пострадавшие от тирании Повелителя. Все тут же отвлеклись от своих дел, одаряя Алёну своими радостными взорами. Девушка улыбнулась, ей всегда нравилось чувствовать себя лидером, поэтому, подняв руку, сжимающую копьё, вверх, она радостно крикнула:       — Сожжём Повелителя?       — Сожжём дотла! — рявкнул во весь голос подошедший Влад, разглядывая довольную Алёнку под радостные вопли и звонкий свист остальных повстанцев.