Мальчик и Волк

Как говорят умные люди, не рассказывай никому о своих планах, если хочешь, чтобы они сбылись. Особенно, если это план с кучей подпунктов и действующий персонажей, в котором фигурирует не самый адекватный человек. И не важно, что вы с этим человеком собираетесь делать. Вот и Волк очень надеялся, что их хрупкий и совершенно непродуманный план хоть на сорок-пятьдесят процентов свершился. Сидеть запертым — хоть и в какой-то мере — условно запертым, было просто невыносимо. Сколько раз уже Волк порывался открыть эту чертову дверь и, загромыхав «цепями», направиться мстить и крушить, даже ему не известно. А от ожидания встречи с боссом чесались руки. Не хватало конечно оружия, уж очень было интересно, сможет ли пуля пройти сквозь жирное брюхо мерзавца? По разговорам в коридоре можно было понять, что босс уже вернулся, но приходить ко мне как-то не спешил. Понятное дело, у него могли быть «дела» поважнее. Например, погреметь ключами от наручников, которые по словам моих «надзирателей», у нашего босса в единственном экземпляре, а мой друг видел, что он их прям на ремень прицепил, в знак «порабощения». А почему бы и нет? Ах да, можно еще расчесывать свои жидкие кульки волос, красуясь перед зеркалом. В ожидании кары небесной, я успел вздремнуть. Как вдруг меня будят весьма классическим методом — вылив ушат ледяной воды. — Епт твою мать, — вода была омерзительно холодной, и с каким-то душком. — Ой, прости, мы тебя разбудили? — ехидный голос прихвостня Кабана так и хотелось заткнуть хорошим хуком слеваю — Подъем красавица, время превращаться в уродца, — и снова по-дебильному заржал. — Интересно, сколько уже человек сказали, что ты ужасно шутишь? — Волк нарочно тряхнул головой близко в этому паршивцу. Максимально близко. Припевалы отпрыгнули, зло смотря на пленника. — Босс, он настоящий придурок, можно я его ударю? — взрослый мужик, а ведет себя как ребенок, который выпрашивает у мамы новую игрушку, противно да и только. — Ох нет, Слиз, это не твоя игрушка, — меня сейчас вырвет. — Ты пока можешь поиграться с той куколкой, — он вперился в меня своими маленькими поросячьими глазками. — Только посмей тронуть мальца, я от тебя и живого места не оставлю, — одного то я точно вырублю, но их тут больше. Ну и где Козерога шатает? Собирались же вместе этих придурков отмудохать. — Как страшшноо, — один из новых телохранителей заржал. — Так босс прав, ты неровно к этой шлюхе… — я рванул со всей дури, натягивая наручники, звенья на ногах дёрнулись, не давая подойти к подонку, что даже не сдвинулся с места, ухмыляясь. — Прекратите, — «босс» грозно посмотрел на своих прихвостней, а потом перевел свой взгляд на меня, хмыкнув и расплывшись в оскале. — Пристегните его к вон тому крюку, не хочу, чтобы этот волк прокусил мне шею, — он сошел сума, совершенно точно, он сбрендил и летал лечиться, но ему это не помогло, да. — Кто еще тут зверюшка, ты, жирная и мерзкая свинья, — удар в живот был такой силы, что меня отбросило на кровать. Черт, а он силен. Одному с ними мне не справиться. Три амбала сдернули Волка с кровати, отстегивая от ножек. Я бы вдарил, но остальные решили включить мозги (как не вовремя), держа перед моим лицом электрошокеры. А они оказались, очень даже болючими. Одного удара хватило, чтобы понять, что в этот раз они не шутят. Руки подвесили за крюки, в то время как ноги остались висеть. Для надежности их тоже решили чем-то скрепить и один из громил стянул с себя ремень, зафиксировав Волку на щиколотках. — Стоп, вы реально думаете, что ремешок защитит вас от меня? — Волк усмехнулся, но не успел даже поднять головы, чтобы с хищным оскалом посмотреть на амбалов, как ему снова прилетает кулак в живот, выбивая воздух из легких. Всячески извиваясь и отпуская колкости, Волк пытался вырваться, ведь с каждым новым ударом, ему это все больше и больше надоедало. — Ладно, парни, развлекайтесь, а я пожалуй, наведаюсь к принцессе. — Кабан ехидно улыбнулся, направляясь в сторону двери, даже не оборачиваясь на Волка, который после его слов словно освирепел. Из-за того, что Кабан отвлек внимание амбалов на себя, Волк воспользовался моментом. Он осторожно скинул на землю ремень, освободив ноги. Подтянувшись и повозившись с крюком, спрыгнул на землю. Хоть руки все еще были в наручниках, ему это уже не помешает. Оказавшись свободным в своих действиях, он дернулся, въезжая одному бугаю в челюсть, а того, кто держал шокер, заваливая на пол. В миг оказавшись рядом с тем, кто намеревался позабавиться с мальцом, Волк уже замахнулся для удара, но его тут же схватили четыре сильных руки. Кабан повернулся на шум и врезал Волку по челюсти, разбивая нос. — Знаешь, а мне надоело с тобой тут развлекаться, — босс стряхнул кровь с рук. — Парни, делайте с ним что хотите, а у меня еще есть де-ли-ка-тес. — Чтоб. Ты. Сдох — Волк вырвался из рук подпевал, со всей дури ударяя жирдяя в живот. Тот отлетел, хоть и не далеко. Жаль, что теперь до него не достать. — Олухи! Я что вам сказал?! Держать его крепко, — Кабан кряхтя встал, отряхивая свой уже не-идеальный костюм. — Как жаль, что наш псевдо-босс ничего не может сделать без поддержки, — Волк прошипел получше змеи. — Даже разобраться со своим же подчиненным. — Даже не думай вывести меня из себя, я твою фишку просек. И теперь ты точно подохнешь. Босс с хохотом ушел, даже не закрывая дверь. — Черт, нет времени ждать кого-то еще. — тихо пробормотал Волк, ударяя своих мучителей, отправляет их в конец комнаты. Пока те приходят в себя, быстро достаю ключи, что спер у Кабана, пока тот валялся на полу. Наручники хоть и были с сложным замком, открывались довольно легко. — Вот теперь повеселимся, — перед хорошей дракой надо размять руки. Парни оклемались и уже оказались возле меня, я только начал раздавать им удары, отправляя в нокаут, когда в комнату ворвался Козерог, уже побитый, вмиг включаясь в драку. — Что у вас там происходит? — Волк немного удивленно смотрит на друга. — День просто сумасшедший! Не один ты тут драку устраиваешь. Ночные бабочки решили нанести удар. Наш босс так хорошо скрывался, что бабочки узнали, что он уже вернулся. И судя по всему, он им знатно насолил. — Тебя избила девчонка, — отдышавшись усмехнулся Волк. — Кто бы говорили, — Козерог обнажил зубы, расплываясь в ядовитом оскале. — Лови телефон. — Не буду спрашивать, откуда у тебя мой телефон. Ты не знаешь, где держат Мальчика? — Твоего пацана? Он в третьей секции, где именно, я к сожалению не знаю. Ты смотри, сам не попадись, там Ночные бабочки с цепи сорвались! Волк уже не слушал, убегая внутрь здания. — Черт бы тебя побрал, Мал. Только продержишь, придурок. Я был совершенно не удивлен, когда увидел в одной из дерущихся куч Мулла. Матерящегося на трех языках Мулла. — Где пацан? — перекричать ор дерущихся было довольно сложно, но мужик услышл и успел показать в сторону, пока одна из Бабочек не ударила мужика в лицо чем-то острым и маленьким. Еб твою мать, да где же Мал? Куча комнат, и ни в одной его нет. И вот, одна из них была полуоткрыта. В комнате огромная туша нашего босса нависала над каким-то телом. И словно в замедленном времени я достаю пистолет, что подхватил в одном из коридоров. Три выстрела и тяжелая туша падает прямо на пацана. Подбегая к туше и переворачивая ее прямо на пол, я удерживал Мала, что продолжал сопротивляться и плакать. — Прекратите, прекратите, прекратите, — Мал зажмурил глаза и пытался отбрыкиваться, но вот Волк был явно сильнее. Он сжал Мала в объятьях, не давая тому покалечить себя. — Мал, это я. Волк. Черт, пацан, приходи в себя. Он мертв, он тебя больше не тронет. Мал был в полном неадеквате, очень худой и явно под наркотиком. Его глаза были замутнены, тело дрожало, а сердце билось как ненормальное. — Ну давай, приходи в себя, малец, — Волк гладил спину, шепча какую-то чушь, стараясь успокоить парня. Прошло несколько минут, только после этого пацан более менее пришел в себя и открыл глаза. Долго моргал, пытаясь сконцентрировать свое внимание на одном предмете. — Волк? — парень зашелся в хриплом кашле, на эмоциях приобнимая мужчину, — Я думал, никто меня отсюда не вытащит и я останусь тут навегда. Он… Он собирался… — Успокойся, все уже прошло. Он тебя не тронет, — труп явно уже не встанет и не сделает ничего ужасного. — Теперь уже точно… Мал подумал было посмотреть в сторону своего недо-насильника, но Волк прижал его к себе, закрывая обзор. — Не стоит тебе туда смотреть, — закрыл глаза парня, приподнимая его, одной рукой подхватив под коленями, а другой около лопаток, как настоящую принцессу, спасенную из заточения. — Да и вообще, закрой глаза, зрелище не из приятных. — Знаешь, мне и не хочется смотреть, — парень устало уткнулся в плечо, — Я насмотрелся тут всякого… Голова кружиться и мутит… — парень болезненно застонал. — Они… Вкололи тебе какую-то дрянь, так что ты резких движений не делай, — Волк медленно перешагнул порог, покидая комнату пыток, — Ты скорее всего не помнишь, но к тебе заходил тут один мужик, дал тебе антибиотиков, помазал особо воспаленные места… Так что ты сейчас чувствуешь половину боли, которую испытывал ранее, — Волк сочувствующие смотрел на парня, стараясь не думать вообще ни о чем. — И куда ты меня несешь? — уже заплетающимся языком спрашивает Мал. — И почему ты весь в крови? — Долгая история, — Волк хмыкнул, перешагивая через какого-то парня. — У нас тут переворот. — Ахаха, как в старые времена? — Мал тихо захихикал, опрокидывая голову назад. — Ой, а там еще кучка валяется. Они что, спят? Какие глупые. — Мал продолжал хихикать, свесив голову. — Так, похоже лекарство перестает действовать, — Волк зло пнул какого-то человека, явно не из их банды, — Мал, сейчас я тебя положу, хорошо? — Нет! Не оставляй меня здесь! — Мал судорожно вцепился, со страхом смотря на мужчину, — Ты же не бросишь меня тут? Я не вернусь туда! — парень начал плакать, сжимая футболку. — Ей, Мал, успокойся, — Волк не знал что делать, когда у тебя на руках в истерике бьется человек, еще и под кайфом, — Я тебя не брошу. Мне просто нужно кое-что сделать, чтобы тебе было хорошо. — Хорошо? — парень притих, со странным интересом смотря на Волка, — Ты приведешь единорога? — Да, я приведу… Единорога, — Волк старался сохранить серьезное лицо, — Но для этого мне надо посадить тебя на стул и проверить твоё состояние. — И привести ко мне единорогов? — парень хихикнул, снова. Ладно, это выглядело жутко. — И привести к тебе единорогов. Давай, Мал, отпусти меня. Усадить нервного парня, еще и с травмами, на грязный комод в одной из комнат было тем еще испытанием. Парень совершенно точно не собирался останавливаться в своем безумии, то хихикая, то переходя в слезы, вспоминая все, что с ним тут происходило. Да и не только тут. Потрогав лоб, Волк нахмурился — у пацана началась температура и лихорадка. Надо было срочно отправить его как минимум к нашему врачу. Тот и не из таких передряг вытаскивал. Ну, а успокоить бушующего парня было даже проще, чем его «вызволить» — один удар в нужную точку — и парень вырубился. Ну, точнее я его вырубил. Ну, да какая разница? — Алло, Оси, прости, что отвлекаю, где ты сейчас? — на другом конце послышалось громкое ругательство и крики борьбы. — Волк, если ты сейчас не умираешь, я тебя грохну! Ты представляешь, сколько ко мне сейчас человек пробирается? Уже не говоря о том, что у нас тут переворот в полном разгаре! И если наши сдохнут потому что я тут с тобой болтаю, ты труп! Ооо, Кози, давно не виделись! Ты блять сейчас серьезно?! Как можно было словить такую глупую пулю? Ты же опытный боец! Стыд тебе и позор! — с другой стороны послышались маты, ох уж эта Оси, такая вспыльчивая девушка. — Ты моя должница. Не знаю, что сейчас по ситуации, но как смогу, сразу доберусь до тебя. Будут надеяться, твоя пчелиная братия сможет нам помочь. — Нам? — она удивилась, а после секундного ступора (что для такой девушки было крайне несвойственно) засмеялась. — Так слухи не врали! Неси сюда свою прелесть, кто бы он ни был! О божечки, только не говори, что ты все это затеял из-за него. Ооо, как милоо, — с той стороны послышались девчачьи визги и чьи-то охи-вздохи. — Ну вот, Мал, теперь я понесу тебя, как самую прекрасную принцессу, — крепкие руки приподняли бессознательное тело. — И пусть меня убьет Оса, но тебя надо осмотреть. Переложив парня на стол (я даже не заметил, как прошел несколько пролетов), я обзвонил всех, до кого смог дозвониться. Общими усилиями (и горой недовольств и мата) я выяснил, где стоит пройти, чтобы лишний раз не наткнуться на разворачивающееся буйство. К сожалению, несколько раз пришлось поработать кулаками, несколько раз ножом (что в очередной раз спер от чьего-то может уже трупа) и один раз пистолетом — хорошо, что Мал спал и не видел, как я простреливаю ногу какому-то психу, что вылетел из коридора, собираясь кого-то убить. С боем прорвавшись в мед отсек, что успел забаррикадироваться в целом крыле на третьем этаже — как я ушел на четыре этажа в вверх и практически никого не встретил из своих — немного настораживало. Это могло значить либо то, что всех уже попереубивали или они убежали вниз, либо где-то на верху баррикады. К счастью, я повторно обзвонил старую гвардию — да, у нас был общий чат и групповой звонок был той еще сюрреалистичной шуткой, — и подтвердил, что баррикады есть, но практически все уже были обезврежены — полных мразей гвардия сама убила, некоторые попали под шальную пулю, вторженцев в критическом состоянии отправили в больницу анонимными звонками — получилось незаметно перевезти их подальше от базы, хорошо что на улице стояла ночь. Извращенца, что пытался изнасиловать Мала, милые друзья отключили и закрыли в одной из комнат, специально для меня. Он еще узнает, что сделать это было лучшей идеей, которая так и не успела прийти в его крошечный похотливый мозг. Те, кто могли сбежать — либо с самого начала сделали ноги, либо их вытолкали — многие из этой группы были теми еще фанатичными бандитами, которым обещали места в банде (как в нашей, так и у Бабочек, и не важно, что практически все там девушки, которые спокойно могут перерезать тебе горло маленьким ножичком из косметички). Входить в госпиталь под всеобщее улюлюкание, еще и держа парня, как невесту, на руках — было тем еще «удовольствием». А девушки, что продолжали шептаться, даже когда я описал приблизительно, что с ним могло происходить, уже раздражали. Хотелось заткнуть их всех, и убрать Мала подальше от этих заинтересованных глаз. — Так ребятки, расходимся, — Оса будто вплыла в помещение, расталкивая образовавшуюся толпу, — Волк, бери своего суженого и потопали в комнату. А вы, мои дорогие, принимайтесь за работу! Иначе приду, и всех тут поубиваю нахрен! — Спасибо, — Волк зашёл комнату, осматриваясь. Это оказалась самая что ни на есть обычная палата, с прилегающей ванной комнатой. — Сюда больше никто не войдет, так что не парься, — девушка ухмыльнулась. — Клади его на кушетку, можешь для большей безопасности от всяких придурков, закрыть шторку. Но лучше сначала пойди и вымой его. Сколько они его в душ не водили? Выглядит просто ужасно, — девушка нахмурилась и отошла от спящего. — Я пока достану медикаменты, которые могут нам пригодиться. — Хорошо, — Волк и не собирался спорить с девушкой, сам понимая, что лучше пацана привести в порядок. — Тут случаем нет больничных рубашек? Или нормальной одежды? — Это тебе конечно не магазин, но больничный халат есть. В шкафу есть одежда. Через десять минут Волк вернулся, неся на руках все еще бессознательного Мала. В больничной рубашке он выглядел еще хуже, чем в тех обносках: исхудавшее тело, осунувшиеся щеки, синяки по всему телу. Под капельницей пацан выглядит словно труп, сливаясь с белыми простынями. — Когда-нибудь ухаживал за наркоманом? — Да не особо, — Волк взлохматил волосы. — Все настолько сложно? — Я бы посмотрела на тебя, если бы в тебя каждый день вливали порцию неизвестной дряни, вводя в наркотическое беспамятство, — Оса раздраженно застучала ящиками. — Ты конечно можешь найти придурков, что отвечали за «еду», но они вряд ли еще живы. Пока он будет под капельницами, потихоньку будем восстанавливать здоровье — никакой плотной пищи первую неделю точно! Потом уже можно будет переходить на что-то более привычное, но только после того, как ты сам удостоверишься, что его организм не отвергает ее. Конечно, лучше с такими вещами обратиться в больницу, но ты же вряд ли это сделаешь? — Конечно нет, пацана сейчас по всем канал крутить должны. И тут я, подозреваемый, привожу его в больницу. Как думаешь, что со мной сделают? — Волк даже не думал срываться на девушки, — А тебе пора бы прекратить меня раздражать. — Ну как же я лишу себя такого удовольствия? — Оса ухмыльнулась. — Не стой столбом, возьми уже телефон и записывай, как правильно ставить и снимать капельницу. Ты же вряд ли оставишь его с нами? — Ваша пчелиная братия его на куски разорвет. — Или он раньше умрет от их визга, это да, — Оса подошла к пациенту, обрабатывая мази. — Итак, мой юный Падаван, ты готов? — Так точно, мастер. Через полчаса полноценной лекции, которую Волк уже спустя пару минут начал записывать на камеру, Малу обработали все раны, поставили повторно капельницу, и привели в себя. Парень уже не брыкался и не впадал в истерику, и то только потому, что сил не было, от усталости и медикаментов, что ему капали. — Где… я? — голос был тихим, почти неживым. — Ты в больничном крыле, — Оси поднесла кружку воды, на которую Мал смотрел с большим подозрением, — Не беспокойся, в ней ничего нет. — Как я могу быть в этом уверен? — Мал и не думал брать стакан в руку, помня прошлый опыт. — Ну, во-первых, здесь Волк, — Оси показательно ткнула того в бок. — Он просто не даст мне тебе хоть как-то навредить. Плюс, он спас мне жизнь пару раз, так что я его большая должница. Во-вторых, я хоть и преступный, — кавычки в воздухе, — но врач. В-третьих, Волк мой давний друг. И если у моего друга появится близкий ему человек… — Я не… — Не перебивай. Может ты этого и не понимаешь, но ты уже близкий ему человек. И судя по тому, сколько он сделал, когда узнал, что ты возможно, тут, мне хорошо это показывает его отношение к тебе, — Мал попытался что-то вставить, но девушка закрыла ему рот ладошкой, — Даже не думай. Я не знаю всей истории, но тебя в нашей банде никто не тронет. А те, кто это делал с тобой, уже либо мертвы, либо скоро будут в тюрьме. Где их так просто не оставят. Оса убрала руку со рта, слегка взъерошив волосы парня. — Ты многое пережил, сейчас тебе нужен отдых, — девушка легким движением вложила кружку парню в руку. — Не принюхивайся, это обычная вода с валерьянкой. Валерьянка успокаивает нервы, тебе сейчас это пригодится. — Не бойся, Нутелка, это просто лекарства. Вот помню мне ты валерьянку не давала, — Волк обвиняюще посмотрел на девушку. — В тот раз ты пил бурбон, — девушка ткнула друга, вызывая легкую улыбку Мала. — Улыбка тебе очень идет, малыш. Улыбайся почаще. Мал немного смутился от слов девушки, незаметно посматривая на Волка, что продолжал возмущаться на свою подругу, попивая из стакана (и когда успел взять) все ту же валерьянку. Через несколько минут перебранки, девушка проверила самого Волка на травмы, помазала чем-то видные места и удалилась из комнаты, ворча что-то про глупых пациентов. — Мал, — Волк вмиг посерьезнел, присаживаясь на край койки. — Я понимаю, что сейчас ты будешь смотреть на меня с опаской. Я знаю, что виноват перед тобой. — Да, ты виноват, — глаза Мала защипали. — Почему все это должно происходить именно со мной? Кого еще дважды похищали? — Думаю ты один такой везунчик, — Волк хотел было похлопать парня по спине, но тот вмиг отшатнулся, — Прости. — Ничего, — парню самому было неловко от своих действий. — Я не буду к тебе прикасаться. Ты сейчас больной, и по большей части, по моей вине. Хотя ты тоже молодец, сбежал от меня, я даже не знаю, как тебя поймали. — А ты где был? — Мал хмуро посмотрел на своего бывшего похитителя, — Почему не пришел? Если скажешь, что не знал, я не поверю! — Я правда не знал, — Волк устало взъерошил волосы, — Незадолго до твоего похищения, меня самого схватили и притащили в тюрьму. Я был полностью уверен, что ты в безопасности! — С чего это вдруг? — Мал закричал на мужчину, — С чего это ты решил, что меня охраняют?! Что я в безопасности? Ты следил за мной?! — Да, следил, — Волк не хотел это признавать, но сейчас надо было хоть как-то реабилитироваться в глазах парня. — Я не сталкер. Я знал, где ты был, но не хотел тебя снова ввязывать. Ситуация сильно изменилась, когда ты сбежал. В худшую сторону, кстати говоря. — Ты же меня в этом не обвиняешь, — гнев парня потихоньку ослабевал, он все еще злился, но уже не так сильно. — Нет конечно, — Волк взял руку несопротивляющегося Мала в свою, немного сжав. — Я виноват перед тобой. И сейчас, я хочу увезти тебя из этого места. Из этого здания. — Я не буду против, — Мал завороженно смотрел на огромную руку Волка, но в этот раз я не хочу находится здесь. Но и быть взаперти в какой-то глуши тоже… — Прости, но со вторым будут накладки. — Я не буду снова заперт! — Мал выхватил свою руку. — Я достаточно уже был заперт, не думаешь?! — Эй, успокойся, — сейчас парня правда надо было беречь, такое состояние только усложнит лечение, — Ты не будешь заперт в глуши. Мы переедем в другой штат, там тебя полечим. В больницу будем обращаться или нет — это решение за тобой. Но тогда, тебе придется хоть какую-то историю придумать, что с тобой произошло. Но учти, что пока твоим родным и полиции знать о том, что ты уже спасен, не стоит. — Это еще почему?! — Мал попытался вскочить, но сразу же упал обратно, тело нещадно болело. — Ну и почему я не могу сказать своим родным, что я черт тебя дери жив? — Из подозрения твоей же безопасности, — устало вздохнул Волк. — В каждом районе есть своим банды. И это мы говорим только об этом городе. И в случае если одна из банд становится слабой или распадается, другие, конечно же, захотят заполучить территорию. И если вовремя не привести район в порядок, тут начнутся постоянные разборки. — Ну и как это касается меня? — Люди нашего босса еще не выловлены, — ну вот как ему объяснить, что если его показать сейчас, то об этом узнают уже все? — Плюс федералы и СМИ, рассказали всему миру о том, что я тебя похитил. И конечно, потом растрезвонят, что ты жив здоров. Ты то сам сможешь их всех встретить? А СМИ? Думаешь им будет не плевать на то, что ты сейчас психически нестабилен? А твои раны? Они будут снимать все эти побои и делать из тебя жертву. А потом такую историю раздуют, что тебе самому будет от себя противно. Все будут тебя жалеть, а многие не самые хорошие люди буду знать, что через тебя можно получить расположение ко мне. Ты бы хотел такой славы? Вечной славы «жертвы». — Не хочу, — парень поник, сжимая руки еще сильнее. — Сам то представь, чтобы было с твоими родными, если бы они не знали, что ты жив и здоров? — Аргх, я не говорю о том, что ты больше никогда их не увидишь. Встань на ноги, подлечись. Пройди курс психотерапии, да даже без нее. И когда ты мне скажешь, что не боишься встретиться с другими людьми, чтобы они обнимали и плакали от счастья, расспрашивали о том, как ты выбрался и где был. — Они бы... Не сделали так… — Все, давай прекратим. Ты сейчас устал, все еще в состоянии шока, в добавок и болен. Ложись спать. — Но ты же сам говорил, что хочешь свалить отсюда, - Мал непонимающе посмотрел на мужчину. — Подловил, — Волк улыбнулся. — Я могу подождать, чтобы ты немного отдохнул, и хоть капельку уверенно поехал. Ну, или ты будешь спать, а мы по пройденной схеме тебя сонного перевезем. — Давай второй вариант. — устало выбрал Мал. — Но в этот раз ты не будешь меня связывать. — А ты не будешь меня бесить и убегать? — Хорошо, — долго же пришлось выбалтывать пацана, чтобы лекартсва подействовали. — Спи. Я останусь тут… Глаза слипались, но спать не хотелось. Волк, как и пообещал, притащил стул и присел рядом, втыкаясь в телефон. Но быть может сейчас получиться просто поспать, без страха быть изнасилованным или избитым прямо во сне. Как бы странно это не ощущалось, но сейчас Мал был уверен, что даже если ему приснится кошмар, один бугай разбудит и защитит.