О тебе

      — Приве-е-ет! — накидываюсь на шею матери, прежде чем она успевает чемодан на пол поставить.       — Тихонько, задушишь, — видимо я так со всеми.       — Ну как ты тут, не скучаешь? — о-ох, мама, знала бы ты, как я скрашиваю свободное время, вопросов не задавала бы.       — Отлично, — даже не знаю, вру или правду говорю. Само как-то на автомате вырвалось.       — Ну пойдём, чего стоять то? — Хочу взять мамины сумки, но она резко бьёт меня по руке.       — Поставь, эту я сама отнесу, — смотрю на неё, мол «как душа пожелает», беру один чемодан и направляюсь в сторону выхода.       Как только открываю машину, мама первым делом кладёт на заднее сиденье странную вещь. Она напоминает мне коробочку, но размерами похожа на маленький чемодан.       — Поехали! — восклицает, как только садиться по правую сторону от меня. В ответ я искренне улыбаюсь, завожу машину и выезжаю со стоянки.       Наши отношения с мамой больше похожи на дружеские, чем на родственные. Не думаю, что это плохо, скорее наоборот. Безусловно она воспитала меня, подарила материнскую любовь и всегда уделяла мне своё внимание. Мы часто стебёмся друг над другом, в хорошем смысле. Даём друг другу советы, поддерживаем. Как только я перебралась в Москву к отцу, мы часто созванивались с ней по скайпу. Она помогала мне подобрать наряд на выпускной, советовала, что лучше подойдёт и что с чем сочетается. Вообщем, отношения у нас прекрасные. Но так было, отнюдь, не всегда.       Пять лет назад я переехала с родного города сюда, к отцу. Маме, естественно, моё решение показалась глупым и необдуманным. Мол, я в 13 лет желаю покорять столицу страны. Но моей целью нахождения здесь было совсем ни это. Меня душил родной город, будто давил на меня со всех сторон. Что в прямом, что в переносном смысле было трудно дышать. Ощущала себя словно я в коробке метр на метр, где и шагу ступить негде. И вот, когда родители развелись, появился шанс вырваться из оков душного города и перебраться туда, где места и возможностей намного больше. После моего переезда какое-то время отношения с мамой были натянуты. Конечно же, я не оставила её одну. С ней до сих пор живёт моя старшая сестра — Алина. С ней мы тоже часто списываемся, и, совсем скоро, она также навестит меня.       Вам наверное интересно, где же отец? Отец со своей новой барышней шуры-муры мутит. Два года назад я переехала от него и стала жить самостоятельно. Мы с ним общаемся достаточно редко, хоть и живём в одном городе. Я на него совсем не обижаюсь, прекрасно понимаю, что люди могут остывать друг к другу и постепенно терять интерес. Он помогал мне с переездом, оформил все документы на себя, чтобы вопросов по поводу моего возраста не поступало. Вообщем, помогает мне во всём, о чём я его прошу. Папа любит меня, а я его. Точно также и с мамой, которая сейчас, кстати, заворожённо рассматривает город.       — Нравится? — глупый вопрос, ведь я и так знаю ответ.       — Очень, — с восхищением проговаривает, когда проезжаем мимо МГУ.       — Не могу поверить, что ты поступила сюда, — о-о да, мама, я тоже. Только вот не знаю, стоит ли мне уже ненавидеть это заведение? В ответ киваю, хоть и понимаю, что она этого не видит.       — Может сходим куда-нибудь? Прогуляемся, я тебе город покажу, — предлагаю, опять же, не знаю зачем, ведь ответ уже давно был сказан одним взглядом на улочки города. Мама хитро улыбается, и я понимаю, что была права.

***

      По приходу в квартиру сразу же отношу сумки мамы в свободную, то есть Ксюшину, комнату. Мама уходит в ванную, видимо помыть руки, а я начинаю разбирать вещи. Вдруг мои уши улавливает чьё-то щебетание. Вижу, как тот самый маленький чемоданчик начинает шевелиться. Аккуратно беру и открываю его.       — О боже, серьёзно?! — умиляюсь картине, что предстала предо мной. В моих руках находится маленький миленький попугайчик с зелёно-жёлтой окраской.       — Сюрприз! — я даже не обращаю внимание на маму, что внезапно появилась у меня за спиной.       — Какой милашка, — глажу его массивные перья до тех пор, пока он не клюёт своим таким же массивным клювом в мой указательный палец.       — Ай, — шиплю от лёгкой боли, одёргивая руку в сторону.       — Аха-ха-ха, — мама заливается диким смехом, который я тут же подхватываю.       — Давай его сюда, — достаёт из сумки маленькую клетку и берёт в руки попугая.       — Когда подрастёт, клетку придётся поменять. Думаю, с кормом сама разберёшься, — ставит мне наставления, попутно засовывая попугайчика в его новый дом. Кивая головой, беру клетку и несу в свою комнату. Мама идёт следом.       — Как назовёшь? — чёрт, ему же имя нужно.       — Не знаю, потом придумаю, — отмахиваюсь и предлагаю пойти на кухню, перекусить ужином, который я варганила целое утро. Хотя не могу назвать это ужином, скорее перекус, так как время ещё половина шестого.       Садимся за стол и ведём непринуждённую беседу. Я, наконец, расслабляюсь, понимая что всё идёт гладко и никаких косяков в виде грязной квартиры и нехватки еды в доме за мной нет. Но всё моё спокойствие нарушает лишь один вопрос, который всегда ставил меня в тупик и растерянность.       — Как на работе? — да-а, пожалуй это единственный пункт, по которому я её обманываю.       — Всё как всегда, по-тихоньку, — скреблю вилкой по тарелке, что выдаёт моё волнение.       — Ленку из отдела продаж выгнали... — стыдно. Не люблю врать маме.       — Да ладно?! — тревожно восклицает, даже не зная, что никакой Ленки то и нет.       — Ага-а, — протягиваю так, будто сама грущу целыми днями о этой горькой утрате.       — Ну ничего, не пропадёт, — конечно не пропадёт, в какой-нибудь параллельной вселенной.       Для мамы у меня отдельная легенда. А вы как думали, что я ей правду скажу? «Мам, я граблю банки, магазины, вандалю, а и ещё наркотиками торгую!». Так, что-ли? Мама думает, что отец устроил меня к себе в крупную фирму бизнес-центра — секретаршей. Нет, ну не менеджером же? Мне 18, алло! Но несмотря на должность, зарплата, как видите, не маленькая.       И она верит, верит в мои рассказы о том, как тяжко выдался рабочий день, как я поссорилась с секретаршей с соседнего отдела, как мне понравился начальник того же отдела и как грандиозно он отшил меня на глазах у коллег.       Возможно, когда-нибудь, я и правда буду работать, трудиться, кровью и потом достигать поставленных в бизнесе целей, но… не в этой жизни. Пока что меня и так всё устраивает. Пусть незаконно, пусть опасно, но по-другому никак.       — И куда предложишь сходить? — да я даже и не знаю куда. Сама вроде тут пять лет живу, а до сих пор нигде кроме картинной галереи не была.       Думаю, выбор очевиден.

***

      Выходя из здания, не могу сдержать улыбку, смотря на радостную маму.       — Это прекрасно, — да, мам, я знаю.       Пока она рассматривает, сделанные ею же фотографии на айпаде, я думаю куда бы ещё сводить её, чтобы эти моменты надолго засели в её голове. Вспоминаю, что у моего дома находится набережная, которая в вечернее время достаточно красива.       Время девять часов, на улице уже значительно потемнело, а значит, там уже давно зажгли фонарики, что нереально украшают и без того прекрасное место.       — Подожди, давай здесь, — как только доходим до набережной, просит сфотографировать её на фоне реки и красивых огоньков.       — Всё, — сделав больше двадцати фотографий, отдаю планшет обратно маме, а сама начинаю фотографировать вид на фотоаппарат.       — Здравствуйте! — слышу я за своей спиной и как только понимаю, кому принадлежит голос, поворачиваюсь.       — А вы какими судьбами здесь? — Ксюша собственной персоной. Стоит на пару с Артёмом и любезничает с моей мамой. Решаю прервать идиллию и вмешиваюсь в разговор.       — А вы тут какими судьбами? — оперевшись головой о плечо матери, смотрю на сладкую парочку.       — Мы? Да так, прогуливались, смотрим и вы тут, — да уж, совпадение.       Мама познакомилась и с Артёмом, что мило представился и протянул ей руку в знак приветствия. А со мной он таким милым не был! Блондинку она и так знает, и если честно, то я ревную маму к Ксюше. У них тоже тёплые отношения, так как знакомы они не один год. И та, и та, нахваливают мне друг друга, после совместных встреч, где очень часто проводят время вместе. Аж бесят!       — Ну что, может к нам, а то что вы тут мёрзнуть будете? Придём, попьём чая, а может чего и покрепче, — неожиданно предлагает мама, подмигивая блондинке. А меня уже всю передёргивает.       — Не думаю, что это хорошая идея.       — Мы не против! — в унисон говорят голубки, а я могу лишь прицокнуть, так как против воли матери не пойдёшь.       — Я позову тогда друга, вы не против? — спрашивает брюнет, смотря на мою маму. Будто мы к ней домой сейчас все завалимся. Будто меня вообще здесь нет!       — Конечно, — что? Мам! Смотрю на неё, мол «какого чёрта?», а она лишь плечами пожимает и подходит ближе.       — Да ладно тебе, всего один вечер, — ага, один. В компании Ксюши, ты же так хотела сказать? Да, я ревную. И мне всё равно, что, возможно, это глупо. Но несмотря на мои косые взгляды, троица завела беседу и уже двинулась в сторону моего дома. Так усердно заговорились, что даже не оборачивались посмотреть, иду ли я позади. Теперь я чувствую себя третьей лишней.

***

      По приходу домой, настроение упало вовсе. Парочка по-хозяйски развалилась у меня на диване, а мама тем временем всё маячила на кухне, ища бокалы для вина.       — Мам, да не нужны им никакие бокалы, они там с горла уже пить начали! — восклицаю, вскидывая руки над головой скорее оттого, что сейчас её внимание полностью сосредоточено на гостях. А то, что мы с ней не виделись больше двух месяцев, для неё похоже в порядке вещей. Ощущение, будто она и вовсе не соскучилась по мне. Мама было хочет мне что-то возразить, как нас отвлекает звонок в дверь. Неохотно поднимаюсь с барной, еле перебирая ногами. Звонки всё повторяются, а я иду как черепаха, не спеша так. Пусть теперь терпят мои капризы.       Подхожу, но дверь так и не открываю. Что-то заставляет меня хорошенько подумать, стоит ли открывать? Повторный звонок и Ксюшины возгласы по типу: «открой уже эту чёртову дверь», как бы напоминают мне, что вечно я здесь стоять не могу. Встряхиваю головой, отгоняя все ненужные мысли и, наконец, открываю дверь.       — Я же говорил, что ещё встретимся — вот блядство!..

***

      За весь вечер к бокалу вина я даже не притронулась. В любой другой ситуации, я бы не сдержалась и опустошила не одну бутылочку белого, но не сегодня.       Единственное, чего я сейчас хочу — это уйти к себе в комнату и поговорить с Лиамом на темы касающихся несправедливости и непонимания окружающих. Да, я решала назвать своего нового жильца именно так. Надеюсь хоть он сможет выслушивать меня, когда очередной раз я захочу поболтать с кем-нибудь по душам.       Мне не нравится, что в моём доме находятся эти хмыри. Да и то, что мама болтает с блондином, как с давним знакомым, тоже не особо радует. А он ещё и улыбается, располагая к себе. Вот только вопрос: зачем? С какой целью?       Но я не могу покинуть эту чёртову компанию, которой, по всей видимости, и без меня хорошо. Ведь это будет «неприлично», как сказала мама, когда мы отлучались на кухню, за новой порцией алкоголя. Я даже покурить выйти не могу! В собственной-то квартире. А всё потому что мама на дух не переносит табачный дым.       Безусловно она знает, что я зависима этим, но хотя бы в её присутствии, я должна сдерживаться. А вот блондинчику, что каждые 15 минут бегает на балкон, дабы справить нужду, она и слова не говорит, что очень странно. Вообще его присутствие в моём доме, меня очень напрягает. Боковым зрением чувствую, как он косится на меня. Весь вечер глаз не сводит, но каким-то образом продолжает вести диалог со всеми. Я же в качестве протеста, уселась в дальний угол дивана.       От увлекательного занятия, а именно чистки галереи в телефоне, меня отвлекает никотиновый запах. Это Артём, только что вернулся с балкона, а я как на зло прям у него сижу.       Не выдерживаю и всё же срываюсь на балкон покурить. Избранная мной, из красной пачки, сигарета, чирк зажигалки, и я уже вовсю наслаждаюсь желанным никотином, оперевшись на кирпичный заборчик локтями.       Чёрт, а тут холодно. Так быстро выбежала, что не удосужилась даже ветровку накинуть. Ухмыляюсь, вспоминая, что за несколько минут успела поссориться с Ксюшей.       Мы тратим время на никому ненужные выяснения отношений, ссоры, появляющиеся из-за пустяков. Она вновь отчитала меня за то, что сегодня я была на очередной «встрече», сразу после того, как сбежала с университета.

Час назад

      Пока моя мама с парнями нашли общую тему для обсуждения, Ксюша решила позвать меня на разговор. С самого начала по её лицу было видно, что она хочет мне что-то сказать, но компания парней и мамы этого не позволяла. Именно поэтому, мы сейчас направляемся в сторону кухни, места для будущего разговора.       Усаживаюсь за барную стойку поудобнее и собираюсь внимательно слушать светловолосую, что явно меня сюда не посплетничать вытащила.       — Почему ушла сегодня? — с презрением спрашивает блондинка, явно подозревая, где я была. Садиться напротив, скрещивая руки у себя на коленях в замок. Прям как на допросе.       — Дела были, — отвечаю на отъебись, отпивая глоток сока.       — Поэтому и ушла, — решаю добавить, сказав этим, что тема закрыта. Но не тут то было. Слышу тяжелый выдох и прям нутром чувствую, как она начинает закипать.       — Ты опять за своё? Ты понимаешь, что это статья?! А если тебя поймают? — да, да, да, и ещё раз да! Но мне похуй!       — Не кричи, мама услышит, — это единственное, что меня сейчас волнует. Она просто не простит мне этого. Не поймёт, как все остальные. Этим я зарабатываю себе на жизнь, что мне поделать?       — Что? Мама? Да ты понимаешь, что если тебя посадят, она об этом первая узнает?! — бляха, ну началось. Глаза сами собой закатываются. Сколько раз мы через это проходили? Порой мне кажется, что эта единственная причина, по которой мы ссоримся.       — Ты пойми, я за тебя переживаю, — я знаю, Ксю, знаю и понимаю, но бросать то, на что живу, я не собираюсь! Ксюша было хочет добавить ещё пару ласковых на эту тему, как я тут же прерываю её.       — Всё, хватит, — стучу кулаком по столу так что, думаю соседний подъезд услышал. Мало того, что она мою маму себе заграбастала, так ещё и учит как мне жить! Резко спрыгиваю со стула и собираюсь вернуться обратно в зал, как на выходе из кухни врезаюсь в кого-то.       Да сколько же можно?! Какой раз я уже сталкиваюсь с ним? По всей видимости, блондин подслушивал наш разговор, ну или просто шёл на кухню за новой порцией пива. Честно сказать, я больше склоняюсь к первому. Смотрит на меня с осуждением, а я и сказать ничего не могу. Как-будто дар речи теряю, когда он находится так близко. Почему-то чувствую себя виноватой, будто это я подслушивала его разговор, а не наоборот.       Приходя в себя, отодвигаю парня и иду в сторону гостиной. Портить маме настроение кислой миной не хочется, поэтому натягиваю на себя миленькую улыбочку и, наконец, захожу в комнату. Настоящее время       За первой никотиновой палочкой следует вторая. Не люблю заниматься самокопанием, но подсознание уверяет, что сейчас самое время. Я не понимаю, какое дело людям до того, чем я занимаюсь? Почему не могут следить за собой, а не лезть в мою жизнь? Это касается и отношения Ксюши к моей маме. У неё что, своей нет? Есть. Так пусть с ней любезничает. «Боже, ты как ребёнок»       — Да что, блять, за?!       От испуга подпрыгиваю так, что сигарету чуть не роняю. Опять этот голос. Да что со мной происходит? «Не ори! С тобой всё в порядке»       Ах, да. Со мной всё в порядке. Это же нормально, слышать голоса в голове.       — Кто ты? — но ответа Так и не поступает. Вместо него слух улавливает копошение сзади. Слышу как дверь балкона открывается, а затем тихо закрывается. Улавливаю запах дорого парфюма, что сразу выдаёт моего будущего собеседника. Закрываю глаза, тяжело вздыхая. Мне когда-нибудь дадут побыть наедине с собой?       Чувствую, как на мои плечи приземляется что-то тёплое, заставляя кожу покрыться мурашками. Теперь запах становиться сильнее, и я понимаю, что на мне кофта блондина. Тот в свою очередь встаёт рядом и проделывает ту же махинацию с сигаретой, что и я пару минут назад.       Смотрю на него пару минут и пытаюсь понять: откуда такая забота? Или он таким образом пытается извиниться за сегодняшнее утро? Или же это в качестве вежливости и только?       Блондин молчит, даже не смотря в мою сторону. Взгляд его направлен на ночной город, но, думаю, боковым зрением он заметил, что я на него смотрю.       Отлипаю и перевожу взгляд на МГУ. Отсюда его как на ладони видно. Вспоминаю, что Тим обещал завтра зайти за мной перед учёбой. Нам нужно обсудить пару деталей на выходные и придумать, где будем отмечать его день рождения. Пиздюку девятнадцать исполняется, а он до сих пор ведёт себя как тринадцатилетний подросток. У меня неделя для того, чтобы придумать ему необычный подарок. Есть пару вариантов, но, думаю, нужно посоветоваться с мамой. Она поможет, как никак.       — Она права, — в очередной раз за вечер вздрагиваю и роняю сигарету с рук. Пиздец одним словом. Нервы к черту. Я теперь всегда буду вздрагивать, как только меня кто-то о чём-то спросит?       Смотрю на блондина, нахмурив брови. О чём он?       — Пора завязывать, это до добра не доведёт, — вы, блять, сговорились что-ли?! Сколько можно мне нотации читать? Делаю глубокий вдох, тем самым пытаясь привести себя в норму. Мне порядком начинает поднадоедать такое отношение окружающих. Какое кому дело до моей жизни?       — Ксюша рассказала? — глупый вопрос, ведь кроме неё никто не знает.       — Ещё утром, — усмехается, продолжая курить. Ещё говорит так спокойно, будто это в порядке вещей. Я, блять, в откровенном, мать его, шоке. Как она могла рассказать такие подробности чужому для меня человеку? Да я прибью её собственными руками. Да я!.. я…       — Но товар хороший, не спорю, — кхм, конечно хороший. Я с плохим не связываюсь. Головой киваю в знак согласия.       — Так я была права, тот парень твой знакомый? — глупо такое спрашивать, это же очевидно.       — Ты про Славу-то? — снова усмехается и встаёт в пол оборота ко мне.       — Не просто знакомый, друг детства, — встряхивает пепел и вновь подносит к губам фильтр. А я наблюдаю за ним, как заколдованная.       — Понятно, — отпускаю взгляд куда-то себе в ноги, но с места так и не ухожу. Не знаю из принципа ли, или я просто к полу приросла.       Стоим в тишине минуту. Не знаю, о чём он думает, а я бы ещё покурила. Да и вообще, прошлась бы по району, как раньше. Купила бы хайнекен и умеренным шагом отправилась на встречу приключениям. Позвала бы Тима. С Ксюшей, думаю, в ближайшее время отношения будут натянутыми. Чёрт, вот подумала сейчас, и пива захотелось. Холодненького.       — И всё же тебе придётся завязать с этим, — выкидывает окурок и полностью разворачивается ко мне. Это было также резко, но спасибо, что хоть на этот раз я не подскочила на месте. Видимо совсем задумалась. Поднимаю взгляд на парня в недоумении. Руки в карманах, взгляд серьёзен. И почему он так уверен, что я послушаюсь? Да, я и сама собиралась покончить с этим, хотя бы на время, но ни ему же мне указывать, что делать.       — Это я уже сама решу, — нашёлся, тоже мне. Решаю оставить последнее слово за собой и уйти обратно в тепло.       — Я так не думаю, — не успеваю заметить, как оказываюсь прижата спиной к кирпичной стене.       Он снова близко, близко непозволительно. Сглатываю, так как не на шутку пугаюсь. Мы тут одни, людям в квартире до нас, по всей видимости, дела нет. Здесь только я и он. А и ещё голубь, на которого я сразу обращаю внимание. Присел такой, значит, на край подоконника, и подслушивает. Не хорошо. О боже, о чём я сейчас думаю?       Блондин просто стоит и молча смотрит на меня. Играем в гляделки минуты две, после чего я сдаюсь и опускаю взгляд. Как? Как у него это получилось?! Я всегда одерживала победу в стремлении унизить человека взглядом. Что сейчас пошло не так?       — Ты же не хочешь, чтобы твоя мама узнала от твоих грязных делишках? — ах, даже так, значит. Не знала, что он до такого опустится. А буквально пару минуту назад, мне казалось, что он не такой мудак, каким является. Ошибочка вышла.       — Конечно, не хочу, глупо такое спрашивать, — пытаюсь оттолкнуть его, чтобы пробить себе хоть какое-то личное пространство, но всё тщетно. Снова сталкиваюсь с блондином взглядом и замираю на месте. Почему я себя так странно веду?       Смотрит будто не просто в глаза, а прямо в душу. Мне кажется он видит и слышит всё, что сейчас происходит в моей голове. Только сейчас понимаю, что руки свои оставила на его плечах, в надежде оттолкнуть. Опоминаюсь и продолжаю борьбу за личное пространство, а парень лишь ухмыляется своей победе и отходит в сторону окна, вновь принимаясь за сигарету. Фух... Я всё же добилась своего.       — Тогда у меня к тебе предложение, — от услышанного напрягаюсь, и по улыбке блондина, делаю выводы, что он это заметил.       — В ответ на моё молчание, ты всего лишь должна начать общаться со мной. Нормально общаться, не отталкивать, как ты это сейчас делаешь, сечёшь? — не секу. Ты даже не пытался со мной нормально общаться, о чём речь вообще? Полный абсурд.       Но всё это, только у меня в голове. А на деле я просто киваю в знак согласия. Никаких слов. Обычный кивок. Проще согласиться и поскорее уже убраться с этого балкона. Я замёрзла, да и блондин настроение подпортил. Ставит мне тут условия. Но кто сказал, что я буду их соблюдать? Сейчас главное вид не подавать, что мне глубоко похуй на его шантаж. Ведь пока он в моём доме, мало ли и вправду сдаст с потрохами. В любом случае, с моей мамой они видятся первый и последний раз. Больше я его к ней не подпущу. От греха подальше.       — Ну вот и прекрасно,         Да и не говори. Прекрасней некуда. Скидываю ветровку с плеч и возвращаю хозяину. Настроение в минус, курить всё ещё хочется. Но единственное, что я сейчас могу, так это натянуть улыбку и как ни в чём не бывало вернуться обратно в зал.       Мама всё так же мило общается с Ксюшей и, походу, даже не заметила моего отсутствия. Артём залип в телефоне, а я что? А я стою и наблюдаю за всей этой картиной. Всем тут и без меня хорошо!       — Я спать, гостей сама проводишь, — предупреждаю маму и молча ухожу к себе. Не буду ни с кем прощаться. Не в том я настроении.

***

      Переодевшись в домашнюю одежду, хожу по комнате в поисках зарядки. Вот хоть убейте, не помню куда её дела. Уже и под столом, и под кроватью посмотрела. Нет её нигде.       Беспомощность в этой ситуации начинает меня раздражать. Психую, притоптывая ногой, и начинаю двигать тумбочку. Может туда закатилась? Чёрт знает каким образом, но вдруг?       Отодвинув, нагибаюсь и начинаю рыскать рукой по полу. Какие-то фантики, огрызки яблок и… ватные палочки? Фу! Ужас! Хорошо, что я всего этого не вижу, только рукой чувствую.       Перещупав ещё кучу гадостей, понимаю, что зарядки здесь нет. Вот и где её искать? Встаю и двигаю тумбу обратно. Тяжёлая, собака.       — Ну-у, такой вид испортила, — мне стоит говорить, какой раз за вечер я подпрыгиваю от страха? Кажется своими глазами, я сейчас готова испепелять всё, что взору попадётся. Медленно разворачиваюсь к двери и вижу картину маслом. Стоит себе, оперевшись корпусом о косяк двери, одна рука в кармане джинс, а другая яблочко подкидывает.        Хрен беззаботный.       — Что надо? — надеюсь не закинуть мне огрызок за диван? Нет? Ладно.       — Ты же помнишь про наш договор? — нет, блять, забыла. И что это за манера, вопросом на вопрос отвечать?       — Помню, помню, — произношу на выдохе. Пусть думает, что я смирилась.       — Славно, — наконец, перестаёт мучить бедное яблоко и откусывает его. Да ещё с таким звуком, будто трактор под лёд провалился.       — До завтра, — машет рукой на прощание и выходит из комнаты.       И что это было? Он действительно думает, что я забыть могла? Как уж тут забудешь такое тесное общение. Громко выдыхаю и плюхаюсь спиной на диван. Внутри чувство не законченного дела. Сбил, блин, меня с толку. Вот, что я искала?