Навсегда

Сделав свободные шаги по лестнице, и отворив дверь внутрь, послышалось: -Я дома, семья!

***

-Братик, здравствуй! Ты вернулся. А я уж думала не ждать тебя сегодня на ночь – с улыбкой произнесла Беларусь. -Ага, еще чего. Нет уж, пока есть момент – буду жить дома. -Ну, так, как все прошло? Я просто готова визжать! – произносила Беларусь, отведя взгляд в сторону, встречая Казахстана, что тот входил в прихожую, глазами. -Что же… Все нормально. Даже хорошо – мирно и спокойно отвечал Россия, будто ждал и готов был к тому, что все так и будет. -То есть, вы пара?- растерявшись в словах и вопросах, спросил Казах. -Как сказать… Мы друзья, и не больше – замялся русский – пока что. -К-Как?! Ты не сказал ему?!- с сильным удивлением спросила девушка. -Д-да. Я не смог. Я не смог сказать ему. Эти глаза, съедали мне душу!- смутившись, бормотал Росс. -Россия, я же говорила тебе, что это взаимно. Почему ты никогда не кинешь взор на мои высказывания, и, в конце концов, не сделаешь, ради своего же блага, шаг? – настойчиво, выясняла причину столь не сработанного плана, сестра. - Беларусь, я не знаю. Меня все время что-то держит. Может это все из-за нашего конфликта с раннего времени, и нынешних проблем?- уже сам не зная, что и говорить, рассуждал Росс. -Ох, нам ли ни знать, Братиш. Был бы я в такой ситуации, не стал бы медлить – кинул и свое, скромное слово в диалог, Казахстан. -Ребят, я гулять хочу. Все это меня уже вымотало. Я не могу уже. Даже бесить начинает. Все эти чувства, съедающие изнутри, уже по горло сидят. Может, кто-нибудь из вас поможет мне развеяться, составив компанию в прогулке? – надеялся на неравнодушность своих родных Россия. -Прости, Братиш, но я пас. У меня там, дела с Канадой – смутившись, и расплывшись в тихой улыбке, поднял глаза к мечтаниям Казахстан. -А вот я могу составить тебе, столь требовательную с твоей стороны, компанию – мило поджала глаза Беларусь. -Спасибо, Сестричка. Все тот же вечер и позднее солнце. Лучи так же пронзали свои «орудия» сквозь листву деревьев и другие места. Было свежо и сухо. Честно, русским подобная погода была кстати – любили сухое и свободное. Прямо как в лихие времена с отцом… Солнце закатывалось за горизонт и становилось прохладнее. Но, поведение погоды не остановила брата и сестру. Они также продолжали уверенные шаги по асфальтированной дороге, беседую на разные темы. Что же, не зайдет ли все слишком далеко?

***

А как же дела у Американца? Усевшись за, сияющий от чистоты, стол, продолжал беседовать Великобритания по той стороне трубки с Францией. Что же, переговоры важны – переговоры нужны. Канадец все так же не собирался возвращаться домой, как казалось Америке. Было скучно. Лента новостей в социальных сетях и иные, новые ролики на «YouTube», совершенно не интересовали юношу. Ибо ему было все равно на другое окружение. Какой-то подростковый инстинкт проснулся в нем? Столь неясный вечер, может погубить позитивный настрой. Американцу подобные дубли его чувств переставали нравиться, на что тот захотел развеяться вне зоны своего комфорта (дома). Улица – оказалась достойным компаньоном в подобных отношениях. Американцу совершенно не хотелось просиживать свою задницу за стулом и экраном фирменного ноутбука. Поэтому, обойдя систему, Мурик вышел в зону того, чего хотел, или, проще говоря – вылез из дома через окно. В любом случае, можно было бы обойтись и обычной входной дверью, но вряд ли отец допустил бы такие поздние визиты на окружающую среду, исходя из всех действий, совершенных раннее. Да, хоть Америка и был достаточно зрел в своем характере для подобных дел, Велик до сих пор точил взгляд на сына, будто его чадо столь непослушно и может вытворить нечто. Ветер поддувал легкую толстовку Мурика, на что тот давал ухмылку и расправлял руки, позволяя напору воздуха обследовать его тело. Мурашки, в этом случае – обычное явление. Солнце уже практически скрылось за горизонт. Небо окрасилось в оранжево-розовый, темный закат. Невероятно красиво, но больно уж напоминающее детство. И вправду, при таком закате не хватает своего счастья… Его голос, сияющие русские глаза, его натянутую улыбку, и такой усталый, вроде равнодушный, взгляд. Что уж там говорить о его четко выраженной фигуре и невероятно стройным ногам. Так и хочется прижаться к столь мускулистому, привлекательному телу. Обследовать его как лисица, ищущая себе добычу. Но в то же время, находя своего волка, что и сама становишься добычей. Американец любил держать вокруг себя людей, но сейчас, он готов на все, лишь бы видеть свое счастье. В этаких раздумьях, Америка и не заметил, как дошел до центрального парка. Неожиданно. Мысли реально отталкивают тебя от реальности, что ты и сам не вправе решить, куда ты направляешь свой шаг. Делать нечего, можно и чего горячего. Как раз, кофейня в двух шагах отсюда. -Латте Макиато, please – подымая взгляд на смуглое лицо, говорил Американец, все надеясь, чтобы его не сожгли здесь и сейчас. Какие-то люди с недоброжелательным взглядом все плодятся в мире. Заработался – бедняга.

***

Уже ни солнца, ни облаков, ни природного света. Чисто темные улицы, освещенные белыми фонарями. Только, пожалуй, и видятся милые парочки, что оставили свои стереотипы вдалеке и пошли по чувству любви. Везет же некоторым. Но, Американца все не покидало чувство… тревоги? Не ясно почему, и по какой причине. Неужели ему еще что-то предстоит лицезреть на свою душу. Ну конечно, так и вышло. Думаете, снова припадок? Тут я готова рассмеяться вашему чутью. В этой картине, нет ничего особенного, что сыграло бы роль в любом ином рассказе, истории. Но это точно не было про Америку. Снова на душе боль. Надоело уже, поэтому боль превращалась в недомогание со стороны психологического влияния. Его любимый все так же со своей любительницей картофеля? Да, так оно и было. Но в том дело, что были они совершенно одни, так же попивали горячие напитки, бормоча по любой теме. Картонный стаканчик готов был выпасть и вывалить содержимое прямо на ветровку Мурика. Но, этого удалось избежать, так как юноша вцепился в этот грёбаный кусок картона. И вправду, как и было в каноне - Просто друзья? Развернувшись, и вытерев свою соленую, сочащуюся из глаз, жидкость, Американец направился с поникшим лицом подальше от столь длительного взора. Все будет именно так? Страдания будут дальше и дальше? Или может уже перетерпеть? Ну… Не скромный вопрос. А зачем? Зачем терпеть, продолжать надеяться на лучшее, зная, что твое солнце тебя и в глаза никогда не обнимет, не утихомирит, не полюбит. Ты как будешь один со своей любовью, таковым и останешься. Зачем сейчас мучатся, переваривать, закатывать скандалы, уходы из дома? Зачем? Можно же просто сделать пару неприятных глубоких ран и покончить. А лучше, это сделать не в виде обнаженного психопата, а просто несчастного любовника? Просто упасть. Упасть туда, где не будет его. И ты, дурак, думаешь, пройдет? Пройдут чувства? Конечно нет. Но ты хоть и забудешь его, так как дадут тебе на очередь следующую жизнь. Где не будет его, или вообще иных эмоций? Мурик устал. Устал кидать свои взгляды на душераздирающие действия. Надоело. Он хоть, можно сказать, живет ради его… Но такое отношение уже просто надоело. Мурик сделал свой вывод. И в конце концов, окажется полным мудаком и эгоистом, не думающем о других. И в особенности О НЕМ.

***

-Хей, ты ничего не слышала? -Нет? Все в порядке – слегка насторожилась девушка. -В общем, все. Я уже достаточно наебался с этой хуйней. Настал этот момент. Я такой мудила… Мог бы сейчас ощущать его тело, его ебучий голос, что так доставляет – причитал Росс. -Ой, Братик, перестань. Я же говорила, что надо. Но ты как всегда. Недотрога – прерывала поникшие высказывания своего брата Беларусь. -Не, ну бля. Как можно было так облажаться – задумался Россия. -Ну все, хватит, предлагаю сделать это сегодня рано утром. Как раз, романтично и мило – предлагала методы, с умным лицом, девушка. -А ты шаришь. Я полагаю, можно. -Еще бы ты не согласился – усмехнулась сестра русского. -Думаешь, надо моему Пиндосу цветочков? -Думаю, можно подарить розу. Это, конечно, женское. Но… попытка не пытка. -Ахах, одна роза? Мы что, в криминале каком снимаемся? – сделал подозрительно смехотворное выражение лица Росс. -Ой все, хорош нагибать – улыбнулась Беларусь. -Мурика? -Бля, ахах, ну, может и его – еще шире пронзилась улыбка сквозь губы. -Думаешь, у нас все будет? -С большой долей вероятности. Главное, не опоздай. -Не, этого я не допущу.

***

Ну, ну, надейся, Россиюшка. А точнее, поторопись.