Столкновение

Не отбечено На месте, где совсем недавно была конюшня, большие обгоревшие балки образовали бесформенную кучу. Дым тонкой сизой струйкой поднимался вверх от пепелища, наполняя воздух терпким запахом. Стоящую вокруг странную тишину, нарушало лишь потрескивание почерневшего дерева, да голоса Снейпа и Грюма, стоявших недалеко и что-то увлеченно обсуждавших. Драко обвел взглядом некогда ухоженный парк с расположенной в его конце конюшней и загоном для выгула чистокровных скакунов — гордости Малфой-Мэнора. Серебристый свет заливал всё вокруг, но исходил он не от луны, в данный момент спрятавшейся за облаками, а от волшебных светильников, расположенных по всему периметру имения. Хотя за последние несколько минут Малфой и пытался затолкать свой страх и панику подальше, но воспоминание того, как их чуть не убили, снова и снова всплывало в голове. Нападение было неожиданным. Почему ни одно из охранных заклинаний не сработало, предстояло еще выяснить. Они с Забини только поднялись на холм, как над их головами пронеслись несколько лучей проклятий. От сильного взрыва столб огня взметнулся в воздух и конюшня загорелась. Сердце буквально замерло, до него долетело паническое ржание лошадей. Драко выхватил волшебную палочку, но не успели они с Забини пробежать и несколько футов, как оказались окруженными шестью Пожирателями, среди которых, кажется, был Крэбб-старший. Хотя, насчет него, Малфой и не был уверен. Невербальный «Экспелиармус», и Драко обречённым взглядом проводил свою палочку, скрывшуюся в огромной лапищи. В тот же миг раздался пронзительный свист, и с неба на их головы обрушилось что-то чёрное. Блейз схватил его за руку и оттащил подальше. Рухнув на землю, друзья расширившимися от шока глазами наблюдали за тем, как огромная птица, раз за разом атаковала замерших в ступоре людей. За считанные секунду все шесть Пожирателей уже вопили и катались по земле, закрывая руками свои разодранные лица. Кровь, сочившаяся из-под пальцев, казалась почти чёрной. Развернувшись, птица взвилась вверх, чтобы через пару секунд с бешеной скоростью камнем спикировать вниз. На этот раз досталось тем, кто бежал с противоположной стороны, посылая в сторону дома взрывные заклятья. Однако дом был достаточно крепким, да и защитных заклинаний на нём стояло на порядок больше, чем на всём имении, от соприкосновения с гранитом лучи искрили, и с легким шипением растворялись в воздухе. Друзья вскочили. Скривившись и подавляя подкатывающую к горлу тошноту, Драко вырвал из судорожно сжатой руки Пожирателя смерти свою палочку и, переглянувшись с Забини, они побежали в сторону, где наиболее активно мелькали разноцветные вспышки, понимая, что там сражаются их матери. Прячась и лавируя между кустами роз, лелеянных Нарциссой, Драко пытался от всего отрешиться, отражая одно заклятие за другим. На краю сознания он отметил, что ни один из лучей не был зелёным, значит, хотят схватить живыми. Ему и Забини каким-то чудом удалось открыть ворота и выпустить лошадей. Те, бешено вращая глазами, ринулись прочь от огня, ломая ограду загона. Провожая их взглядом, Драко понимал, что в данный момент ничем не сможет им помочь, слишком те были напуганы. Очередной взрыв отбросил его в сторону, и несколько секунд, Малфой судорожно дышал, неподвижно лежа буквально впечатанным в землю. Краем глаза, заметив мелькнувшую в сторону небольшой рощи тень, он зачем-то последовал туда. А вот что было потом, Драко смутно помнил. Ну разве что боль, разрывающую бок и руку, чёрную птицу с пронзительными глазами. Ему даже показалось, что она смотрела на него надменно и холодно. Малфой потряс головой. Что за чушь лезет в голову? Еще, кажется, он её благодарил. Кошмар! Наверное, его здорово припечатало о землю, раз он заговорил с… — Эй, ты как? Драко… — А? Все нормально, — пробурчал он, поворачиваясь к Блейзу. Тот хмуро на него глядел и качал головой. Малфой тяжело вздохнул. Отвратительное лето! Как никогда он мечтал поскорее отправиться в Хогвартс. И хоть Драко понимал, что с его стороны это малодушно и трусливо, оставить мать со всем этим дерьмом, но ведь помечтать-то можно? — О чём задумался? — Вспоминал, как нас чуть не схватили. — Да, повезло нам, однако! Ах, как бы я хотел, иметь такую птичку! Ты видел? Просто потрясающе! Драко устало закатил глаза и улыбнулся, видя мечтательное выражение на лице друга. Блейз очень любил птиц, особенно хищных. — Слушай, а почему дом-то не загорелся? — На нём огнезащита стоит, — Драко отвел взгляд с пепелища. Хорошо, что лошадей удалось спасти. Малфой повернулся к Забини. — А ты как? — Нормально, — чуть скривившись, ответил тот, потирая руку. И сморщив нос, добавил: — Будет, если я сейчас же сниму ЭТО. — Блейз оттянул грязный рукав некогда белой рубашки. Сейчас она была покрыта копотью и засохшими пятнами крови. — Как им удалось снять защиту? — Если б я знал. — И что это за сияющий купол был над нами? — Я-то, откуда знаю? — Малфой раздраженно засопел, с силой потирая ноющую спину, и повернувшись к другу, проворчал: — Меня, помимо выше перечисленного, ещё интересует, что здесь делает ручная собачка Дамблдора. — А я думал, что ручной собачкой Дамблдора является Поттер, — Блейз хмыкнул и прищурился. — У старого маразматика целая псарня. Однако должен признаться, если бы не своевременное вмешательство этой шавки и его питомца, нам бы туго пришлось, — нехотя выдавил из себя Малфой. — Да уж! Нам чертовски повезло! Если бы не… — Забини неопределенно махнул рукой. — Не знаю, как сюда попал одноглазый, но к Северусу мама посылала Патронус. — Знаешь, мне показалось, что профессор прибыл сразу же, как только Пожиратели стали исчезать один за другим, — Забини переступил с ноги на ногу и снова поморщился, — это может означать только то, что тот светящийся купол, был, скорей всего, каким-то щитом. — Может быть. Подождём, что скажет крестный. — Мальчики! Давайте в дом! Оба друга повернулись на окрик темноволосой женщины и приобняв друг друга, направились в её сторону. *** — Откуда ты здесь взялся? — Снейп отрицательно качнул головой на приглашающий жест Нарциссы и снова повернулся к экс-аврору. Тот одарил зельевара ухмылкой больше смахивающей на оскал. — Мимо проходил. Увидел карнавал-вечеринку, дай думаю, зайду на огонек. А, ты, почему не среди приглашенных? — прорычал Грозный Глаз, впиваясь волшебным глазом в бледное лицо Снейпа. Еще бы, своим появлением он явно продемонстрировал, на чьей стороне находился. А, следовательно, не только Волдеморт, но и Дамблдор лишился своего шпиона в стане врага. — Или сегодня решили без тебя развлечься? — Не люблю шум, знаешь ли, — зельевар скривил губы в язвительной ухмылке и краем глаза, заметив лежащего на земле Пожирателя смерти, шагнул к нему. Грюм хмыкая и бурча себе что-то под нос, последовал следом. Вообще-то, Аластор ожидал увидеть гораздо больше тел, но странность заключалось в том, что все они куда-то исчезли. На земле остался лежать один единственный, тот, которого Грюм оглушил, связал и бросил в тень дома. Сейчас вплотную подойдя к нему, экс-аврор взмахнул волшебной палочкой и сорвал с него маску. Пару секунд он тупо смотрел на бледное, хорошо знакомое лицо и ни черта не понимал. Стоявший рядом с ним Снейп, только выругался сквозь зубы. Интересным было то, что впервые за много лет знакомства с этим типом, Грюм был полностью согласен с его оценкой увиденного. Осталось понять: какого дементора всё это могло означать и что теперь делать? — Ну и какого дементора это значит? — вслух выразил общую мысль Снейп. — Хороший вопрос. Полагаю, авроров вызывать не будем, — прошипел Грюм, поворачиваясь к зельевару. *** Зелёный луг. Островки синих, белых и красных цветов. Блестящие на солнце капельки росы, создавали разноцветные блики. Он медленно брёл по мягкой, ярко зелёной траве, наслаждаясь божественным ароматом раннего утра. Вдалеке, над верхушками деревьев, застыла радуга и множество птиц с криками и трелями взвились над тёмным лесом. Чувствуя непонятную тягу, он устремился к нему. Его дыхание перехватило, стоило только войти под сень векового леса. Он зажмурил глаза почти от болезненного наслаждения и, глубоко вдыхая сладко-горький запах упавшей листвы, вытянул руки, обхватил толстый ствол и, прижавшись щекой и всем телом к шершавой и влажной коре, приоткрыл глаза. Кончики пальцев начали покалывать, и ему показалось, что сила много веков копившаяся в дереве перетекала к нему, впитывалась сквозь кожу, проходила через ладони. Мириады огоньков замерцали перед глазами, и божественная музыка зазвучала в голове, наполняя сердце и душу невыразимым просто неземным наслаждением и счастьем. Постепенно пробуждаясь, Гарри ощутил как тепло, возникшее во время сна, разливалось по всему телу. Энергия била ключом. Он сильнее зажмурился, вытянул руки вверх и, широко улыбнувшись, резко сел. Несколько секунд Гарри сидел, запрокинув голову, и глубоко вдыхал свежий с легким цветочным ароматом воздух. — Цветочным? — пробормотал он и открыл глаза. Под потолком блестя и переливаясь, порхали маленькие светлячки. Проводив взглядом пару пролетевших мимо него изумительно красивых тёмно-синих бабочек, Гарри приоткрыл от удивления рот. — Это что такое? Он повернулся к окну, удостоверился, что оно закрыто и, почесав макушку, тряхнул головой. От пришедших в движение волос, зачесалась спина, и Гарри завел руку назад, но вместо кожи его пальцы коснулись гладкого шелка... — Что за… — и тут его взгляд упал на постель. Рот приоткрылся от удивления. В ворохе жемчужно-белых шёлковых простыней, угадывались очертания его ног завернутых... нет, буквально спеленатых в волосы. Гарри несколько секунд в шоке разглядывал все это, потом развернулся, спустил ноги с кровати и, выпутавшись из чёрного буйства, медленно поднялся. Издавая странно задушенные звуки, он прошлепал к зеркалу и замер. Оттуда на него смотрел черноволосый парень с более тёмным, чем накануне загаром. Чёрные волосы словно фата, шлейфом спускались до самого пола, образовывая в ногах блестящее облако. Черты лица стали еще более утонченными, а глаза приобрели невероятный оттенок. — Твой внешний вид будет меняться примерно еще месяц. Хотя у каждого это происходит по-разному. — И как я буду выглядеть в конечном итоге? — Гарри было очень интересно. Ведь он практически не изменился после обряда и вхождение в наследие. — Хм, сложно сказать, — Жан повертел трость и нахмурился. — Черты лица будут более тонкими и четко очерченными, а разрез и цвет глаз останутся прежними. Ну разве что оттенок будет несколько другим. У Антуана, отца Августы, они были тёмно-зелеными, а у Ровена, её деда, зелёные с серебристыми вкраплениями. У всех женщин и не вошедших в наследие юношей, они ярко-зелёные. После обряда оттенок менялся. В семье Леруа, как, ты, знаешь, были и лекари и зельевары, а также боевые маги. Это все из-за того, что каждое поколение старалось привнести в свой род что-то новое. А эльфийское наследие выбирает только самые лучшие и сильные гены. Отсюда и разные умения и возможности. У тебя очень развит навык целительства и защитной магии. Твои глаза сейчас темнее и с небольшими вкраплениями золотого. Через месяц я думаю, они станут более глубокого оттенка с вкраплениями тёмно-золотистого цвета. — Красные, что ли? — Мерлин, мой! Почему красные-то? — старичок покачал головой, глядя на внезапно побледневшего парня. — Я говорю золотистые. Янтарные, но ближе к коричневому. И да, волосы при каждом изменении будут отрастать. — Мда... ну и что теперь делать? — Гарри задумчиво улыбнулся, глядя на своё отражение. Сейчас он был похож на прежнего себя с большой натяжкой. А уж из-за «косы до пола» и вовсе начал смахивать на девчонку. Нет, такими девчонки определенно не бывают. Гарри хмыкнул и провел руками по рельефной груди и заметно выделяющимся кубикам пресса. В течение шестого курса у него довольно сильно изменилось телосложение. Из худощавого, но жилистого подростка он превратился в мускулистого и гибкого юношу. А сейчас, мышц стало чуть больше, да и ростом он стал повыше. — Кричер! — Хозяин, звал Кричера? — прокаркал домовик согнувшись. Гарри скосил глаза на ткнувшегося чуть ли не носом в пол эльфа. — Кричер, ты можешь меня постричь? В ответ на этот простой вопрос, эльф вытаращил глаза на чёрное буйство, укутавшее Гарри с ног до головы и, то ли хрюкнув, то ли всхлипнув, прижал тощие руки к груди. — Волосы эльфов это великий дар! Хозяин не должен их стричь! — восклицал Кричер, вылупившись на иссиня чёрные локоны. — Это конечно здорово, но как мне прикажешь ходить? — Гарри фыркнул и, собрав обеими руками волосы в хвост, тряхнул ими. — Оставишь по лопатки. Еще около минуты эльф кряхтел и стонал, причитал и уговаривал «оставить это великолепие», но Гарри был непреклонен. Наконец, с наслаждением тряхнув головой, освободившись от довольно-таки тяжелой шевелюры, он потопал в душ. Минут через двадцать, не успел Гарри, еще спуститься по лестнице, как перед ним возник Патронус-гриф и голосом Грюма проговорил: — Поттер, я и Снейп сейчас напротив дома, мы можем войти? У Снейпа к тебе разговор. Гарри несколько секунд задумчиво смотрел на место, где только что находился серебристый защитник экс-аврора, соображая, какого Мерлина от него понадобилось Снейпу. — Доброе утро, Гарри! — Люпин стоял, подперев плечом косяк двери, и склонив голову, разглядывал его. — Кажется, я слышал голос Аластора. — Да. Он со Снейпом сейчас на улице. И Снейп зачем-то хочет со мной поговорить. — Мерлин, Гарри! Ты опять изменился! — Рон вышел из кухни и восторженно осматривал друга с головы до ног. — И ростом, кажется, стал выше! Ну-ка давай померяемся! — Уизли подскочил к нему и хмыкнул: — Ну, до меня тебе еще расти и расти. — Подумаешь, еще пару дюймов! — А вот и нет! — Рон обхватил Гарри за шею и принялся лохматить его смоляные пряди. — А вот и да! — Эй, вы не забыли про Снейпа? — Люпин широко улыбался, наблюдая за легкой потасовкой друзей. — Нет... пф! — Гарри вырвался их медвежьей хватки друга и, отскочив в сторону, притворно надулся. — Я, между прочим, целый час делал себе прическу, а ты... Кстати, представляете, просыпаюсь я сегодня и оказываюсь весь запутанный в волосах. Они у меня отросли до самого пола. даже волочились следом, когда встал. — Ни фига себе! — Рон плюхнулся в удобное кресло. — Да уж! А Кричер начал лепетал насчет того, что волосы эльфов это великий дар, — Гарри подошел к зеркальному шкафу, — и их не нужно стричь. Еле уговорил. — Ты еще не полностью изменился, да? — присев на диван, спросил Ремус. — Нет. Жан говорил, что изменения будут происходить в течение месяца после дня рождения. А я совсем забыл, — Гарри, наконец, пригладил взлохмаченные волосы и, собрав их хвост, закрыл глаза. Он попытался представить себя таким, каким был в конце шестого курса. Минуту в комнате царила тишина. Рон и Ремус пару раз, переглянувшись, внимательно следили за метаморфозами, происходящими с Гарри. — Ну вот, кажется, получилось, — пробормотал он, и повернулся к друзьям, сверкая зелеными глазами из-за круглых очков. — Ну как? — Нормально, — фыркнул Рон, — но вообще-то, мог бы остаться таким каким был. В конце концов, пусть привыкают к твоему новому облику. — Да, — Гарри нахмурился, а потом улыбнулся, — а действительно! Мне надо либо всё время держать иллюзию, либо и вовсе без нее. — Тогда все поймут о наследии. — Ну и ладно! — Гарри махнул рукой, с легкостью разбивая разработанный план. Странно, но чувствовал он себя чрезвычайно легко и свободно, не ощущая, ни малейшего колебания и трудности в принятии этого решения. — Гарри, Грюм, наверняка уже рвет и мечет, не говоря уж о Снейпе, — напомнил Рон. Он встал с кресла и подошел к окну. — Ну точно! Еще пару минут и у Снейпа пар из ушей повалит! – хихикнул Рон, оборачиваясь. Поттер ворча, вытащил волшебную палочку и выпустил из неё Патронус. Серебристый олень качнул головой и устремился к выходу. Такое «разрешение на вход» ему подсказал Жан, когда они обдумывали какие бы еще чары наложить на дом Блэков. Садясь в кресло, Гарри, ухмыльнулся и весь подобрался, когда услышал мерное постукивание искусственной ноги экс-аврора и его бурчание. — Поттер, мать твою! Какого соплохвоста ты так долго? — прорычал Грюм, входя в гостиную и одаривая всех присутствующих недовольным взглядом. Гарри проигнорировал выпад в свой адрес. Внутренне посмеиваясь, он наблюдал за выражением лица, застывшего как соляной столб Снейпа. Да, стоило бы запечатлеть сие для потомков. Поттер даже затруднялся охарактеризовать все эмоции со скоростью снитча сменяющие друг друга на лице Снейпа. Скрытая злость за вышеизложенное Грюмом, раздражение от созерцания Уизли, недоумение, непонимание и шок от осознания присутствия в Серебряной гостиной Гарри Поттера. — Простите, Аластор. И вы, профессор, за задержку. Но я только что проснулся, — миролюбиво произнес Поттер. — Долго же ты спишь, Поттер! — хрюкнул Грюм и опустился на диван. — Снейп, садись уже, хватит изображать из себя статую. Рон приглушенно фыркнул, а Гарри с трудом удерживал серьёзное выражение лица. Определенно это самый лучший момент в его жизни, увидеть свою вторую персональную занозу (после Малфоя) в таком ступоре. Но радость оказалась кратковременной, ибо Снейп быстро взял себя в руки и, скривив губы в язвительной ухмылке, словно король опустился на диван и впился пронзительным взглядом в Поттера. — Итак, то зарево, которое мы видели, как я уже говорил, был защитным куполом. И размещался он над родовым гнездом Малфоев. — Пожиратели напали на Малфой-Мэнор? — У Малфоев только одно родовое поместье, мистер Поттер. — Это был риторический вопрос, профессор, — Гарри чуть улыбнулся, а Снейп нахмурился, видимо решая, промолчать или высказать наглому мальчишке все, что он думает по тому поводу. — И это были не Пожиратели. Вернее не только они, — продолжил Грюм. — Что это значит? — А то и значит, Люпин, — экс-аврор хмурился и потирал ногу. — Я снял маску с оглушенного мной, и кого бы вы думаете, я увидел? — Аврора, — почему-то это первое, что пришло в голову Гарри. И, судя по потемневшему лицу Грюма и хмурому Снейпа, попал в точку. — И какого Мерлина это значит? — озвучил свой вопрос Ремус. — Есть два варианта предположений: первый, аврор просто оказался предателем; второй, авроры решили напасть на семью бывшей правой руки Того-Кого-Нельзя-Называть, умершего несколько дней назад в Азкабане, дабы она, то есть семья, не вздумала и дальше якшаться с Пожирателями смерти. — Ну и какой в этом смысл? — Гарри не совсем понимал выдвинутые Грюмом предположения. — Разве что, министерство захотело привлечь их на свою сторону, — задумчиво протянул он. — Браво, мистер Поттер! Кажется, итогом вступления в наследие стали не только отросшие волосы и изменившаяся внешность, но и прибавление мозгов. Поттер сжал зубы, одаривая Снейпа ледяным взглядом. — Все равно, не вижу смысла, — вздохнул Люпин, и потёр глаза. — Люциус умер, Нарцисса вряд ли может быть полезной министерству. Драко… что может сделать ребенок? Ни власти, ни силы, ни влияния он не имеет. Хотя может я и ошибаюсь, и у остального семейства тоже есть метки, тогда… — Метка была только у Люциуса, — Снейп нахмурился и отрицательно качнул головой, отказавшись от молчаливого предложения бокала огневиски. Грюм пожал плечами и, опрокинув приличную порцию в свое горло, довольно крякнул. — То есть, вы хотите сказать, что хор... Малфой и Нарцисса белые и пушистые? — недоверчиво протянул Рон и ухмыльнулся. — Никогда в это не поверю. Он все шесть лет носился с убеждениями своего хозяина как курица с яйцом. — Драко Малфой не стремится получить метку. Во всяком случае, по собственному желанию. Но у него просто может не быть выбора. Гарри удивлённо вскинул бровь. Ну, то, что у Малфоя пока нет метки его не удивило. Однако, что это за: «у него может не быть выбора»? С другой стороны, какое ему до всего этого дело? И какого драккла Грюм притащил сюда Снейпа? — ... и их нужно где-нибудь спрятать, — закончил Грюм. Гарри вздрогнул, выныривая из своих размышлений. Он озадаченно нахмурился, пытаясь сообразить, чего это на него все смотрят, словно ожидая что-то. — Что такое? У меня рога выросли? Снейп презрительно скривился. А Рон весело фыркнул и объяснил, что Грюм говорил о необходимости спрятать Малфоев, дабы их беленькую шкурку не повредили. — В стан Пожирателей смерти им путь заказан. Нарцисса в отличие от мужа никогда не испытывала особой радости якшаясь с ними... — Так подождите! У меня вопрос: я тут причём? — Гарри порядком надоело это пристальное разглядывание Снейпа и рассказ Грюма, но, задав последний вопрос, он уже знал на него ответ и улыбнулся. Ухмылка получилась такой ядовитой и холодной, что даже зельевар чуть вздрогнул и отвел от него пристальный взгляд. — Понял. Вы хотите, чтобы я взял под свою крышу семейство Малфоев. Да? — Что-то вроде того... — С какой стати я стану это делать? — Гарри нахмурился и несколько зло посмотрел на экс-аврора. — Наверно с той, что если их не спрятать... а не в одном из их домов они не будут в безопасности, так как обо всех них, известно Тому-Кого-Нельзя-Называть, их просто убьют, — пожал плечами Грюм. — Пф! – Рон фыркнул. — Пусть их под свое крыло возьмет Дамблдор, ему нужны лишние шпио... ны, — тихо закончил он под презрительным взглядом Снейпа. Гарри встал, подошел к окну и выглянул на улицу. По мостовым то и дело сновали туда-сюда маглы, солнце вовсю светило, золотя кроны деревьев. Проводив взглядом одиноко летевший пожелтевший листочек, Гарри вздохнул. «Почему я задаю вопросы? Почему просто не скажу, нет? Ведь ни для кого не секрет, что с Малфоями, я, мягко говоря, не в очень хороших отношениях. И Люциуса посадили в тюрьму в какой-то степени благодаря мне. Хотя, если подумать, то моё участие во всем этом было косвенным. Да и с Драко, мы ненавидим... Нет, — Гарри слегка склонил голову. Ненависть тут не причём. Скорее взаимная острая неприязнь. Хотя за прошедший год Малфой и компания их не донимали. Однако у него нет, ни малейшего желания, лицезреть хорька у себя дома. Гарри вздохнул. Тогда почему ему кажется, что если откажется, то совершит самую большую ошибку в своей жизни? Поттер отвернулся от окна. И потом, можно ведь распланировать день так, чтобы не сталкиваться с Малфоями… — Кричер! — Хозяин Гарри, звал Кричера? — домовик поклонился и преданно на него уставился. — Помнится, на третьем этаже у нас была еще одна гостиная. — Да, зелёная гостиная. Кричер почти привел в надлежащий вид гостевые комнаты расположенные рядом. — Отлично! — Гарри посмотрел на Грюма. — Хорошо. Когда ждать Малфоев? — Им как можно быстрее надо убраться из Малфой-Мэнора. Только… — Гарри удивленно вздернул брови. Снейп выглядел несколько смущенным, что ли? — В имении были еще Забини, — рыкнул Грюм, глядя на Гарри. Он открыл было рот, но экс-аврор его перебил: — Ранее на них напали по приказу Того-Кого-Нельзя-Называть. Им едва удалось сбежать… — Ладно, — Гарри тяжело вздохнул, — сколько всего человек вы решили повесить мне на шею? — Четверых… — Гарри, ты уверен? — спросил Рон. — Не знаю, — Гарри пожал плечами. Он действительно не знал, как на все это реагировать. Но знал одно, если откажется, то не раз об этом пожалеет. Откуда взялось это чувство, Гарри не знал, но не собирался его игнорировать. — Ремус, ты как считаешь? — Это твой дом. — И твой, — Гарри нахмурился и пристально посмотрел на Снейпа. — У меня есть ряд условий. Зельевар сжал губы и кивнул, молчаливо соглашаясь выслушать. И что-то подсказывало Поттеру, что не только выслушать, но и согласится. — Кричер сколько у нас гостевых комнат? — Четыре, имеющие общую Зелёную гостиную на третьем этаже. Четыре на четвертом, но они еще не готовы и две которые заняты мистером Люпином и мистером Уизли, на втором этаже, — отрапортовал домовик, ни разу не запнувшись. Гарри хмыкнул. Он довольно быстро отучил эльфа кривиться и бормотать оскорбления в адрес Ремуса и Рона. — Отлично! Значит, поселим гостей на третьем этаже, — и посмотрев, на внимательно слушающего Снейпа, продолжил: — Никаких оскорбительных выпадов я здесь не потерплю. Это первое. Второе, Кричер будет им прислуживать, но гонять своего эльфа я запрещаю. Стол будет накрываться там же в Зелёной гостиной. из этого следует, что им не рекомендуется болтаться по дому. В библиотеку так и быть, пусть ходят. Но по-быстрому, так как я и Ремус там работаем. Если у них возникнут вопросы или просьбы ко мне, пусть передают через Кричера. — Это все? — после нескольких секунд тишины задал вопрос Снейп. Странно, но, ни язвительности, ни сарказма в его голосе Гарри не заметил. — Никаких клятв и обещаний? — Каждый, кто переступает порог этого дома, уже подпадает под заклинание Неразглашения. Разве Грюм вам не сказал? — вздернув брови, Гарри слегка улыбнулся, заметив сердитый взгляд, брошенный зельеваром в сторону невозмутимо сидящего экс-аврора. — Это разновидность Непреложного обета. И кара за его нарушение та же самая. — Весьма умно, мистер Поттер! — Снейп склонил голову. Ещё несколько минут Снейп невозмутимо выслушивал инструкцию по преодолению заклинаний дома Блэков. И судя по всему, был весьма впечатлен тем, как теперь защищена бывшая штаб-квартира ордена. После ухода зельевара они еще около часа обсуждали совсем нетипичное для него поведение. — Это я предложил переправить Забини и Малфоев сюда, — Грюм взял в руки пузатую бутылку с тёмно-янтарной жидкостью и, налив в стакан приличную порцию, залпом выпил. — Знаю… — поспешно рыкнул экс-аврор, стоило Гарри нахмуриться, — но ты вправе был отказать. На тебя никто не давил. — Мог, — Гарри вздохнул и потер виски. Он до сих пор не мог объяснить сам себе, откуда взялось ощущение правильности решения приютить слизеринцев и их матерей под крышей своего дома. Возможно, это какой-то побочный эффект, вступление в наследие? Гарри много прочитал о возможностях мага, в жилах которого течет кровь эльфов и среди них была повышенная чувствительность и интуиция. Но её нужно развивать также, как и способность к лечению. — Но думаю, мне не повредит иметь в должниках представителей таких родов, как Забини и Малфоев, — неожиданно даже для себя, закончил он свою мысль. Рон ухмыльнулся, Ремус хмыкнул. — Вот и я о том же подумал, — Грюм довольно хрюкнул, — хотя их положение сейчас очень и очень нестабильное, даже сказал бы шаткое. Но я не раз сталкивался с тем, что в мире все слишком часто и быстро меняется: сегодня ты герой, любимец чуть ли не всего магического человечества, а завтра, враг номер один. Поэтому-то тебе, Поттер, нужно нанести визит Фаджу, проникнуться к нему уважением и всяческой поддержкой… навести мосты к другим чиновникам министерства. А ещё дать интервью «Ежедневному пророку». Гарри хмыкнул и согласно кивнул. По правде говоря, он сам об этом не раз думал, вспоминая свою травлю на пятом курсе. Не хотел бы он оказаться в такой ситуации ещё раз. Ведь если раньше за ним стоял Дамблдор, которого Гарри считал самым-самым, то теперь за его спиной никого нет, а вот рядом, стоят многие, и он не вправе пустить все на самотёк и плыть по течению, отдаваясь во власть случая. Хватит с него подобного дерьма. Он сам будет строить свою жизнь, значит, пора учиться находить общий язык с «нужными людьми». А Малфои славились своей способностью выкручиваться из любых передряг, не теряя, а приобретая. Правда, сейчас они находятся в таком положении, что с первого взгляда может показаться, что им не выбраться, но чем черт не шутит! Может, помогая, Гарри получит гораздо больше, чем ему сейчас кажется. — Хотя странно, что тебе не прислали сову из министерства. Ведь там фиксируются все изменения, происходящие с магом, — меж закончил Грюм. Он с ворчанием поднялся с дивана и направился к выходу. — Я на собрание Ордена. Дамблдор сегодня утром прислал Патронус, с приказом срочно явиться в Хогвартс. — Как думаете, что случилось? — спросил Рон, как только стук искусственной ноги стих. Между тремя людьми, находящимися в комнате, повис невысказанный вопрос: «А не причастен ли, Дамблдор к нападению на Малфоев? И если да, то зачем ему это нужно»? После отбытия Грюма обитатели Гриммо, 12 отправились за оставшимися вещами в Поттер-Мэнор. Гарри, Рон и Ремус как раз складывали последние банки в большую корзину, когда перед ними возникла серебристая лань. Грациозное животное на мгновенье замерло перед друзьями, и голосом Снейпа сообщила о прибытии леди Малфой и Забини, а также двух слизеринцев. Отправив навстречу гостям своего защитника, Гарри вернулся к прерванному занятию, раздумывая над тем, что никогда бы не подумал, что у Снейпа такой Патронус. Такому мрачному человеку, как профессор зельеварения, подошел бы кто-нибудь типа летучей мыши или на худой конец вороны. Рон тоже согласился на высказанное вслух мнение, тогда как Люпин, выглядел скорее удивленно-шокированным, нежели озадаченным. И Поттер не удержавшись, спросил, что же его так удивило. — Понимаешь, такой Патронус был у Лили. — Что? То есть, ты хочешь сказать, что у Снейпа и мамы одинаковый защитник? Как такое может быть? — Вот и я хотел бы это знать, — тихо пробормотал оборотень, задумчиво вглядываясь в пространство. Вернулись они в дом Блэков после полуночи. Усталые, голодные, но довольные. Лаборатория Поттеров оказалась довольно-таки большой и сейчас комната в подвале дома на площади Гриммо 12, была полностью забита. Полупустые полки, заполненные Гарри совсем недавно прибывшими заказанными ингредиентами, сейчас просто ломились от многочисленных баночек и пробирок. Рон каждый раз кривился и бурчал, когда Поттер ему показывал очередное заспиртованное «чудо». На следующий день, вскочив рано утром, они наскоро позавтракали. Гарри вызвал Шелли — домовика оставленного ему в наследство Раулем и познакомив её с Кричером, наказав слушаться того во всём. Когда эльфы с тихим хлопком исчезли, Поттер предложил другу текущий вечер провести в лаборатории, готовя зелья из летнего задания. Рон состряпал недовольную рожу, но обреченно кивнул и вместе с Ремусом отправился в Нору. Тогда как Гарри, не откладывая, ни секунды, написал письмо своему поверенному во Франции, Жану и Гротхану в Лондоне. До школы оставалось чуть больше двух недель, а дел предстояло целая куча. Первое, это более подробно изучить финансовые дела Леруа и Поттеров. Второе, посетить родовой замок. И в этот раз Гарри решил отправиться сам, ведь еще неизвестно, как отреагирует защита имения на прибытие постороннего (впоследствии, окажется, что если бы он прибыл с кем-нибудь ещё, то тот оказался бы проклятым довольно неприятным защитным заклинанием). Справиться о здоровье Дадли и наконец, приятное, а именно встреча с Джеем, ну и конечно тренировки. Первое время Гарри еще помнил, что у него гостят Малфои и Забини, но спустя несколько дней, данный факт совсем вылетел из головы. Сначала Поттер появлялся в доме Блэков, только ночью и рано утром, наскоро перекусив, снова убегал. Ремус ворчал и постоянно просил Гарри быть осторожным. Он кивал, скорее автоматически, нежели осознанно, потому что единственное, о чем он думал, так это о хитросплетениях бизнеса и финансовых вложений. Конечно, Гарри мог бы все оставить на гоблинов, но если Поттеры имели дела только в магическом мире, то Леруа вели бизнес и в мире магглов. Один завод в Испании и фабрика во Франции, алмазные шахты в Австралии и это только вершина айсберга. Сидя с раннего утра до позднего вечера в компании Фурин Убура, Гарри пытался вникнуть и разобраться в тонкостях бизнеса, но получалось плохо. И это невероятно злило. Наконец, ввалившись поздно ночью в свою спальню, Гарри без сил рухнул на кровать, проклиная того, кто выдумал цифры и вообще все связанное с деньгами. Появившийся Кричер, как обычно отрапортовал, что все в порядке и протянул письмо от мадам Ларкин. Гарри облегченно вздохнул и, резво вскочив, быстренько накропал послание Джею, отправил его и с чувством выполненного долга и прекрасным настроением пошлёпал в душ. Последующие три дня Гарри отдыхал в компании любовника. От приготовленного им сюрприза, Джей сначала пребывал в шоке, потом смущенно переминался с ноги на ногу и... о Мерлин, краснел. Но зато потом, глядя на любовника, лежащего в обнимку с очаровательными француженками, Гарри задавал себе вопрос: уж не оказал ли он будущей жене Джея медвежью услугу. Первый день они провели, прогуливаясь по Парижу. И будучи не большими любителями многолюдных улиц, решили посетить несколько национальных парков. В Пор-Кро они гуляли по тропинкам между разрушенными фортами. Продирались через заросли рощ. Валялись на пляже, вдыхая морской воздух и наслаждаясь сосновым ароматом, окружающих морские пляжи острова Поркероль сосен. Занимались любовью на берегу маленького горного озера и, сняв туфли, бегали по лавандовому полю, вдыхая божественный запах. Посетили остров Корсика, и в магической части города Аяччо купили множество сувениров, магических артефактов и украшений. Но как бы здорово не было, пришло время прощаться. Джей вернулся в свое имение недалеко от города Блэкберн готовиться к свадьбе, ну а Гарри отправился к Жану. За разговорами они не заметили, как пролетел день. Однако прежде чем вернуться в Лондон, Гарри заскочил в винную лавку и, купив несколько штук бутылок отборного вина, с эльфом отправил их домой. Аппарировав на верхнюю ступеньку, Поттер вздохнул и прикоснулся волшебной палочкой к двери. Та бесшумно открылась. Зайдя внутрь, он тихо прикрыл её. Коридор осветился тусклым светом — Так-так, наконец-то ты явился! — проскрипел старческий голос. — Добрый вечер, леди Блэк, — Гарри остановился, вальяжно облокотился спиной о стену и, расстегнув мантию, засунул руки в карманы брюк, приготовился к беседе c матушкой Сириуса. Последние дни, возвращаясь ночью, он старался как можно тише входить, чтобы не побеспокоить сон ворчливого портрета. Старая леди фыркнула. Она запахнула шаль и уселась в кресло. — Должна сказать, что весьма неучтиво с твоей стороны, не уделить хоть минимум внимания твоим гостям. Гарри устало вздохнул и потёр воспаленные глаза. Ему совершенно не хотелось препираться с портретом, но если он её проигнорирует, то старуха вполне возможно возьмется за старое. Поэтому Гарри со всей учтивостью, на которую в данный момент был способен, пробормотал: — Я их сюда не приглашал. А лишь выполнил просьбу и предоставил им временное пристанище. И кроме… — И, тем не менее, ты должен знать, что подобное игнорирование является плохим тоном и совершенно недопустимо в приличном обществе. — …того, у меня совершенно нет времени, — закончил Гарри, отрывая спину от стены, с явным намерением убраться отсюда поскорее. — Приношу свои извинения, леди, но я ужасно устал. Вы позволите? — Конечно, конечно, — милостиво разрешила старуха. — Но помните! Вы должны придерживаться определенных правил в высшем обществе! — Непременно, — буркнул Гарри и, зайдя на кухню, щелкнул пальцами. Несколько секунд он оторопело смотрел на перемазанных в пыли домовиков, появившихся буквально через пару секунд, не понимая, почему их двое, а потом мысленно хлопнул себя по лбу. — Хозяин! — хором пропищали они. — Что это с вами? Почему такие пыльн… а-а-а, приводили в порядок четвертый этаж? — догадался Гарри, плюхаясь на стул, предварительно сбросив с себя мантию. — Чего-нибудь поесть мне приготовьте. Через минуту напротив Гарри стояли его любимые блюда, а именно жареная картошка и сочная отбивная. Минут десять, он с большим аппетитом поглощал угощенье и когда, уже наевшись, откинулся на спинку стула, с наслаждением потягивая чай, перед ним снова появился Кричер. — Хозяин, леди Малфой хотела бы с вами поговорить. Если вы не заняты, конечно. — Хорошо, я буду ждать ее в библиотеке, — после пары минут раздумий со вздохом сказал Гарри и, поднявшись, вышел из кухни. Не замечая буравивших его напряженно-шокированных взглядов, Поттер медленным шагом направился по коридору в сторону библиотеки. Оставив за собой дверь приоткрытой, он со стоном опустился в кресло и прикрыл глаза. Как же он устал! Полторы недели пролетели со скоростью бешеного бладжера. Он слабо себе представлял, как можно все успеть за оставшиеся несколько дней. Завтра нужно навестить Дадли.. Гротхан, используя свои связи в маггловском мире, узнал, что кузена поместили в Психиатрическую лечебницу. Но странность заключалась в том, что лечили его на деньги клиники, так как никто не пожелал связать себя обязанностями с заботой о своём родственнике. Гарри очень удивился, он-то считал, что тетя Мардж без ума от Дадли, но как оказалось восторженные вопли и ласковые похлопывания по румяной щечке племянника при редких своих визитах и окружение заботой и вниманием, это совершенно разные вещи. Поттер не раздумывая, распорядился насчет того, чтобы оплатить лечение и консультации специалистов. Диагноз, который по сведениям поверенного поставили кузену врачи, Гарри ни о чем не говорил. Да и сам поверенный, зачитав: Эмоциональный шок или реактивный психоз, — лишь пожал плечами, дескать, что с этих маглов взять. Звучал диагноз по скромному мнению Поттера, совсем не радостно. Но вот что действительно радовало, так это то, что Дамблдор его не беспокоил. Собрание Ордена Феникса за последние полторы недели проводилось четыре раза. По сведениям Грюма, мистера Уизли и Ремуса, Дамблдор лишь единожды выразил большое сожаление и произнес помпезно-покаянную речь о своей большой ошибке и выразил глубокое раскаяние в том, что не обеспечил Гарри — надежде всего магического мира, должную защиту. Грюм пересказывая это, постоянно кривился и хмурился, выражая своё недоверие, и даже высказал предположение того, что директор явно что-то замышляет. — Добрый вечер, — мягкий голос выдернул из легкой дрёмы и размышлений и Гарри открыл глаза. — Добрый вечер, леди Малфой. *** Туман опустился на небольшой провинциальный городок Литтл Уилдинг. Редкие прохожие старались как можно быстрей убраться с неприветливых вечерних улиц. Не слышался привычный детский смех, влюбленные парочки подгоняемый непонятным страхом, не миловались на скамейках. — Проклятье! Ненавижу это! — пробормотал мужчина, натягивая на голову капюшон. — Артур, мы торчим у этой чёртовой больницы, уже полторы недели! Говорю же, он сюда не придет! — Альбус сказал, придет, значит придет! — Дамблдор не ясновидящий. И потом, зачем мальчишке сюда приходить? Насколько я знаю, он был не в очень хороших отношениях со своими родственниками. — Гарри очень добрый мальчик, а узнав, что кузена, тётка оставила на попечении клиники… — А откуда Дамблдор знает, что мальчишке станет известно? И вообще, зачем так всё усложнять? — перебил мужчина и раздраженно взмахнул рукой. — Можно просто перехватить его где-нибудь. Например, в Гринготтсе. Подключить твоего сына, он его быстренько доставит к Альбусу и пусть себе извиняется перед Поттером сколько влезет. — В том то и дело, что, судя по всему, Гарри не выходит из дома. В противном случае, Дамблдор так бы и сделал, — Артур глубоко вздохнул и, поправив перекосившиеся очки, оглядел пустынную улицу. — Все равно не понимаю! Что-то тут явно не сходится, — мужчина отвернулся от своего собеседника и, провожая взглядом скорую, мчащуюся по дороге, не заметил вспышки за спиной. Он расслабился, ощущение тепла и покоя разлилось по всему телу. — Винс, сейчас ты идешь домой, ложишься спать, а завтра ровно в девять часов утра придешь сюда, — Артур говорил ровным и спокойным голосом. Тёплые карие глаза сейчас излучали силу и холод. — Как только Гарри Поттер появится, ты должен будешь незаметно к нему подойти. Вытащить чёрную коробочку из своего левого кармана, сжать её и как только появиться искра, поднести её к телу Гарри. После того, как мальчик потеряет сознание, ты должен будешь крепко его обнять, вытащить монету из своего правого кармана и сжать её. Ты понял? Мужчина кивнул, устремив отсутствующий взгляд в пространство. — И самое главное, тебя никто не должен видеть! Понятно? — Еще один кивок. Артур рассовал по карманам Винса электрошокер и порт-ключ. — Выполнять! Мужчина кивнул в третий раз и, провожаемый жестким взглядом, устремился прочь.