Столкновение

Глава отбечена. Бета: НеЗмеяна Проводив взглядом семейство Малфоев и оставив распоряжения эльфам, Поттер аппарировал. Вывалившись из смерча и, как всегда, неудачно приземлившись, Гарри чертыхнулся и, поднявшись, оглянулся по сторонам. Небольшая полянка на окраине Запретного леса служила весьма неплохим местом прибытия: с одной стороны разросся непролазный колючий кустарник, с другой высился большущий валун, а под ним пряталась незаметная глазу пещера, куда можно юркнуть и выйти в Визжащей хижине. Толстые кряжистые стволы вековых деревьев скрывали поляну с двух оставшихся сторон, делая этот уголок укромным и незаметным. Собственно говоря, он сам чисто случайно наткнулся на него в прошлом году, обнаружив за старым зеркалом в Визжащей хижине тайный лаз. Осторожно ступая по настилу из мелких сухих веточек, опавшей листвы и иголок, Гарри нехотя двинулся в сторону Хогвартса. Выйдя из Запретного леса, он в нерешительности остановился. Идти в школу совершенно не хотелось. Да и что там делать — домашнее задание? Так сейчас в голове каша, и ничего путного из этой затеи всё равно не получится. Поговорить с Роном и Невиллом он еще успеет, а когда — часом раньше или часом позже — уже не важно. Всё, что должно было случиться, случилось, а повернуть время вспять он был не в состоянии. «Только что делать с Дамблдором?» — посмотрев на Хогвартс, подумал Гарри, сунул руки в карманы брюк и свернул на тропинку, ведущую к Чёрному озеру. Судя по предупреждению Блэка, следующий шаг директор сделает в самое ближайшее время. Вот только Гарри одного понять не мог: как Дамблдор собирался объяснять Министерству, зачем кому-то понадобилось делать Мальчика-Который-Выжил безвольным? Хмыкнув, Гарри остановился рядом с валуном и, прищурившись, посмотрел вдаль на оранжевое солнце, постепенно клонившееся за горизонт. Впрочем, всем известно, что у директора заготовлены ответы на все случаи жизни, или он вообще не станет никому ничего объяснять. Что ж, значит, ему самому придётся посвятить в суть дела Фаджа и «отпустить» тормоза. К тому же, так или иначе, придётся вмешаться, чтобы тот, кого Дамблдор сделает козлом отпущения, не загремел в Азкабан. Гарри вздохнул и прикрыл глаза. События прошедшего дня оказались последней каплей. Он больше не станет пускать всё на самотёк и тормозить Министра. Фадж хочет дискредитировать Дамблдора в глазах общественности — вперёд, Гарри не станет вмешиваться, главное, свести своё участие к минимуму. Во всяком случае — пока, а там видно будет. Поттер потянулся, отстранённо отмечая отсутствие гнева, зато определённо ощущался азарт и возбуждение. «Видимо, действие заклинания закончилось», — мелькнула мысль. После наложенных чар схлынуло не только напряжение в паху — злость и бешенство, тоже куда-то делись. «Кто бы мог подумать, что у меня встанет на Малфоя… а у него на меня», — Гарри покачал головой. И, самое интересное, он был отнюдь не против продолжения, как, собственно говоря, и Малфой. Вспомнив прижавшегося к нему слизеринца и его учащённое дыхание, Гарри прерывисто вздохнул, ощутив лёгкое возбуждение. Тряхнув головой и усмехнувшись, он обошел валун, в надежде посидеть и расслабиться, но его излюбленное место оказалось занято. Что… Узнав в сжавшейся фигурке Невилла, Гарри присел перед ним на корточки и нахмурился. Кузен по-прежнему был одет в пыльную мантию и, судя по припорошенным светло-серой пылью волосам, в школе он ещё не появлялся. — Что случилось? Невилл вздрогнул от неожиданности и, отняв ладони от лица, поднял голову. Сердце Гарри тревожно сжалось, стоило ему увидеть покрасневшие глаза и плотно сжатые губы. — Я убил человека, — прошептал тот после довольно продолжительного молчания и, простонав что-то нечленораздельное, уткнулся лбом в сплетенные в замок руки. — Понимаешь, убил! Я не знал… не хотел так. Мерлин! Если бы это была она… — Кто? — с трудом разбирая сумбурную речь, Гарри пытался сообразить, в чём тут дело. Когда это Невилл успел кого-то убить? Ведь в письме Августа сообщала, что с ними всё в порядке и Пожиратели не успели до них добраться. — Я наложил на неё чары «Обратного действия». Хотел обезопасить нас, а получилось… — Невилл судорожно вздохнул и начал быстро говорить, задыхаясь и «глотая» слова. — Насколько я понял, эти чары не должны были убить... так что просто неудачное стечение обстоятельств, — подвёл итог Гарри после того, как кузен замолчал. Странно, но, несмотря на всю свою ненависть к этой женщине, он не чувствовал радости от её смерти. Возможно, окажись Гарри на месте Невилла, сейчас точно так же пребывал бы в растрёпанных чувствах, а так лишь лёгкое сожаление, что не ему выпала возможность отомстить убийце крёстного, и удивление от действий кузена. Похлопав Невилла по колену, Поттер со стоном поднялся. От неудобного сидения ноги затекли, и, чтобы восстановить кровообращение, Гарри принялся осторожно поглаживать их, то и дело, морщась от неприятных ощущений. — Это была не Белла, а… Бруствер под оборотным зельем. Гарри на мгновенье замер, забыв о боли в онемевших конечностях, и недоумённо уставился на Невилла. Вот такого он точно не ожидал услышать! Не поднимая головы, кузен принялся торопливо рассказывать. Первые пару минут Гарри пребывал в ступоре и не сразу вник в суть дела. Но, по мере изложения фактов, становилась понятна причина, почему миссис Лонгботтом оставила внука в таком состоянии, и заодно нашлось объяснение странному поведению Беллы. После её обездвиживания и феерического появления Малфоя Гарри немного удивился тому, что, обладая преимуществом, Лестрейндж им не воспользовалась, но не придал этому большого значения. — Всё, за что бы я ни брался, превращается в катастрофу, — нервно проведя рукой по волосам, произнёс Невилл и выпрямился. — Он объяснил, зачем понадобился подобный спектакль? — спокойно поинтересовался Гарри, присаживаясь на валун. Вся эта история определённо ему не нравилась. Где-то это уже было… Гарри сжал пальцами переносицу и хмыкнул, вспомнив, что одним из нападавших на Малфоев был аврор. И что бы это значило? — Не сразу… бабушке он вообще отказывался что-либо говорить и требовал, чтобы его немедленно развязали… грозился Азкабаном. А вот мне ответил… не знаю, наверно, чары сработали… — Невилл глубоко вдохнул и повернулся к Гарри. — Ему нужно было доставить тебя к Тому-Кого-Нельзя-Называть. — Вот как… — задумчиво протянул Поттер, совсем не удивляясь подобному повороту. Было бы весьма странно, если бы всё произошедшее никак не связывалось с ним, а так… вполне закономерно, учитывая последние события. — Да, но подобное задание… в общем, он этого не хотел, но вынужден был подчиниться. Поэтому он начал прежде всего говорить, давая нам шанс что-нибудь предпринять первыми. «Всё интересней и интересней… Любопытно, а где сейчас настоящая Белла?» — подумал Гарри и откинулся на валун, чувствуя спиной исходившее от камня тепло. — Что еще он рассказал? — Ничего. Он… вдруг захрипел и… умер, — выдавил из себя Невилл и снова уткнулся лицом в ладони. Поттер на мгновенье прикрыл глаза, отстраненно подумав о том, что ему жаль, но отнюдь не Бруствера — верного соратника Дамблдора. Жаль ему было, что осталось невыясненным, кто стоял за всем этим, хотя если подумать… Сердце подскочило, и Гарри ядовито ухмыльнулся, повернув голову в сторону Хогвартса. «Надоело ждать, господин директор? Решили ускорить события?» — в голове мелькнули восстановленные воспоминания: шестой курс и подслушанный разговор, события, случившиеся совсем недавно. Дыхание перехватило, но отнюдь не от ярости и злости: подобных чувств и в помине не было, а было предвкушение большой игры. От переизбытка адреналина в крови хотелось смеяться или кому-нибудь врезать, вскочить на метлу и лететь над лесом и Лондоном, как когда-то на пятом курсе… — Гарри… Неуверенный голос пробился сквозь шум в ушах и, моргнув, Поттер перевёл взгляд на кузена. Тот напряженно всматривался в его лицо и выглядел, как показалось Гарри, несколько напуганным. — Я… — откашлявшись, Невилл потёр лицо и тяжело вздохнул. — Мне кажется, надо сказать Дамблдору… ну, по поводу Кингсли и его задания… и… Гарри не выдержал и расхохотался. Мерлин, это было просто замечательно! Уткнувшись лицом в колени и согнувшись, он смеялся до тех пор, пока мышцы живота не стало сводить судорогой и виски не заломило от боли. — Мордред… ох… — тряся головой и постанывая, выдавил из себя Гарри. Чувствуя необыкновенную лёгкость и вместе с тем появившуюся злость, он выпрямился и, повернувшись к притихшему кузену, тяжело вздохнул. — Прости. Просто… ты и в самом деле думаешь, что директор не в курсе событий? — Но… — Подожди! Прежде чем ты начнешь петь дифирамбы великому и могучему, самому справедливому и что ни на есть светлому волшебнику столетия, хочу, чтобы ты пораскинул мозгами и вспомнил всё, что происходило последние шесть лет. Вспомнил и сопоставил факты, а потом мы поговорим, — Гарри говорил жестко и понимал, что от подобного резкого перепада его настроения Невилл будет в шоке, но ему стало откровенно плевать на переживания кузена. — Надеюсь, сия бредовая мысль пришла в голову только тебе, или бабушка тоже горит желанием поделиться впечатлениями и спрятаться под крылышком у Дамблдора? — Нет, бабушка… она… сказала, чтобы я ни о чём не беспокоился и отправлялся в школу. Но… я ведь... и… — Невилл, я прошу тебя, просто подумай, ладно? Подумай без истерики… — Это еще надо разобраться, у кого тут истерика, — буркнул тот в ответ и неуверенно улыбнулся. — Вот теперь видно, что мы с тобой родственники, — хлопнув кузена по плечу, отозвался Гарри и усмехнулся. — Ладно, поздно уже. Иди, а то на ужин опоздаешь. — А ты? — Невилл поднялся и потянулся, разминая затёкшие мышцы. Он чувствовал себя гораздо лучше, словно своим присутствием Гарри снял с его плеч огромную ношу. — Я хочу еще посидеть. Ты скажи Рону и Гермионе, чтобы не беспокоились, хорошо? Проводив взглядом скрывшегося из виду Лонгботтома, Гарри прикрыл глаза и откинулся на валун, отмечая, что камень уже остыл и начал неприятно холодить спину. — Поттер, вас, гриффиндорцев, не учили ставить заглушающие чары? — А вам, слизеринцам, кто-нибудь говорил, что подслушивать чужие разговоры не… м-м-м… слово-то такое красивое… о, не этично, а? — Гарри приоткрыл глаза, наблюдая за подошедшим к нему вплотную Малфоем. — Подслушивать? Поттер, ваш милый разговор слышали даже в Хогсмиде, — парировал Драко, хотя ничего подобного, конечно, не было. Он с большим трудом разбирал то, о чём беседовали два голубка, и, надо сказать, услышанное ввергло его в пятиминутный ступор. Аппарировав на кромку Запретного леса, он решил пройтись вдоль Чёрного озера и собраться с мыслями. Но, как назло, мысли не собирались, а наоборот, разбредались в разные стороны. Еще и действие заклинания закончилось, а от подбрасываемых услужливой памятью воспоминаний стало тесно, жарко и нестерпимо хотелось кончить. Перспектива дрочить на улице не особо привлекала, но и возвращаться в Хогвартс со стояком — то еще удовольствие. Снова использовать чары было нельзя, ибо частое применение их было чревато весьма неприятными последствиями. Они незаменимы для мгновенного снятия сексуального напряжения, но потом возбуждение возвращалось, усиливаясь в два раза, стоило только вспомнить или увидеть раздражающий объект в течение последующего часа. Поэтому, прошипев проклятье, Драко устремился к валуну, где однажды застал сладкую парочку Гриффиндора. И каково же было его удивление, смешанное с досадой и злостью, когда те же самые личности снова занимали удобное во всех смыслах местечко. Мгновенно захотелось оглушить Лонгботтома, а Поттера разложить и хорошенько оттрахать, чтобы, во-первых, неповадно было так прижиматься к дружку и, во-вторых, так заразительно смеяться, посылая стаю мурашек по позвоночнику. Драко уж было собрался подойти к гриффиндорцам, но Поттер успокоился, и последующий разговор даже ослабил эрекцию Малфоя, заставив не менее важную часть его тела поднапрячься и начать думать. — Ну, и что же ты успел услышать? — с любопытством разглядывая задумчивое лицо Малфоя, спросил Гарри. Тот хмыкнул и, взмахнув волшебной палочкой, скривился. — Много чего. Например, то, что любимчик Дамблдора почему-то не считает своего защитника светлым, великим и… м-м-м… справедливым, кажется, так. А еще… если, конечно, вы с Лонгботтомом не поженились, ты назвал его родственником. Разумеется, даже я… в какой-то мере ему родственник, но ведь ты не это имел в виду? И еще… — Драко спрятал палочку и, на секунду забыв, что не следует этого делать, сунул руки в карманы брюк. Чертыхнувшись и прикрыв глаза, он стиснул зубы от охватившего его тело болезненного удовольствия, когда и без того плотно облепляющая бедра ткань натянулась. Гарри прищурился, вглядываясь в зажмуренное, исказившееся судорогой лицо Малфоя, и постепенно до него начало доходить состояние слизеринца. Облизнув пересохшие губы и чуть поморщившись от накатившего возбуждения, Гарри выпрямился. Осторожно положив руки на талию Малфоя, он потянул его, усаживая себе на колени. — Хочешь… открою тебе страшную тайну? — сипло выдавил Гарри. Почувствовав, как задрожало гибкое тело, он принялся поглаживать напряженные мышцы. Медленно скользя ладонями по спине и ягодицам, Гарри подавлял желание пробраться под рубашку и коснуться, наконец, горячей гладкой кожи. — Тайну… кхм… давай, — сглотнув, хрипло произнёс Малфой, жмурясь от наслаждения. Он с трудом вспомнил, о чём там он говорил с Поттером, перед тем как оказаться у того на коленях. Всё его тело пылало от прикосновений, сердце стучало, как сумасшедшее, и Драко изо всех сил сдерживался, чтобы не начать выгибаться под широкими ладонями. Слегка наклонившись и положив руки на плечи Поттеру, он поёрзал и застонал от сладкой боли, пронзившей пах. — С Невиллом мы спим… — убрав одну руку со спины Малфоя, Гарри провёл ею по вздрогнувшему животу и груди, скользнул по плечу и ласкающими движениями провёл по шее. Зарывшись пальцами в пушистые волосы, Гарри слегка надавил на затылок Малфоя, побуждая его наклониться. И, обдавая ухо Драко горячим дыханием, закончил. — А не трахаемся… Последние произнесённые слова начисто сорвали крышу у слизеринца, лишая терпения, мыслей и сдержанности, оставляя только голые инстинкты. Обхватив голову Поттера обеими руками и рыкнув, Драко со всей страстью впился в его приоткрытые губы, жадно, почти грубо целуя, глубоко проникая языком в гостеприимный рот. Покусывая нижнюю губу и посасывая язык Поттера, Драко нетерпеливо тёрся пахом о твёрдый живот Гарри. Чувствуя задницей возбуждённый член, Малфой прижимался к нему и елозил, вырывая из горла Поттера глухие стоны. Стонал сам, ощущая на своих ягодицах широкую ладонь, которая сжимала и ласкала, проникала под брюки, обжигая кожу. Бедра скручивало судорогой, по позвоночнику бежали мурашки. Оба задыхались, сопели, стонали, яростно тёрлись друг о друга, но ни на секунду не размыкали рук и губ. Сквозь пелену приближающегося оргазма Драко вдруг почувствовал, как вокруг его члена сомкнулись пальцы, и это оказалось последней каплей. Разорвав поцелуй, он выгнулся и застонал, сотрясаясь в мощнейшем оргазме. Поток спермы ударил из него упругой струей, забрызгивая их обоих. Крепко прижимая к себе подрагивающее тело и слизывая со своих губ солоноватые капельки, Гарри глубоко дышал, восстанавливая самообладание. От мелькнувшей мысли, что за всю свою сознательную жизнь он впервые кончил в штаны, Гарри улыбнулся и, уткнувшись носом в шелковистые пряди, втянул в себя умопомрачительный запах травяного шампуня и спермы. Запрокинув голову и зажмурившись, он протяжно выдохнул, чувствуя, как из тела уходят напряжение и усталость. Шевелиться совершенно не хотелось, но, приложив титанические усилия и напоследок погладив всё ещё находившийся в его ладони обмякший член, Гарри вытащил из кармана волшебную палочку и очистил себя и удобно лежавшего на нём Малфоя. Тот что-то проворчал и, пошевелившись, приподнял голову. — Проклятье… — выдохнул он, снова утыкаясь лбом в плечо Поттера. Двигаться, говорить, думать не было никакого желания. Наполненное посторгазменным наслаждением тело отказывалось выполнять указания мозга. Но вернувшаяся способность связанно мыслить принесла с собой понимание, начавшее постепенно и неуклонно портить настроение Драко. Мало того, что он первым кончил, чего с ним не случалось довольно давно, и практически вырубился, так еще никоим образом не помог партнёру, и тот факт, что всему виной были наложенные ранее чары, отнюдь не успокаивал. — Ты наложил только заглушающие чары? — А? — Драко моргнул и, отстранившись, посмотрел сначала на Поттера, а потом повернул голову, глядя в сторону Запретного леса. Чувствуя, как под его руками напряглись плечи гриффиндорца, Драко насторожился и прищурился, разглядев наконец-то в сгустившихся сумерках несколько тёмных силуэтов. Судя по направлению, двигались они в сторону Хогвартса. — И отводящие тоже. — Отлично, — отозвался Гарри, не спуская взгляда с припозднившихся гостей. Он ждал, когда же те выйдут на открытое пространство, чтобы как следует их рассмотреть. Кто бы это ни был, двигались они уверенно, без опаски, следовательно, не боялись. Значит, это, определённо, не Пожиратели... хотя они бы и не смогли попасть в Хогвартс, а там, дементор их знает… — Дамблдор… — пробормотал Драко и, пошевелившись, медленно поднялся с колен Поттера. Его слегка покачивало, но слабость постепенно отступала. Застёгивая брюки, он почувствовал, как от досады загорелись уши, и покосился на Поттера. Тот тоже поднялся и, одёргивая мантию, не спускал взгляда с небольшой компании. Вид полностью застёгнутого гриффиндорца ещё больше испортил настроение Драко. — И авроры, — закончил Гарри, провожая напряженным взглядом директора и группу из пяти человек, а в голове набатом, стучала мысль: «Виновный подставит невиновного.» — Проклятье! — Гарри поморщился от саднящей боли в прокушенной губе и посмотрел на Малфоя. В сгустившихся сумерках сложно было разобрать выражение его лица, но Поттер почему-то был уверен, что тот недовольно хмурился. Не отдавая себе отчета, Гарри подошел к нему вплотную и, обняв за талию, притянул ближе. — В твоём арсенале…ну, кроме убойных чар, от которых я впервые кончил в штаны, есть что-нибудь заживляющее? — выдохнул Гарри, прежде чем осторожно поцеловать распухшие и искусанные губы Малфоя. Несколько десятков секунд они медленно, словно смакуя, облизывали друг другу губы, посасывали языки и тихо стонали. — Есть, — хрипло выдавил Драко, отстраняясь и вытащив волшебную палочку, направил её кончик сначала на Поттера, шепча формулу заклинания, а потом на себя. — Спасибо, — потрогав пальцами принявшую свои нормальные форму и размер нижнюю губу, произнёс Гарри. — Обращайся, — фыркнув, отозвался Драко. И, обменявшись веселыми взглядами, они двинулись вдоль озера к Хогвартсу, стараясь держаться подальше от авроров и Дамблдора.