Родные земли

- Все в порядке? - прерывая нависшую чёрной тенью тишину, взволнованно спросила Даша. - Путь не близкий. Наташа подняла взгляд выразительно бирюзовых глаз, с которых считывалась лёгкая усталость. - Давай не усугублять ситуацию? - на лице сверкнула нежная улыбка. - Необходимо мыслить позитивнее. - Хотелось бы, но после всего этого, - она с горечью вздохнула, - позитива мне не придётся видеть ещё долго. Компания неторопливо шла вперёд, больше наслаждаясь красивыми пейзажами природы, нежели убегая от пленивших их раннее хищников. Юная магичка, безмолвно смотря в пустоту перед собой, крепко схватила руку сопровождающей её Натальи, стараясь ни на момент не упускать девушку. - Так, Алина, - длинноволосая решила узнать ответ на так мучивший её вопрос, - как ты смогла разобрать дорогу, когда бежала? - Я слепая, значит, другие чувства обострились, - девочка пожала плечами. - Хорошие способности, - одобрительно похлопала волшебницу по плечу Даша. - Сейчас ты что-нибудь подозрительное слышишь? Компания остановилась, стараясь не мешать Алине собирать информацию с окружающего их леса. Нотки зимней жизни пробивались через многочисленные кроны деревьев и плавно летели к юной магичке. - Совсем близко, - удивившись такому сообщению от природы, прошептала девочка. Даша немедленно схватила обеих спутниц за руки. - Уходим! - коротко откомандовала девушка. Те сопротивляться не стали и спешным шагом, иногда даже переходя на бег, чтобы поспевать за идущей впереди Дарьей, шли напрямик, стараясь раньше неизбежного достичь цели. Вдали послышался вой волчьей стаи, усердно рыщущей в поисках сбежавших, и, судя по нарастающему гулу, у них это получалось. Группа ускорилась, отчаянно сопротивляясь нагнетающему чувству былой заключённости, даже маленькие нотки запаха сырости проплывали под носом, заставляя меньше двигаться, отступить. Оставляя за собой глубокие от напора и нежелания подчиняться следы, сбежавшие из заточения старались не оглядываться, но по едва приглушённому лаю было понятно, насколько близко подобрались приспешники. Впереди виднелся резкий поворот, после которого, при возможности не вписаться, следовал обрыв. Делая выводы из окружающей местности, Даша прикинула в голове его примерные высоты, размер которых был не особо велик, но при падении можно получить неплохие травмы. В голове медленно созревал рискованный план. - Кто любит экстрим? - в шутку спросила радужноволосая девушка, стараясь немного подбодрить компаньонов. Ответа она не желает знать - уже всё решено. Поворот неумолимо приближается, и расстояние между группой и левой стороной слабо протоптанной тропинки становится меньше, что заставляет их бежать друг за другом. Лай со спины всё нарастает, приказывая немало понервничать перед возможностью сломать себе несколько костей. Ещё несколько простых шагов, и они смогут оторваться, если волки не смеют последовать за сбежавшими. Задуманное являлось самоубийством, но это был оптимальный способ сохранить свою независимость и свободу. Даша бежит первая, постоянно оглядываясь на следовавших за ней Алину с Наташей. Для большей надежности малышки появляется мысль взять её на руки во время спуска. Больше масла в огонь подливает выскочивший из кустов волк, яростно оскаливший острые клыки. - Давай сюда! - радужноволосая хватает девочку за руку, подталкивая ту вперёд. - Держись крепче! - детские пальцы сжимают ткань пуховика на груди. Осторожно спустившись ниже по откосу и закрепив своё положение, ухватившись за торчащий из промёрзшего грунта трухлявый корень мелкого кустика, Даша, держа на руках Алину, стала ждать Наташу, которая нерешительно последовала за подругой вниз. Но ожиданиям было не суждено сбыться, и крепкий захват белоснежными зубами Хантера длинноволосой Хранительницы за ворот пальто, устранил очередную возможность побега для девушки. Та отчаянно старалась вырваться, когда волк, не обращая внимания на все тщетные попытки, тащил её по земле, предвкушая слащавый привкус свежей крольчатины во рту. Для Даши это обернулось полным потрясением. Лишь тонкая кисть руки скрылась за краем обрыва, возникло обжигающее сердце желание вырваться на помощь, но в обратную сторону тянула маленькая девочка, чей пустой взгляд говорил о более красочном представлении мира, чем можно было подумать. Ей всего десять, но, подумать только, сколько она пережила. По щеке пробежала слеза, и тихое желание о прощении за предательство сорвалось с тонких губ. Она отпустила ветку и, сильнее прижав к себе малышку, ощущала на себе удары о затвердевшие из-за частой смены температуры сугробы. Спина, руки, ноги. После такого испытания потребуется немало времени постельного режима, но думать об отдыхе сейчас некогда: нужно постараться, чтобы жертва старающейся быть всегда тихой и наприметной подруги была не напрасна. Вместо прямого скольжения и ощутимых в некоторых местах скачков над почти полностью вертикальной поверхностью, появилось чувство некого смещения в строну. Более резкий удар, из-за которого пришлось выпустить девочку из спасающих объятий. В ушах противный писк, перед глазами всё расплывается, и становиться невозможным сфокусироваться на чём-то одном. Головная боль становится невыносимой и Даше приходится прислониться лбом о прохладный, плоский камень, уйдя в забытье. *** Воспоминания. Они, словно скоростной поезд с многочисленными вагонами, проносятся мимо. Они вспыхивают и блекнут сразу же после появления, что не даёт осознования основной темы появившейся картинки. Но этот момент - особенный. Он не является чем-то единым, целым. Разбит, словно хрупкий хрусталь, на тысячи разных осколков, которые представлялись в виде маленьких кусочков пазла. Они, по сравнению с другими отрывками из жизни, не угасали и не теряли своей яркости после обретения чёткости в линиях и жестах. Они оставались лежать мелко нарезанными прядями перед ней. От неё всего лишь требуется собрать это полотно воедино и понять причину такого буйного потока воспоминаний. Много людей. Толпа. Мужчины, женщины, дети. Матери прикрывают глаза своим чадам, когда сами, застывши в оцепенении и ужасе, разглядывают что-то большое. Их слишком много. Они окружают, словно изголодавшиеся падальщики, одно единственное светлое пятнышко во всей этой мрачной картине. Аккуратно присоединился ещё один кусочек. Небо. Серое, затянутое свинцовыми облаками. Под стать событию. Вдали высотки, одиноко тянущиеся к звёздам. Вокруг похожие на них дома, мелькающие между ног взволнованных зевак. Что так сотрясло их, что те, сразу образовали непроходимую гущу различных представителей народов? До сердца, притягивающего все взгляды "деревьев-истуканов", не пробраться. *** Приятное потрескивание небольшого огонька посреди маленькой площадки окончательно привело девушку в чувства. Неровный свет тускло освещал лицо маленькой девочки. Она плавно совершала мягкие жесты руками, значения которых Даше не было понятно. - Ты очнулась, - уголки губ Алины плавно разъехались в стороны. Девушка осмотрелась, замечая низкие своды пещеры над головой. Где-то вдали, мерно тикая, словно работающие часы, звучали отголоски капающих с потолка капелек подземного источника. Из густого мрака доносились невыносимые и ужасающие до мурашек протяжные стоны тишины. Даша решила ближе пододвинуться к огню, но стоило только оторвать голову от прохладной, неровной стены, - в затылке тут же нагрянула невыносимая боль. - Тебе нужно отдохнуть, - нежно прошептала девочка, услышав неаккуратно прикрытое завывание более старшей сбежавшей пленницы, такой же, как и она. Алина отнеслась к этому с пониманием. - Мой дедушка всегда говорил, что перед глупым поступком необходимо доказать свою глупость. Правда, я никогда не понимала большей части всего сказанного им, но я была уверена, что он говорит верные вещи вне зависимости от ситуации. Даша внимательно выслушивала её слова, стараясь не прерывать своим учащённым дыханием. Казалось, её речь заглушает подступившую боль. - Он был хорошим, но сейчас... Я долгое время не видела его. Родителям совсем не лучше. Два месяца в западне, и... я уже привыкла находиться в заключении, и ощущение свободы стало для меня более диким, чем постоянно находиться между толстой решёткой, по ту сторону которой постоянно рыскают хищники, и промёрзшей землёй, служившей мне вместо спинки уютного кресла. Куда бы я ни взглянула - всё напоминает мне о доме, и отвязаться от этой тёплой мысли я не могу... - девочка положила руки на колени перед собой. - Подумать только, всё это из-за жажды власти одного сумасшедшего. Я потеряла связь с родителями, не вижусь с дедушкой. Он всё отобрал... И я не единственная, подвернувшаяся "под горячую руку", - пустые глаза смотрели прямо на Дашу, - что ты потеряла из-за него? Она сказала всё прямо, стараясь не скрывать живой интерес, пускай, даже если сказанная правда принесёт боль на сердце девушки. Малиновые глаза были спрятаны под веками. Дарья глубоко вздохнула. - Думаю, он отобрал у меня многое... Но в то же время и я у него что-то позаимствовала, раз он так жаждет видеть меня в списке пленников, и... Из слов того волка я совсем ничего не поняла. Потеряла подруг. Сейчас хотелось бы с осознанием ценности жизни проснуться, как это бывает в страшных фильмах после кошмаров главного героя, но это - реальная жизнь, и всё так просто, одним дуновением попутного ветра, не изменится. - Мой дедушка говорил похожие слова, - улыбнулась Алина, поднося ладони ближе к согревающему пламени. Даша заметила отсутствие наручников. - Ты их сломала? - девушка указала на свободные кисти. - Да, они и раньше были сломаны, но мне стоило всего лишь придавить посильнее камнем. Девушка вновь попробовала немного привстать. Боль присутствовала, но она была терпимой по сравнению с предыдущей волной. - Откуда ты взяла огонь? - пододвинувшись ближе, спросила Дарья. - Магия, - девочка щёлкнула пальцами. На их кончиках появился слабый огонёк. - Я смогла заблокировать выход, поэтому волки не смогут проникнуть сюда. Где-то в той стороне, - Алина указала в темноту, откуда доносилась капель, - выход для нас. Даша осторожно поползла на четвереньках в указанную Алиной сторону. - Осторожно, там можно упасть, - сказала девочка, аккуратно поднося маленькое пламя к девушке. - Здесь обрыв. Магичка вернулась обратно к огню, оставляя спутницу в кромешной тьме. В руках волшебницы оказалась тоненькая палочка, на конец которой был аккуратно посажен огонёк. Она вернулась обратно к девушке, и, судя по напряжённому выражению лица, старалась продумать траекторию падения подожжённой ветки. - Наверное, должна не потухнуть, - предположила она и, захватив побольше воздуха, кинула палку вниз. - Потухла, - через секунду контрастировала факт Даша. - До земли долететь не смогла. Придётся прыгать, загадав желание о сохранении в целости всех костей и жизни, - вяло улыбнулась она, но улыбка вызвала новую вспышку боли. На успокоение ушло некоторое время, но после она уже была готова исследовать неизвестность. - Стой здесь, - серьёзно приказала она. - Есть палка потолще? Девочка бессмысленно вглядывалась в темноту перед ней. - Нет. - Ладно. Попробуем так. Ухватившись за кромку, девушка перепрыгнула через обрыв, оставшись, таким образом, в подвешенном состоянии. Она глубоко вдохнула, решаясь, и выдохнула, быстро упершись ногами в стенку и оттолкнувшись от неё. Руки соскользнули, и Даша оказалась в свободном падении. Маленький источник света, поддерживаемый магией девочки, отдалялся от неё с неумолимой скоростью. Алина услышала душераздирающий крик снизу, тем самым переняв сигнал о болезненном приземлении Дарьи. - Что случилось?! - крикнула она в пустоту, но в ответ ей мрачная шарлатанка передала тихие всхлипы. - Господи, ты в порядке?! Всхлипы прибавили в громкости. - Всё... хорошо, - выбирая моменты, когда голос будет меньше дрожать, ответила Даша. - Просто... Прыгай! Здесь невысоко, я тебя поймаю! Ничего кроме прыжка Алина предпринять не могла. Зажмурив, ничего не видящие глаза, она прыгнула во мрак. Около двух секунд она находилась в полёте, а после мягко приземлилась на руки девушки, от чего последняя покачнулась, выпустив очередную слезу. Девочка слезла на землю и зажгла новый огонёк. Свет осветил измученное лицо Дарьи, болезненно державшейся за бок. Волшебница осторожно протянула руку вперёд, наткнувшись на острый наконечник стрелы, блестящая поверхность которого была измазана в чём-то тёплом. На пальце осталось несколько капель жидкости. Алина прислонила его к губам, стараясь понять причину неровного дыхания девушки. - Кровь? - ужаснулась она, еле раскрывая трясущиеся губы. Короткое молчание со стороны Дарьи заставило серьёзно заволноваться магичку. - Упала прямо на торчащую стрелу, - тяжело объяснила радужноволосая, - невыносимая боль. - Но... Кто мог её оставить в таком положении? - Возможно, ловушка. Мне повезло, что головой не наткнулась, - уже шептала девушка. Она посмотрела на руку. Блеск крови заставил её ещё больше вздрогнуть. - Идём, нет времени стоять на месте. Они вполне могут уже поджидать нас у выхода. Алина неуверенно потопталась на месте. - Тебе нужна помощь. - Рану можно прижечь, как только остановиться кровотечение, не волнуйся, - ободряюще улыбнулась Даша. Но для девочки эта улыбка была простым выражением лица, которого она никогда в жизни не видела. Оставаться одной в кромешной тьме не хотелось. Пришлось следовать за девушкой, ковыляющей к выходу. - Ты уверена? - недоверчиво спросила магичка. - Вполне. Даша скрывала свою боль за фальшивой улыбкой, натянутой для отвлечения внимания. Каждый шаг давался в паре с обжигающим чувством в ране. Стрела, плотно вошедшая в тело, мерно покачивалась в такт. Но очередная резкая боль опять одолела её. Девушка покачнулась и упала на колени, стараясь сдерживать вновь подступившие слёзы. - Давай прижжём? Тебе станет лучше, - уверяла девочка. Израненный взгляд нацелился в лицо малышки. - Ладно, - сдалась Даша. Она села, в спокойствии облокотившись об стену. - Нужно вытащить стрелу. Другого выхода не находилось. - Давай, - неуверенно прошептала девушка.