С понедельника по пятницу

— Я ищу господина Оксин… Оксисер… Шер… — парень напряженно уставился в свой блокнот и немо шевелил губами, пытаясь раскусить заковыристую фамилию. Внешность и акцент выдавали в нем иностранца из какой-то азиатской страны, но говорил он старательно на шведском. Сонный охранник с говорящим именем Геракл без особого участия наблюдал за мучениями посетителя. Он почти сразу разгадал шараду из рассыпавшихся букв, но помогать растерянному парню почему-то не хотел. Возможно, из-за врожденной неприязни к робким людям. — Это строительная компания, — парень другим пошел путем. Геракл сменил руку, подпиравшую подбородок. — И как она называется? — Там фамилия господина Оксшрна. — У тебя почти получилось, — Геракл вяло улыбнулся. — Простите, вы издеваетесь надо мной? — Как ты мог такое подумать? Я возмущен.       С удовольствием Геракл заметил, что окончательно спутал мысли в голове посетителя. — И зачем вам «господин Оксеншерна»? Я его секретарь. Выкладывайте.       В лице гостя читалось недоверие. — Вы в охранной службе. У вас так на куртке написано. — Да? Это просто бренд. Не знали? Весьма популярная в Финляндии фирма «Охрана». — Простите… Я здесь первый день, — парень отвернул лицо, чтобы скрыть неловкость. — Я стажер и партнерской компании. Мы строим дома по смежной вам технологии на Хоккайдо, и я приехал для обмена опытом. Кику Хонда — это мое имя. — И вы не знаете, куда идти? Вы плохо подготовились, господин Хонда, — подражая посетителю, Геракл перешел на подчеркнуто уважительный тон. — Произошло недоразумение. Меня не встретили в аэропорту… Но это не беда. Возможно, я неверно указал время в сообщении… И господин Окс… — Зовите его просто — господин. В Финляндии обычно так обращаются к директорам. — Да? Благодарю за совет. Изучение страны по учебникам дает лишь поверхностное знание. Моя проблема в том, что я не могу дозвониться до приемной господина. Его телефон постоянно занят. Выходит, я звонил вам. — Мне? — Геракл уже забыл, что представился секретарем, но сразу вернулся в роль. — Ах, да. Работы на линии. — Могли бы сообщить господину о моем прибытии? — Одну минуту, — Геракл потянулся до хруста в плечах и медленно набрал короткий внутренний номер. — Лиза, у вас посетитель, которого кто-то не встретил в аэропорту. Имя? Кику Хендай. — Хонда, — чуть слышно поправил Кику.       Геракл не исправил себя, только осведомился о делах Лизы и за что-то ее поблагодарил. — Иди на лифт, тебе нужен седьмой этаж. У выхода из лифта сидит Лиза, она подскажет куда идти. — Лиза? — зачем переспросил Кику. — Я могу обратиться к ней по имени? — Нет, разумеется. Она ведь женщина. Зови ее госпожой.       Кику слегка дернул головой внизу, изобразив подобие поклона, и поблагодарил Геракла. Тот, в свою очередь, сложил из пальцев знак ОК и пожелал удачи. Как только Кику сделал шаг в сторону лифта, Геракл отъехал на кресле от стола, вытянул ноги и погрузился в привычное состояние полусна. Жизнь в скитаниях научила его ценить каждый миг отдыха.       Кику пытался бороться с нарастающим волнением. С одной стороны, он верил, что уже обладает значительным опытом в своей работе, это подтверждалось целой папкой сертификатов с настоящими печатями старинных строительных корпораций Японии. С другой стороны, знал, что облажаться — его любимый сорт развлечений. Двери лифта бесшумно сомкнулись, Кику закрыл глаза, глубоко вдохнул. Густая теплая волна прокатилась по его внутренностям от горла до самого низа живота. Необходимо было сохранять связь с реальностью.       Не успел лифт прийти в движение, и двери вновь раскрылись, чтобы впустить двух раскрасневшихся от бега молодых людей. Один из них тут же начал нервно бить пальцем по кнопке, чтобы поскорее привести лифт в движение. Кику чуть посторонился в угол и с легкой опаской скосил взгляд на незнакомцев. Внешне они были очень похожи, но сходство это Кику списал на собственное восприятие европейцев. — Какого черта ты не завел будильник?! — эмоционально произнес тот, что жал на кнопку. — Такое бывает со всеми, — тихо ответил второй. — Не стоит так шуметь, Фред. Не так уж сильно мы опаздываем. — Это тебе плевать, во сколько ты придешь на работу. Все равно никто не заметит. А я еще на испытательном сроке. — Ты драматизируешь.       Парни говорили на странном английском. Кику старался не вслушиваться в чужой разговор, но ему вдруг стало обидно за тихоню. Тяжело знать, что твоя роль для компании ничтожна. Для себя Кику отметил отсутствие дресс-кода в одежде его случайных компаньонов. Если тихий парень еще придерживался бело-серой гаммы, то его спутник, скорее, походил на запущенного программиста, не вылезающего из маленького личного кабинета. — Ты слышал новости о сделке с русскими? — спросил Фред. — Международные сделки меня не касаются, пока не нужно что-то перевозить. — Тебя вообще ничего не касается. Ты пассивная личность. Мэтти, так нельзя!       Лифт остановился на седьмом этаже, и не успел Кику сделать шага, как его опередил ураган Фред. — Как дела, Лиззи? — бросил он на ходу стоявшей у лифта девушке, но даже не попытался дождаться ответа. — Доброе утро, Елизабет, — поздоровался Мэтти и быстрым шагом удалился вглубь коридоров.       Девушка улыбнулась в ответ и тут же переключила внимание на Кику. — Мистер Хонда? Добро пожаловать. Меня зовут Лиза… — Спасибо, госпожа, — Кику отвесил легкий поклон.       Тень недоумения скользнула по лицу Лизы, но она быстро вернула себя в отрешнно благожелательное состояние. — Мистер Оксеншерна сейчас на собрании с исполнителями. Думаю, вам следует для начала посетить кадровый отдел. Следуйте за мной.       Кику обвел помещение медленным взглядом. Офис производил приятное впечатление: качественная отделка, сдержанный дизайн с применением природных текстур, достаточно воздуха и света. Девушка, идущая впереди, была одета просто и со вкусом. Походкой и сложением она больше напоминала модель, чем офисную работницу. Всего вокруг было ровно столько, сколько нужно. Помещение и люди вокруг являли собой образец гармонии.       Первый дисбаланс наметился в отделе кадров. Шум из сплетения женских голосов обрушился на Кику, как только открылась дверь. — Ольга, я привела стажера из Японии, — оповестила Лиза, пропуская парня вперед. — Минутку! — отозвалась Ольга. — Я отпущу нового сотрудника.       Лиза хотела бросить автоматическое окей и выйти, оставив Кику на растерзание самому болтливому отделу компании, но что-то заставило ее остановиться. Мимолетное впечатление, которое она больше предчувствовала, чем осознала. — Подпишите здесь, Гилберт, — услышала Лиза через весь кабинет.       Согнувшись над договором, за столом Ольги сидел мужчина. С первого взгляда он показался Лизе совершенно седым, но это было не так. У него просто были абсолютно белые волосы. — Быть не может, — услышал Кику тихий шепот.       Мужчина поднялся во весь рост, расправил крепкие плечи. Лиза сделала шаг назад и нащупала пальцами дверную ручку. Немедленно скрыться!       В голове шумело так, словно по ней только что с силой ударили чем-то тупым и тяжелым. Лиза шла, не видя перед собой ничего. В груди ее нарастало небывалое волнение, которого она от себя никак не ожидала. Прошло пять лет — все давно забыто! Но откуда он здесь взялся? Гилберт Байльшмидт — дерзкий парень из университета, учившийся на два курса старше.       Лиза упала в свое кресло и опустила голову на руки. Ворох спутанных воспоминаний поднялся в голове. Все разом обрушилось на нее, и она не могла собрать ни одной цельной сцены из прошлого. Словно время из киноленты превратилось в скомканный шар, где есть одновременно все и ничего. — С тобой все в порядке? — смутно знакомый голос прозвучал над ухом. Лиза вздрогнула и подняла испуганный взгляд. Рядом стоял Родерих. Дорогой и родной. Он выглядел искренне встревоженным. Лиза прижалась к его боку, не поднимаясь с кресла. — Легкое недомогание, — сказала она. — Ты бледна. — Женские проблемки.       Алиби было железным. На него всегда можно сослаться, если не хочется, чтобы задавали лишние вопросы. — Разве они не закончились на прошлой неделе?       К несчастью, железное алиби разбивалось о совместное проживание. — Ты путаешь.       Родерих провел ладонью по волосам Лизы. Его ровный голос и легкие касания всегда приносили покой, но в этот раз тревога не ушла, хоть и казалось, что для нее не было причин. Гилберт давно остался в прошлом. Теперь он даже не единственный ее бывший парень. Но чем дольше Лиза думала о беспочвенности своих переживаний, тем больше крепла ее уверенность в их небеспочвенности. — Ох, уж эти молодожены! — словно из-под земли в коридоре возник Франциск Бонфуа из дизайнерского отдела. Несмотря на то, что время близилось к обеду, он только появился на работе. Франциск всегда выглядел так, словно только что вернулся с лучшего свидания в своей жизни. И по этой причине его постоянные опоздания оставались безнаказанными. Расслабленно влюбленное во весь мир состояние было заразительно. — Только бы обниматься на рабочем месте, — опоздав, Франциск вовсе не спешил в свой отдел. Вместо этого он решил немного поболтать и упал грудью на стойку. — Как дела, голубки? Не надоел семейный быт? Сколько вы уже женаты?       Лиза и Родерих сдержанно улыбнулись и хором назвали время с разницей в два месяца. — Мы поженились в июне, — глядя на мужа, неуверенно сказала Лиза. — Дорогая, это был апрель. У нас на носу годовщина. — Но как?.. Ведь было так жарко.       Франциску подумалось, что и в этот раз температура воздуха вдруг поднялась не по сезону, и потому он поспешил дальше по своим делам. А дел у него было немало.       Вчера в конце рабочего дня он представил бухгалтерии новый проект и потому готовился держать оборону. Для этого Франциск с утра целый час проторчал в курилке, поджидая Людвига. Затем, в течение пяти концентрированных минут, излагал ему преимущества своего проекта и почти снискал союзника в его лице, но в конце получил неприятное известие — Людвиг снова бросает курить. А это значит, что вести с ним личные переговоры станет сложнее. Еще полчаса Франциск обдумывал новое положение. За это время он успел познакомиться с новым помощником директора, который «вообще не курит, но пытается влиться в коллектив, а за сигаретой разговор завязать проще». И вновь были пять концентрированных минут, в течение которых Франциск познал всю сложность взаимоотношений Тино Вяняймёйнена и табака. — Как настроение у босса? — спросил Франциск после тирады о бесполезности электронных сигарет. — О, это сложно понять, — отмахнулся Тино. — Он явно в напряге из-за пятничного собрания. И еще позавчера должны были приехать какие-то русские, но уже два дня они не выходят на связь. Я даже написал на почту в их головной офис. Сегодня мне ответили, что делегация к нам вылетела вовремя, и никто не знает, куда они подевались. — То есть амбициозные дизайнерские проекты ему пока лучше не показывать? — Почему? Напротив. Как я заметил, босс любит побочные занятия, когда основная деятельность полыхает огнем. — Ты тоже заметил, что он прокрастинатор? — О, да! — Тино достал из пачки вторую сигарету, и Франциск понял, что нашел дополнительного союзника. — Вчера он вместо работы ремонтировал кофеварку. А сегодня с утра я обратил внимание на то, что папки в шкафу с текущими проектами переставлены. Теперь они стоят по цветам! То есть он сделал это до моего прихода. Не понимаю людей, которые приходят на работу пораньше, чтобы заниматься ерундой. — Неужели, кто-то видит этот его грешок? — Франциск рассмеялся. — Знаешь, у нашего босса такой противоречивый образ. Почти весь коллектив от него шарахается. Он вроде как тяжелый человек. А в отделе кадров, где больше возрастных дам, все просто пищат от восторга. Пожалуй, только Людвиг находится с ним в прямой конфронтации.       Франциск понимал, что болтает много лишнего, но уши Тино прекрасно подходили для выслушивания баек, и остановиться он не мог. В последнее время в офисе царила странная атмосфера, ему будто не хватало воздуха. Компания сильно выросла с момента его прихода, а вместе с ростом пришло страшное явление субординации. В Тино же чувствовалась та самая потерянная простота, и потому Франциск был почти очарован.       Сейчас, проходя мимо стеклянной стены приемной, Франциск невольно притормозил и скосил взгляд. Тино не видел его, сосредоточенно изучал что-то на мониторе. Вид у него при этом был самый умилительно-нелепый.       Между тем, Тино все еще пытался найти зацепки по пропаже российской делегации. Он даже позвонил в полицию, но внятного ответа не получил. В аэропорту ему отказали в информации, сославшись на конфиденциальность. Поэтому он изучал новостные ленты в социальных сетях, словно загадочные иностранцы обязательно должны были проявить себя в чем-то, но среди двадцати четырех заметок о русских туристах не было ни одной, что натолкнула бы на след.       Наконец, запал его иссяк, и он переключился на вкладку с недописанным сообщением для Ольги.       «В эту пятницу концерт классной местной группы…» — гласило начало. Тино перечитал его в десятый раз. Ему категорически не нравилось слово «классный», но он не мог придумать альтернативу. Классный — звучит как последняя попытка остаться юным. Возможно, стоило просто прийти к Ольге и позвать лично, но в отделе кадров всегда людно и шумно. Тино выдохнул. Сложно.       Мягко стукнула дверь. Тино быстро свернул вкладки и попытался принять невозмутимый вид. К его облегчению, вошел Франциск. — Босс у себя? — спросил он с улыбкой и встал позади монитора. — Да, он не занят… — сбивчиво ответил Тино. — То есть занят, но один. И принимает посетителей. — Ты всегда такой собранный?       Тино издал расслабленный смешок. — Многозадачность пока для меня непривычна. — Кстати, о занятости, — Франциск чуть наклонился вперед. — Что делаешь в пятницу после работы? — Послезавтра? О… Там будет один концерт. Я хотел бы сходить… — Один или с кем-то? — Пока не уверен. — Не против, если составлю компанию? Сто лет никуда не выбирался. Чувствую, что начинаю покрываться паутиной. — Не уверен, что тебе понравится… — Я музыкально всеяден. Что там? Народный хор? Панк-рок? — Фолк-рок. — Отлично. Я зайду за тобой после работы в пятницу.       И Франциск исчез в кабинете Бервальда. Какое-то время Тино еще сидел неподвижно, пытаясь вспомнить, давал ли он согласие. С одной стороны, он понимал, что Франциск ему на концерте максимально не нужен. Это ведь тот самый Франциск, что входил в топ красавчиков Ольги? С другой стороны, отослать его не хватит духу. «В пятницу концерт классной местной группы. Мы идем с друзьями. Не хотела бы сходить?»       Теперь сообщение звучало нейтрально и безопасно, поэтому Тино без колебаний его отправил.