Часть 28
12 января 2020 г., 15:15
Гибрид ожидающий чего-либо был опасной штукой.
Вайсс презрительно фыркнула. Она не привыкла к такому.
После её встречи с профессором Бранвеном и специалистом Шни, Янг резко ушла. Жон пошел за ней, сказав Вайсс и Руби, что ему нужно поговорить с блондинкой наедине. Руби тоже ушла, но Вайсс не знала, что она сейчас делает или куда ушла. Может быть, она собиралась встретиться с той странной девушкой Пенни и её роботоподобной напарником Сиэль. В этой Сиэль было что-то странное, но Вайсс не могла понять, что именно. Ни один человек не должен вести себя так, как Сиэль. Даже Вайсс и её коллеги-гибриды лучше притворялись людьми, чем она. Была ли темнокожая девушка спящим агентом, посланным Салем, о котором даже они не знали?
Ещё была проблема Блейк. Когда не было проблем с Блейк? Неуловимому гибриду удалось проскользнуть с остальной частью группы в Вейл, и Вайсс понятия не имела, знала ли Синдер об этом факте. Официально Блейк здесь не было, и её бывший профессор не упомянула её. Должна ли она сказать об этом и попытаться прижать гибрид-фавна к ноге? Или позволить хаосу идти своим естественным путем со свободно разгуливающим гибридом?
Хмурый взгляд поселился на лице красивой девушки, пока она шла к библиотеке. Слишком много вопросов и недостаточно ответов — это заставляло Вайсс хмуриться. Как когда-то учила её профессор Фолл, хмурое выражение приводит к морщинам. Вайсс не хотелось появления морщин. К сожалению, в библиотеке нет ответов, которые она искала сегодня, но это не значит, что она не может узнать что-то новое. Вайсс всегда стремилась к самосовершенствованию как ради себя, так и ради Салем. Она задавалась вопросом, какие замечательные новые человеческие навыки или знания она могла бы получить сегодня, пока не занята учёбой, её товарищами по команде или её помощником.
С профессором Гудвитч забирающей все порнографические документальные фильмы себе, Вайсс нужно было найти новую и интересную тему для исследования. Что делали в таких случаях люди, особенно молодые девушки, такие как она? Похоже, в популярных средствах массовой информации девушка её возраста должна заботиться о таких вещах, как мальчики, мода и макияж, но Вайсс уже решила для себя все эти вопросы. Она была уже потрясающе привлекательна даже без макияжа, и ей не нужно было увеличивать её красоту. Профессор Фолл предоставила ей последние новинки подростковой моды, и даже когда она не была завернута в то, что казалось бинтами, в её черной униформе Академии Хейвен длинные, стройные ноги, привлекающие взгляд каждого ученика, мимо которого она проходила. К сожалению для них, она была занята.
У неё был парень, о котором она заботилась больше, чем призналась бы об этом вслух. Он также заботился о ней. Она всё ещё помнила время, когда она была ранена во время одного из боевых занятий профессора Кэллоу, и вернулась в свою комнату, чтобы свернуться калачиком и позволить своей ране зажить. Жон вынудил его впустить. Вынудил её показать ему свою уязвимую сторону. Он мог убить её. Во что бы то ни стало, он должен был её убить. Это был закон школы. Закон мира. И всё же…
Он позаботился о её ране. Вычистил. Перевязал. И после всего этого он оставался с ней всю ночь и держал её в своих руках. Её сердце всё ещё трепетало при воспоминании об этом моменте. В котором не было темы силы или гордости. Или спаривания. Это было нечто гораздо ближе к человеческим эмоциям. То, что она никогда не чувствовала до той ночи.
Любовь.
Она никогда не чувствовала себя любимой раньше. По крайней мере, не совсем. Материнская любовь Салем была странным ощущением, которое больше походило на долг, чем на что-то искреннее. Вайсс была верна ей вне всякого сомнения, и она знала, что её мать пойдёт на всё, чтобы обеспечить и защитить её. Наверное. Если бы Вайсс умерла в классе профессора Кэллоу, Салем не плакала бы и не жалела об этой потере. Вайсс была бы ещё одним неудавшимся творением, добавленным в список многих, павших перед ней. Мэй. Рассел. Кардин. Имена продолжались и продолжались. Сыновья и дочери Салем, которых она выбрала для великих дел. Сыновья и дочери Салем, которые уступили первичным законам природы и о которых никогда больше не вспомнят.
Вайсс не будет ещё одним именем в списке. Она не будет бессмысленным хищником. Она возвысится над остальными. Она будет лучшей из них всех. Вайс будет править миром — она была рождена для этого.
Просматривая полки с книгами, Вайсс искала что-то, чтобы привлечь её внимание и заинтересовать. Книга об Атласской школе фехтования звучала интригующе, но она уже была уверена в своих боевых возможностях. Книга под названием «Холодное сердце, горячая любовь», возможно, когда-то пробудила бы её интерес, но она уже была более искусна в занятиях любовью, чем мог надеяться быть автор такого романа. Больше названий, больше имён, больше предметов, которые она не находила интересными или достаточно важными, чтобы даже потрудиться взять книгу с полки и прочитать её оглавление.
До того как…
— Прах и ты, — вслух прочитала Вайсс, поднимая руку, чтобы коснуться корешка книги. — Руководство для начинающих в мире праха.
Прах. Она слышала об этом странном и волшебном веществе раньше. Или, по крайней мере, люди верили, что это какой-то остаток магии, которая когда-то существовала в мире. Если бы они только знали правду о чудо-оружии, которым они обладали против существ Гримм. Если то, что она узнала в академии Салем, было правдой, и у неё не было причин полагать иначе, истинная природа праха потрясет и ужаснет этих бедных, невежественных людей.
Вайсс выбрала книгу с полки и вытащила её, прежде чем вернуться к центральным столам библиотеки. Заняв место за пустым столом, она открыла книгу, где было то, что казалось закладкой. Вместо этого Вайсс обнаружила брошюру с грубой карикатурой на человека, выглядящего расстроенным.
— Прах для чайников, — пробормотала она. — И других неадекватных индивидуумов? — Ледяные голубые глаза сузились на оскорбительном названии книги.
Выразительное молчание со стола рядом с ней привлекло внимание девушки, и Вайсс повернулась и увидела, что кто-то в форме Бикона смотрит на неё. Дурак. Глупец. Она должна была бросить ему вызов прямо тогда и там за оскорбление её чести. Сделать из него шашлык своим новым человеческим оружием, это точно его кое-чему научит.
Отложив в сторону оскорбительную брошюру, Вайсс открыла книгу. — Огонь, вода, молния, ветер, — тихо сказала она. — Силы самой природы в ваших руках через огромную и неисчислимую силу праха.
Вайсс напевала про себя. Сила самой природы, а? Автор этой книги понятия не имел, что такое истинная сила. Они не понимали, что сама природа может быть склонна воле такого древнего и могущественного существа, как Салем.
Тем не менее, знание всего о прахе и его возможностях только сделало бы Вайсс одолжение. Если бы она знала, с чем сталкивается, когда сражается против охотника, у неё будет преимущество. Она будет знать все их уловки и секреты, а они не будут знать ни один из её. По крайней мере, пока не станет слишком поздно.
Несколько минут она сидела в тишине, читая введение во все виды праха, пока не почувствовала присутствие рядом с ней. Вайсс подняла глаза на стоящего возле стола.
Нет, не человека. Фавна. С которой она ещё не встречалась. Она всё ещё задавалась вопросом, были ли у этого парня Сана руконоги.
— Хм, привет, — сказала ушастая молодая девушка. — Извини за беспокойство. Ты занята?
На самом деле она была занята, и, как правило, Вайсс могла бы разозлиться, если бы её побеспокоили во время учебы. Однако кроличьи уши, которые печально опускались на длинные каштановые волосы девушки, указывали на то, что она уже побеждена. Язык тела в царстве животных мог говорить на удивление ясно, и уши этого фавна говорили Вайсс, что она не представляет угрозы для гибрида.
— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — ответила Вайсс.
Девушка нервно переминулась, посмотрев на одно из свободных мест за столом. — Можно?
У подавленной кроличьей девушки, по крайней мере, были манеры, и ей нужно было разрешение сесть рядом с начальницей. Вайсс ценила то, что она знала своё место. — Конечно, — сказала она, указывая рукой на приглашение сесть рядом с ней.
Студентка, тоже одетая в форму Академии Бикон, поспешно села рядом с Вайсс. Она быстро огляделась, прежде чем её карие глаза сосредоточились на Вайсс. — Я просто хочу, чтобы ты знала… Я думаю, это было очень смело, что ты сделала на днях.
Глаза Вайсс сузились в замешательстве. Конечно, она была смелой, но о чём конкретно говорила эта девушка. — О каком акте храбрости ты говоришь?
Студентка Бикон снова оглянулась вокруг, прежде чем снова остановиться на Вайсс. Когда они говорили, её голос был низким. — Что случилось между тобой и мисс Гудвитч, — пояснила она. — Не каждый день кто-то будет противостоять ей так, как ты. Никто из Бикона, по крайней мере.
Вот и всё. Фавн, должно быть, была частью класса профессора Гудвитч. Она видела попытку Вайсс встретиться с якобы великой Пиррой которой удалось победить Жона только глупым человеческим правлением правил. Разве эти люди не осознавали, что в реальной схватке Гримм не будет уважать правила? Вайсс подумала, сколько из них сможет выжить в реальной боевой схватке у Кэллоу.
Тем не менее, Вайсс оценила похвалу. Она была уверена, что смогла бы победить Пирру, если бы не это глупое правило о том, что её Аура не проснулась. — Спасибо, зайка. Жаль, что мисс Гудвитч отказалась сотрудничать.
Зайка кивнула. — Я Вельвет, между прочим.
— Врэн Слейт, — небрежно ответила Вайсс, имя естественно скатилось с её языка.
— Так что… да, мисс Гудвитч иногда может быть настоящим фанатиком правил, — тихо произнесла Вельвет, как будто слишком громко произнеся её имя можно бы навлечь на себя гнев необычно высокой женщины. — Но у меня может быть кое-что, что может помочь с тем, что ты ищешь.
Что она искала? Вельвет говорил об Ауре? Может ли она знать, что Вайсс не открывала ауру?
— Правда? — с надеждой спросила Вайсс.
Когда она пришла в эту школу, она бы не подумала, что это проблема. Она была достаточно сильна сама по себе без ауры, её усиленной гибридной силы Гримм и выносливость более чем способна позволить ей удержать себя против обычного охотника. Тем не менее, она всё ещё хотела Ауру. Она была у Жона. Она была у Блейк. Она была у Руби и Янг, и их открыл сам Жон. Как бы ей не хотелось это признавать, Вайсс ревновала. Она хотела того же, что и они. Она хотела, чтобы её особая связь с Жоном была ещё более особенной.
Неужели Вельвет действительно намекала, что она может помочь Вайсс открыть её ауру?
— Но… может быть, не здесь? — продолжала она, её щёки покраснели. Правда, открытие чьей-то ауры было якобы интимным опытом. Вайсс всё ещё вспоминала, как Янг яростно отреагировала на это. Она удивлялась, почему того же самого не было с Руби.
— Согласна. Это довольно интимная тема.
Вельвет поспешно кивнула. — Одна из наших комнат в общежитии была бы более подходящим местом для этого. Определённо не в библиотеке.
Вайсс закрыла свою книгу о прахе, желая узнать больше об ауре от фавна. — Позволь мне вернуть эту книгу на её надлежащее место, и тогда мы сможем вернуться в общежитие. Мои товарищи по команде в настоящее время отсутствуют, комната для нас свободна.
— Это к лучшему. Определённо, — согласилась Вельвет. — Но я слышала, что ты и твои товарищи по команде довольно либеральны в таких вещах.
Вайсс размышляла над словами. Присутствие там Жона было бы плюсом, а он — самый человечный из всех её гибридных компаньонов. — Стоит ли нам подождать Жона? Если мы займёмся этим втроём, будет определённо лучше.
Из горла Вельвет прозвучал крошечный писк, и ещё один взгляд на неё показал, что кролик краснеет. — Нет, нет… Я имею в виду… у него уже столько всего сейчас с тобой… и другая девушка. Тёмненькая.
Действительно, но Руби сейчас не было с ним. — Вообще-то, Жон сейчас с Ярой, — вспомнила она, ставя книгу на полку. — Но было бы несложно привести его сюда, чтобы помочь нам.
— О, вау, он очень занят, — Вельвет почти задыхалась чувством благоговения в голосе. — Как он находит время для всех вас троих?
В голосе Вельвет было нечто большее, чем просто благоговение. Было и уважение. Как и должно быть. Жон был самым могущественным из всех гибридов, выбранным Салем, чтобы стать лидером их команды по проникновению в Вейл. У него было более чем достаточно времени, чтобы контролировать всех троих, плюс Блейк, вне очереди. Он знал, как заставить их всех подчиниться его воле в любой момент.
— Он Альфа, — честно сказала она. — Он знает, как вести стаю.
— Альфа-самец, да, наверняка, — слишком легко согласилась Вельвет. Возможно, она что-то знала о менталитете стаи Гримм? — Просто в наши дни и в нашем возрасте так необычно видеть что-то в таком виде. Это… необычно.
Вайсс смотрела на девушку, которая, похоже, опять впала в стыд. Её грустные кроличьи уши прильнули к голове, указывая на стыд или трусость. — Почему ты говоришь это?
Вельвет не могла встретить взгляд Вайсс, когда они шли через двери библиотеки снаружи. — Это просто потому что… Я фавн. Кролик. Есть что-то вроде негативных стереотипов, связанные с таким поведением.
Думала ли Вельвет, что люди предпочтут более тесно связать её с Гримм, потому что у неё есть животные черты? Вайсс знала, что люди расисты, но мысль о том стереотипное представление о фавне как о более скотском, чем о человеке, потому что они демонстрировали иерархию менталитета стаи было для неё новостью.
— Ну, я думаю, что это неправильно, Вельвет, — твёрдо заявила Вайсс, выровняв палец на девушке-фавне. — То, что ты фавн, не значит, что ты тоже не можешь быть Альфой.
— Ты правда так думаешь? — спросила она с надеждой. — Ты думаешь, что однажды у меня тоже будет своя… стая?
Вайсс не знала почему, но она почувствовала странное чувство товарищества с фавном-кроликом. Она не встречала ни человека, ни фавна в Вейле, который был бы так открыт для менталитета стаи, который естественным образом пришел к гибридам Гримм. Руби познакомилась со странной девушкой Пенни, и Янг наслаждалась как физическим, так и словесным спаррингом с тем мальчиком Саном. Может быть, Вельвет… может быть, она может быть первой подругой Вайсс.
Как минимум она получит ценный опыт общения с жителями человеческих царств. И это то, что они должны были делать здесь, верно?
— Я думаю, ты сможешь, зайка, — успокаивающе сказала Вайсс. — Если тебе нужна стая, иди и создай её. Если ты достаточно сильна, чтобы помочь мне с моей проблемой, тогда я уверена ты достаточно сильна, чтобы привлекать других на свою сторону.
— Это… вау. Я не знаю, будет ли даже Коко так сильно верить в меня. Определённо не Яцу и не Фокс.
Вайсс не знала, что такое Яцу, но был ли у Вельвет домашний лис? Она задавалась вопросом, сойдётся ли он с собакой Руби.
— Возможно, когда мы придём в мою комнату, я позвоню Жону. Он может научить тебя всему, что значит быть Альфой.
Она видела, как Вельвет сильно сглотнула. — Может быть. Может быть, если мы будем в настроении после того, как я покажу тебе секреты, которые не покажет мисс Гудвитч.
Это звучало как грандиозная идея. Возможно, Вайсс только что познакомилась с этой девушкой Вельвет, но она почувствовала, что это начало прекрасной дружбы.
***
— Нет. Не думаю, что смогу… Волосы Янг светились, их яркий блеск почти ослеплял. Жон почти чувствовал тепло, излучаемое ею, даже когда стоял в дверном проеме. Это было её проявление? Обычно люди просто так не загорались, не говоря уже о том, чтобы не пострадать от этого огня. Он понятия не имел, что может повлечь за собой её проявление, но все, что он мог подумать, это то что, оно соответствовало её страсти. Потом были её глаза. Как два горящих угля, пара светящихся красных шариков уставились в него, посылая дрожь по его позвоночнику. Тени её гибридной формы Гримм проступали и он почти мог представить себе пару рогов, прорастающих из её лба, и загорелую кожу. Он видел, как её правая рука скручивается и набухает, словно она превратилась в чёрную и мускулистую кашу. Он не мог позволить этому случиться. Он не мог позволить оставаться зрителем. — Все вы, — рявкнул он на собравшихся в зале для тренировок. — Убирайтесь. Немедленно. Некоторые медленно реагировали. Другие почти спаслись, услышав приказ. Даже когда они все проходили мимо него, Жон не отводил глаз от Янг. Так же, как и взгляд Янг, не оставил его. В считанные секунды пара блондинов осталась одна среди обломков дроидов-тренировщиков Бикона. — Мощно, как всегда, — прокомментировала Янг, сделав несколько шагов навстречу ему. — Приятно видеть, что жизнь с этими людьми не забрала ничего из этого у тебя. Они знают своё место, когда ты входишь в комнату. Жон позволил Янг так думать. Каждому другому гибриду казалось, что он гораздо сильнее и способнее, чем он есть на самом деле. Как она не поняла, что они были напуганы её огненными волосами и бессмысленным разрушением, а не им? — Янг, — мягко предложил Жон, когда двинулся вперёд, чтобы встретиться с ней посреди комнаты. — Что происходит? Что случилось? Девушка фыркнула от смеха. — Что случилось? — повторила она. — Тебе действительно нужно задать этот вопрос? Очевидно, иначе он бы не спросил. Тем не менее, Жон знал, что Янг не в порядке, так что он не ответил бы с сарказмом. — Можешь сказать мне, — предложил, подходя к ней. Даже с такой высокой девушкой, как Янг, он должен был смотреть на нее свысока, когда говорил. — Теперь мы одни. Янг покачала головой. — Мы здесь никогда не бываем одни, Жон, — горько пробормотала она. Огонь и в её голосе, и на её голове погас, когда она говорила дальше, и когда их глаза встретились… они снова вернулись к своему успокаивающему сиреневому цвету. — Нет, с тех пор как мы приехали в Вейл. Люди повсюду. Включая… Последнее слово висело в воздухе, оставив Жона на краю своего места. Янг может успокоиться, но было ясно, что она была далеко не безмятежна. — Янг? — Сначала мой дядя. Теперь Винтер Шни. Скажи мне, что это просто совпадение, Жон. Жон сглотнул. — Что с Винтер… — Скажи мне, что эта женщина не похожа на Вайсс! — Она сорвалась, прервав его попытки оправдания. — Думаю, теперь мы знаем её фамилию. Шни. Вайсс Шни. У неё хорошее звучание, да? Вайсс Шни. Жон должен был признать, что оно звучало намного лучше, чем Врэн Слейт. Когда Жон понял, что Винтер, должно быть, связана с Вайсс, он не думал о её полном истинном имени. Вайсс Шни. Жон однажды задался вопросом, кто же эта девушка с белой кожей и красными глазами. Кем она была? Кем бы она выросла, если бы не Салем? С этой новой информацией, с Винтер, он, наконец, смог получить представление о том, кем должна была стать Вайсс. Он может прочесать сеть ССТ в поисках любой информации о пропавшей девушке по имени Вайсс Шни. Откровение Янг вызвало ещё одну мысль, которая пришла в голову Жона. — Подожди, это значит, что твоя фамилия Бренвен? — Янг Бренвен, — девушка рычала. — Как будто я когда-нибудь возьму имя этой суки. — Кого? — Это неважно, — горько сказала она. — Ничего из этого не имеет значения. Разве ты не видишь, Жон? Стены смыкаются вокруг нас. Это только вопрос времени, когда они нанесут удар. Пока они не захватят или не убьют нас. И поверь мне, я не собираюсь быть захвачена живой этими людьми. Чтобы надо мной снова экспериментировали… Янг чуть не подавилась последним словом, и она отвернулась от Жона, вместо того, чтобы встретиться с его взглядом. По правде говоря, Жон понятия не имел, через что ей пришлось пройти, превратившись из нормальной человеческой девушки в чудовище, с человеческим лицом. Он понятия не имел, как у неё появилась массивная рука Гримм. Однако, если этого было достаточно, чтобы даже Янг делала паузы, самая сильная из гибридов, которых он когда-либо встречал, он мог только представить, какие ужасные вещи случились в её юности. Он мог понять, почему она могла поверить, что человечество захочет делать подобные вещи в попытке понять, кто она такая и как она функционирует. — Янг… — мягко сказал он, его рука спускается, чтобы мягко коснуться её плеча. Только для того, чтобы её мгновенно отбросили. — Не трогай меня. Жон мгновенно оттянул руку назад, чтобы вся его рука не была вырвана с корнем из-за гнева блондинки. — Ты должна успокоиться, — решил он сказать вместо этого. — Мы ничего не знаем. — Как ты можешь быть таким глупым! — закричала она. — Боги, ты всегда был таким сильным дома, но таким чертовски глупым! Разве ты не видишь, что всё кончено? Мы потерпели неудачу, Жон! Мы потерпели неудачу, как только мы приземлились в Биконе! Это была ошибка! Это была ошибка, и мы умрём из-за этого! Янг дрожала. Она была зла, и это не было чем-то необычным. Но Жон понял, что её дрожь исходила не от гнева, а от страха. Янг боялась. Может быть, по праву. Однако, он не мог позволить ей остаться такой. Он был их лидером. Он был так называемым Альфой их стаи. Он должен был взять на себя ответственность и обеспечить, чтобы их команда осталась в безопасности здесь, в Вейле. — Янг… Он также знал, что Янг — другой вид зверя. Она не реагировала на успокаивающие слова и действия. Нет, Янг была девушкой действия. — Когда они придут за мной, я убью столько, сколько смогу, — прошептала она. В её тоне было почти чувство волнения или предвкушения. — Прошло столько времени с тех пор, как я могла разрывать живых, дышащих существ на части. Эти роботы ничто для меня. Когда они придут, я их убью. Они увидят, кто я, и им придётся убить… меня. Он был Альфой. Он был её Альфой. Ему нужно было поставить её на место. Жон даже не думал, когда вернулся и врезал кулаком в лицо Янг. В почти пустой комнате раздался резкий звук удара плоти, и Янг отступила на несколько шагов назад, когда её правая рука поднялась, чтобы прикрыть нос. Потрясённые глаза широко смотрели на её руку, прежде чем переместиться в сторону Жона. — Жон! Какого хрена! — Тебе нужно успокоиться, — равномерно сказал он, указывая пальцем на девушку. Сердце Жона колотилось. Он дрался с одним из самых сильных и жестоких людей, которых он когда-либо встречал в своей жизни. Возможно, только сам Тириан был человеком, которого Жон боялся больше, чем Янг. Даже Салем, со всей своей силой и бессмертием, не пугала его так сильно, как Тириан и Янг. Он знал, что Салем может испарить его в одно мгновение. Она бы сделала это без улыбки и усилий. Всё закончилось бы в одно мгновение. Не с Тирианом. Не с Янг. Они бы не торопились. Они бы наслаждались каждым моментом. А здесь он только что начал драку с нестабильным гибридом, который всего несколько дней назад пытал Борбатаска ради забавы. — Хочешь попробовать? — Она зарычала, показывая зубы, как животное. Даже в её человеческой форме, её гибридные инстинкты выходили наружу. Кулаки Жона сжимались, его поза изменилась в боевую позицию. — Я обещал тебе драку, когда мы доберёмся до Бикона, не так ли? С тех пор, как они познакомились, Янг хотела подраться с ним. В первый раз, когда он встретил девушку-гибрида несколько месяцев назад, она замахнулась на него. Только подскальзывание на пролитой крови их обеда спасло его от убийства её огромным кулаком. С тех пор Янг вызывала его на бои, только для того чтобы быть отвергнутой или прерванной каждый раз. Здесь и сейчас, однако, он был в её распоряжении. Если ему придется вбить в неё какой-нибудь здравый смысл, чтобы успокоить девушку он так и сделает. Он не был тем же Жоном, каким был раньше. Он не был беспомощным неудачником, впервые попавшим в Академию Гримм. Теперь он был сильным. Выкованный в пламени лишений и боли. Выживший в худшем месте на Ремнанте. Глаза Янг снова вспыхнули кроваво-красными, когда она посмотрела на него. Её собственные кулаки тоже плотно сжались. — Здесь, чтобы утвердить своё господство, Жон? Наша маленькая Вайсс будет ревновать, если она увидит, как ты пытаешься поставить меня на место. Дело не в Вайсс. Дело не в Руби, или Блейк, или ещё ком-то, кроме Янг. Ему было всё равно, что они о нём подумают. Всё, что имело значение, блондинка напротив него. Всё, что имело значение, заставило её понять, что он здесь ради неё. Она была на его попечении здесь, в Биконе. Он защищал её. Он спасёт её. Так же, как и остальных. Жон открыл ладонь и поманил её, чтобы она пришла к нему с пальцами. — Давай. Янг не нужно было повторять дважды, и она с усилием прыгнула на него с правой рукой, отведённой назад. Жон скрестил руки перед лицом и принял удар. Даже без силы руки Гримм, и даже с поднятой аурой, это было сродни взрыву. Жон отскочил на несколько футов назад, но, в конце концов, не пострадал от удара, который Янг только что нанесла ему. Опустив скрещённые руки под лицо, он смотрел на девушку, которая стояла там с ухмылкой на лице. — Неплохо, — взволнованно сказала она. — У большинства людей кости разбились бы от такого удара. Ты и правда сильный, да? Руки Жона переместились в положение классических боевых искусств вверх и перед его туловищем и подбородком. — Это был твой лучший удар? — спросил он. Он не знал, пытался ли он дразнить её, или если он спрашивал из искренней заботы о собственном благополучии. Может быть, немного и того, и другого. Янг сверкнула зубами, широко улыбаясь, голодно, парню перед ней. — Я могу делать это весь день. Это именно то, чего боялся Жон. Она снова подошла к нему, и на этот раз, когда она раскачивалась, её ноги приземлились на пол. Жон отскочил от правого кулака и пригнулся от левого хука секундой позже. Его руки оставались поднятыми в защитной позиции, когда его ноги отторгались назад, избегая каждый раз, когда блондинка замахивалась на него. Её ворчание перекликалось с его уши с каждой атакой, и он понял, что не сможет уклоняться всегда. Он тоже не хотел. В конце концов, он решил дать ей бой, который она всегда хотела. Это означало, что ему придется дать отпор. — Ты собираешься уклоняться весь день? — усмехалась Янг. Кулаки мелькали, но весь его опыт в школе Салем научил его уклоняться. — Я думала, ты хочешь драки! Парень почувствовал, что приближается к концу комнаты. Стена тренировочного зала всего в дюймах от него. Когда Янг нанесла следующий удар, он нырнул, и её кулак хлопнул за ним, посылая осколки бетона, летящие во все стороны. Жон провернулся на одной из подошв его сапог, ныряя под кулак Янг по мере того как она доставала его из отверстия, которое она сделала в стене. Поднимаясь, чтобы встать позади неё, Жон поднял свою правую руку и опустил её на голову, как будто он бил молотком. Это был первый раз, когда он вспомнил, как размахивал кулаком на кого-то в гневе. Он не знал, каково это, бить таким ударом. Как оказалось, безболезненно. Может, не для Янг, но он ничего не почувствовал. Нижняя часть кулака Жона обрушилась о голову Янг, его рука светилась белым светом его Проявления. Повышая его силу и выносливость. Янг закричала, и её тело упало на пол, как мешок картошки. На мгновение Жон задался вопросом, не зашёл ли он слишком далеко, не слишком ли сильно для девушки использовалось его Проявление, чтобы усилить ауру вокруг кулака. Она опустилась на колени, и Жон с невиновным взглядом смотрел вниз на её колыхающиеся плечи. — Янг? — спросил он беспокоясь. — Ты что… Её голова поднялась, широкие красные глаза и ещё более широкая улыбка маниакально уставились на него. — О, да, чёрт возьми вот о чём я говорю! Жон не мог подготовиться к тому, что будет дальше, её кулак мелькнул, как молния, и ударил, как гром. Апперкот Янг под его подбородком, стукнул по голове Жона, и к его удивлению, как-то не сломал шею в процессе. Сила удара сумела сбить его с ног, где он бесцеремонно рухнул вниз на спину через секунду. Его голова звенела, и его зрение плыло, когда он боролся, чтобы сесть прямо, сидя на своей заднице. Две Янг медленно идущих к нему, размытые изображения медленно сгущалось в одно, как его мозг сумел сосредоточиться на девушке перед ним. — Я не знаю, что это такое, но каким-то образом мне удалось ударить сильнее после того, как ты ударил меня, — девушка, казалось, хвасталась. Палец и большой палец поднялись, чтобы почесать ей нос. — Звучало бы это странно если я попрошу тебя ударить меня сильнее? Жон прижал руки к полу и заставил себя встать на ноги. Голубые глаза моргали, когда он вновь обрел видимость контроля над своими чувствами. — Пока ты не назовёшь меня папочкой, — уколол он. Янг засмеялась. — Не волнуйся, я не такой урод, как Вайсс. Она получила бы не то удовольствие, сражаясь с тобой в таком виде. Но я? — сказала она, снова подняв кулаки. — Я просто хочу, чертовски, кому-нибудь навредить. Он бы с радостью стал её боксерским мешком, если бы это означало спасение жизни невинного человека. Но не просто мешком. Он был полон решимости выиграть этот бой. Не только успокоить Янг. Не только пытаться достучаться до неё. Но и доказать себе, как далеко он зашёл. Она снова начала без предупреждения, очевидно, ожидая, что Жон будет готов противостоять ей в бою. Так и было, и когда Янг ещё раз замахнулась на него, а её волосы купались в огне, как и она, Жон тоже занес свой кулак. Сияя чистым белым светом, неподвижный предмет столкнулся с неудержимой силой. Трещина на коже и костях, не защищённых аурой, прорезала воздух, над ним слышался только звук собственного крика боли Янг. На этот раз Янг оступилась от удара, и она пожала правую руку от боли. Она уставилась на него скрежеща зубами, как будто оскорбленная тем, что он осмелился отрицать её удар своим кулаком. Жон смотрел вниз на свою светящуюся руку, невредимую и безболезненную. Ему пришла в голову идея. — Я сломаю тебя! — зарычала Янг, снова направляясь к нему. Не сумев превратиться в Гримм, она стала гораздо более осторожным бойцом, но её человеческий облик не ослабил её дух. Кулаки Жона оставались неподвижными, но он не собирался их использовать. Нет, вместо этого он хотел проверить границы своего Проявления. Может быть, это было не лучшее время или место, а может быть… Янг не была стандартным противником. Но если бы он мог выдержать удар от нее, он был уверен, что сможет выдержать удар от кого угодно. Несмотря на то, что кулак Янг снова ударил в ответ, Жон сконцентрировался. Его лицо было щитом. Его плоть была стеной. Он не дрогнет. Он будет стоять на своем. Удар нанесён. Его шея скрутилась, когда кулак Янг встретил его лицо, но он ничего не почувствовал. То же самое нельзя было сказать о ней, и когда он повернулся назад, чтобы посмотреть на нее, то увидел, как девушка снова и снова сжимала пальцы, пытаясь унять боль, которую она только что причинила себе. Жон воспользовался случаем и перешёл в наступление. Точно. Налево. Направо. Налево. Здесь было мало навыков. Жон не был боксером. Он не был кулачным бойцом. Вероятно, его техника была неаккуратной и слишком много использовалась… энергия. Вероятно, он оставил себя открытым. Но сейчас это не имеет значения. Он мог превратить свое тело в нерушимый щит со своим огромным количеством ауры и его усилением. Проявление. Прямо сейчас ему просто нужно было навредить Янг. Ему нужно было успокоить её. Если бы это означало победить её, то он бы это сделал. Удар за ударом, связанный с блондинкой, её ворчание от боли причинило страдание Жону почти так же сильно, как они, должно быть, причинили ей боль. Ладно, наверное, нет, но все равно достаточно больно, чтобы он жалел, что причинил боль другу. Девушке, которая была жертвой всего этого. Девушке, которая боялась того, что, как она думала, случится с ней здесь, в Вейле. Жон тяжело вздохнул, как его атака смягчилась, уверенный, что многие удары, которые он нанес по девушке снизят ей ауру вниз достаточно, чтобы заставить её положить этому конец. Он, к сожалению, ошибся. Волосы Янг теперь были бушующим адом, и красный цвет струился с носа на губы. Её язык высунулся чтобы поглотить драгоценную жидкость, заставляя её пронзительные малиновые глаза гореть все ярче. — О боги, я никогда не чувствовала себя более живой, чем сейчас, — прошептала она взволнованно. — Я чувствую, что сейчас могу разбить остальную часть этой грёбаной луны. Жон знал, как Янг любила драться, но тот факт, что она была так нетерпелива и взвинчена после избиения, удивил даже его. Она тяжело дышала, неконтролируемо вдыхая сквозь кровоточащий нос, и смотрела на него с почти психопатической улыбкой. — Янг, прекрати это, — сказал он ей встревоженно. Он не хотел, чтобы она сорвалась. Он не хотел, чтобы она потеряла контроль и выпустила часть Гримм. — Прекратить? — спросила она, наклонив голову в сторону в смятении. — Нет, Жон. Ты наполнил меня такой яростью, что я не могу этого вынести. Мне нужно освобождение. Мне нужно убить кого-нибудь. Даже если этот кто-то — ты! Кулаки Янг были в огне, когда она побежала на него. Даже если он не знал подробностей её Проявления, Жон знал, что если он не даст этой атаке все, что сможет, она может убить его. Он никогда не видел, чтобы кто-то так же был буквально в огне, но догадывался — если она ударит его без защиты его Проявления, он будет мёртв. Укрепив столько ауры, сколько он смог собрать, Жон побежал вперёд, чтобы встретиться со своей противницей. Огонь снова встретил свет. Кулак встретил кулак. Янг встретила Жона. Последний кричал от боли, когда чувствовал, как ломаются пальцы. Янг тоже кричала, торжествуя, когда Жон споткнулся. Она давила, но огонь погас. А у Жона все еще была одна целая рука. Его левая рука обернулась вокруг её тела, и в странном движении бросила и Янг, и его на пол. Они катились по полу, борясь за господство, прежде чем, наконец, Жон поднялся. Используя свой вес, чтобы прижать Янг под себя, он прижал правое предплечье к её трахее. И хлопнул левым кулаком вниз по её носу. Кровь брызнула вверх, и Янг снова хрюкнула от боли. Она билась и извивалась под ним, но его превосходящий размер удерживал её. Он нанес еще один стремительный удар в лицо. Она зарычала. — Слезь с меня! — Все кончено! — закричал он в ответ. — Хватит драться! Её светлые волосы потеряли сияние. Красные глаза затухали, и снова становились сиреневыми. Что бы ни случилось, Янг использовала всю силу, которую ей удалось обрести на нём. На нормальном человеке это бы сработало. Это было бы смертельно. Только усиленная аура Жона смогла остановить такую силу. Это стоило ему сломанной правой руки. Это исцелится благодаря его ауре, но это было свидетельством силы, которой обладала Янг. Силе её собственного Проявления. Где его предлагала абсолютную защиту, её — абсолютное уничтожение. Как подходяще для гибрида. Жон чувствовал дыхание Янг, но борьба в ней стала утихать. Он смотрел на нее свысока, окровавленный нос и зубы, она смотрела на него свысока. Может быть, она была довольна. Она получила от него то, чего всегда хотела. Она дала ему все, что могла, в своей человеческой форме, и он сделал то же самое. Она видела его силу. Она знала, почему он был их лидером. Почему все считали его самым сильным учеником в их школе. Только теперь он вспомнил, зачем вообще хотел с ней драться. Чтобы успокоить её. Единственным способом, который он знал. Слова бы не подействовали на агрессивном гибриде, но не сила. Если бы он показал свою силу, если бы доказал свое господство над ней, то, возможно, она бы ему поверила. Может быть, она бы ему поверила. Он бы защитил ее. Он бы спас её. — Я не позволю никому причинить тебе боль, — прошептал он ей успокаивающе. — Не твоему дяде. Ни Винтер. Никому. Понимаешь? Он не мог прочитать её выражение. Сиреневые глаза смотрели в его глаза, а она не сказала ни слова. — Поверь мне, Янг. Ты должна доверять мне. Я здесь ради тебя. Ради Руби. Ради всех. Я собираюсь защитить вас всех. Хорошо? С руками, по бокам, Жон верил, что последняя схватка закончилась. Он освободил предплечье от хватки на горле, позволив ей буквально дышать. Голова Янг протянулась вверх, и её зубы мгновенно сжались вокруг его шеи, сильно укусив. — Ааа! — Жон закричал в равной степени от неожиданности и боли. Она ему не позволила. Её зубы оставались сжимаемыми на его плоти. Сосёт. Жуёт. Как животное. — А, Янг! — он задыхался, тщетно пытаясь спастись от её порочной хватки. — Отпусти! Как оказалось, слова Жона были бессильны остановить девушку, чтобы она не напала на него, как бешеное животное. Только звук чьего-то прочищения горла умудрился прервать трюк. Янг отпустила его, и Жон повернулся, чтобы увидеть, кто стоит позади него. Винтер Шни. Её руки были сложены на груди. Она не выглядела счастливой.***
Сколько девочек этот парень обвёл вокруг пальца? Это была первая сердитая мысль, которая пришла в голову Винтер, когда она шла по коридору рядом с молодым человеком, известным как Жон Арк. Нет ничего необычного в том, что у него были отношения. Охотники и охотницы, тесно сотрудничавшие друг с другом, часто формировали отношения друг с другом. Это было легко. Удобно. Они понимали образ жизни друг друга. Они понимали риски, связанные с их обязанностями. Не имея на сегодняшний день времени, как обычный гражданский человек, для тех, кто работает в этой профессии, было бы разумно встречаться. Как результат этих отношений часто рождались дети, которые росли и стремились сами стать охотниками. Если их положение на этаже тренировочного зала было чем-то обычным, то казалось, что Жон и Яра уже на полпути. Винтер уже слышала о таких вещах. Охотники и охотницы, которые были любовниками, часто спарринговали вместе. В знойный момент они иногда позволяли своей страсти расти. В один момент они могут драться, проливать друг другу кровь и причинять боль друг другу. В следующий момент они теряют себя в мгновение и начинают яростно целовать друг друга, их адреналин от борьбы быстро переходит в похоть. Они раздевались до того, как заняться страстной любовью на арене, на которой они тренировались всего за несколько минут до этого. Ей повезло, что она наткнулась на них. С тем, как Яра зажала рот на шее Жона, сосала и, несомненно, оставила след любви на его плоти, Жон и она были всего в нескольких секундах от секса. Почему он собирался заняться сексом с Ярой, если он уже ухаживал и за её сестрой, и за Розалин? Каким же извращенцем он был? Винтер тихо кипела. Это всё его вина. Каким-то образом, она знала, что это всё его вина. Он превратил её драгоценную младшую сестру в извращенку. Он не мог, и не выдержал. — Скажите мне, мистер Арк, — равномерно сказала она, зажав руки за спиной, когда они шли. — Какова природа отношений между вами и мисс Ксантик? Фальшивое имя, она это знала. Но это было то, на которое отреагировал бы Жон. Точно так же она бы назвала сестру Янг Розалин, а не Руби. Больше всего было бы больно притвориться, что она не знала свою собственную сестру. Врэн Слейт была незнакома со специалистом. — Мы просто друзья, — признался он. Он был очень хорош во лжи. Это звучало почти правдоподобно. — Друзья, — сказала она. — Поэтому она целовала тебя в шею, пока ты лежал между её ног на полу? Голова Жона резко поднялась, и широкие голубые глаза уставились на неё. — Нет, нет, вы всё неправильно поняли, — настаивал он. — Она кусала меня, а не целовала. Боги, нет, мы не такие. Она бы сломала меня пополам, если бы попыталась… Он остановился на том, что собирался сказать. Когда-нибудь пыталась что? — Да? — спросила она с нетерпением. — Неважно. Не стоит говорить о таких вещах на публике. Также неуместно, как прелюбодействовать в общественном тренировочном зале. Тем не менее, Яра не была здесь главной заботой Винтер. Она хотела узнать больше о Вайсс. Больше об отношениях, которые у нее были с этим парнем. — А другие твои товарищи по команде? — нажимала она. — Врэн и Розалин? Жон отвернулся, и Винтер увидела, как его язык тела указывал на дискомфорт. Стыд. — Мы… Обманывая мою сестру с этой рыжей, хотела сорваться Винтер. — Это сложно, — он закончил. — Очень сложно. — Я умная женщина. Пожалуйста, попробуй объяснить мне это. Парень, который шёл рядом с ней, выдохнул. Он был усталым. Понятно после того, как они с Ярой только что поругались и чуть не занялись любовью. — Я люблю их, — искренне сказал он. Его глаза ещё раз встретились с её глазами, и тот факт, что он мог произносить слова, глядя на неё, придал им уверенности. — Я люблю их обеих. Всем сердцем. Я умру за них, прежде чем позволю кому-нибудь причинить им вред. Шни не делятся, это то, что она снова хотела ему сказать. Однако в его тоне было что-то искреннее. Может, он и был хорошим лжецом, но даже Винтер… могла слышать страсть, скрывающуюся за его словами. Этого было почти достаточно, чтобы успокоить её. К сожалению, несколько красивых слов не смогли бы исправить позор и бесчестье, которые он навлёк на Вайсс. — Если бы тебе пришлось выбрать одну из них, кто бы это был? Полиаморные отношения в мире порицаются. И такие браки тоже невозможны. На ком бы ты женился, если бы тебе пришлось выбирать между ними, Жон? Он снова отвернулся. Он покачал головой. — Невозможно выбрать. — Невозможно? Почему это? — Это… сложно. Не тот ответ, который Винтер хотела услышать. Ей не нужны были компромиссы. Она не хотела оправданий. Она хотела правдивых и честных ответов о нем, Вайсс, и отношениях, которые они разделяли. Она хотела, чтобы Вайсс выросла счастливой, нашла любящего партнёра для женитьбы и прожила чудесную и полноценную жизнь вдали от дома, из которого её забрали в детстве. Если Жон Арк не мог обеспечить её этими вещами, то он был недостоин времени и привязанности её сестры. — Так куда мы идём? — спросил парень, оглядываясь по коридорам общежития, через которые они шли. — В вашу комнату, конечно, — ответила Винтер. — После твоего… спарринга с мисс Ксантик, тебе, наверное, нужен душ. Жон кивнул, но его голос сказал ей, что он остаётся неубедительным. — И зачем вы идёте? Потому что я не доверяю тебе свою сестру. — Разве это неправильно, что новый помощник учителя хочет лучше узнать своих учеников? Мальчик рядом с ней нахмурился, и на этот раз покачал головой. — Наверное, нет. — Хорошо. Тогда ты не будешь возражать, если я зайду ненадолго поговорить с мисс Слейт и мисс Руж. И, возможно, узнать больше о том, что именно влекут за собой ваши отношения с ними. Теперь, зная их место назначения, Жон взял на себя инициативу в их путешествии по студенческому общежитию по обмену. Когда они подошли к комнате, которую, как она знала, он вытащил свой свиток и схватил его, чтобы открыть дверь. Он открыл её, и Винтер услышала пару женских голосов изнутри. Сидя на одной из кроватей, её милая сестра была рядом с незнакомым учеником-фавном. Кроличьи ушки на голове с длинными каштановыми волосами. Между ними был свиток. Шум… исходил от свитка. — О, Жон! — взволнованно сказала Вайсс, вставая с кровати. — И ты взял с собой специалиста Шни, — она радостно захлопала. — Чудесно! Карие глаза девушки-фавна расширились, и её высокие уши опустились на голову. Это был страх? Стыд? — Вельвет показывала мне нечто под названием ПорнПлейс-Точка-Ком, — сказала она, держа свиток в руках так, чтобы и парень, и Винтер увидели. — Я раньше подумала, что порнографические документальные фильмы были доступны только на физических носителях, а получается, что в сети ССТ есть тысячи, нет, десятки тысяч таких видео! Конечно, Вайсс… её милая, драгоценная младшая сестра, держала свиток, чтобы показать мужчину и женщину, у которых был графический, бесцензурный секс. Бледно-голубые глаза расширились. Это было… это было… — Врэн! — закричал Жон, вырвав свиток из пальцев и милосердно выключив фильм. — Ты не можешь… — Я знаю, знаю, мне следовало подождать тебя, — сказала она. — Но это было просто такое удивительное открытие, что я ничего не могла с собой поделать. — Вайсс оглянулась назад на Вельвет, которая начала сжиматься в неловкости. — Вельвет была так полезна, и она предложила помочь мне показать, как перемещаться по сайту. Там так много категорий, что у нас никогда не закончится просмотр новых видеороликов. У людей так много секса, Жон! Винтер не выдержала. Она приезжала, чтобы узнать больше о своей сестре и её отношениях с этим парнем, но видеть это, слышать это… она хотела знать меньше. Гораздо, гораздо меньше. Она сделала шаг назад. Лицо Вайсс излучало чистую радость. Она была… она была сексуально озабоченной извращенкой. Её бедная сестра. Её бедная, бедная сестра… Жон умрёт за это. Но пока необходимо было тактическое отступление. Она не могла справиться с этим прямо сейчас. Ей нужно было время, чтобы обдумать это. Время подумать. Время уничтожить несколько тренировочных дроидов. — Простите, — поспешила Винтер, выйдя из комнаты так быстро, как только смогла. Спустившись вниз по коридору так быстро, как только её длинные ноги могли унести её, она поняла, что ей нужно побыть наедине с Вайсс. Время вдали от Жона, Руби, Янг и их развращающего влияния. Кроу может пойти к черту. Если кто и собирался спасти Вайсс от них, то это была она.
