a little bit

Бэкхён перебирает десятки новых снимков, всматриваясь в каждый, разыскивая тайный смысл в чем-то обыкновенном. Смотрит прищурившись, и протягивает фотографию улыбающемуся телефону Сехуну. Тот даже не сразу замечает, но все-таки забирает и озадаченно глядит то на парня, то на снимок. Где ещё счастливые, вдвоём. — Что ты думаешь об этом? — Снимке? — Нет, о нас с тобой. Сехун дергает носом, взглядом пол дырявит и молчит. Потому что сейчас — полное недопонимание происходящего. И оповещение от кого-то другого, кого-то более близкого, чем Бэкхён, до которого рукой вроде бы подать. Бэкхён вздыхает: ожидаемо. Собирает фотографии, собирает себя и закуривает. Впервые в этой квартире. — Иногда мне кажется, что для тебя фотографии важнее жизни. Бэкхён горько усмехается: каждая сделана лишь для одного человека. Все его искусство лишь для одного человека. Каждая чертова выставка мелким шрифтом посвящена Сехуну. Черт. Черт, черт, черт. Дым выходит из легких горечью недоразумений и ошибочных умозаключений. Сехун тянет рукава на холодные пальцы, словно ребенок. Бэкхён тянет тишину, словно глупый взрослый. Это топит. Бэкхён смотрит то на фотографии, то на сжавшегося Сехуна, тенью провожающего его. — Это было так необходимо? — Я не знаю, честно. — Только вот я тебя люблю. До сих пор. И поцелуй такой сухой, едва заметный и запоминающийся. Нужный. Словно точка. И… — Можешь больше не скрывать свои свидания.