Рабочие отношения

Примерно тысячу лет назад

      Ночь пахла сыростью и тревогой. Кощей, пригнувшись к самой голове коня и намертво вцепившись мозолистыми окровавленными руками в его гриву, отчаянно бил коня по бокам сапогами. «Только бы успеть! Только бы успеть!» — он не просто повторял эту фразу, он молился всем Древним Богам.       Он должен был успеть.       Он должен был спасти Марью.       — Быстрее, Ворон! — прохрипел он, склоняясь к уху коня и дружески хлопая его по шее.       По чёрной шее коня уже скатывались капельки воды, блестевшие под огромной жёлтой луной драгоценными камнями. Кощей понимал, что конь на издохе. Как и он сам. Но остановиться просто не мог. Ему нужно было успеть в деревню! Ему нужно было не дать Марье стать жертвой бессмысленной охоты на ведьм, начавшейся после Крещения в глухих деревнях. Вроде той, подле которой поселилась Марья.       Кощей на миг поднял голову к небу: в воздухе кружили чёрные вороны, нехорошим хриплым карканьем предвещая беду. От их крика кровь стыла в жилах. Кощей был не в силах пошевелить ни единым членом тела. Лишь судорожно выдыхать и вновь взывать к Древнейшим.       На горизонте замаячили яркие огни. Не голубые прохладные огоньки, которые всегда освещали низкую, поросшую мхом, избушку Марьи.       Цепь из красного, зловещего пламени окружила избу. Сердце болезненно сжалось, а внутри как будто что-то лопнуло. Что-то важное, отвечающее за здравый ум. Кощей лихо спрыгнул с уже спотыкающегося коня, кубарем прокатился по пыльной земле, в кровь стирая ладони, а потом перемахнул через прочный плетень, бегом преодолев расстояние, казавшееся огромным. Казалось, что ему просто в спину подул ветер, поднявший его над землёй и кинувший его в любимый двор.       У домика уже полыхала соломенная крыша. Жадный жестокий огонь простирался от поленницы к стенам. Куски пламени вспыхивали на влажном дереве неохотно. Но всё-таки вспыхивали. Они пожирали углы, заколоченные окна и двери. А люди, такие же люди, как Марья, стояли с факелами и злыми глазами смотрели на ужасное зрелище.       — Убьём ведьму! — крикнул молодой крепкий парень с рыжими вихрами. — Кидайте же, братцы!       Он хотел было отправить свой факел на уже проваливающуюся крышу, но Кощей лихо оказался между людьми и избой и мечом-кладенцом очертил полукруг. Тот мгновенно вспыхнул фиолетовым пламенем чёрной магии. Люди испуганно отшатнулись. Одна из тех баб, что могли на себе вспахать целое поле, крупная, грузная, подняла было руку, дабы перекреститься. Кощей нахмурился, взмахнул мечом и несвоим голосом вскрикнул:       — Отрежу руку!       Баба тут же опустила руку. Люди испуганно замерли. Фиолетовый огонь медленно распространялся по двору Марьи, сталкивался с жарким огнём.       Тёмная магия схлестнулась со светлой.       Фиолетовое пламя накинулось на красное.       Кощей рубанул доски, заколачивавшие вход, и с третьей попытки, шипя от огня, пожирающего одежду и истязающего плоть, выбил дверь плечом.       В домике было не продохнуть от черноты. Едкий дым плотной пеленой окутал знакомую до боли избушку, куда Кощей часто наведывался. Кощей двигался наощупь: даже пламя, высекаемое мечом-кладенцом, не могло рассеять этот мрак. Кощей подумал, что на болоте Водяного, которое не то что люди, даже он сам, обходил стороной, и то лучше. Хотя и туман плотный, и пахнет неприятно.       — Марья, подай же знак какой! — прохрипел Кощей, стирая обжигающие слёзы с щёк.       Кто-то закашлялся на полу. Кощей пристегнул меч к ремню, упал на колени, зажмурился: дым резал глаза и дурманил ум. Но он должен был продержаться. Он должен был найти Марью. Кроме того, его всё-таки там, за дверью, ждала толпа, которой нужно было отомстить.       Кощей не собирался прощать этим людишкам жестокость.       — Марья! — Кощей коснулся рукой чего-то влажного, пахнущего металлом.       С ужасом понял, что это рука Марьи.       — Держись, — шепнул он, осторожно подхватывая её под шею и поясницу и вынося из избы.       — Ведьма и колдун! — вскрикнул кто-то из людей, как только Кощей вышел из избы и в изнеможении опустился на колени.       — Так бегите, — Кощей зашёлся в хриплом кашле, растирая кулаками глаза от едкого дыма и покалывающих слёз. — Что же вы стоите?       Губы сама собой озарила дьявольская усмешка. Как только люди попытались перемахнуть через плетень и пуститься прочь (прятаться или звать подмогу — сейчас это уже было совершенно не важно), Кощей вытащил меч и с силой воткнул его в очерченный полукруг. Руки сжали рукоять до боли, а по телу прошлись словно бы электрические разряды. Земля задрожала, затрещала, а потом за плетнём кругом в воздух взвилось тёмно-фиолетовое зловещее пламя. Люди вскрикнули.       — Я пошутил, — хищно оскалился Кощей, а потом коснулся щеки Марьи. — Вы поплатитесь за то, что сделали. Но я даю вам время.       — Раскаяться? — плаксиво простонал тот самый парнишка, что браво призывал уничтожить ведьму.       — Не-ет, — Кощей злобно прищурился и процедил: — Попрощаться!       В небе ещё надрывнее закричали вороны. Кощей встал перед Марьей на одно колено и с ужасом коснулся обожжённой руки. Багровая плоть была изрыта жестоким огнём. Кровь капала на землю.       — Марья… Марья… — он обречённо опустил голову.       — Ты пришёл? — слабо отозвалась она, приоткрывая зелёные глаза, подёрнутые мутной плёнкой.       Кощей виновато кивнул.       — Я пытался успеть. Прости, — в глазах защипало, и он с силой сжал переносицу.       — Не проси прощения. Не кайся. Всё так должно было случиться… — Марья здоровой рукой провела по его щеке.       — Ты ведала! — в его голосе смешались отчаяние, шок и обида.       Марья лишь прикрыла глаза. Кощей в отчаянии помотал головой, убрал с лица обуглившиеся светлые пряди волос и осторожно коснулся губами её виска, покрытого сажей.       — Марья… Марья… — исступлённо повторял он, целуя её висок, щёку и уголок губ. — Как же так?       — Я знала, на что иду, когда соглашалась быть с тобой… — простонала она.       Из её глаз катились слёзы, смывая сажу и обнажая загорелую кожу. Она не могла их вытереть, не могла смахнуть. Не могла ничего. Она просто лежала перед Кощеем, слабая, бессильная и тающая на его глазах. Её жизнь утекала в землю, остывающую после разрушений красного огня. А Кощей не мог ничего сделать. Марья всегда спасала его, всегда залечивала раны после битв с богатырями и людьми, а он не смог спасти её один раз в жизни.       — Я должен был уберечь тебя! — слёзы покатились по лицу, Кощей соприкоснулся лбами с Марьей. — Не смог.       — Не кори себя, князюшка, — она попыталась улыбнуться, но тут же слабо выдохнула. — Я ведь не первая у тебя и не последняя.       — Последняя. Клянусь тебе, что последняя.       Марья лишь слабо мотнула головой:       — Не надо…       Зубы свело тупой болью, которая отдалась в затылке. Кощей зажмурился и прижал к себе хрупкое тело Марьи.       — Просто… Вспоминай обо мне, когда пойдёт… Дождь… — она закашлялась: жестокость и жар светлой магии отравляли сильнее дыма и терзали изнутри сильнее огня, и Кощей ничем не мог помочь. — И когда найдёшь дорогую женщину в другой жизни, береги её.       — Никого я не смогу…       — Сможешь. Я знаю. Я ведьма — я ведаю, — Марья улыбнулась и тут же судорога охватила её тело. — Ты не сразу поймёшь, что это она. Но она будет близко с тобой всегда. Только… Не упусти… Спаси… И не забывай… Меня…       Марья слабо выдохнула в последний раз и безвольно обмякла в онемевших руках Кощея. Её руки повисли, как плети, а из кулака выпала руна ветра. Кощей, зажмурившись, прижался к её телу, поцеловал лоб, мягким движением закрыл веки и осторожно опустил на траву.       Прикрыв глаза, мысленно обратился к Древним Богам, чтобы приняли его Марью, чтобы заняла она место в числе берегинь, как хотела она, а не осталась в Нави бессловесной и холодной тенью. А после тяжело поднялся и откинул с лица длинные пряди.       Люди в ужасе замерли, когда Кощей двумя руками обхватил рукоять тяжёлого меча, и исподлобья посмотрел на них. Он смотрел на толпу, а видел Марью, живую, резвящуюся, лёгкую.       — Кто?! — крикнул он, заставляя воронов в воздухе волноваться сильнее. — Кто, я спрашиваю, стал первым?!       Все молчали и жались друг к другу. Кощей усмехнулся: можно подумать, это им поможет.       — Вы отобрали у меня самое дорогое, что у меня было. Жизнь Марьи. А сейчас я заберу ваши жизни в обмен на её, — он говорил холодно, равнодушно, невозмутимо, а фиолетовое пламя чернело и взвивалось всё выше и выше. — Вам не спастись. Кто стал первым, я требую его сюда!       Прищурившись, он наблюдал, как дрожали старики. Как плакали бабы, как стойко бледнели парни. И только один, тот, вихрастый и рыжий, нервно дёрнулся. «Это было ожидаемо», — подумал Кощей, решительно подошёл к толпе, бесцельно сжимавшей погасшие факелы, схватил за волосы этого самого парня, вытащил в центр и небрежным пинком опрокинул его на землю. Капли крови сорвались с разбитого носа и просочились в землю, светившуюся тёмной магией. Вид крови окончательно задурманил разум. Кощей схватил меч и с размаху пронзил парня насквозь. Тот всхрипнул, скрючился в предсмертных судорогах и тут же замер. Бабы завыли сильнее.       — Жаль себя? А Марью не жаль было? Не жаль?! — в душе как будто грохотала гроза. — Она вам, челяди, раны все залечивала. Тебе, — ткнул остриём в лоб ближайшей бабе, — дитя сохранила! А вы так ей отплатили!       — Так потому и спасла, что ведьмою была!       Кощей прикрыл глаза, усмехнулся, а потом взмахом пропитавшегося кровью меча обрушил волну чёрно-фиолетового пламени на людей. Они плакали, стонали, мучились от боли, но не могли сбежать. Кощей стоял в стороне и равнодушно наблюдал за тем, как с две дюжины людей опадают на землю чёрными трупами.       Когда погиб последний парень, Кощей прочнее воткнул меч в землю, обхватил обеими руками рукоять и опустился на одно колено, склонив голову.       — Я готов принять силу, — прошептал он холодному ветру, разносившему слова во все концы. — Я стану княжичем Тёмного государства. Я ошибался, когда решил остаться в мире людей.       Столп чёрного света вырвался из-под земли, окутывая Кощея. Тело жгло, а душу как будто расцарапывали разъярённые кошки. Кощей мягко опустился на землю и вложил меч в ножны. Обычная купеческая одежда превратилась в платье Древних богов. Серый кафтан был расшит серебряным орнаментом Тёмных магов. Чёрные сапоги очистились от бурой крови. Кощей спрятал руну ветра во внутренний карман кафтана и поправил плащ. Чёрный, сотканный из теней и самых тёмных ночей, он зловеще струился за плечами.       За плетнём послышалось ржание, и Кощей увидел своего коня. Хилый выдохшийся Ворон теперь тоже возмужал и окреп. Его чёрная грива путалась в ветре, а глаза горели зловещим пламенем. Кощей перемахнул через плетень, потрепал коня по холке, поправил сверкавшую серебром подпругу, лихо уселся в седло и посмотрел на двор.       Тёмно-синее небо разрезала белая молния. Мощным потоком опрокинулась на землю холодная вода, смывая следы.       «Вряд ли меня оставят в Сказочном мире после этого, — Кощей развернул коня и в последний раз посмотрел на дворик, растворяющийся в дожде. — И к Дьяволу это всё!»       Кощей растёр виски пальцами и зажмурился. За окном мерно постукивал дождь, травя душу. В камине потрескивал тёплый золотистый огонь, бликами сверкая на стакане с виски. Казалось, что он пьёт не человеческий напиток, а напиток Древних, наполненный светлым огнём. Такой он пил всего один раз в жизни: перед тем, как лишиться половины своих сил и сойти в мир людей.       Старинные часы на каминной полке тихо трещали. Кощей накрутил на ладонь чёрную верёвку, на которой болталась залакированная деревянная руна ветра. Она была всегда с ним как последний подарок Марьи. Кощей растёр символ и тяжело вздохнул. Марья была не просто ведьмой, а настоящей ведуньей. Она знала то, о чём никто даже не смог бы строить догадки. Кощей сам только что понял, что руна ветра — нечто большее, чем просто предсмертная попытка погадать. Это ключ к её гаданию.       Только Кощей не хотел в это верить.       Выходило так, что Варя — это и есть та самая девушка, нагаданная Марьей тысячу лет назад. Кощей за пятнадцать лет настолько привык, что Варя рядом с ним, что даже перестал обращать на неё внимание — девчонка как девчонка, такая же, как весь «Сказочный патруль». Неопытная и юная. Но с каждой встречей он открывал в ней что-то новое, отличное от остальных девчонок, и невероятно приятное.       Кощей посмотрел на телефон, лежавший рядом с бокалом. Полчаса назад он предупредил Варю, что заедет за ней на представление. Она, как всегда, фыркнула и сказала, что давно готова. Но Кощей прекрасно знал, что сейчас она в панике носится, решая, что надеть. Не мог понять откуда — просто знал. После ритуала он стал слишком много знать о Варе. Как и она о нём. То ли это была магия, то ли просто тесное общение.       — Может, свернуть всю операцию и послать кого-нибудь другого? — спросил в пустоту Кощей, обхватывая пальцами бокал и задумчиво барабаня по стеклу.       Он отчаянно не хотел рисковать Варей. Однажды он не смог уберечь одну дорогую ему женщину, не хотел терять другую. Как бы Кощей ни старался — думать иначе не получалось. Варя стала ему дорогой, слишком дорогой. Настолько, что он бы поставил её себе на полку, как золотую статуэтку, сдувал бы пыль и никого бы не подпускал. Правда, этот вариант идеально подходил для Василисы Прекрасной. Но никак не для Вари.       Завибрировал телефон. Кощей отставил всё ещё полный бокал на журнальный столик, взял трубку.       — Мы готовы, командир, — сухо отрезал Иван, один из бойцов-силовиков.       — Я даже не стану спрашивать, откуда вы взяли билеты, — хмыкнул Кощей, поднимаясь и начиная выискивать в бардаке рубашку.       — Так мы у друзей позаимствовали. Вы лучше скажите, когда начинать.       — По команде. Спецназ из Сказочного мира прислан?       — Естественно, — Иван хмыкнул, — они ещё и местного судью прислали для конвоя и переправки в Сказочный мир.       — Кто бы сомневался, — злобно оскалился Кощей, накидывая белую рубашку и зажимая телефон между ухом и плечом. — Но ты их предупредил, что прежде с ним поработаем мы?       Иван угукнул, а потом сообщил, что они готовы штурмовать цирк хоть сейчас. Кощей вздохнул. Один приказ мог бы изменить ход событий. Ему бы сейчас не пришлось одеваться, ехать на представление, наблюдать истязания над магией, не пришлось бы рисковать Варей. Но тогда и главаря он мог не поймать.       — Ни в коем случае, — отрубил он. — Нужно поймать их на деле.       Иван не стал спорить и отключил трубку. Кощей оделся, спрятал фирменный значок во внутренний карман форменной куртки, снял погоны. А потом позвонил Варе.       Даже ждать не пришлось. В отличие от ночных звонков, Варя приняла этот вызов сразу же и отчиталась, что готова.       Варя села в машину мрачная, покрытая каплями дождя и постоянно поправляющая аккуратно заплетённую корзинку. Короткие пряди падали на лоб, она злилась, фыркала и сдувала их. От неё веяло лавандой и свежестью улицы.       — Готова? — покосился на неё Кощей.       — Смотря к чему, — лаконично отозвалась Варя.       Кощей скользнул по ней оценивающим взглядом. На ногах — удобные тёмно-красные лакированные ботинки на чёрной плоской нескользящей подошве. Облегающие чёрные кожаные брюки с широким ремнём для боеприпасов, который прикрывала просторная рубашка с длинными рукавами. И небольшой пистолет в сумочке на цепочке.       — Я вижу, ты готова ко всему, — не без уважения заметил Кощей.       Варя зарделась, но самообладания не потеряла. Лишь улыбнулась краем губ:       — Настоящий боец всегда готов, — приподняла бровь: — Даже если этот боец — просто секретарша.       «Вот ведьма, а!» — ухмыльнулся Кощей, сворачивая на парковую парковку. — Ну что, боец, пойдём пешком до цирка.       Варя нахмурилась, но слова против не сказала. Раскрыв чёрный зонт, Кощей галантно предложил Варе локоть. Она наигранно небрежно взяла его под руку, но Кощей заметил, как рвано Варя вздохнула, когда он притянул её чуть ближе к себе.       В шатре было тепло и просторно. В отличие от других цирков тут не пахло животными или воском. Здесь отчётливо пахло кровью, ароматическими свечами, зачарованными предметами и ритуалами. Кощей давно не бывал в местах такого рода. Последним, пожалуй, стала избушка Ядвиги лет десять назад. Варя заметно напряглась и нервно сдвинула брови к переносице.       — У тебя зачарованный билет, который они прислали одному человеку, — склонился к Вариному уху Кощей, параллельно поправляя у её щеки мягкую короткую прядь. — Она может вызвать тебя. Не пугайся, но поспорь с ней. Или ним. Мне нужно, чтобы проявился азарт этого мага по захвату тёмного мага.       — А если я пойду?       — Ты не пойдёшь.       Варя кивнула, но мимолётная ухмылка позволила сделать вывод, что она уже всё придумала. «Похоже, придётся оправдываться перед начальством, что действовали по обстоятельствам», — обречённо покачал головой Кощей.       Они просочились сквозь плотную толпу, в которой сновали и люди, и маги, и полумаги на верхний ряд, под самый купол, где было мрачно и тихо. Варя проверила боеприпасы на поясе. Кощей перезарядил пистолет и спрятал его в наплечную кобуру.       Первая часть представления была развлекательно-лёгкой. Показывали простенькие фокусы, игрались с огнём. Всё могло показаться просто ловкостью рук, если бы Варя не проколола палец и не стала проверять каждый номер на крови. Кощею с самого начала было ясно, что всё это — дело рук сильного мага. Или магов. Но Варе нужны были доказательства.       — Варя, прекрати, — склонился он к Вариному уху, когда она проверяла уже десятый номер. — Ты обращаешь на нас внимание. Не забывай, что у тебя помеченный флаер.       — Да я помню, — вздохнула Варя. — Просто… Ну неужели у них нет ничего, чего бы они добились без магии?       Кощей отрицательно мотнул головой и накрыл её ладонь своей рукой. Варя зависла. Капля крови шлёпнулась под ноги.       Цирк взорвался аплодисментами очередному выступлению гимнастки под куполом цирка. Она, мотая в разные стороны красно-рыжими пушистыми волосами, улыбнулась. Только эта улыбка на фоне маски казалась какой-то неживой. С её рук сорвались пушистые комочки огня, спустившие её на землю, как на троне.       А потом весь свет погас. Варя невольно вздрогнула и вцепилась в руку Кощея. Он лишь напрягся.       А потом, один за другим, начали вспыхивать прожекторы под куполом цирка.       — Вы думаете, что это были лишь фокусы? — голос звучал резко и уверенно.       «Вот и главный…» — Кощей впился взглядом в высокую фигуру в центре арены. В тёмно-синем цилиндре, в чёрном фраке и брюках, с беспалыми перчатками на руках и чёрной зловещей маской на пол-лица, он дьявольски усмехался и рыскал пристальным взглядом карих глаз по рядам зрителей.       — А если я скажу, что это была магия? — он хлопнул в ладоши, вошёл в огненный круг и через секунду с хлопком оказался на другом конце арены.       Варя вскинула брови и нахмурилась. По рядам прошёлся ропоток. На телефон Кощею пришло сообщение от Ивана: они были готовы брать. Кощей отказал: нужно было что-то большее, чем фокус с телепортацией, который можно было оправдать иллюзией.       — Да-да, это была магия, — главарь снова телепортнулся и оказался в центре сцены. — Магия рождается лишь… В избранных. Кажется, так говорили мне когда-то давно знакомые маги. Волшебником нужно родиться. А если я скажу, что нет? Я был рождён человеком, чтобы стать магом! Сильнейшим магом!       Главный сжал руку в кулак, и все прожекторы погасли, а его фигура озарилась золотым контуром.       — Маги предпочитают делать вид, что нас, искусственных магов, полумагов, нет! И мы в это верим, как наивные овечки! Но всё кончено! Я не позволю больше лгать в глаза вам! Сегодня я продемонстрирую, что среди нас есть человек, рождённый стать магом…       — Почему он не чувствует, что тут ползала магов? — склонилась к уху Кощея Варя, потирая пальцы.       — Потому что не был рождён магом, — сухо отрезал Кощей.       Варя вскинула брови, покивала и нервно потёрла потные ладони.       — Всё будет, как надо. Не бойся.       — Я и не боюсь. Я злюсь.       Кощей с тёплой улыбкой кивнул и снова принялся напряжённо наблюдать за выступлением главаря.       — Ты! — с пальцев человека сорвался белый ком энергии и ударил в Варю, едва не опрокинув.       Варя вскрикнула и встала, освещённая белым ореолом. Тут же опустила голову, пряча лицо в тень.       — Я? — голос звучал испуганно и нервно, так что Кощей сам бы поверил.       — Ты-ты! Иди сюда!       — Ой… — Варя нахмурилась. — Может, не надо?       Кощей одобрительно кивнул Варе, а потом набрал Ивану сообщение, чтобы готовились.       — Не бойся. Иди сюда. Ты же часто предсказывала, что случится?       Варя закусила губу, а потом кинула взгляд на Кощея. Взгляд, полный решимости и вины одновременно. Кощей в панике мотнул головой.       — Иду! — Варя решительно побежала вниз.       Кощей страдальчески застонал, взъерошивая волосы и печатая отмену готовности номер один. А потом, собрав немного темноты, тенью проскользнул ближе к арене, чтобы быть рядом, если что.       Варя, не поднимая головы, дошла до главаря, а потом вскинула голову и щёлкнула пальцами, разбивая белый ореол.       — Ну здравствуй, Саша! — хищно оскалилась она.       — Ты? — взвыл главарь, собирая чёрно-красные сгустки энергии в ладони.       — Да! Ну, давай, стреляй, чего ты ждёшь?! Ты же так хотел отомстить мне. Я ведь сломала тебе жизнь.       Кощей впервые чувствовал, как стынет кровь в жилах. Как порядочная сорвиголова, Варя просто вызывала Сашу Абрикосова на эмоции (Кощей решил, что сокрушаться о том, что не узнал парня сразу, будет позже). Нормальную девчонку за это надо было бы наказать. А вот сотрудницу ССБ — наградить. «Награжу, — подумал Кощей, перемахивая через ограду арены и зажигая иссиня-лиловое пламя по кругу, чтобы гимнастка, которой явно была Алёна Рыжова, не могла сбежать. — Когда живыми отсюда выберемся».       — Саша! Барьер! — крикнула в панике Алёнка, сжимая посох, как пулемёт.       Саша оскалился и пустил сгустки энергии вниз. Земля задрожала, потрескалась, и поверх пламени вырос чёрный купол злой энергии. Сквозь него не мог бы пробиться никто, кроме хозяина. А рухнул бы этот купол только в случае потери хозяином магии. Или его смерти.       — Вот и всё. Либо вы, либо мы, — Саша сделал осторожный шаг назад, Кощей взвёл курок.       Треск показался оглушительным.       — Лучше бы вам сдаться, — покачал головой Кощей.       — А не вам решать, что для нас лучше! — осклабился Саша.       За его спиной мелькнула красная вспышка.       — Варя, ложись!       Варя с визгом пригнулась, и тут же мимо неё пролетел огромный сгусток красного огня, выбивший деревяшку из ограды и швырнувший её на середину арены. Столп песка заставил всех закашляться. Варя, растирая красные глаза, прищурилась, и взмахом руки опрокинула на Сашу с Алёнкой ещё одну волну песка, мешая координации. «Хорошо соображает!» — отметил Кощей, стреляя в Сашу. Только тот очень умело пользовался лёгкой телепортацией на короткие расстояния и уворачивался от пуль.       Каждый раз, когда в бой пыталась подключиться Варя, Алёнка вскидывала свой посох и отправляла заряд энергии в неё. Варе приходилось кувыркаться по жёсткому песку и плеваться. Боковым зрением следя за ней, Кощей отметил, что она поступает очень умно: с каждым выстрелом подбирается ближе и ближе к мечущейся в панике Алёнке.       — Что: потомственные маги пришли забрать силу у искусственных? Или испугались нашей силы? — хмыкнул Саша.       Кощей кувыркнулся, уходя от красного пламени и выстрелил прямо в Сашу. Пуля задела его по касательной, но заставила пошатнуться и на секунду ослабить удар. Сгустки не долетели даже до барьера.       — Что это?       — Отключение магии, — равнодушно отозвался Кощей, направляя пистолет в сгиб локтя. — Сдавайся или лишишься того, что так дорого.       — А ты поймай! — Саша сделал колесо назад, рывком оторвал Варю от Алёнки и отшвырнул её в сторону.       Схватив Алёнку, он сел за столиком, на котором ещё недавно танцевал кто-то из цирка. Варя приподнялась на локтях, тяжело кашляя. Кощей рванул её за руку на себя. И тут же на месте, где она была, взорвался ком магии. Варя потёрла красный синяк на скуле.       — Почему не стреляешь? — хрипло спросил Кощей, придерживая обломок ограды.       Варя поджала губы и нажала на спусковой крючок. Пистолет глухо щёлкнул: пули кончились.       — А запасная обойма?       — А кто вообще берёт с собой запасную обойму?       — Бойцы!       — А секретарша не боец. И им запасные обоймы вообще не выдают!       Вместо ответа Кощей накрыл Варю собой. Железка завибрировала, нагрелась. Но всё-таки устояла.       — Забавно, правда? — нервно усмехнулся Кощей, глядя на часы и прикидывая, сколько им ещё тут сидеть, чтобы барьер начал выкачивать энергию из шибко прыткого Саши. — Сидят там, прячутся и трясутся. Боятся, что мы их магии лишим. А у нас патронов нет.       — Смешнее н-некуда… — Варю знобило, зуб на зуб не попадал. — Ещё и моя магия бессмысленна.       — А моя запрещена, — неохотно добавил Кощей и поморщился, как от зубной боли. — Сюда бы магию воды. Или хоть одну пульку.       Варя внезапно широко распахнула глаза, хлопнула себя по лбу и обречённо мотнула головой:       — Забыла. У меня ведь есть! — воровато огляделась по сторонам и понизила голос: — Только это… Оно не очень легально, как бы.       Кощей отрицательно мотнул головой, глядя на капсулу с переливающейся жидкостью в дрожащей Вариной ладошке.       — Мы не имеем права.       — Но других вариантов нет! Давай. Если что — я возьму вину на себя.       Кощей помассировал переносицу и тяжело вздохнул.       — Если ты не будешь стрелять, это сделаю я! — Варя тряхнула головой и зарядила капсулу в пистолет, а потом осторожно высунулась из-за железки.       — Что, полицаи, капсулки волшебные кончились?       — Размечтался! — пистолет в Вариных руках ходил ходуном, она никак не могла прицелиться.       Противники запустили ещё один шар, взорвавшийся в воздухе и посыпавший Варю и Кощея брызгами огня.       — А ч-чёрт с тобой, — махнул рукой Кощей, забрал у Вари пистолет, прицелился в руку Алёнки и выстрелил.       Она упала, магия с ладошек утекла в землю. Алёнка с воплем схватилась за руку. Слёзы брызнули из её глаз. Варя в панике посмотрела на бывшую подругу, потом мотнула головой. Кощей помог Варе подняться и толкнул её в спину в сторону Алёнки:       — Берём!       Парой ударов Кощею удалось опрокинуть шокированного Сашу лицом в песок. Едва наручники с камнями, поглощающими магию, защёлкнулись на его запястьях и окутали руки голубым контуром перчаток, купол спал. На арену посыпались бойцы, ведущие циркачей.       — Где люди? — Кощей тряхнул Сашу за плечо. — Где люди?!       — Вы ничего не понимаете! Мы же хотели создать идеальный…       — Где люди?! — Варя внезапно обрушила удар Саше в живот.       — В звериных клетках, в фургоне… — прокашлял Саша.       Кощей небрежно передал его в руки бойцов. Саша шёл и то и дело оглядывался на Алёнку. По её лицу катились слёзы, а рука, в которую попал дротик, посинела. Она кричала обвинения Варе. А Варя выслушивала их с каменным лицом. Только руки были сжаты в кулаки донельзя.       — Ты молодец, — вздохнул Кощей и положил руку на Варино плечо. — Я и забыл, как ты умеешь драться.       — Я струсила, — Варя судорожно втянула носом воздух. — Я не смогла выстрелить.       — Секретаршам не положено стрелять, — улыбнулся краем губ Кощей.       Мимо проходивший боец присвистнул, что Варя и Кощей друг друга стоят, хотел было выразить восхищение ещё как-то, но Кощей вежливо послал его домой. А потом притянул Варю к себе. Она уткнулась носом в его грудь и дрожащими руками обняла за шею.       — Я никогда не думала, что придётся стрелять в подругу. Хоть и бывшую. Столько раз хотелось прибить её за неосмотрительность, но так… Вживую… — Варя выпалила это на одном дыхании.       — Всё в порядке, — спокойно выдохнул Кощей и мягко отстранил Варю от себя. — Поехали домой?       Варя неловко улыбнулась и кивнула.       Пока они двигались по ночному Петербургу, Варя задремала, прислонившись к холодному стеклу виском. Кощей не мог перестать кидать на неё быстрых внимательных взглядов. И каждый раз от мысли, что Варя вот она, рядом, близко, поднималось в груди давно забытое тепло.       Кощей осторожно занёс Варю в квартиру: код узнать было элементарно, ключи Варя, привыкшая почти всё держать в порядке, хранила в переднем кармашке сумочки. В квартире пахло чаем и цветочным гелем для душа. Перешагнув через кучу тряпья на полу спальни, Кощей положил Варю на матрац. Тихо закрыл входную дверь и присел рядом с Варей. Она судорожно вздрагивала во сне и постанывала.       Кощей поправил подушку и прилёг рядом, глядя в потолок. Он не собирался ложиться здесь спать: для этого у него была своя квартира. Просто нужно было передохнуть и собраться с мыслями. Варя положила руку на его грудь и доверительно прижалась к нему щекой. И тут же перестала дрожать. «Если она не спит сейчас — убью», — подумал Кощей. А пальцы сами собой принялись расплетать её густые шёлковые волосы, заполненные песком.