Пока горит свеча

      — Стража! Управляющего! Немедленно, сюда! — спрыгнула с коня и почти не удержалась на ногах. — И лорда Алирийского!              Ко мне подбежал стражник и подхватил под локоть.              — Ваша светлость, что произошло? Что с вами? Где герцог? — сквозь хладнокровие и сдержанность пробивалось бесконечное изумление.              Я всхлипнула и покачнулась, схватилась за фляжку, которая каким-то чудом удержалась, прикрепленная к седлу и жадно начала пить.              — Вы позвали управляющего? — я подняла на него взгляд, и мужчина чуть помедлив убрал руки, все равно готовясь подхватить меня в любой момент.              — Да. Что случилось? — он смотрел остро и внимательно, осматривал коня, разодранное платье и хмурился все больше.              Судя по орденам это был не просто стражник, и выглядел он внушающим доверие. Я только сейчас поняла, что банально даже не знаю, кто у нас начальник охраны в замке. Как-то не пришло в голову интересоваться. Но вспомнила, что часто видела этого человека сидящем за столом в обеденном зале. Следовательно, ранг у него определенно был высоким.              Все эти мысли промелькнули за пару секунд, а язык без участия мозга уже рассказывал все, что произошло.              — ... Мы увернулись от стрел, Рикардо закинул в седло и приказал скакать домой, я не могла остановить коня… — Голос прерывался, слезы стояли в горле. А усатый стражник, с суровым, исчерченным шрамами лицом хмурился все больше и очень внимательно слушал меня.              Еще при первых моих словах о нападении, он приказал срочно собирать отряд и теперь во дворе была суматоха, воины с впечатляющей скоростью надевали оружие и седлали коней.              Из замка выбежали управляющий Ирнольд и лорд Адриан Алирийский, вскоре за ними показался Седрик. Лорд Адриан первым подбежал ко мне, осмотрел мой вид и с изумлением прислушался к словам.              — ЧТО произошло?!              — Лорд, — я вытерла слезы, как только появился знакомый человек стало легче, — Рика похитили. Я не знаю... Не понимаю, как такое произошло, он даже не подозревал... На нас напали, — слова прерывались, я никак не могла вдохнуть, воздух застревал в горле.              — Тише, Розетта, — теперь меня подхватил лорд Адриан, видимо, я снова пошатнулась. Голова кружилась, а глаза застилали слезы, — Посмотрите на меня, — я встретилась взглядом с голубыми глазами, в которых читалась неприкрытая тревога и ярость. Но говорил он очень спокойно. — Успокойтесь, все будет хорошо. Расскажите четко и быстро, что произошло. Быстрее, черт вас дери! — крик уже был адресован не мне, а отряду воинов и слугам, которые и так поспешно седлали лошадей. Кто-то увел шатающегося от усталости Ветра, и я осталась одной свидетельницей, от которой все ждали подробностей произошедшего.              Я кивнула, и начала рассказ. Лорд так и не убрал руки, придерживая меня, так правда было спокойнее, получилось сосредоточится и все рассказать.                     — Пятеро... — Отвечала на вопросы, практически не слыша их. — Рик убил сначала двоих, потом еще троих, но осталось все равно больше десяти... — Ничего не хотелось, перед глазами все плыло, крики, ржание лошадей и голоса людей сливались в один неприятный гул. — Заросшие, не бритые, с закругленными саблями, в банданах... — Перед глазами начинало темнеть, но я упорно старалась расслышать вопросы и не упасть, — Выглядели? Как разбойники… Как пираты! — почему-то мысль про пиратов отдалась в голове невыносимой паникой, и я вскрикнула.              Перед глазами совсем потемнело, и меня подхватили чьи-то руки.              — Вызовите доктора, срочно! Миледи плохо.              Уже кто-то другой несет меня куда-то, а я совсем не могу понять куда, не могу встать, открыть глаза... Я лежу на кровати? Или падаю в бездну, полную жутких чудовищ, крича и задыхаясь от ужаса?              Перед глазами темнота и связанный Рик, заваливающийся на бок, кровь из раны на плече...              Холод, как от чертовых зеркал. И снова кровь. Жар. От свечей. Так жарко... Темнота.              ***              Но чем ближе милый я к тебе была,       Пустота съедала мой след,       Тем острее воздух, непроглядней тьма,       И пути назад уже нет.              А когда из вида исчез мой дом       Стало ясно я здесь одна,       А потом была уже только боль       Без конца, без краев, без дна.              Никого вокруг кто бы попросил,       Мол, держись, не сходи с ума.       Я зажгла огонь, мне хватило сил.       Я сумела светить сама.              Ясвена «Гореть»              У нас в покоях очень красивый потолок. Я заметила это уже давно, но подробнее рассматривала только сейчас. Побеленная лепнина, переплетающиеся узоры с растительными мотивами. Красиво. Я старалась думать только об этом потолке. В этом ведь одни плюсы, когда смотришь вверх, слезы не текут. Только горчат горло, застилают глаза, и постоянно хочется пить.              — Ну вот, уже все в порядке, уже все хорошо — невысокий, старенький доктор отпустил мою руку, сердечный ритм был в норме, успокоительные травы действовали безотказно. Только острую режущую боль из груди они не убрали. — Теперь отдыхайте, ваша Светлость. И не волнуйтесь, нервы плохо сказываются на самочувствии. Вот уже донервничались до обморока и жара. Но простуды, слава Богам, нет, жар к утру спадет. Постарайтесь заснуть. Если сами не сможете, выпейте снотворную настойку, ровно десять капель и не больше. Я зайду утром.              Я все еще смотрела в потолок, и только через некоторое время поняла, что старик, смущенно ждет, пока я хоть что-то отвечу.              — Спасибо доктор. Позовите, пожалуйста, служанку или госпожу Делис.              Доктор укоризненно взглянул на меня, как на неразумного ребенка, напомнил, что нужно отдыхать, откланялся, но экономку все же позвал.              — Ваша Светлость, — женщина подошла к кровати и, правильно интерпретировав мой взгляд, с сожалением покачала головой. — Они еще не вернулись, прошло чуть больше получаса, так быстро они не смогли бы добраться туда и обратно.              Я прерывисто вдохнула и задержала дыхание, зажмурилась, пережидая приступ головной боли.              — Как только они вернутся, сообщите мне. Обязательно, госпожа Делис. Даже если я усну, что навряд ли случится.              Она неодобрительно поджала губы, но все же пообещала сообщить. Я видела в ее глазах переживания и следы слез. Она порывалась спросить что-то у меня, но промолчала. Да, правильно, ничего большего из того, что рассказала во дворе, я сказать не могла. А об этих словах ей наверняка доложили слуги. Похоже, старая экономка воспринимала Рика, как сына, и сильно волновалась за него.              Я дождалась хлопка закрывшейся двери и перестала сдерживать вырывающиеся из груди рыдания. Все в этом замке любили Рикардо. А я больше всех...              И я знала. Черт возьми! Откуда-то я знала, что они не найдут его на побережье. Это было логично. Это было так в стиле жестокой Судьбы, которая, видимо, очень любила, когда я умираю от боли и страха, разрывающих на части сердце.              Иначе, почему как только все стало налаживаться, как только моя жизнь стала насыщена бесконечными счастьем и радостью, в один момент все оборвалось? Так жестоко и так несправедливо?..              Любимая игра Судьбы. А я просто игрушка.              Ненавижу это. С детства ненавижу это состояние бессилия, всепоглощающего страха и безнадежности. Ненавижу! Не могу этого выносить… Снова.              Я вскочила с кровати, скидывая подушки на пол. Подхватила затушенный канделябр и кинула в стену. И все остальное со столика тоже полетело в стену. Стуки и разбивающиеся на осколки предметы совсем не приносили облегчения.              Горло душили рыдания, но я не плакала.              Выпила воды. Швырнула в стену и стакан. И открыла окно, смотря на первые звезды, появляющиеся в густых сумерках на небесах.              Если Боги небезразличны, хотя бы капельку, пусть они услышат. Пусть помогут ему. Я старалась искренне верить, что помогут, защитят. А я найду. Найду своего мужа несмотря ни на что. Не представляю даже как, но точно знаю, что найду.                     Я еще долго стояла у распахнутого окна. По коже пробегал мороз и было очень холодно. Дуло по ногам, хотя стояла я вплотную к окну, и оно начиналось от бедер. Да и дуло вовсе не из окна.              Не бывает такого могильного, леденящего душу холода за окном. И тумана не бывает... Такого, чтобы полз по полу из моей комнаты, через открытую дверь в спальню. К окну, у которого я стояла.              Сердце кольнуло и застучало в разы сильнее, на коже поднялись все волоски и в душе зарождался неконтролируемый ужас.              Я горько рассмеялась и всхлипнула. Может быть просто выпрыгнуть из этого окна. Миг. И больше не будет больно, не будет страшно. Не будет могильного холода, зеркал. Не будет Рика. Никогда.              Если я умру, его тоже не будет. Потеряется. Не вернется, не увидит свет свечи, не найдет пути домой. И я его не найду. Я не могу... Я должна его найти. Должна! Я должна не бояться. И должна найти его.              Захлопнула окно и сделала шаг. А потом еще несколько до спальни. Подошла вплотную к зеркалу и вгляделась в мутную зеркальную гладь.              Протерла глаза от слез, но яснее отражение не стало. Я не могла разглядеть даже своего четкого отражения, лишь один силуэт.              И еще один силуэт за спиной.              Вскрик застрял в горле, и дыхание тоже. Меня трясло, и знакомая темнота обморока была совсем рядом. Все тело заледенело, пробежали колючие холодные иголочки, и я почувствовала, как теряю сознание.              Обернулась из последних сил, и последнее, что я увидела был прозрачный светящийся силуэт человека, стоящего у меня за спиной. А точнее парящего над полом.              Человека, с очень знакомыми чертами лица.              — Рик?..              Падение. Темнота.              ***              Теперь голова совсем раскалывалась, а не просто монотонно болела. Я застонала, поднялась с пола и села, пощупала затылок, на котором наливалась огромная шишка. Прекрасно. Разве со мной могло быть иначе?              Я истерически рассмеялась. Это далеко не первый мой обморок. Но как оказывается хорошо, когда тебя могут поймать сильные мужчины, находящиеся рядом. В этот раз рядом тоже находился мужчина, но ловить он меня не стал. Видимо просто не умел… А еще, кажется, испугался меня и исчез.              По крайней мере на первый взгляд никаких призраков рядом со мной не было, и даже зеркало вело себя нормально — послушно отражало мое бледное лицо, с красными припухшими от слез глазами, искусанными до крови губами и разорванное грязное платье. Ну понятно, почему призрак испугался и исчез. Я бы тоже на его месте исчезла.              Истерический смех прорывался без моего ведома. Я вдохнула и выдохнула несколько раз и пошла умываться. Это просто нервное. Слишком перенервничала. И вполне возможно, мне просто померещилось невесть что.              Очень хотелось верить, что померещилось, но верилось с трудом.              В конце концов нечто подобное с зеркалами по всему замку происходит уже в пятый раз. На совпадения и фантазии это уже не списать. Особенно, после того, как Рик рассказал про гадалку.              Замечательно. Еще всякой магии и мистики мне в моей жизни не хватало.              Никогда при всей своей взбалмошности я не хотела обладать никакими сверхъестественными способностями. Но моя судьба обожает делать все, чего я очень не хочу. Это я уже поняла.              Да, такое случилось уже в пятый раз. И постоянно в зеркале помимо меня отражался кто-то еще. Я пугалась до бесконтрольного ужаса, убегала и никогда даже не собиралась рассматривать чьи же это силуэты в зеркалах. Хотела рассказать об этих странностях Рику, но думала, что он решит, что я сумасшедшая, посмеется надо мной, или что-нибудь еще похуже. Пошлет, например, к докторам или к священникам. Сейчас я понимаю, что сделала огромную глупость, надо было сразу рассказать...              Может быть тогда бы что-то изменилось. Может быть, мы хотя бы не поехали сегодня на море...              Я рвано выдохнула и сжала платье в руках, отбросила его в сторону и зашла в ванную. Пока размышляла обо всем успела умыться и теперь стояла под горячими струями, которые хоть как-то помогали убрать скопившееся нервное напряжение, холод и дрожь.                     При свете свечей и под горячей водой стало не так страшно, и я мысленно вернулась к внешности загадочного силуэта из зеркала.              Он был так похож на Рика. Но это был не Рик.              Другие черты лица — более злые, с отпечатками множественных пороков, другой тип фигуры — более мощный и грубый, не такой подтянутый. Он был старее. Возможно примерно так Рикардо мог бы выглядеть лет через двадцать.              Это приведение было один в один похоже на портрет отца Рикардо, висящей в фамильной галерее.              Следовательно, можно было сделать вывод, что я сошла с ума. И мне привиделся старый покойный герцог. Лорд Экнес.              Стук в дверь заставил поторопиться. Я быстро переоделась в чистое платье и вышла к экономке. В душе, сквозь бездну безнадежности пробивались робкие ростки надежды. И от этих глупых надежд хотелось плакать особенно горько.              Но лишь взглянув на осунувшееся лицо госпожи Делис, я все поняла и без слов.              — Они вернулись. Его светлость найти не смогли.              Я кивнула, из груди вырвался всхлип, хотя я изо всех сил старалась сдерживаться, сжала кулаки и выбежала из покоев, не дожидаясь ухода экономки.              ***              Темные коридоры замка, гулкий стук каблуков и темнота, пустынные галереи и лестницы подействовали успокаивающе. С каждым шагом я невероятными усилиями воли старалась засунуть поглубже панику, страх и слезы, успокоиться, собраться и поговорить с друзьями Рика. Нужно решить, что делать дальше. У них наверняка есть план, и я ни за что не останусь в стороне.              В таком решительном настроении я подошла к кабинету Рика, из-за дверей которого горел свет и слышались возбужденные и злые голоса людей, кто-то спорил, кто-то ругался и почти кричал. Потом все успокаивались, но через некоторое время снова начинали нервничать, обсуждая что-то.              Я постояла немного под дверью собираясь с духом, выдохнула и вошла без стука.              Голоса стихли, все замерли. И я как раз успела заметить, как Седрик схватил за грудки сурового стражника, который первым встретил меня сегодня, он что-то экспрессивно втолковывал ему, и не сразу остановился, заметив меня позже всех.              — ... Да пойми же ты, нужно действовать немедленно, у нас нет трех дней, — он прервался на полуслове, заметил меня и ослабил хватку.              В кабинете находились еще несколько людей — управляющий Ирнольд, лорд Адриан Алирийский, Алекс — кучерявый жгучий брюнет, который всегда улыбался и смешил меня, — брат моей фрейлины и уже практически подруги Рейлен, он тоже был другом Рика, и видимо, мужчины решили рассказать и ему о случившемся.              Я знала, что произошедшее стараются хранить в тайне, подробности были известны только самому близкому кругу лиц. И все эти пятеро мужчин прервали экспрессивное обсуждение и посмотрели на меня.              Я почувствовала, как опаляются жаром щеки, накатившая волна смущения выбила из колеи, но я заставила себя собраться и не опускать взгляд. Не бояться.              Сейчас главное, что я тоже хочу спасти Рика и не собираюсь оставаться в стороне.              — Миледи, как вы себя чувствуете? Вам лучше? — лорд Алирийский с недовольным выражением лица смотрел на меня.              — Да, лучше, благодарю вас за заботу. Вы не нашли Рика? Неужели не осталось никаких следов?              — Нет, миледи, но мы уже планируем поиски. Поверьте, мы его обязательно найдем. Поэтому Вам лучше сейчас не отвлекать нас, Вам не стоит нервничать, поберегите себя, и позвольте нам продолжить обсуждение.              Лорд шагнул ко входу, собираясь открыть мне дверь, но я преградила ему путь.              Сердце колотилось так быстро, как будто я долгое время бежала без остановки, а не просто стояла перед пятью недовольными и разозленными мужчинами. Все остальные молчали, но было видно, что все они считают, что я пришла очень не вовремя и меня здесь быть не должно.              Боги, как же сложно. Я никогда в жизни не делала ничего подобного, никогда не перечила мужчинам, всегда беспричинный страх побеждал, и я просто не могла пошевелиться от оцепенения, не то что что-то сказать. Другие девушки, не смотря на свое зависимое положение, умели притворяться, давить на жалость, меня же просто сковывал страх, и я ничего не могла сделать. Особенно, когда кто-то злился на меня. Я буквально на секунду прикрыла глаза, но снова встретилась с графом взглядами и заговорила.              — Лорд Адриан, лорды и господа, послушайте. Я знаю, что вы не хотите, чтобы я здесь находилась, я все понимаю, но не могу уйти... — Не представляю, как я могла говорить хоть что-то, мозг в ужасе отказывался участвовать в этом и управление на себя полностью взяло сердце. На глазах появились слезы, застилая мне обзор, ногти впивались в кожу, но я говорила, сама в ужасе от своих слов. — Моего мужа похитили, и я не могу просто остаться в стороне и ждать. Я хочу участвовать в поисках. Я могу. Вы не можете запретить мне, никто из вас. Не имеете права, я осталась герцогиней и сейчас вы обязаны подчиняться мне. Я хочу знать, как вы собираетесь искать Рикардо и возможно смогу помочь хоть чем-то. Я просто не могу остаться в стороне.              Я замолчала, часто дыша и продолжила смотреть в глаза, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Каких же невероятных усилий стоило не опустить глаза.              Во взглядах читались недоумение, злость и насмешка. Я так и слышала, как они думают: «Что себе возомнила глупая женщина, которая до этого боялась лишний раз поднять взгляд? Кто-нибудь выпроводит ее отсюда? Неслыханная наглость. Герцогиня, конечно...»              Усатый стражник открыто усмехался, осматривая меня с ног до головы, Седрик рассматривал какие-то документы и вообще на меня не реагировал. Управляющий с непроницаемым лицом ждал развития событий. Зато Адриан и Алекс смотрели со злостью и раздражением. Они одновременно шагнули ближе ко мне, заставляя отступить назад. Лорд Алирийский подошел почти вплотную и обхватил мою руку, выше локтя.              — Нет, это вы послушайте, Ваша Светлость, — обращение он произнес с неприкрытой насмешкой, от чего щеки вспыхнули жаром. — Я понимаю, вы волнуетесь за мужа. Мы так же волнуемся за друга и за герцога. Это проблема государственного масштаба, мы уже сообщили королю, и сейчас готовим план поисков и спасения. Вскоре в замок прибудут люди из столицы, если вам нечем заняться, организуйте им достойный прием. И доверьте мужчинам мужские дела, с планами мы справимся без ваших советов. Все что могли, Вы уже рассказали. — Он остановился, а я молча во все глаза смотрела на него и просто старалась не расплакаться. Лорд сжал руку чуть сильнее и потянул меня к двери. — Идите ложитесь спать, миледи, и не переживайте, вы и так перенервничали сегодня. Мы сами со всем разберемся.              Я невольно шагнула к двери, он настойчиво тянул руку, хотел практически вытолкнуть. Перед дверью я вырвалась и снова прошла в кабинет.              — Миледи, не заставляйте, выставлять Вас за дверь, — в голосе лорда была уже неприкрытая угроза, другие молчали, но также неодобрительно смотрели на меня.              — Лорд Алирийский прав, Ваша Светлость. Вам лучше пойти отдыхать, — лорд Алекс Дарлинг тоже шагнул ко мне, хмурясь и нетерпеливо поглядывая на увлеченно читающего что-то Седрика.              Меня уже почти трясло, ногти впивались в кожу, не давая расплакаться от непонимания и страха. Я чувствовала, что просто не выдержу еще хоть что-то... Просто сорвусь и не представляю даже, что будет дальше.              — Я не никуда не уйду. Я уже сказала, что тоже хочу участвовать в поисках моего мужа. Это мой муж. Почему вы не понимаете?! — Я почти кричала.              А двое мужчин оглянулись на остальных, которые оставались на своих местах, просто молча наблюдая, и подошли вплотную ко мне. Подхватили под локти с двух сторон и просто потащили к двери. Я оттолкнула сначала Алекса, и он отстал, а потом попыталась вывернуться из уже откровенного захвата Адриана, но он не пустил.              — Отпустите меня! Как вы смеете?! — Чувствовала, что уже начинается истерика. Слезы катились из глаз, но мужчине, кажется было все равно.              — Розетта, мы уже ответили вам. Идите спать, ради Богов. У вас нервный срыв. — Лорд зафиксировал руки, когда я попыталась ударить его, но я не перестала вырываться. Где-то в животе снова зарождался такой знакомый и ненавистный мне страх. А ведь он почти исчез, после месяца жизни с Риком. Я не хотела снова чувствовать это, до смерти не хотела...              — Отпустите меня! Из-за вас в том числе срыв! Я имею полное право тут находиться... — дышать было больно, в груди болело, и я уже почти смирилась со всем.              Конечно, я им только мешаю. И не смогу ничем помочь. А присутствие девушки будет ограничивать и тормозить работу. Но как же несправедливо, почему всегда все так плохо. Просто ужасно...              Лорд сжимал мне руки до боли, я вырывалась, в какой-то момент я непроизвольно вскрикнула, а в следующее мгновение почувствовала, как Адриана кто-то откинул назад. Обернулась и увидела, как Седрик замахивается и косой удар, проскальзывает по скуле лорда Алирийского. Зажала рот рукой, чтобы не закричать. Сразу вспомнилось, что по законам королевства причинение вреда аристократу простолюдином карается всеми самыми жестокими мерами, вплоть до казни.              Но этим господам было наплевать на законы государства, никто не стал возмущаться или препятствовать. Даже сам Адриан в драку не полез, просто молча смотрел на друга.              — Достал, — коротко произнес Седрик. Я заметила, что он вообще говорил мало, но почему-то к его словам все время прислушивались. — Отстань от девушки, она права, она имеет право тут находиться, хоть нам всем это и не нравится, — на меня он даже не взглянул, но я почему-то почувствовала невыносимый стыд. — И она может пригодиться. Похоже, все гораздо сложнее, чем мы могли думать. Скорее всего, это заговор. И, кстати, за это, — он указал на мои руки, на которых остались красные следы, грозящие перерасти в синяки, — Рик тебе точно сломает нос.              Адриан тоже взглянул на мои руки, и в его взгляде промелькнула вина и согласие со словами товарища.              — Присаживайтесь, миледи. Успокойтесь. Выпейте воды, — Седрик кинул на меня короткий взгляд и указал на диван, в углу кабинета.              Все мужчины, как по команде отвернулись от меня, и вернулись к прерванному обсуждению и бумагам на столе.                     Я глубоко вдохнула и задержала дыхание, пережидая приступ дрожи и слез. Губы дрожали, и руки тоже. Мне было так плохо, но на душе все равно чувствовалось облегчение. От того, что смогла, что не стала молча подчиняться. Казалось бы, незначительные разговоры, совсем простой спор, но почему же это так сложно?              Выдохнула и села на диван. Выпила воды, стараясь успокоиться и не плакать. Это все ради Рика. Я хочу помочь его найти. Я просто не могу по-другому. Если бы я ничего не делала, то просто сошла бы с ума.              Спустя пару минут я немного успокоилась и вслушалась в обсуждение. Мужчины снова спорили, и я почти не понимала, о чем.              — ... В письме король явно указывает на попытку похищения наследника. Вполне могли попытаться похитить и второго в очереди на престол. Но не понятно зачем. И кто? Нужно больше фактов.              Мужчины по очереди читали уже знакомое мне письмо. И я покраснела, вспомнив, что это личное. Рик рассказывал, что Его Величество интересовался мной и моей потенциальной беременностью... Щеки горели от стыда, но я постаралась сосредоточиться на другом, на обсуждении.              — Нужно будет отправить еще одно письмо. Голубь улетел, Ирнольд, сходите еще за одним, — управляющий подчинился лорду Алирийскому, видимо, все негласно приняли его командование. — Полковник, корабли нужны быстрее, чем через три дня. Возможно, у нас нет столько времени.              — И ты туда же! — Усатый мужчина со шрамами, который оказался полковником, и возможно, как я правильно догадалась, начальником охраны замка, возмущенно взглянул на лорда, оторвавшись от письма. — Я уже несколько раз сказал — невозможно. И точка. Корабли и так готовятся к отплытию настолько быстро, насколько возможно. Максимум послезавтра. По-другому мы привлечем слишком много лишнего внимания, а город полон пиратов. Разумнее, сначала отправить разведку. Я отправил уже многих ребят слушать, что говорят в трактирах и в городе, но нужна и морская разведка.              — На это нет времени... — было видно, что Адриан нервничал, чуть ли не больше всех.              — Мы не можем действовать вслепую. Подумайте логически, господа, — полковник сохранял большее спокойствие и взирал на молодых и горячих людей, как на неразумных птенцов. — Я тоже очень хочу спасти Его Светлость, не стоит на меня так смотреть. Но нам нужны сведения, хотя бы приблизительные. Надо установить кому подчинялись эти пираты. Расспросить об их внешности, узнать, кто капитан. Вот здесь нам и понадобиться миледи, — быстрые взгляды в мою сторону, — Если будет информация, будет понятнее, где искать.              — Все равно ни черта не понятно! — Седрик сдерживался, голос был тихим, пропитанным злостью. — Даже если мы установим корабль и капитана, никто не следит за тем, куда и откуда отплывают пираты.              — Разведка работает на полную... Возможно удастся найти зацепку.              — Это бессмысленно. Нужно отплывать завтра же, искать по всему заливу, выходить в открытое море. К тому же, можно с огромной вероятностью утверждать, что капитан — это старый Крайг. Как-то слишком вовремя он восстал из мертвых.              — Эту версию мы проверяем в первую очередь, но ведь это просто догадки...              — Король не позволит узнать об этом всем... Можно спугнуть заговорщиков. Нужно дождаться людей из столицы... И действовать тайно. — Алекс тоже был взбудоражен, ходил из стороны в сторону, запутывал руки в кудрявых волосах. — Чтоб… этих пиратов… — Он выругался.              Его толкнули, и мужчина извиняюще кивнул в мою сторону. Раздражаясь при этом еще больше. Обсуждение ни о чем продолжилось на повышенных тонах, и все постоянно сдерживали матерные выражения, косясь на меня.              Я старалась почти не дышать, и остро чувствовала, насколько я на самом деле лишняя здесь. Ведь на самом деле ни одна нормальная девушка не вела бы себя на моем месте так. Благородной и воспитанной леди в такой сложной ситуации пристало тихо плакать в своей спальне, молиться Богам в часовни, заняться в конце концов вышиванием. А я сижу в кабинете, где мужчины обсуждают планы и государственные проблемы.              Лицо было все красное, мне было невыносимо стыдно, быстрые неприязненные взгляды прожигали будто бы насквозь. Я всхлипнула, не в силах сдержаться. Старалась как можно тише, но не получилось и все обернулись на меня.              — … чтоб… — процедил сквозь зубы господин Рудовский и подошел к двери. Резко распахнул створки и голубь, которого держал на руке Ирнольд, шарахнулся в сторону, затрепетал крыльями.              — Полегче, Сед, — произнес лорд Алирийский.              Управляющий зашел, посадил голубя на жердочку и молча поставил на стол поднос с бутылкой янтарного алкоголя и шестью рюмками.              Адриан хлопнул его по плечу и так же молча разлил виски. Мужчины выпили залпом, даже не чокаясь и сразу же наполнили рюмки снова.              По коже пробежал мороз от самой простой ассоциации с похоронами. Я вытерла слезы и уткнулась лицом в руки, уперлась локтями в колени и просто старалась не разрыдаться. Иначе меня точно выгонят отсюда. Нужно просто дышать. Вдох-выдох и никаких мыслей. Просто успокоиться и делать то, что должно.                     Почувствовала прикосновение к руке, вздрогнула и отшатнулась от Адриана, который сидел передо мной на корточках.              — Розетта, — его голос был тихим, мужчины продолжали о чем-то говорить, и бутылка уже почти опустела. — Простите меня, я не хотел причинить боль, — он протянул мне рюмку с янтарным напитком и улыбнулся уголками губ.              — Я не обижаюсь, лорд. — Ответила тихо, сдерживая слезы. — Я... И вы все нервничаете. Простите, что пришла. Но я просто не могу... Не могу по-другому. Рик...              Снова слезы непроизвольно катятся из глаз, я смущенно вытерла их платком и приняла напиток. Отпила половину и закашлялась, горло обожгло огнем, но потом пришло колючее тепло и стало легче. Ужас... Как мужчины постоянно такое пьют? Это отвратительнее самого горького лекарства.              Адриан усмехнулся, убедился, что все в порядке и отошел.                     Обсуждение вернулось к проблемам, виски кончился и небольшая передышка тоже.              Теперь все обсуждали детали оснащения корабля и разведочных лодок, загадочного Капитана Крайга и мотивы возможных заговорщиков. Лорд Алирийский писал письмо королю, докладывая всю ситуацию, а остальные продолжали спорить.              — Поинтересуйся у Его Величества возможными мотивами, пусть хотя бы намекнет, если догадывается почему все это происходит, — Алекс уселся на подоконник и курил, уже не обращая внимания на чувства нежной леди, хоть курение в обществе дам и считалось абсолютно неприемлемым. Но я не жаловалась.              Наоборот, сама придавалась ужасно аморальному занятию. Маленькими глотками пила крепкий алкоголь, пережидая приступ горечи и чувствуя, как блаженное тепло разливается внутри груди, хоть немного приглушая острую боль. Такое ощущение, что в сердце воткнули тупой нож и теперь оно невыносимо болит. А еще этот нож отравляет организм отчаянием и грустью.                     Я допила виски, скривилась и поставила рюмку на столик. Мужчины посмотрели на меня и Седрик спросил.              — Стало лучше?              — Немного.. — Смущение и стыд за такое поведение, совершенно непристойное для леди, не давали поднять глаза, но я все же пересилила себя и посмотрела на него.              — Отлично. Тогда пока вы не опьянели, миледи, постарайтесь вспомнить в подробностях, как выглядели эти пираты. И расскажите все, что слышали и видели еще раз. Я не слышал ваш рассказ лично, — господин Рудовский одобряюще мне улыбнулся и предложил присесть на стул.              Взгляды скрестились на мне, я вздохнула, села и принялась заново вспоминать подробно все, что произошло.              Вспоминать не хотелось. Я старалась смотреть сквозь людей и вверх, чтобы сдержать набегающие слезы. Алкоголь притупил невыносимую боль, но, когда я вспоминала, мне казалось, что кто-то медленно и с наслаждением поворачивал тупой нож в сердце.              Я рассказывала обо всем, а перед глазами стоял прощальный взгляд Рика. Столько всего мы не сказали друг другу. Какие-то секунды... Превратившиеся в вечность. Сталь, отражающаяся в серых глазах, и горькая улыбка. Любовь... Я видела в его глазах любовь и спокойствие от того, что я буду в безопасности.              Я ведь даже ни разу не сказала ему, что люблю... Что совершенно безнадежно и бесповоротно люблю его.              Закрыла глаза, чувствуя горячую влагу, катящуюся по щекам. Кто-то протянул мне платок. И все молчали.              И я поняла, что рассказывала о внешности нападавших и убитых, а потом замолчала и произнесла вслух последнюю мысль. Про любовь. Из-за слез даже не заметила этого.              — Простите, — я опустила взгляд, вытерла слезы и выпрямила спину. Несмотря ни на что, нужно всегда держать спину прямой. Даже если, кажется, что больше не вынесешь этих чувств. Вынесешь. Нужно только расправить плечи и поднять взгляд. — Рик рассказал еще и про гадалку. — Я посмотрела на Адриана и Седрика. Те переглянулись, и их взгляды потяжелели. И из-за этого стало еще сложнее говорить, не запинаясь, не поддаваясь оцепенению и страху. — Да, он рассказал, каким образом выбрал именно меня в жены. И про то, что потом эта женщина погибла. Как и звездочет из столицы. Мы как раз говорили об этом по дороге на пляж, но не могли подумать… что все обернется так...              Я закрыла лицо руками, сдерживая рыдания от пронзившей меня мысли — это я виновата в случившемся. Если бы я не хотела сегодня на море, если бы не настаивала... Ведь у Рика были дела, эта поездка была не вовремя.              Почувствовала прикосновение к плечу, но не подняла головы.              — Уже поздно, миледи, — грубоватый бас стражника раздался над ухом, он держал меня за плечо, но от этого было странно спокойнее. Я встретилась взглядом с ободряюще улыбающимся мне человеком, и поневоле прислушалась к его словам. — Вы устали за сегодня. И уже пьяны, — он неодобрительно взглянул на остальных, а я почувствовала, как на самом деле кружится голова и расплывается все перед глазами уже даже не из-за слез. — Наверняка ничего не ели, а виски попробовали впервые. Идите спать. Все равно сегодня обсуждать уже нечего. Завтра обсудим конкретный план.              Остальные мужчины согласились с ним, и я поневоле тоже кивнула. Этот человек умел убеждать сделать то, что он говорит, видимо сказывался опыт военной службы.                     И в следующее мгновение я не заметила, как оказалась у двери, конечно же, под руку с лордом Алирийским.              — Спокойной ночи, ваша светлость, — он почти вытолкнул меня за дверь, на губах его мелькнула усмешка, отвел вглубь коридора, но я затормозила.              — Но.. а как же гадалка? Вы так и не ответили...              Большой палец лорда накрыл мои губы заставляя замолчать. Я отпрянула, чувствуя дрожь, а он схватил мою руку и склонился к виску.              — Не стоит об этом говорить. Позже Розетта, — проговорил тихо над ухом, оглянулся на прикрытую дверь и хмуро взглянул на меня. Я непонимающе смотрела в ответ, голова совсем кружилась, и я случайно пошатнулась. Лорд удержал меня, снова сдавливая руку до боли, поднял на секунду глаза к потолку. — Идите уже спать, отважная воительница. Мы поговорим завтра. Наедине.              — Хорошо... — головокружение не прекращалось, как и тупая боль в сердце, язык заплетался, — Но я хотела еще... рассказать... про зеркала...              — Спать. Немедленно. — Он уже злился, подцепил подбородок, заставляя сфокусировать на нем взгляд. — Если вы упадете, даже не надейтесь, что я понесу ваше спящее тело в покои. Оставлю прям тут на радость слугам.              Я испуганно взглянула на него. Высвободила свою руку, и сделала шаг назад, стараясь держать равновесие. Слезы стояли в горле, я смогла только кивнуть на прощание и быстрым шагом направилась к своим покоям.              Дыхание прерывалось, слезы то и дело норовили покатиться градом. Я боялась, безумно боялась. Совершенно не представляла, как буду спать в одиночестве. Без Рика... Без...              То, как я переодевалась ко сну и ложилась в холодную пустую кровать в темноте совершенно вылетело из головы.              Последнее воспоминание за день — это безудержные рыдания, от которых подушка стала мокрой с двух сторон. Рыдания от отчаяния и ужаса, до боли, до хрипа. Попытка натянуть одеяло еще больше, спасаясь от невыносимого потустороннего холода, ползущего по полу, от лунного света, отражающегося в окне и падающего прямо на подушку, от неясных силуэтов, мелькавших за дверью спальни... В какой-то момент я не выдержала и просто провалилась в сон, такой же муторный и бессвязный. Наполненный все тем же липким страхом и разбитыми окровавленными зеркалами.              И Рика даже в моем сне не было.