Грешница

      Ей ни в коем случае не стоило спать с Томом Реддлом.       Утро следующего дня началось с мысли, что с каждым днем она все больше и больше разрушает собственную жизнь, водясь с Темными Лордами, но Эмили упорно продолжала погружаться в это болото.       Геллерта она не могла отпустить по простым человеческим принципам - привязалась. Да, черт возьми, тяжело не привязаться к человеку, который заботится о ней и относится на равных. Спустя время, конечно, но все же лучше, чем ничего.       Эмили смотрела на спящего Тома и думала о том, что в подземельях холодно, что она еще не сдала эссе Дамблдору и что Темный Лорд выглядит умиротворенно во сне. И не подумаешь, что в скором времени он станет причиной гибели тысячи людей. Впрочем, сейчас это не слишком важно.       Она старалась не думать о том, что места, где их тела соприкасаются горят, огнем. Обнаженная и уязвимая - идеальная женщина для мужчины его будущего положения.       Поэтому Эмили встала с постели, не потрудившись разбудить Тома, направилась в ванну и заперлась там на время. Отражение в зеркале смотрело на нее несколько отчужденно. Пусть Поттер и привыкла к собственной внешности, сейчас она казалась чужой, но не менее нужной.       Если бы Эмили увидела себя в зеркале, то наверняка бы умерла на месте.       Избранная не может спать с Волдемортом.       Она залезла под душ с явным желанием утопиться, но этого не произошло.       Эмили стояла под струями горячей воды, позволяя им смывать не только грязь, но и остатки сна, липкий след чужого присутствия. Кожа горела, но это было ничто по сравнению с внутренним пожаром. Она скребла себя ногтями, пытаясь стереть каждое прикосновение, каждое слово, что он шептал ей.       Избранная не должна была чувствовать себя настолько... оскверненной. Но ведь она и не была Избранной в полном смысле слова, не сейчас. Сейчас, под горячими струями воды, она была просто Эмили Поттер, запертая в кошмаре, из которого не было выхода.       Она стерла с себя его прикосновения, как ей казалось, а после вышла из душа, не найдя его в комнате. Это совсем не важно. Она уже была готова к тому, что он уйдет, не попрощавшись, но не удержалась и фыркнула.       Одевшись, она схватила сумку с тетрадями и, ворча себе под нос, вышла из комнаты. Она не слишком любила вставать так рано, но обстоятельства говорили об исключительном случае. По дороге она встретила Харви и по привычке начала расспрашивать его о всякой ерунде.       - Сигарет у меня нет, - наконец сказал он, выразительно посмотрев на нее. - Ты понимаешь, что на территории школы нельзя курить?       - Мне казалось, я достаточно взрослая, чтобы решать подобные вопросы, - поджала губы Эмили. - Но я думаю, что ты, глядя в мои прекрасные глаза, лжешь мне.       С этими словами она ловко залезла в карман его брюк и выудила оттуда новенькую пачку сигарет. На ее лице появилось восторженное выражение. Несколько младших ребят зашептались рядом.       - Ты не можешь просто... - возмутился Рихтен, но Эмили потянула его в сторону, подальше от глаз преподавателей и старост. - Лотти!..       Эмили оперлась спиной о стену и с удовольствием открыла новую пачку сигарет. Вдохнула запах табака полной грудью. И, взяв одну, кончиком палочки зажгла ее.       Она глубоко затянулась, чувствуя, как никотин разливается по телу, принося мимолётное облегчение. На мгновение все проблемы - Волдеморт, Том, кошмары - отступили на второй план.       Харви смотрел на нее с недоумением, смешанным с лёгким восхищением. - Ты неисправима, - покачал он головой, но в его голосе не было осуждения. - И почему я тебя слушаюсь?       Эмили усмехнулась, выпуская колечко дыма.       - Потому что я невероятно обаятельна, Рихтен. И ты знаешь, что я всегда получаю то, что хочу.       Она протянула ему пачку.       - Будешь?       - Я играю в квиддич! Какие сигареты?       Эмили хотелось ответить, что она тоже играет в квиддич и она обожает Уимбурнских Ос, как и ее крестный, но вместо этого всего лишь пожала плечами. Шарлотта Найт не слишком интересуется квиддичем. Она играет только с кузеном.       Пусть Харви думает, что она просто беззаботная бунтарка. Это было намного проще, чем объяснять сложность ее истинной жизни, полную тайн и тяжелых нош. Она сделала ещё одну затяжку, позволяя дыму унести с собой хоть часть напряжения.       Харви закатил глаза, но затем его взгляд упал на что-то за спиной Эмили, и на его лице появилось выражение тревоги.       - Дамблдор, - одними губами произнес он, и Эмили, затушив сигарету о туфлю, бросилась прочь вместе с ним. Стуча каблуками о полы Хогвартса, она смеялась, стараясь не уронить сумку. Теплая мантия облегала тело, как вторая кожа, Поттер старалась не отставать от Харви. Пробегая мимо недоумевавших студентов, Эмили коротко здоровалась с некоторыми из них, а после продолжала смотреть вперед, лишь бы не потерять Харви из виду.       Пока, конечно, они не добежали до Большого Зала. Отдышавшись у дверей, Эмили увидела, что он уже полон студентов. Глазами она нашла Тома и внутренне поежилась. Обсуждать что-либо с ним ей не хотелось.       - Птичка, что ты встала в такую рань? - рука Долохова оказалась возле ее талии, а над ухом прозвучал томный голос. Эмили, схватив палочку, валявшуюся в кармане мантии, мигом ответила ему жалящим.       Тот пал жертвой собственных поступках, о чем кряхтел весь день.       Теперь он плелся позади них с Харви, говоря о том, что женщины - зло.       «Что ж, Долохов по крайней мере теперь не будет приставать к каждой встречной», - подумала Эмили, усмехнувшись. Харви, шедший рядом, тоже не мог сдержать улыбки, наблюдая за кряхтящим Долоховым.       Возле стола Слизерина они расселись кто куда. Эмили подсела к сонной Элле, а Харви и Долохов отправились к Тому и Альфарду. Весь завтрак Поттер смотрела в свою тарелку. Кусок в горло не лез.       Она отпила немного тыквенного сока.       - Ты чего? - тихо спросила Элла, заметив, что Эмили совсем ничего не ест.       - Все в порядке, - ответила Эмили, не поднимая головы, продолжая ковыряться в каше. - Не выспалась.       На занятиях она вела себя также, как и раньше, стараясь все также не смотреть на Тома Реддла.       Засыпала и просыпалась она в холодном поту. Снились ей различные мерзости, начиная от родителей и заканчивая разгневанным Сириусом. Вскоре ее настигла бессонница, о чем она пожаловалась в письме Геллерту.       Тот, не задумываясь, прислал ей бутылек Сна-без-сновидений и посоветовал больше внимания уделять веселым вещам. К примеру, посетить Запретный Лес.       Она медленно открутила пробку маленького флакона, чувствуя, как от него исходит легкий аромат лаванды и чего-то еще, едва уловимого, но успокаивающего. Геллерт всегда знал, что ей нужно. Несколько капель, и мысли, словно назойливые мотыльки, перестанут биться о стенки сознания, уступая место мягкой, беспробудной темноте.       Эмили подумала о том, насколько она жалкая.       Преодолела время и пространство и ради чего? Она переспала с Томом Реддлом. Но ни на шаг не подобралась к заветной цели. Лишь только осталась на том же самом месте. Все эти игры в интриги, попытки влиять на события - ничего не принесли ей реального продвижения. Она словно топталась на месте, вязла в липкой трясине собственных решений.       Слизеринка капнула две капли.       Тяжесть в голове начала отступать, веки стали наливаться свинцом. Мгновенное облегчение разлилось по телу, снимая напряжение, которое накопилось за долгие бессонные ночи       

***

      Она могла бы вести себя также, как и обычно до начала декабря, но, к сожалению, Эмили не покидали мысли о старосте, а рассказать их кому-то казалось сплошь и рядом неправильным.       Поэтому она рассказала об этом Харви.       Немец в обычное время не был расположен к выражению эмоций, но сейчас прямо-таки рот приоткрыл, пока смотрел на белобрысую вейлу-кузину, которая пила сливочное пиво в углу «Трех метел», где их вряд ли кто-то услышит.       - Том Реддл?..       Эмили в нетерпении кивнула, рукавом вытирая пенные усы.       - В общем-то я его не очень переношу, - Эмили сталась убедить в этом не только Харви, но и себя. - Он зазнайка.       - Ты тоже зазнайка.       Эмили стала пить сливочное пиво с видом оскорбленной натуры, а после произнесла:       - Ты не можешь говорить такое про меня, мы родственники.       - Тут каждый из чистокровок друг другу родственник в каком-нибудь да поколении, но это не мешает им плодиться друг с другом и дальше.       Хорошо, что говорили они тихо и на немецком. Немецкий, правда, вызывал у многих ассоциации не самые приятные, но Эмили было откровенно наплевать. Она провела среди немцев-фашистов приличное количество времени, чтобы понять, насколько сильно идеология может поменять разум человека.       Идеи не убивают. Убивают люди.       - Почему Том Реддл? - недоуменно произнес Харви снова. - Ты могла выбрать любого, но ты выбрала человека, который под себя положил весь Слизерин, включая декана.       - Я не выбирала...       - Тогда это он тебя выбрал.       От мысли, что Эмили пала от выбора Тома Реддла в собственную же кровать, раздвинув перед ним ноги, ее перекосило.       - Это было внезапно и не... Ты понимаешь, что я не хочу встречаться с ним? Я просто провела замечательно время. Это все.       Светлые глаза Рихтена смотрели на нее слегка осуждающе. Будь это действительно его кузина, связанная с ним кучей тайн и эмоций, она бы испытала стыд или другую кучу стыдливых эмоций, чтобы показать заботливому брату свою сконфуженную сторону. Но Эмили предпочла допить пиво и пойти покурить.       В Шотландии всегда становилось холодно рано. Эмили это помнила.       Холод пронизывал до костей, заставляя студентов плотнее кутаться в шарфы и мантии, а из труб каждого домика уже почти постоянно вился дымок, обещая тепло очага внутри. Листья, если они еще оставались на редких деревьях, были бурыми и влажными, тяжело опадая на мощеные улицы, которые становились скользкими от частых дождей и редкого, но уже пронзительного снега.       Деревня, обычно такая оживленная, в эти промозглые ноябрьские дни казалась немного более притихшей.       Эмили закурила.       - Можешь идти к своим друзьям, - сказала вдруг Эмили. - Это не слишком важно, стоять рядом со мной.       - Ждешь, пока к тебе придет твой der Geliebte и вы сможете zeit zusammen verbringen? - спросил Харви.       - Я надеюсь, что тебя сожрет фестрал.       Бесполезно было пытаться объяснить то, что она и сама не до конца понимала. Но с каждой неделей ее странное притяжение к Реддлу только усиливалось. Она ловила себя на том, что ищет его взглядом в Большом зале, прислушивается к его голосу в коридорах.       - Ах, точно, тебя также презирают наши сторонники чистой крови, потому что ты якшаешься с полукровками и магглокровками, - шепнул ей Харви напоследок и ушел.       Она долго смотрела ему вслед, даже когда он подошел к компании Уолберга и Кэрроу.       Поттер затушила сигарету и пошла сквозь потоки студентов. Она более чем уверена, что та же Розье уже нашла с кем провести время, а Реддл как обычно в окружении своих почитателей.       Поэтому она накупила гору сладостей, которую планировала съесть сегодня же и точно не думать про Тома Реддла.       

***

      Она как раз доедала вагон из шоколадного поезда, когда в ее скромную обитель зашел Том Реддл.       - Прошу прощения, что прервал, - миролюбиво произнес он, закрывая за собой дверь. - Я думаю, нам стоит обсудить некоторые вопросы.       Эмили демонстративно приподняла бровь, бросила в рот последнюю часть шоколадной вагонетки и с не менее интересующе-вопросительным видом отпила чай.       - Не нужно строить из себя дурочку, тебе это не идет, Шарлотта, - все таким же тоном сказал он и присел напротив нее.       - Странно! - воскликнула Эмили. - Я считала, что человек вроде тебя глубоко уважает подобные качества.       Камин опасно затрещал. Будто все поленья в нем разом сломались.       - Сейчас не время их показывать, дорогая.       Эмили наклонила голову.       - Что же ты хочешь решить?       Том, некоторое время смотря на нее задумчивым взглядом черных глаз, встал и направился к большому окну, за которым виднелся заснеженный Хогвартс.       - Мы с тобой полукровки. И в этом обществе, где каждая капля крови ценна как навес золота, мы не слишком вписываемся.       Эмилия поставила чашку на блюдце, не сводя с него взгляда. В тишине звенел тонкий фарфор. Она могла с удовольствием рассказать ему, насколько он будет велик в глазах чистокровных в будущем, насколько уродлив и безумен, но вместо этого решила открыть пачку с сахарными перьями.       - Завести отношения с кем-либо по любви маловероятны, не так ли?       Его голос и манера речи оказались весьма привлекательными. Как и внешность. Будь Эмили какой-то девицей с наивным взглядом, то она бы повелась на задумчивого старосту с серьезными намерениями избавить ее от договорного брака ради каких-либо благородных целей.       Но Эмили провела много времени с Гриндевальдом, который мог выдать обезьяну за тигра парой предложений, поэтому ни одно слово Тома Реддла не могло заставить душу Эмили запеть или поверить ему.       - Ох, черт возьми, ты предлагаешь мне пожениться после Хогвартса? - расхохоталась она. - Что ж, ты много на себя берешь.       Конечно, он этого не предлагал, но то, как он резко повернулся и в его черных глазах заиграли красные всполохи, а по лицу пробежали желваки, развеселило Эмили еще больше.       Она отложила сахарные перья и подошла к нему. Медленно и вдумчиво, как могла сделать только женщина, уверенная в себе.       - У меня нет семьи, на которую ты мог бы надавить. Даже Харви не мог бы заставить меня сделать что-либо без моего желания. - Поттер смотрела в глаза Тому Реддлу, не отрываясь. - Ты хочешь, чтобы я была частью твоей жизни, которую ты показываешь всем? Красивая картинка?       - Я всегда знал, что ты замечаешь многое и ты совершенно точно не идиотка. Красивая картинка - не первостепенно. Спутник должен быть умен и силен. Я не ищу в спутнице ни кротости, ни послушания. Мне нужен кто-то, кто выдержит рядом со мной множество препятствий. И кого не захочется уничтожить через месяц       Эмили вновь рассмеялась. Только теперь ему в лицо.       - А ты думаешь, что подходишь под эти категории?       Том резко выдохнул.       Эмили отвернулась от него.       - Никаких чувств? Никаких обязательств? - уточнила она.       - Только честность. На которую, как ты знаешь, я и сам редко способен. Но тебе обещаю. Ни ложных признаний, ни притворной нежности. Ничего, что могло бы нас обязывать друг перед другом.       Поттер крепко задумалась.       Он - мужчина. А мужчина склонен к тому, чтобы поддаваться под чары женщины. Даже такой мужчина, как Том Реддл...              Он никогда не перед кем не открывается, всегда скрытен о собственной жизни, но готов выслушать о чужой. Разговаривает с любым учеником так, будто они давние друзья, а среди слизеринцев у него репутация выше всяких похвал. Иначе бы Вальбурга Блэк не стала бы вести с ним... подобные отношения.       Если она не сможет подобраться к нему так близко, как это только возможно, то все это путешествие во времени было зря.       - Мы можем... это обсудить. - Эмили решила окончательно испортить себе жизнь.